Онлайн чтение книги Переселение до того, как большой босс почернел Transmigrating to Before the Big Boss Blackened
1 - 26

После вечерних занятий Су Тяньлэй и двое его приятелей, громко ругаясь, поднялись на школьную крышу.

Крыша была просторной, по периметру огороженной высокой защитной сеткой. Пол покрыт слоем пыли и обертками от снеков — настоящий бардак.

— Черт! Блять! Сука!!! — выругавшись, раздраженный Су Тяньлэй пнул валявшуюся на полу пластиковую бутылку.

— Брат Тянь, забей.

— Забить, блин?! — вызверился Су Тяньлэй и злобно сплюнул. — Пусть только попадутся мне на глаза — я их прикончу!

Он ругался так яростно, что нечаянно дернул ранку в уголке рта. Боль заставила его скривиться, и ненависть к Чжоу Чжи вспыхнула с новой силой. Но больше всего он ненавидел Ши Му.

Один из приятелей нахмурился:

— Странно все это. Чжоу Чжи первый начал, а лао Хуан не только не наказал его, но еще и заставил нас тут убираться.

— Да ладно, — добавил другой. — Может, лао Хуан запал на этого бледнолицего?

— Эй, а ведь говорят… — тут они огляделись и понизили голоса. — Говорят, что лао Хуан — педик. Может, у него с Ши Му что-то было?

Никто не воспринял это всерьез, но все громко рассмеялись.

После шуток один из парней достал из рюкзака сигарету и протянул Су Тяньлэю. Тот закурил, прислонился к сетке и медленно выпустил дым.

— Кстати, вы слышали? Несколько лет назад кто-то спрыгнул отсюда вниз. Говорят, изнасиловал соседа по комнате, дело раскрылось, и он не вынес позора — вот и покончил с собой.

Второй кивнул, усмехнувшись:

— Это же одна из семи школьных легенд. Но никто этого не видел.

— Ха-ха, конечно, не видел! Это же бред. Если бы призраки существовали, я бы их собственной мочой облил!

Докурив, троица принялась за уборку, чтобы не затягивать.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, когда в тишине Су Тяньлэй вдруг услышал скрип. Он поднял глаза и увидел, что дверь на крышу медленно открывается.

Моргнув, он разглядел парня в школьной форме, который вошел внутрь.

У того было абсолютно бесстрастное лицо, а кожа неестественно бледная, словно покрытая слоем пепла.

Су Тяньлэй нахмурился, бросил метлу и подошел, грубо толкнув парня в плечо:

— Мы тут убираемся, проваливай!

Парень, словно робот, молча обошел Су Тяньлэя, затем внезапно рванул вперед и перемахнул через ограждение, с глухим стуком рухнув вниз.

Трое остолбенели от ужаса.

В следующее мгновение Су Тяньлэй почувствовал ледяное дыхание у себя за спиной.

— Б-брат Тянь… — один из приятелей дрожащим пальцем показал за его спину, глаза округлились от ужаса. — П-позади тебя…

П-позади?

Су Тяньлэй медленно обернулся.

Там стоял тот самый парень. Из его глаз, носа и рта текла кровь, а на лице расплылась мерзкая ухмылка:

— Хи-хи-хи… Видя тебя, я чувствую, как во мне закипает кровь…

На несколько секунд воцарилась мертвая тишина.

— А-а-а-а-а!!!

Трое парней побросали вещи и, не разбирая дороги, бросились прочь с крыши.

Добежав до клумбы, они едва не рухнули на землю от страха, а самый трусливый из них чуть не обмочился.

— Э-этот тип… Неужели это был…

Их спины тут же покрылись ледяным потом.

Лицо одного из приятелей стало еще бледнее:

— Говорят, тот старшеклассник приставал ко многим парням… И после смерти остался похотливым призраком.

С этими словами оба уставились на Су Тяньлэя.

По правде говоря, Су Тяньлэй был неплох собой, но его вечно насмешливое выражение лица и развязное поведение отталкивали девушек — за исключением тех, кого привлекали его деньги и статус.

Под их взглядами Су Тяньлэя пробрала дрожь, и он раздраженно буркнул:

— Че уставились, блять?

— Ничего, ничего! — они замотали головами, не смея продолжить.

Отряхнувшись, троица направилась в общежитие.

Через некоторое время Су Тяньлэй вдруг остановился, лицо его озарилось от какой-то пришедшей в голову мысли.

— Погодите.

— В чем дело, брат Тянь?

— Вы сказали, что тот призрак пристает только к симпатичным парням?

