Онлайн чтение книги Переселение до того, как большой босс почернел Transmigrating to Before the Big Boss Blackened
1 - 35

— Я… я имела в виду… — Бэй Лин опустила глаза, заправила за ухо прядь волос, закрывавшую ее лицо, ее уши слегка покраснели. — Неважно… неважно, с кем ты будешь вместе, я поддержу тебя!

— Что?..

Ши Му все меньше и меньше понимала, что говорит эта девушка. Неужели она подверглась слишком сильному воздействию и повредила разум?

— Старший Ши Му, не мог бы ты оставить мне автограф перед уходом? — Бэй Лин, заторопившись, достала из рюкзака бумагу и ручку и осторожно протянула ей.

Ши Му усмехнулась:

— Я ведь не звезда, зачем тебе мой автограф?

Личико Бэй Лин стало совсем красным:

— Я думаю, что твое имя может отгонять злых духов, потом… потом я повешу его в рамке над своей кроватью.

Ши Му: «…»

Почему ей все время кажется, что это звучит не очень хорошо?

Чтобы успокоить девушку, Ши Му все же сделала это.

Прислонив блокнот к ближайшему столбу, она специально написала свое имя иероглифами побольше.

Бэй Лин прижала блокнот к груди, как сокровище, и сладко улыбнулась:

— Спасибо, Ши Му-гэ.

— Все в порядке, поторопись вернуться, если тебе завтра все еще будет страшно, выходи с нами погулять.

Бэй Лин покачала головой:

— Завтра приедет дальний родственник, я поеду его встречать, мама сказала, что он еще и переведется в нашу школу…

Ши Му растерянно повела плечом.

Бэй Лин решила, что сказала, кажется, слишком много, и тут же смущенно умолкла, затем подняла голову и лучезарно улыбнулась:

— Я пойду первой, Ши Му, ты тоже будь осторожен.

Проводив Бэй Лин до двери, Ши Му развернулась, чтобы уйти.

Холодный свет луны струился на землю, окутывая все вокруг серебристым сиянием, ее шаги отдавались эхом, время от времени мимо проносились призраки, но она оставалась невозмутимой.

Вдруг одна мысль промелькнула в ее голове.

Ребенок дальних родственников, о котором говорила Бэй Лин, кажется, был главным героем в оригинальной манге, верно?

Она с трудом перебирала в голове сюжет оригинальной манги «Заклинатель мертвых»*. Настоящее имя главного героя — Ся Ханъи, оба родителя были говорящими с умершими, но позже их семья пришла в упадок, и они отправили его учиться в город. Семья Ся была обязана родителям Бэй Лин, и они были дальними родственниками, поэтому родители Бэй Лин согласились заботиться о Ся Ханъи и позволили ему жить в их доме. Два ребенка не очень ладили друг с другом, но постепенно у них возникли чувства…

П.п.: Мы, признаться, в недоумении. Ранее автор называла оригинальную мангу «黑夜异闻录» — «Заметки о ночных чудесах», теперь так: «尸语者», что можно перевести как «Заклинатель мертвых». Возможно, автор забыла… А может, там целый цикл манги и каждый том называется по-разному

Спустя время родители Ся умерли, Ся Ханъи вернулся в свой родной город и был вынужден взяться за семейное ремесло — он стал заниматься тем, что больше всего ненавидел.

Позже Бэй Лин была превращена злодейкой в растение, и чтобы выяснить причину, по которой пострадал его белый лунный свет, Бэй Лин, Ся Ханъи стал полицейским и вступил в противостояние со злодеем Фу Юньшэнем.

Если сюжетная линия верна, то оригинальный главный герой скоро появится.

Ши Му погладила себя по груди и нервно закусила губу: оригинальный главный герой — козерог, который выглядел очень послушным, но на самом деле был очень злопамятным, он мог помнить какую-то мелочь в течение десяти лет! Раз он пришел, то все, что она может сделать, это не трогать его. Ши Му просто надеялась, что этот злопамятный говн… главный герой не будет трогать ее.

Вернувшись к такси, она села в машину, и двигатель завелся.

