Контент удален!

Ослепительно-белый спорткар стремительно несся по шоссе к восточному побережью.

Свернув по указателю «Отель Ханджу Сокчхо», машина плавно въехала на парковку.

— Добро пожаловать, директор.

Как только Тэ Гён вышел из машины, сотрудники, выбежавшие ему навстречу, поклонились под углом в девяносто градусов.

Одетый в легкую рубашку с закатанными рукавами, слаксы и лоферы, Тэ Гён остановился перед лифтом.

К нему неслышно подошел генеральный менеджер и доложил:

— Председатель Байнман заселился вместе с супругой. Утром они отправились на экскурсию на центральный рынок, затем планируют прогуляться по пляжу перед отелем и вернуться ближе к вечеру.

— М-м.

— Ужин мы забронировали в нашем французском ресторане.

Михаэль Байнман. Тот самый человек, из-за которого Тэ Гён сорвался в Сокчхо.

Генеральный директор ведущей немецкой компании по производству медицинского оборудования тайно приехал сюда в отпуск. Узнав, что он остановился в отеле «Ханджу», Тэ Гён отменил все свои планы и примчался следом.

Это был шанс, посланный самими небесами. Высокомерная шишка, с которой директора больниц из «Большой пятерки» не могли встретиться, даже обивая пороги, сама пожаловала на территорию Тэ Гёна.

Он планировал завязать с Байнманом знакомство под видом случайной встречи и любой ценой втянуть его в бизнес, связанный с больницей Сохан.

— Отслеживайте все его перемещения внутри отеля и докладывайте. Проследите, чтобы не возникло абсолютно никаких неприятных инцидентов.

— Да, мы будем предельно внимательны. Ах да, вечером сообщил о своем приезде и директор Чан Тэ Ван.

Между бровями Тэ Гёна на мгновение пролегла складка.

Средний брат тоже примчался сюда на всех парах в надежде отхватить кусок пирога. И запретить ему приезжать было нельзя — он всё-таки один из руководителей отеля.

Нужно покончить со всем до приезда Тэ Вана.

Приняв решение, Тэ Гён вошел в лифт и нажал кнопку.

Направляясь к частному пляжу отеля, Тэ Гён надел солнцезащитные очки. Летнее солнце палило нещадно.

Он внимательно скользил взглядом по праздно отдыхающим людям, выискивая Михаэля Байнмана.

И тут его, словно магнитом, притянула к себе спина женщины в платье цвета летнего неба.

— …Ю Да Джон.

Подумать только, этот щенок, который осмелился рычать на него и сбежал из дома, вдруг объявился здесь.

На его губах заиграла циничная усмешка.

***

Коктейль-бар с захватывающим видом на ночное море Сокчхо.

— Обалдеть.

В заведении тягуче играла джазовая мелодия. Сидя в полумраке, Да Джон безотрывно смотрела в экран телефона.

— Чтобы остановить кровотечение на такой скорости… сколько же нужно практиковаться в наложении швов?

Потягивая розовый коктейль, она была полностью поглощена просмотром симуляции операции.

Периодически восхищенно ахая и делая заметки, она досмотрела видео до конца.

Потерев уставшие глаза, Да Джон подняла голову.

Бар был наполнен расслабленной, знойной атмосферой. Люди вели тихие беседы, влюбленные шептались, кто-то неспешно попивал коктейли, любуясь ночным морем.

И среди всего этого великолепия — Ю Да Джон, упорно смотрящая видео, где режут плоть и хлещет кровь.

Она вдруг усмехнулась.

— Приехать в такую даль и в итоге заниматься всё тем же.

Какая пресная и скучная жизнь. Она сладко потянулась.

Маленький бунт, который она себе позволила, закончился полным пшиком.

Она побродила по пляжу, сходила в известные рестораны, заглянула на центральный рынок, но ничего из этого не принесло ей особой радости.

И всё же просто пойти в номер и лечь спать было обидно. Она долго сомневалась, чем бы заняться, и в итоге пришла в бар отеля выпить коктейль, но и тут только и делала, что пялилась в телефон.

Да Джон равнодушно посмотрела на темное море, где непрерывно разбивались черные волны.

Сделала глоток напитка с ярко выраженным персиковым ароматом.

— …Да Джон.

Голос, зовущий её с ностальгической интонацией, прозвучал как предвестник беды.

— Так ты здесь.

Дурные предчувствия никогда не обманывают. Да Джон с явным раздражением на лице медленно обернулась.

— Кажется, мы так и не успели нормально поздороваться.

Чон Мин У, лицо которого уже успело раскраснеться от выпитого, неловко переминался с ноги на ногу.

— Нет. Вполне достаточно.

Так что проваливай.

Чон Мин У вздрогнул, уловив скрытый смысл её холодного ответа.

— Ты занята? У тебя встреча?

— …

— Просто мы так давно не виделись. Твоя аура… так изменилась.

Он смотрел на её распущенные длинные волосы и легкий макияж, и на его лице блуждала сальная улыбка. У неё едва не вырвался рвотный позыв.

— Ты же одна? Я присяду.

Чон Мин У бесцеремонно плюхнулся рядом и заказал бармену пиво.

