Дживон проснулась ещё до того, как зазвонил будильник. Видимо, хорошо выспалась — самочувствие было отличным.
Хотя она шла одна, выглядеть неопрятно не имела права. Это был день, когда ни в коем случае нельзя было казаться жалкой.
После душа в тёплой воде Дживон надела костюм-тройку, купленный на прошлой неделе, и взяла в руки новую сумочку. Туфли тоже были из той же марки, что и одежда. Закончив приготовления, она поняла, что пора выходить — было время ехать в забронированный салон.
— Поехали, — сказала Дживон себе в зеркало и вышла из дома.
Было утро выходного дня, и, может быть, поэтому такси, которые обычно сновали повсюду, сегодня почему-то не попадались.
"Вызвать такси через приложение?.."
В колебаниях, с предчувствием, что вот-вот что-то подъедет, Дживон всё же достала телефон.
В этот момент поднялся шлагбаум на главных воротах. Из парковки выехал чёрный Maybach и плавно остановился прямо перед Дживон.
Окно с затемнённым стеклом опустилось. За ним она увидела мужчину, смотрящего прямо на неё, и моргнула от удивления.
— Начальник?
— В путь на свадьбу Чон Сумин?
"Откуда он знает?" — неловко кивнула Дживон.
— Садитесь. Мне тоже туда.
— Разве вы не говорили, что не пойдёте?
— Не мог же я не пойти на свадьбу своего подчинённого.
Время до записи в салон стремительно сокращалось, а на горизонте всё ещё не было видно ни одного такси. Не видя другого выхода, Дживон неуверенно открыла дверь и села на пассажирское сиденье. Мягкая кожаная обивка уютно обхватила её тело.
— Я записана в салон неподалёку. Если подвезёте туда — дальше я сама справлюсь.
— Адрес?
Ю Джихёк быстро ввёл продиктованный ею адрес в навигатор и нажал на газ.
— Я бы и не догадалась, что это ваша машина. Вы сменили её?
— Старую одолжил знакомому. Эта у меня давно была.
— Ух ты... Вы богаты, — искренне восхитилась Дживон.
Ю Джихёк, немного смущённый её реакцией, ничего не ответил и сосредоточился на дороге.
Салон, в который направлялась Дживон, был тем же, где она была на встрече родителей перед предполагаемой помолвкой. Вероятно, она тогда произвела впечатление: когда она вошла, одна из сотрудниц оживлённо встретила её.
— Вы снова к нам! Я увидела знакомое имя и не поверила — неужели это вы?
— Мне тогда очень понравился макияж. Потому и вернулась.
Дживон села в кресло, с интересом отмечая про себя, как удивительно — её запомнили после одного визита. Вскоре сотрудница принесла ей тёплый чай, помогла надеть халат и задала привычный вопрос:
— Какой образ вы хотите сегодня?
— Яркий. Чтобы все взгляды были прикованы ко мне — даже если я буду стоять в углу зала, как статуя.
— У вас, наверное, свадьба? Подруга выходит замуж? Или кто-то из семьи?
— Бывший парень. Он женится на моей подруге.
Сотрудница, уже было начавшая раскладывать инструменты, посмотрела на Дживон с выражением "я, наверное, ослышалась". Та в ответ равнодушно пожала плечами.
— Хорошо, что узнала всё это до встречи семей, правда?
Она не ошиблась. На лице мастера мгновенно исчезла вся доброжелательная улыбка — остался только шок. Все остальные в салоне — и сотрудники, и клиенты — замерли, обратив взгляды в сторону Дживон.
— Простите, клиентка, если не сочтёте за грубость... Можно спросить?
— Конечно. Спрашивайте.
Дживон слегка кивнула, и мастер, набравшись смелости, продолжила:
— Вы говорите о той самой встрече родителей?.. Получается, до неё ваш бывший уже...
— Я знала, что они изменяют мне, — спокойно подтвердила Дживон. — Но вот о том, что это будет ещё и залёт — не ожидала.
Лицо мастера прошло через весь спектр: от шока к гневу, от гнева — к холодному спокойствию. Те, кто до этого притворно занимался своими делами, тоже прекратили движения. В воздухе повисло ощутимое женское сочувствие и негласная солидарность.
— Подождите немного, пожалуйста, — сдержанным голосом произнесла мастер.
Она опустила зажатую в руке кисть для макияжа на туалетный столик и глубоко вдохнула.
— Я позову директора. И главного визажиста тоже.
***
Сегодня — тот самый день.
Сумин проснулась раньше, чем зазвонил установленный на рассвет будильник. Минхван всё ещё лежал рядом и громко сопел.
— Оппа, вставай, пора готовиться.
— Чёрт...
С раздражением Минхван оттолкнул её руку и отвернулся к стене.
— Эх, соня, — вздохнула Сумин.
Сумин недовольно поджала губы и первой встала с кровати. Сначала — в душ, потом снова разбудить Минхвана.