Фу Юньшэнь был очень нетерпелив и сердито сказал:

— Ты еще, наверное, и чашку чая выпил в ее доме, а?

Ши Му, которая была обеспокоена оригинальным главным героем, вообще не расслышала сарказма в его голосе и покачала головой:

— Чай не пил, но зато дал ей свой автограф.

Фу Юньшэнь подавился слюной и бросил на нее злобный взгляд.

Глаза Ши Му были ясными и честными, и он, вероятно, вообще не понял его скрытый посыл.

Это было все равно, что играть на цине перед коровой*.

П.п.: «对牛弹琴» (duì niú tán qín) букв. играть на цине перед коровой, аналог русской пословицы «Метать бисер перед свиньями». Тут корова является символом простоты, необразованности и неспособности оценить высокое искусство.

Фу Юньшэнь отвел взгляд, чувствуя себя глупо.

— Эй, — толкнула его локтем Ши Му, — Шэньшэнь, хочешь, чтобы я тебе тоже оставил автограф? Бэй Лин сказала, что мое имя отгоняет злых духов.

Тонкие губы юноши приоткрылись, и он выплюнул:

— Отвали. Еще раз назовешь меня «Шэньшэнь» — и я тебя убью.

Не успела Ши Му что-либо сказать, как Чжоу Чжи, сидевший на переднем пассажирском сиденье, стал вести себя вызывающе. Он повернул голову и зарядил:

— Шэньшэнь, Шэнь-цзай, Юньюнь, Юнь-цзай, какое тебе больше нравится? А-ха-ха!

Да чтоб тебя, идиот!

Этот парень что, дурак? Разве он не видит, что Фу Юньшэнь сейчас убьет его!

Ши Му молча отодвинулась от Фу Юньшэня. Хотя в машине Фу Юньшэнь ничего не мог сделать с Чжоу Чжи, есть такое понятие, как «свести счеты после жатвы».

Когда они добрались до жилого комплекса «Прекрасный сад», Чжоу Чжи сам заплатил за проезд.

Трое вышли из машины, Чжоу Чжи шел впереди.

*Хлоп!*

Фу Юньшэнь бросил рюкзак в руки Ши Му, засучил рукава и приблизился к Чжоу Чжи. Чжоу Чжи, шагающий спиной к Фу Юньшэню, оглядывался по сторонам с глупым видом, совершенно не подозревая об опасности, надвигающейся сзади.

Фу Юньшэнь схватил Чжоу Чжи и безжалостно повалил его на землю. Стоя на одном колене, он стащил с Чжоу Чжи кроссовки и сунул их ему в лицо. Вонючие кроссовки прямо под нос!

Даже на расстоянии Ши Му почувствовала эту вонь.

Чжоу Чжи безумно вырывался, но ничего не получалось, и он тихо заскулил.

Фу Юньшэнь зловеще улыбнулся, его глаза были опасными:

— Мм? Шэньшэнь? Шэнь-цзай*? Юньюнь?

— Я… я баюс!.. Кхы-ы…

П.п.: 崽 zǎi цзай — букв. переводится как «детеныш». В Китае иногда называют детей «цзайцзай», то есть малыш.

Услышав невнятную просьбу о пощаде, Фу Юньшэнь отпустил его и прошипел:

— Как ты меня назвал?

Чжоу Чжи из-за вони своих кроссовок аж прослезился и икнул:

— Ик… Сын.

— Да чтоб тебя! — Фу Юньшэнь стал трепать его еще усерднее.

В три часа ночи двое крепких молодых парней делают такое у ворот жилого комплекса?

Не на что смотреть, не на что смотреть.

Ши Му покачала головой, обошла их и, никого не спрашивая, вошла в жилой комплекс, а затем достала ключ из рюкзака Фу Юньшэня и открыла дверь.

Переобувшись, она направилась прямо на кухню.

В холодильнике лежали свежие овощи и фрукты. Окинув взглядом все вокруг, она увидела записку, приклеенную к дверце холодильника, на которой чистым и аккуратным почерком было написано:

«На этой неделе я участвую в соревнованиях и не смогу приехать к брату. Я купил тебе фрукты и немного овощей, а на столе лежат новые кулинарные книги. Брат должен научиться готовить и заботиться о себе».