Да Джон тут же вскочила. Ей было противно дышать с этим ублюдком одним воздухом, поэтому она решила немедленно уйти.

— Как я и думал. Ты всё еще сильно на меня злишься.

Его бредовые слова больно царапнули Да Джон.

— Что?

Можно ли назвать это простым словом «злишься»?

— Ты, наверное, не поверишь, но после того, как я тебя отпустил… я очень мучился. Я ненавидел ту стену реальности, что стояла между нами.

— Пей свое пиво молча. А если напился — иди к жене.

Даже после её резких слов Чон Мин У продолжал разыгрывать из себя трагического героя.

— Есть такое выражение, Да Джон. Мужчины до самой смерти не могут забыть свою первую любовь.

Просто заткнись, умоляю.

— Ты — моя первая любовь… Я не забыл тебя.

— Сумасшедший ублюдок.

Ругательство всё-таки сорвалось с её губ.

Да Джон свирепо зыркнула на Чон Мин У, упивающегося собственной мелодрамой, и решительно развернулась.

— Да Джон! Давай поговорим еще немного, а?

Чон Мин У резко вскочил и схватил её за руку, задев бокал с коктейлем. Липкий напиток пролился на её платье.

— Я вытру!

— Отпусти!

Чон Мин У, суетясь, схватил её сумку. Началась потасовка из-за экосумки, в которую он вцепился своими грязными руками.

Она уже собиралась закричать и позвать на помощь, озираясь по сторонам, как вдруг…

— Эй! Ю Да Джон, сумасшедшая сука!

Раздался пронзительный женский голос, и кто-то с размаху плеснул остатками коктейля прямо в лицо Да Джон.

— …!

Всё произошло в одно мгновение.

В баре повисла пугающая тишина. Взгляды всех присутствующих скрестились на Да Джон.

— Совсем берега попутала? Решила пофлиртовать с женатым мужиком?! Ты же знала, что я приехала с ним!

Чхве Мин Джон, чьи глаза обезумело сверкали от ярости, со стуком поставила пустой бокал на стойку.

— Я прекрасно знаю, что ты в университете бегала за моим мужем как сталкер! Не пора ли уже успокоиться?!

Что за отборный бред.

Да Джон откинула со лба липкие мокрые волосы и усмехнулась. Настолько это было абсурдно.

— Хватит. Оплати химчистку.

— Ты еще и огрызаешься? Попалась на соблазнении чужого мужа и смеешь так дерзить.

— Забирай своего мужа себе. Но деньги за химчистку отдай.

Люди вокруг начали перешептываться. Чхве Мин Джон смотрела на Да Джон испепеляющим взглядом.

— Какая еще химчистка! Что это вообще за сумка такая, я думала, это старая половая тряпка, настолько она убогая.

Чхве Мин Джон брезгливо ткнула пальцем в насквозь промокшую экосумку и презрительно фыркнула. Да Джон это не волновало. Она не опустила протянутую руку.

— Вот почему происхождение так важно.

— …

Даже когда Чон Мин У попытался её остановить, рот Чхве Мин Джон было уже не заткнуть.

— Что сумка, что человек — всякое убожество так и лезет на рожон! И какой же низкий уровень у больницы Сохан, раз они держат у себя таких… А-а-а-а!

Но договорить Чхве Мин Джон так и не смогла — ледяная жидкость водопадом обрушилась ей прямо на макушку.

— Что ты творишь?!

— Мин Джон! Дорогая, ты в порядке?

Даже визжа, Чхве Мин Джон стояла неподвижно, не в силах пошевелиться. Да Джон, перевернув пивной бокал вверх дном, безжалостно выливала на неё всё до последней капли.

— Я передумала. Деньги за химчистку оставь себе. Око за око.

Да Джон со стуком опустила пустой бокал Чон Мин У на стол и расслабленно улыбнулась.

— Ах ты ж…!

Потекшая черными разводами тушь. Накладные ресницы, нелепо болтающиеся на кончике века. Истошно вопящая в таком виде Чхве Мин Джон выглядела просто смешно.

Да Джон коротко рассмеялась, и у Чхве Мин Джон от ярости окончательно снесло крышу. Извергая потоки грязной брани, она замахнулась, чтобы ударить Да Джон.

И в этот самый момент…

— Милая.

Глубокий, низкий бас, словно поднимающийся с самого дна океана, разрезал воздух.

— Да Джон. Радость моя.

Высокий, потрясающе красивый мужчина, уверенно приближающийся издалека, тепло улыбнулся Да Джон.

Не может быть… Надеюсь, мне просто показалось.

— Долго ждала? Прости, что опоздал.

Чан Тэ Гён, которого здесь быть никак не должно, подошел и по-хозяйски обнял Да Джон за плечи.

— Ты вся промокла. Что случилось?

Пиджак, только что бывший на Тэ Гёне, оказался на её плечах. Испуганная Да Джон подняла на него глаза.

Поражала не только его бесцеремонность: в его острых глазах читалось неподдельное беспокойство.

— Поднимемся в номер и сначала примешь душ? Пойдем, милая.

Добавив к этому столь интимное обращение, он нежно вытер её щеку. Любой бы принял его за мужчину, до беспамятства влюбленного в свою девушку.