День с самого начала задался суматошный. Закончив душ с особой тщательностью, ей пришлось снова вытолкать в ванную по-прежнему валяющегося Минхвана. Чуть позже — едва не поссориться по телефону с матерью, которая должна была привезти на церемонию немногочисленных родственников.
Даже когда Сумин, наконец, с трудом добралась до салона красоты, спокойствия не прибавилось. Всё из-за Чжаок, стоявшей с руками на груди и вмешивавшейся буквально во всё.
— Пусть даже это свадебный макияж — не делайте его таким ярким. Знаете, насколько вредна косметика для малыша?
— Это ведь ненадолго, мам. Без макияжа и на фото плохо получусь...
— Ну и что? Эти фотографии ты и смотреть не будешь. Главное всегда и при любых обстоятельствах — это первенец нашего рода, наследник семьи Пак. Моя невестка ведь умница, мама ведь всегда права, да?
«Первенец, первенец, первенец...» — у Сумин даже заболела голова от этих слов, но она молча сдержалась.
«Нужно всего лишь пережить этот день». Тогда можно будет попрощаться и с напоказ выпяченным животом, которого в реальности нет, и с этим омерзительным отваром из карпов, от одного вида которого подступает тошнота. «Если хорошо выдержать начало, со временем и настоящая беременность, может, случится».
— Ваша свекровь, похоже, очень переживает, — с мягкой улыбкой заметила визажистка, пытаясь разрядить обстановку.
— Да, она очень заботливая. Всегда такая внимательная, не представляете.
— Правда? Наверное, такое ощущение, будто у вас две мамы теперь?
— Знаете, я свекровь даже больше люблю, чем родную маму.
Среди всей этой показной любезности это было единственное, что Сумин говорила от чистого сердца.
Если бы ей задали вопрос: «С кем бы ты предпочла жить — с родной матерью или со свекровью?» — она бы без секунды раздумий выбрала Чжаок. Не потому что та особенно хороша, а потому что родная мать была настолько ужасной.
«Говорят, дочь повторяет судьбу матери» — фраза, которую все повторяют бездумно, для Сумин звучала как проклятие.
«Никогда не стану такой, как мама. Никогда больше не услышу, что я “бесполезная дочь”. Я выйду замуж за успешного мужчину и буду жить спокойно и богато».
— Всё готово, — сказала визажистка, закончив макияж, и протянула ручное зеркало.
По настоянию Чжаок макияж был довольно лёгким, как для невесты, но благодаря природной красоте Сумин результат вышел эффектным.
«Если бы и этого лица у меня не было...»
Сумин отогнала ужасную мысль, с улыбкой отдала зеркало обратно.
— Очень даже ничего.
Прическа и макияж, выбранные Чжаок в её любимом салоне, были завершены. Осталось только надеть платье с закрытыми шеей и руками, которое тоже выбрала свекровь. Ни одна деталь не была по вкусу самой Сумин.
«Ну и ладно. Я всё равно красивая. Мне всё идёт».
Стиснув зубы, Сумин снова подавила подступившую к горлу горечь.
Зал ожидания для невесты был оформлен в том же стиле, что и сама церемония — загадочно и волшебно. Сумин сидела в окружении цветов и мягкого света, встречая гостей.
Родная мать, одетая в нелепый розовый ханбок, пришла с несколькими родственниками, поворчала о том, что зал — дешёвый, платье — деревенское, и ушла. Родственники со стороны жениха, которых она никогда не видела, заглянули с дежурными поздравлениями. Почти все разговоры сводились к тому, что муж — единственный сын или наследник.
Минхван пришёл, сделал пару обязательных снимков и тут же ушёл под предлогом срочности. Потом зашли его друзья, перекинулись с ней парой фраз и тоже исчезли.
После этого никто больше не приходил.
Сумин сидела, словно кукла, уставившись в объектив камеры напротив. Комната, в которой должна была звучать весёлая болтовня подруг, была полна гнетущей пустоты. Фотограф, которому стало неловко от бездействия, снял ещё пару кадров и натянуто улыбнулся.
— Ваши подруги, похоже, задерживаются? Может, пробки...
Но ни подруг, ни коллег по работе не ожидалось. И Сумин знала это лучше всех.
Не отвечая, она просто ещё крепче уставилась в камеру.
«Ничего. Я же красивая. Я — главная. Я — победила».
Эту фразу она шептала себе с самого утра и снова тихо повторила одними губами.
***
Минхван был в отвратительном настроении. Если бы только мог — он бы сбежал, не оглядываясь.
Он просто плыл по течению, словно бездушная марионетка. Макияж, который ему делали впервые в жизни, и идеально сидящий смокинг не вызывали ни малейшего интереса. Лишь когда они добрались до свадебного зала, он немного отвлёкся — на приветствия с родственниками и знакомыми.
— Рад вас видеть. Спасибо, что пришли. Да, да, мы будем счастливы. Спасибо.
Повторяя выученные фразы, Минхван встречал гостей. Ни одного коллеги с работы не было видно. Он надеялся, что так будет и дальше, и уже подходил к недавно прибывшим друзьям.
— Эй, вы чего так задержались?