А в самом низу был нарисован смайлик.

Фу Юньжуй оставил.

Этот парень все-таки добрый.

Вспомнив лицо этого мягкого мальчика, Ши Му улыбнулась.

— Фу Юньшэнь, ты не человек, ты просто животное! Я тебя ненавижу, я больше не буду с тобой дружить!

Чжоу Чжи, ругаясь, вошел внутрь. Следом раздался ленивый голос Фу Юньшэня:

— А я с тобой дружил?

— Да чтоб тебя… Захлопнись!

И снова раздался шум драки.

Ши Му завязала фартук и, высунув голову в коридор, спросила:

— Что вы будете есть?

Фу Юньшэнь снял куртку и небрежно ответил:

— Просто сделай лапшу, давно пора спать.

— Я не ем лапшу, я хочу мясо! — Чжоу Чжи закончил говорить и только потом понял: — Брат Му, ты собираешься готовить?

— А что еще делать? В это время еду на заказ уже не доставляют.

Лицо Чжоу Чжи было полно восхищения:

— Как же хорошо, если кто-нибудь в будущем выйдет за тебя замуж, ей очень повезет.

Ши Му улыбнулась и ничего не сказала.

[Динь! Значение братства -100, ваши действия вызвали недовольство цели, пожалуйста, будьте внимательны.]

…Что?

Недовольство?

Чем он может быть недоволен?

Ши Му оглянулась — Фу Юньшэнь включил телевизор и бесцельно переключал каналы, пока наконец не остановился на спортивном канале.

Неужели он был недоволен тем, что Чжоу Чжи хотел мясо?

— Я сварю вонтоны и приготовлю немного лапши, вы не возражаете?

— Не возражаю, — глупо улыбнулся Чжоу Чжи. — Я все съем, что ты приготовишь, брат Му, меня очень легко прокормить.

Чжоу Чжи вышел из кухни и принял душ в ванной на первом этаже.

Когда он закончил, еда уже была готова.

Ши Му сварила пачку вегетарианских вонтонов, приготовила три большие миски яичной лапши, а также сделала немного салата из овощей, которые были в холодильнике. Расставив посуду, Чжоу Чжи с нетерпением сел за стол.

Аромат лапши был насыщенным, и томатный соус с яйцом постоянно стимулировал вкус.

Чжоу Чжи сглотнул слюну и начал с шумом есть.

— Брат Му очень вкусный! — Чжоу Чжи, привыкший к столовской еде, был очень тронут в этот момент.

Ши Му развязала фартук и сказала:

— Пожалуйста, обрати внимание на пунктуацию, правильно будет: брат Му, очень вкусно.

— О-о-о, хорошо. Брат Му, очень вкусно.

Отношение Чжоу Чжи было очень небрежным.

Фу Юньшэнь ел молча, не издавая никаких звуков, в отличие от Чжоу Чжи. Несмотря на то, что с детства его никто не воспитывал, его манеры и этикет все равно были самыми лучшими.

Ши Му, уплетая лапшу, украдкой поглядывала на него и быстро отводила взгляд. Закончив, она посмотрела на Чжоу Чжи и сказала:

— Иди мыть посуду.

— Хорошо, я помою, я помою, — охотно согласился Чжоу Чжи. Наевшись до отвала, он икнул пару раз и похлопал себя по круглому животу: — А где я буду спать?

Фу Юньшэнь протянул руку и указал, Чжоу Чжи посмотрел в этом направлении — там был диван.

Он тут же запротестовал:

— У тебя трехэтажная вилла, и ты предлагаешь мне спать на диване?

Фу Юньшэнь сказал:

— На втором этаже только одна отремонтированная комната для гостей, остальные — пустые комнаты, а третий этаж вообще не используется. Ты уверен, что хочешь спать на третьем этаже?

Чжоу Чжи расширил глаза:

— Да ты что, ты же впустую тратишь столько места… Это… обычно никто не приходит?

Наступила тишина.