— Ну да… А что?

Су Тяньлэй коварно усмехнулся — по его лицу было видно, что он что-то задумал.

* * *

Возможно, из-за победы над первым классом, отношение к Фу Юньшэню в 15-м классе заметно изменилось. Когда утром они с Ши Му вошли в кабинет, несколько одноклассников робко поздоровались с ним.

Фу Юньшэнь ответил каждому, кратко и сдержанно:

— Угу.

Когда они сели на свои места, физорг подошел к Ши Му с завернутой банкой в руках.

— Ши Му, это мы всем классом вскладчину купили для тебя. Только сегодня утром смогли передать. Держи.

Банка была плотно упакована, и угадать содержимое было невозможно.

Из-за критических дней Ши Му мучилась от постоянной боли, ее лицо было бледнее обычного. Она лениво подняла глаза и тихим голосом спросила:

— Что это?

Физорг огляделся, затем таинственно придвинулся и прошептал ей на ухо:

— Олений пенис.

— Ч… ЧТО?

Ши Му уставилась на него в полном шоке:

— Ты сказал, это ЧТО?!

Физорг серьезно повторил:

— Олений пенис. Настоящий. Укрепляет поясницу и повышает потенцию. Офигенная штука.

— Я… — Ши Му уставилась на банку, с трудом сдерживая себя от того, чтобы выматериться.

Передняя парта обернулась:

— Не стесняйся, Ши Му, бери.

— Да-да! Мужская поясница — это важно. У моего отца в молодости была слабая сперма, а мама ему этот олений пенис заваривала — и через несколько дней я появился! Круто, да?

Ши Му: «…»

Ты уверен, что это не благодаря соседу лао Вану?

Хотя дело не в этом.

Ши Му уставилась на банку, нервно сглотнула и махнула рукой:

— Ладно, ладно, спасибо за заботу, но мне правда ничего не нужно.

Фу Юньшэнь, который сидел сзади, подперев щеку рукой, тихо рассмеялся. В его голосе звучала насмешка:

— Думаю, тебе стоит это принять. Даже если все в порядке, для профилактики не помешает… Тринадцать.

…Тринадцать*.

Это было чистейшей воды издевательство!

Разве маленький орел — не орел?! Бессовестный!

П.п.: 13 (十三 — shí sān) созвучно с 傻屄 (shǎ bī) — грубым оскорблением, аналогом русского еблан или долбоеб.

Ши Му с недовольным видом нехотя убрала банку в сумку. Увидев это, весь класс облегченно выдохнул, и атмосфера сразу стала оживленной. Наблюдая за этим, Фу Юньшэнь рассмеялся еще громче.

Прозвенел звонок, и ученики разошлись по местам.

На этот раз был урок китайского у учительницы Лю. Она вошла в класс с учебниками в руках, окинула взглядом помещение и остановила взгляд на Ши Му. Ее глаза наполнились теплотой, а губы растянулись в мягкой улыбке:

— Я все слышала, Ши Му. Если захочешь взять отгул — просто скажи.

Ши Му: «?»

Учительница Лю улыбнулась еще шире:

— Я все понимаю.

Ши Му: «???»

Сзади раздался сдержанный смешок Фу Юньшэня.

Ши Му сжала губы, уставившись на доску, но одна ее рука потянулась назад. Нащупав руку Фу Юньшэня, лежавшую на парте, она изо всех сил ущипнула его.

Довольная собой, Ши Му торжествующе ухмыльнулась и уже собиралась отдернуть руку, как вдруг он резко сжал ее пальцы. Улыбка на ее лице мгновенно застыла.

Ее рука была маленькой, но пальцы — тонкими и изящными, с аккуратно подстриженными ногтями.

Фу Юньшэнь, слегка наклонив голову, нежно сжал ее ладонь, взял ручку и начал выводить на ее коже иероглиф за иероглифом.

Учительница Лю писала на доске, а Ши Му, нервничая, тихо прошипела:

— Фу Юньшэнь, отпусти.

Он не послушался и продолжил писать.

— Сегодня мы будем изучать…

Учительница Лю уже повернулась к классу. Ши Му резко дернула руку, выпрямила спину и уставилась на доску с видом полной невинности, будто ничего не произошло.

Украдкой раскрыв ладонь, она взглянула на написанное: «13 + 5 = ?»

Равно 18!

Она что, по его мнению, дура? Даже детсадовец справится с такой задачкой.

Бессмыслица какая-то!