— Да мы сперва к невесте заглянули.
— Хотели глянуть на её подружек, а там, кроме твоей жены, никого не было. Её подруги вообще собираются приходить?
— Нет у неё подруг… О, уважаемые, здравствуйте.
В невестиной комнате было пусто. Только пара родственников, и всё. Минхван лишь презрительно фыркнул. Впрочем, это не его забота. Даже наоборот — после свадьбы не придётся волноваться, что жена будет бегать по подружкам.
— Эй, а та девушка — не подруга невесты?
— Охренеть…
— Чёрт, просто снос башки. Но, кажется, она не одна — с парнем.
Пока Минхван оборачивался, чтобы поздороваться с очередным пожилым родственником, он уловил в воздухе какое-то оживление и тоже посмотрел к входу.
Она появилась в костюме от Chanel, который сидел на ней идеально. Прямая юбка чуть выше колен открывала безупречно гладкие ноги, а волосы, собранные на затылке, подчёркивали стройную шею.
И она была не одна. Её сопровождал высокий мужчина, который своей внешностью затмевал всех мужчин в зале. Элегантный костюм, безупречно подобранный галстук и выправка выдавали в нём уверенного и сильного человека.
Двое шли в ногу, как будто прямо по красной дорожке престижного кинофестиваля. Нет, они и были словно сцена из фильма.
Ток, ток, ток.
Лакированные шпильки, в тон костюму, звучно застучали по полу и остановились аккурат перед ногами Минхвана.
— Свадьба — с наилучшими пожеланиями. Мы приехали с начальником Ю Джихёком, — сказала она, изогнув губы в безукоризненной улыбке.
Минхван не смог вымолвить ни слова — просто молча смотрел на Дживон, как на мираж. Его оторопь нарушил голос Ю Джихёка, прозвучавший рядом:
— Поздравляю, помощник Пак. Все остальные не смогли прийти из-за срочно возникших дел, так что я представляю всех нас.
— …Спасибо, что пришли.
Минхван почувствовал странное чувство поражения, склонив голову в лёгком поклоне. Меж тем его друг Джеён, не отличавшийся особым тактом, ткнул Минхвана локтем и восторженно прошептал:
— Эй, кто эта красавица? Вы работаете вместе? Почему ты скрывал, что у вас такая девушка в команде?!
— Успокойся и заходи, — процедил Минхван сквозь зубы, но Джеён, обожающий женщин и умеющий заводить знакомства, уже тянул руку к Дживон:
— Рад встрече! Я — Ли Джеён, лучший друг Минхвана. Можно узнать имя столь очаровательной леди?
Дживон вежливо протянула руку и ответила с лёгким кивком:
— Мы с помощником Паком коллеги. Я — Кан Дживон.
— Кан Дживон?! Прекрасное имя! Подождите… Кан Дживон… та самая?
Джеён, хлопавший в ладоши от восторга, вдруг замер. Его лицо вытянулось:
— Подождите… вы та самая Кан Дживон из отдела маркетинга компании U&K Food?
— Знаете меня?
Конечно, он знал. Или, по крайней мере, слышал. Та самая «простушка», с которой Минхван собирался жениться не по любви, а по расчёту. Он рассказывал, что она простоватая, но добрая, экономная и подходящая «для брака». Та самая, что позже оказалась преданной и обманутой.
— Ну… скорее, слышал, — пробормотал Джеён, сбитый с толку. — В вашей компании ведь только одна Кан Дживон, да?
— Увы, да. Только я.
Даже немного бестактный вопрос Джеёна Дживон отразила с изысканным хладнокровием.
Он всё ещё не мог поверить. Такая женщина — высокая, статная, с ног до головы в дорогих брендах, с ослепительной внешностью… и это — та самая Кан Дживон?
— Пойдём, Дживон, — тихо сказал Джихёк, вставая между ней и пристальным взглядом Джеёна. Минхван воспользовался моментом, чтобы оттеснить друга назад и чуть наклонился:
— Да, конечно, проходите, начальник.
Но поприветствовать Дживон он не смог. Только бессильно провожал взглядом её удаляющуюся фигуру, к звукам её каблуков, отчётливо стучащих по полу, прислушиваясь, как к последнему напоминанию о собственном поражении.
— Эй, у тебя глаза на подмышках? — проворчал Джеён, сам не в силах оторваться от Дживон.
— Ты же говорил, что она простушка до крайности, а начальник Ю — зануда в роговых очках. Что, боялся, что мы у тебя её уведём, да?
— Не хотел показывать — теперь понятно почему… Эх, с такой женщиной расстаться… Хотя, ладно. Мы пойдём.
Увидев выражение лица Минхвана, друзья один за другим ретировались.
А Минхван снова и снова прокручивал в голове образ Кан Дживон.
Раньше она была у него в руках. Теперь — потеряна. Безвозвратно. И от этого становилось невыносимо.
Но это была его свадьба. И с головой и сердцем, полными Кан Дживон, Пак Минхван всё же должен был пройти по свадебному проходу.