Контент удален!

Когда госпожа Чхве объявила, что ужин готов, и позвала её к столу, Дже Ин отмахнулась и предложила ей поесть первой. Видимо, из-за того, что в главном доме она поела в какое-то непонятное время, чувство сытости ещё не прошло.

Развалившись на диване в гостиной и включив передачу, где эксперт раздавал советы по воспитанию детей, Дже Ин вертела в руках телефон. В нерабочее время она обычно игнорировала рабочие вопросы, но сообщения от клиентов, с которыми была знакома лично, оставлять без внимания не могла. Большинство из них были жёнами или детьми глав именитых корпораций, поэтому как заместитель директора арт-центра «Ёнсон» она была обязана отвечать им со всей добросовестностью в любое время.

Со скучающим видом Дже Ин проверила информацию о желаемых ими произведениях, наличии работ в галерее и возможности сделать заказ художникам, после чего всем кратко ответила. Затем прочитала сообщение от продавца часового бренда с просьбой заглянуть в бутик — она оставляла там заявку на покупку — и только тогда наконец заблокировала экран телефона.

Натянув пушистый плед до самого подбородка и на мгновение закрыв глаза, Дже Ин прислушалась. До неё донёсся стук посуды — госпожа Чхве уже приступила к ужину. Дже Ин вдруг поймала себя на мысли, что они давненько не ели вместе, так как обычно их время ужина не совпадало.

Из телевизора доносился плач раскапризничавшегося ребёнка. Какая у них история сегодня? Вслушиваясь в звуки квартиры, Дже Ин приоткрыла глаза. Людей всего трое, но один затих, как мышь. Чем он там занимается, запершись у себя? Даже не слышно, чтобы он выходил в туалет.

— Дже Ин, накрыть тебе на стол? Или потом сама поешь?

— Позже поем.

— Тогда каша с курицей вон в той кастрюле, наложи себе и разогрей в микроволновке. А если сегодня есть не будешь, я уберу её в холодильник.

— М-м... Пока оставь.

Бросив мимолётный взгляд в сторону коридора, ведущего к комнате Чхон Джо, Дже Ин снова уставилась в телевизор. Тем временем госпожа Чхве прибралась на кухне, проверила, всё ли в порядке в квартире, и скрылась в своей комнате.

Сколько прошло времени? Ближе к концу передачи Дже Ин то и дело смахивала катящиеся градом слёзы. Думая о том, сколько скрытой боли таится в подобных семьях, и проникаясь чувствами ребёнка, она всегда начинала плакать.

Вытерев капающие слёзы, Дже Ин бросила влажную салфетку на стол. На нём уже скопилась целая гора скомканных бумажек.

Выплакав все слёзы, она наконец почувствовала голод. Восстановив дыхание, Дже Ин с трудом оторвалась от дивана. Время близилось к восьми.

Потирая заложенный нос, Дже Ин зашла на кухню и стала приоткрывать крышки кастрюль на индукционной плите одну за другой. В одной оказалась каша с курицей, о которой говорила госпожа Чхве, а в другой — тушёное кимчи. В нос ударил острый аромат, и в животе тут же заурчало.

Чтобы Дже Ин было проще накрыть на стол, госпожа Чхве заранее выставила на кухонный островок посуду и столовые приборы. Потянувшись за тарелкой, Дже Ин вдруг замерла. А ведь тот мужчина, который выставил её за дверь и больше не показывался, тоже ничего не ел.

Дже Ин неловко прокашлялась, хотя её никто не видел, и, крутанувшись на носочках на пол-оборота, направилась в коридор. Проходя мимо комнаты госпожи Чхве, она на всякий случай пошла на цыпочках.

Дверь в комнату мужчины по-прежнему была плотно закрыта. Тук-тук. Дже Ин легонько постучала. Ответа не последовало. Подождав мгновение, она постучала ещё раз. Когда и на этот раз ответа не было, Дже Ин не оставалось ничего другого, как прижаться ухом к двери.

— Он что, спит уже, что ли?

Она как раз медленно сдвигала прижатое к середине двери ухо ближе к щели, как вдруг...

— Чего вам?

— А-ах!..

Отшатнувшись, словно испугавшаяся неожиданной помехи кошка, Дже Ин схватилась за грудь. Стоящий в дверном проёме Чхон Джо встретил её скучающим взглядом.

