С каких пор он смотрит?
Она впервые предстала перед Тэ Гёном в обычной одежде, а не в медицинском халате.
Надо было хоть немного накраситься. Да Джон потерла щеку, казавшуюся слишком бледной. Девушка чувствовала, что её невыразительное лицо совершенно не сочетается с легкой, игривой светло-сиреневой блузкой.
Даже лодыжки, дерзко выглядывающие из-под черных укороченных брюк, выглядели как-то неопрятно, отчего вдруг стало неловко.
Она незаметно отставила ногу назад, и взгляд Тэ Гёна неторопливо скользнул следом.
…Это было слишком откровенно.
И почему так? Он всего лишь смотрел, но по спине пробежал холодок. Да Джон даже почудилось легкое покалывание, словно большая мужская рука плотно обхватила её за лодыжку.
Дзинь.
Звук, возвестивший о прибытии на первый этаж, еще никогда не казался таким радостным. Наконец-то она сможет вырваться из этого замкнутого пространства, где они находились только вдвоем.
Не дожидаясь, пока створки разъедутся полностью, Да Джон проскользнула в щель, словно только этого и ждала.
Вечером, после окончания амбулаторного приема, в вестибюле больницы было безлюдно.
Пересекая холл среди редких пациентов, их родственников и уходящего с работы персонала, Да Джон столкнулась с новой дилеммой.
И что теперь? Просто взять и уйти?
До каких пор придется шагать рядом с этим давящим своим присутствием мужчиной? Да еще и так близко, что одежда едва ли не соприкасается.
Она специально отодвигалась в сторону, пыталась отстать и пойти позади. Но то ли случайно, то ли намеренно, шаги Тэ Гёна упорно подстраивались под её темп, и они снова шли вровень.
И пока она вела эту безмолвную, понятную лишь ей одной борьбу...
— Вау, док-тол!
Маленький пациент, семеня ножками, подбежал к Да Джон.
Она тут же опустилась на корточки, чтобы оказаться с малышом на одном уровне.
— Док-тол! Касивая.
Коротко стриженный мальчик с еще нечетким произношением повис на ноге Да Джон. Её лицо, до этого скованное напряжением, просияло.
— Ын Хо, что ты здесь делаешь?
— Иглать! Иглать плишел. В Эйфелеву басню!
Ребенок радостно указал пухлым пальцем себе за спину.
Зона AR-развлечений. То самое заведение, открывшееся на месте выселенного «Медикс».
— Эйфелева басня пям бася-а-ая и касивая.
— Ой, доктор. Вы уже уходите? Ын Хо, иди сюда. Доктору пора.
Мама Ын Хо приветливо поздоровалась.
— Ын Хо в последнее время просто без ума от этой AR-зоны. Буквально живет здесь.
— Правда?
— Да, среди пациентов сейчас это хит. Такие «долгожители», как наш Ын Хо, о путешествиях и мечтать не могут, а тут благодаря «Ханджу Трэвел» совершают кругосветки. Мы так благодарны.
Да Джон рефлекторно взглянула на Тэ Гёна. Высокий мужчина, на которого ей приходилось смотреть снизу вверх, оставался, как обычно, бесстрастным и холодным.
Выдавала его лишь едва заметно дрогнувшая бровь.
Похоже, даже всемогущий Чан Тэ Гён был падок на похвалу. Заметив эту крошечную перемену, Да Джон невольно приподняла уголки губ.
Но в тот момент, когда их взгляды встретились...
— ...
Глаза мужчины снова стали жесткими и колючими.
Ах да. Это же Чан Тэ Гён — человек, который не задумываясь плюнет в улыбающееся лицо. О чем я только думала...
Да Джон быстро стерла улыбку, вернув лицу невозмутимое выражение.
— Ын Хо. Но всё равно не засиживайся тут допоздна. Поиграй еще чуть-чуть и возвращайся в палату. Договорились?
Погладив малыша по голове, Да Джон как раз собиралась выпрямиться.
— А вы сто, зенитесь? Свидание?
— А? Что?
— Ой, и правда! То-то я смотрю, вы сегодня особенно красивая. И ваш парень просто красавец.
Боже мой.
Такое недоразумение было сродни взрыву атомной бомбы.
Как теперь выкручиваться? Да Джон почувствовала, как к лицу приливает кровь.
— А, нет, что вы, абсолютно! Вовсе нет.
Да Джон бросилась отчаянно это отрицать, изо всех сил размахивая руками, отчего маме Ын Хо даже стало неловко.
— Ой, правда? Простите. Просто вы вдвоем так замечательно смотритесь, вот я и подумала...
Какие еще «вдвоем»! Пожалуйста, не приплетайте меня к этому мужчине!
Это же Тэ Гён — человек, чье лицо свирепо каменеет от одной только улыбки в его сторону.
Я так явно показала свое возмущение, что сейчас он, наверное, выглядит угрожающе. Излучает убийственный холод.
Не решаясь даже взглянуть в сторону директора, она неловко прощалась, когда...
— Эй. Малой.
Раздался бас, звучавший еще глубже, чем обычно.
Не может быть. Каким бы Собачьей гильотиной он ни был... нет, даже директор Чан Тэ Гён не станет срываться на маленького ребенка.
Подавив тревогу, Да Джон повернулась.
— Тебе вон та штука нравится?
Как ни странно, Тэ Гён отреагировал довольно мягко. Кивнул в сторону AR-зоны, даже не нахмурившись.
— Да! Отень-отень интелесно!
— Ясно. Я распоряжусь, чтобы поставили еще автоматов, так что играй на здоровье. Поправляйся скорее и выписывайся.
Сказав это, мужчина скользнул взглядом по Да Джон и широким шагом направился к главному выходу.