П.п.: игра слов, буквально звучит как «еблан + я = ?», причем 18 (十八shí bā) звучит похоже на 傻逼 (shǎ bī) мудак/долбоеб.

Раздраженная Ши Му стерла следы ручки салфеткой, написала на бумажке: «18, отвали», смяла ее и швырнула в Фу Юньшэня.

Тот развернул записку, приподнял бровь и усмехнулся. Его взгляд скользнул к воробью на дереве за окном, и про себя он мысленно назвал Ши Му идиотом.

Из-за недомогания Ши Му раньше ушла в общежитие, а Фу Юньшэнь зашел в столовую.

Сменив тампон и засунув использованный в пустую коробку из-под молока, она завернула его в пакет и выбросила в мусорку у общежития. Только после этого Ши Му наконец расслабилась и легла на кровать.

Достав телефон, она написала Фу Юньшэню.

[Трижды тупица: Принеси мне кашу из красной фасоли.]

[qaq: А гарнир?]

[Трижды тупица: Не надо.]

Ей не хотелось есть — только горячую кашу.

[qaq: Может, заодно приготовим олений пенис?]

[Трижды тупица: Отвали.]

Фу Юньшэнь больше не отвечал.

Не успела она положить телефон, как в дверь постучали. Ши Му открыла и увидела на пороге незнакомого субтильного паренька. Тот нервно переминался с ноги на ногу:

— Привет. Бэй Лин… Бэй Лин просила передать тебе кое-что.

— А?

Паренек нервно выдавил:

— Она просила тебя прийти на крышу учебного корпуса в восемь вечера.

С этими словами он быстро убежал.

Ши Му почесала затылок, озадаченная.

Подумав, она все же добавила Бэй Лин в друзья в WeChat под своим основным аккаунтом и написала ей:

[Трижды тупица: Бэй Лин, зачем ты зовешь меня на крышу?]

[Сироп Бэйлин: Это Бэй Лин. Я не просила старшеклассника идти на крышу.]

[Трижды тупица: Значит, я ошибся, извини.]

[Сироп Бэйлин: Ничего страшного. Старшеклассник Ши Му, тебе уже лучше?]

[Трижды тупица: Да, спасибо за имбирный напиток с коричневым сахаром. Это мой основной аккаунт, можешь писать сюда, если что.]

[Сироп Бэйлин: (Смущенный.jpg), хорошо.]

Ши Му отложила телефон, все еще испытывая недоумение.

В этот момент в комнату вошли Фу Юньшэнь с едой и Чжоу Чжи.

Помимо каши из красных бобов, Фу Юньшэнь принес ей три маленьких паровых булочки со сливками. Ши Му помыла палочки, села и сказала:

— Странно, кто-то назвался Бэй Лин и попросил меня прийти на крышу. Не пойму, кто это был.

— Хм? — Фу Юньшэнь бросил на нее взгляд. — Зачем тебя звали на крышу?

Ши Му покачала головой:

— Не знаю. Как думаешь, стоит идти?

— Иди, — без колебаний ответил Фу Юньшэнь. — Если тебя зовут, значит, хотят подстроить пакость. Если не пойдешь сейчас, в следующий раз могут навредить иначе. Лучше сразу вывести их на чистую воду.

Ши Му, набив рот булочкой, уставилась на него и невнятно пробормотала:

— Вывести… и что потом?

Юноша хмуро прищурился и припечатал:

— Прикончить.

Ши Му: «…»

Чжоу Чжи дернулся:

— Брат Шэнь, это… можно, но не обязательно.

Фу Юньшэнь, не меняя выражения лица, уточнил:

— Наполовину.

Ши Му и Чжоу Чжи: «…»

Жестокий человек.

Вечером, не дожидаясь конца самоподготовки, Ши Му и Фу Юньшэнь тайком сбежали из класса и поднялись на крышу, а Чжоу Чжи остался наблюдать в тени.

Едва они ступили на крышу, дверь за ними щелкнула — ее заперли.

Фу Юньшэнь опустил взгляд, поднял упавшую швабру и прислонил ее к стене.

С крыши открывался прекрасный вид: можно было разглядеть всю школу впереди и даже далекие горы, окутанные туманом. Но из-за пустоты вокруг место казалось мрачным и безлюдным.

Ши Му в расстройстве взъерошила волосы:

— Неужели они просто хотят запереть нас здесь на ночь?

Дети в их возрасте обожают закрывать других в туалетах или на крышах — так часто показывают в японских мангах.

Фу Юньшэнь усмехнулся, и тут его взгляд скользнул ей за спину:

— Думаю, нет…