Даже в его простой позе — он стоял, держась за ручку двери, и молча смотрел на неё сверху вниз — сквозило откровенное раздражение. Пытаясь унять бешено бьющееся сердце, Дже Ин пригладила наэлектризованные волосы.

— Мог бы и отозваться, когда стучат...

— Чего вам?

— Что значит «чего»? Иди ешь. Уже восемь.

Буркнув это, Дже Ин вытянула шею, заглядывая Чхон Джо за спину. Видимо, до этого он сидел за столом — стул был развёрнут к двери. Чхон Джо молча взглянул на свои наручные часы.

— Вы ещё не ели?

— Ага.

— Тогда ешьте первой. Я поем позже.

— Поздно есть вредно. Давай поедим вместе прямо сейчас. Раз уж будешь накрывать себе, заодно накроешь и мне, так нам обоим будет проще.

Проще обоим от этого явно не становилось. Левая бровь Чхон Джо медленно поползла вверх. Наблюдая за тем, как он хмурится, Дже Ин махнула рукой, веля ему выходить. Чхон Джо хотел было что-то возразить, но посмотрел на быстро удаляющуюся спину Дже Ин и в итоге промолчал.

***

Окончив знакомить Чхон Джо с кухней, Дже Ин оперлась на столешницу. Она пропустила мимо ушей его просьбу пойти и спокойно сесть в столовой, и вместо этого стояла рядом, неотрывно наблюдая за тем, как он готовит ужин.

— Посыпь мне чёрным перцем. И было бы здорово, если бы ты нарезал немного зелёного лука и посыпал сверху.

— ...

Дже Ин раздавала указания, глядя, как Чхон Джо накладывает в тарелку подогретую кашу. Ответа не последовало. Недовольно цокнув языком, Дже Ин не стала больше наседать и молча подперла подбородок рукой.

При взгляде снизу вверх его густые ресницы казались ещё чернее. На контрасте со светлой кожей это выглядело красиво — на него определённо было приятно смотреть. Как она и предполагала, он не был изнеженным белоручкой: с кухонной утварью мужчина управлялся весьма ловко. Похоже, суровые курсы по подготовке к роли мужа ему не понадобятся.

— Любишь тушёное кимчи?

— ...

— Я спрашиваю, любишь?!

Поставив тарелки с кашей для себя и Дже Ин на кухонный островок, Чхон Джо огляделся по сторонам. Дже Ин быстро сориентировалась, нашла щипцы и ножницы и протянула их ему. В ответ на неё бросили снисходительный взгляд, словно говорящий: «Надо же, какая молодец, что смогла найти».

Как ни странно, этот взгляд её ничуть не задел. Его дерзость и манера выводить из себя гробовым молчанием сейчас были вполне терпимы. Дже Ин крутилась вокруг Чхон Джо, следуя за каждым его шагом. И только когда он нарезал кимчи удобными кусочками и разложил по тарелкам, она поняла, что ей тоже надо бы чем-то заняться.

Дже Ин достала приборы, вынула из холодильника несколько гарниров, приготовленных с утра госпожой Чхве, и разложила их по небольшим пиалам. Пока она занималась этим пустяковым делом, посуда то и дело подозрительно гремела. Каждый раз Чхон Джо обеспокоенно оборачивался, и его взгляд становился всё более хмурым.

— Кажется, у меня талант к домашним делам.

После долгой борьбы Дже Ин расставила закуски на подносе, идеально продумав цветовую гамму и композицию. Затем она с гордостью посмотрела на Чхон Джо. За такой результат в главном доме её бы хвалили до самого отбоя. А управляющий Чон и вовсе бы пустил слезу, причитая о том, когда же их барышня успела так вырасти.

Но этот мужчина был из другого теста. Независимо от того, смотрела на него Дже Ин с ожиданием похвалы или нет, он просто взял подготовленные тарелки и без лишних слов ушёл в столовую.

— Вот придурок.

Пробормотала Дже Ин и поспешила следом за Чхон Джо.

Ужин проходил отнюдь не в тишине. По большей части Дже Ин засыпала Чхон Джо бесполезными вопросами, а тот отвечал примерно на каждый пятый.