Выражение его лица было спокойным, а взгляд — пустым и отстраненным.

Чжоу Чжи, осознав, что сказал что-то не то, втянул голову в плечи и забормотал:

— Я… я… Я не буду спать на диване, я буду спать с Му-гэ, Му-гэ, можно?

— Нельзя, — решительно отказала Ши Му.

Фу Юньшэнь, казалось, беспомощно вздохнул:

— Ты спишь в комнате для гостей, а Ши Му пусть идет в мою комнату.

Пф-ф!

Она чуть не выплюнула горячую воду, которую уже почти проглотила, но все равно немного вытекло.

Ши Му вытерла воду с губ и настороженно поинтересовалась:

— Я… я не возражаю, но… ты точно не возражаешь?

Сюрприз пришел слишком быстро, как торнадо. Кажется, за ночевку на одной кровати с братом дают 1000 очков братства. За эти два дня она сможет заработать 2000! Если ей повезет, она скоро выполнит задание и вернется домой!!!

Волнение, радость, предвкушение!

Фу Юньшэнь лениво взглянул на нее и ответил:

— Ты посмотри, который сейчас час.

Ши Му моргнула:

— Час ночи.

Фу Юньшэнь хмыкнул:

— Ты о чем размечтался? Не надумывай!

Ши Му: «…»

— В моей спальне есть диван, который можно разложить в кровать, ты будешь спать там.

Ши Му надула губы и тихо обругала его.

Фу Юньшэнь прищурился:

— Что ты сказал? Говори погромче.

Ши Му резко выпрямилась и громко сказала:

— Я сказала, что старший брат Фу гениален и воинственен! Этот младший очень благодарен!

— Хех, подлиза.

Ругать нельзя, а если похвалить, то обзовет подлизой. Эх, нынешним мальчикам так трудно угодить.

Чжоу Чжи, убрав посуду, радостно побежал наверх в спальню. Ши Му помылась, переоделась в пижаму в ванной и только после этого с облегчением постучала в дверь спальни Фу Юньшэня.

Она впервые оказалась в спальне босса.

Обстановка была очень простой, можно сказать, скромной: большая кровать посередине, с обеих сторон которой свисали тонкие москитные сетки. Фу Юньшэнь уже разложил ей диван, а подушка с одеялом уже были в наволочке и пододеяльнике.

Она осторожно взглянула на Фу Юньшэня, сидевшего на кровати и печатавшего что-то на ноутбуке, и медленно легла.

— Фу Юньшэнь, что ты каждый день пишешь на компьютере? Ты что, влюбился? Виртуальный роман?

Каждый вечер он чем-то занимался на ноуте и молчал, и когда его спрашивали, он вообще ничего не говорил, что вызывало жгучее любопытство.

Фу Юньшэнь поднял веки, закрыл ноутбук и перевернулся, чтобы натянуть одеяло.

Ши Му болтала ногами:

— Фу Юньшэнь, я завтра хочу выйти и поискать квартиру.

— А что тебе здесь не нравится?

Ши Му покачала головой:

— Как же так, я тут без родственников и друзей, это… неудобно.

Фу Юньшэнь резко открыл глаза, встал и уставился на Ши Му:

— На прошлой неделе ты разве не согласился?

Ши Му была ошеломлена:

— С чем я согласился?

Фу Юньшэнь прищурился и медленно, четко проговорил:

— Готовить мне.

Ши Му вспомнила и усмехнулась:

— Готовить — это пустяк, но я же не могу жить здесь слишком часто. Два дня на выходных — это еще нормально, а что делать на зимних и летних каникулах? К тому же, если я буду жить здесь каждый день, Чжоу Чжи снова начнет шуметь и говорить, что я его отталкиваю.

Вспомнив тот день, когда Чжоу Чжи разозлился и ударил ее в грудь, Ши Му снова испытала фантомную боль.

Фу Юньшэнь нахмурил свои красивые брови и процедил:

— Какое Чжоу Чжи дело до того, что ты здесь живешь? Ты что, влюбился в него?

Ши Му: «…»

А…

Что???

Парень, у тебя какие-то нездоровые мысли.