— Эм, директор...
Вот так просто уйдет? Что это за тягучее чувство незавершенности? Замявшись на мгновение, Да Джон торопливо последовала за ним через автоматические двери.
— Директор.
Тэ Гён, шедший, засунув руки в карманы брюк, мельком оглянулся.
— Эм, я хотела сказать... Спасибо за тот ланч-бокс.
Она окликнула мужчину, но совершенно не представляла, что говорить дальше. Извиняться и объяснять, что она вовсе не считает его своим парнем, было бы глупо. Поэтому девушка просто брякнула первое, что пришло в голову.
«И что с того?» — ясно прочиталось на лице Тэ Гёна, прежде чем он снова отвернулся.
— Директор.
Это не то. Как так вышло, что теперь я выгляжу так, будто отчаянно пытаюсь его удержать?
— Ну...
— Просто садитесь.
Пик.
Одновременно с его словами у безупречно черного седана, припаркованного перед главным входом, мигнули фары.
— Что?
— Разве не это означает просьба подвезти? Вы же увязались за мной до самой машины.
— Нет, дело не в этом...
Внезапно развернувшись, Тэ Гён в один шаг сократил дистанцию. Испугавшись резкого приближения крупного мужчины, Да Джон инстинктивно вжала голову в плечи.
— И в чем же снова не дело? М-м?
Тонкий шлейф его парфюма, который едва уловимо витал в воздухе всё это время, теперь, с расстояния меньше пяди, резко ударил в нос.
…Свежий, но глубокий аромат, напоминающий густой лес после дождя. Он идеально подходил этому высокомерному, холодному мужчине.
— Доктор Ю Да Джон только и делает, что всё отрицает с самого начала.
Его слова прозвучали с едва уловимой колкостью.
— Так вы садитесь или нет?
— А...
За открытой им дверцей виднелось уютное, но тесное и замкнутое пространство. Окажись Да Джон там, ей некуда будет деться от его запаха, придется вдыхать этот аромат сполна.
— Я лучше пройдусь пешком. Тут идти минут десять.
Сжав покалывающие кончики пальцев в кулаки, Да Джон отвергла предложение.
В солнечном сплетении тяжело защемило, губы пересохли. Сердце защекотало, словно сквозь него пробивался нежный росток. Голова слегка кружилась.
Дурное предзнаменование, говорящее о том, что нечто начинается.
Не может быть.
Неужели мое сердце трепещет из-за директора Чан Тэ Гёна?
Из-за мужчины, который без колебаний заявляет, что уничтожит наше отделение, если мы не будем приносить деньги?
Этому не бывать. Нужно пресечь всё на корню.
— ...
Тэ Гён, не подозревавший о творящемся у неё в голове хаосе, смерил Да Джон взглядом и гладко улыбнулся. Дежурной, деловой улыбкой.
— Понятно. Идите.
Но его холодный взгляд оставался серьезным.
Мужчина захлопнул пассажирскую дверцу. Пока Да Джон оцепенело смотрела, как он обходит машину и садится за руль, седан стремительно рванул с места, оставив её одну на улице.
***
— Выглядит вкусно.
Выйдя из душа и вытирая мокрые волосы, Да Джон открыла крышку пластикового контейнера.
По пути домой она зашла в супермаркет за легким ужином, и рука сама потянулась к суши. Должно быть, девушка неосознанно вспомнила тот ланч-бокс, что видела в кабинете Тэ Гёна.
Подцепив кусочек палочками, она тяжело вздохнула.
И что это за сумасшествие.
Этот мужчина никогда ничего не предлагал дважды. И если Да Джон чувствует облегчение, но в то же время некую обиду из-за этого... значит, она точно сошла с ума.
Это всё потому, что он до нелепого красив.
И правда, почему Чан Тэ Гён так хорош собой — и лицом, и телом? К тому же он сбивает с толку.
Если уж злодей, так будь злодеем, а если хочешь быть героем, то иди до конца. Делал бы что-то одно.
Каждый раз, видя и слыша о поступках Тэ Гёна, она всё больше запутывалась в этих резких скачках между образом тирана и спасителя, и это не давало ей покоя.
Ах.
— С ума сойти.
Как только она вспомнила о мужчине, в горле снова запершило. Да Джон торопливо сделала глоток воды.
Всё дело в его завораживающей внешности. В остальном же характер директора и его взгляды на жизнь были настолько жесткими, что он представлял собой полную противоположность идеалу Да Джон.
Так что возьми себя в руки. Держи голову холодной... и не влюбишься.
Фу-у. Тяжело вздохнув напоследок, Да Джон тщательно прожевала суши. Еда ведь ни в чем не виновата.
— Вау. Вкусно. Магазинные тоже ничего так.
Да Джон усмехнулась и продолжила есть. Суши были сладковатыми, но во рту почему-то горчило.
На ланч-боксе, который приготовил Тэ Гён, красовался логотип японского ресторана при отеле «Ханджу Групп». Мужчина заказывал даже обычный обед из люксового отеля. Человек, источающий врожденное благородство, владелец фонда, управляющего детским домом, благодаря которому Да Джон ела, одевалась и вообще жила на этом свете.
А та машина, дверцу которой он перед ней открыл, стоит, наверное, как аренда приличной квартиры.
Вспомнилось, как Кан Джи Хо, увидев значок трезубца на капоте, раскудахтался, что «даже главному врачу такое авто не по карману». В голову лезли самые разные мысли.
…Вот почему этому тем более не бывать. Если я хоть немного пущу его в свое сердце, то в итоге пострадаю сама. Точно так же, как тогда, когда меня безжалостно бросил этот мерзавец Чон Мин У.