— Выпьем по стаканчику после ужина?

Проглотив салат из колокольчика, который усердно жевала, Дже Ин сверкнула глазами. Чхон Джо, собиравшийся зачерпнуть ложку каши, замер и равнодушно посмотрел на неё.

— Нет, ну... Надо же устроить тебе приветственную вечеринку.

— Не стоит.

— Да ладно, не ломайся. У меня тут есть хороший алкоголь.

Оставив это без ответа, Чхон Джо снова сосредоточился на еде. Дже Ин, с прищуром наблюдавшая за ним, отложила ложку.

— Слушай.

— ...

— У тебя, случайно, нет проблем с социализацией?

— Звучит оскорбительно.

И что тут оскорбительного? Подумав, что ему не мешало бы взглянуть на себя объективно, Дже Ин положила ему в тарелку кусочек тушёного кимчи.

После этого до самого конца ужина Дже Ин ещё пару раз пыталась завести разговор, но получить от него нужный ответ было просто нереально.

В итоге, как только с ужином было покончено и посуда убрана, Чхон Джо, словно только этого и ждал, встал из-за стола.

Разочарованно окинув взглядом опустевшую кухню и коридор, в котором скрылся Чхон Джо, Дже Ин поплелась к себе в спальню.

К счастью, после того как она вдоволь повозмущалась в душе, настроение быстро улучшилось. А пока она просматривала отчёт о предстоящем арт-аукционе, время и вовсе пролетело незаметно.

Выйдя в гостиную, Дже Ин вдруг почувствовала себя одиноко в нависшей тишине и сразу же включила телевизор. Затем она достала стакан для виски и прихватила початую бутылку, которая хранилась на вспомогательной кухне.

— Раз уж я сыта...

Осмотрев содержимое холодильника, Дже Ин достала маринованные оливки. Прихватив лёгкую закуску, виски, лёд и стакан, она вернулась в гостиную.

Усевшись на пол перед диваном, Дже Ин долго выбирала, что посмотреть. В итоге включила фильм, который видела уже несколько раз. Финальная сцена, где главный герой уходит под воду, заставляла её плакать при каждом просмотре.

Фильм дошёл до середины. Виски в бутылке тоже поубавилось. Слегка опьянев, Дже Ин сидела перед экраном и роняла слёзы. Знать концовку наперёд — порой слишком жестоко.

Нашарив телефон и беззвучно рыдая, Дже Ин нажала на имя в «Избранном» и отправила сообщение.

[Правда не выпьешь со мной?]

Прошло прилично времени, а он его даже не прочитал.

Значит, лёгких путей мы не ищем. Вздёрнув бровь, Дже Ин строчила ему одно сообщение за другим.

[Я в гостиной]

[Спишь?]

[Тычтодажевтуалетнеходишь]

В итоге до самого конца фильма ответа так и не последовало.

Глаза щипало. Выплакав все слёзы, ей было слишком тяжело справляться с ноющей пустотой внутри в одиночку.

Залпом допив остатки виски, Дже Ин резко вскочила на ноги и направилась по коридору. Слегка пошатываясь, она добралась до пункта назначения и без колебаний постучала.

Тук-тук.

Тук-тук-тук-тук.

Интересно, когда-нибудь хозяин этой комнаты соизволит откликнуться с первого раза? Прижав тыльные стороны ладоней к пылающим щекам, Дже Ин сделала шаг назад.

Дверь распахнулась без малейшего предупреждения, и из комнаты хлынул яркий свет. Глаза, успевшие привыкнуть к темноте, невольно сощурились.

— Гордости у вас маловато...

В тишине ночи, когда все спали, голос мужчины звучал ещё глубже и ниже. С трудом разлепив режущие от света глаза, Дже Ин посмотрела на него. Мужчина небрежно прислонился к дверному косяку и, скрестив руки на груди, молча разглядывал её.

Его следующая фраза оказалась совсем не такой, как она ожидала.

— Опять плакали.

Их взгляды пересеклись в воздухе, и никто не отвёл глаза.

— Кто же вас так доводит до слёз?

Чхон Джо медленно скользнул взглядом по раскрасневшемуся кончику носа, припухшим векам и мочкам ушей Дже Ин, а затем слегка склонил голову набок.