Не кожаная перчатка, а его настоящая, живая плоть проникла ей в рот. Ви На задрожала, словно получая высшую благодать. Ха-а, ее прерывистое дыхание смешалось с толстым куском плоти, ворвавшимся в нее.

Язык, схвативший ее и властно орудующий во рту, был так же груб, как и его пальцы, шарившие в глотке, а может, и еще грубее. Он скользнул туда, куда, казалось, язык никак не мог дотянуться, и глубоко вылизал слизистую. От одной лишь силы, с которой он вталкивал свой язык, спину Ви На впечатало в стену. Его язык плотно закупорил проход, через который поступал воздух, заставляя ее задыхаться. От грубого наслаждения руки и ноги Ви На мелко затряслись.

— Хх, а... Х-х.

— ...Угу.

Казалось, он что-то сказал, но ее помутневший рассудок не смог разобрать слов.

— Высунь язык.

Он повторил приказ. Голос звучал хрипло, словно он злился. Задыхаясь, Ви На высунула язык. Он тут же высунул свой, заставив два куска плоти сплестись в воздухе. Красный, твердый язык грубо вращался, словно высекая искры от трения, а в какой-то момент он захватил лишь кончик ее языка и начал бешено его сосать. Звуки жадного, животного чавканья разносились по комнате.

Его глаза, которые ни на секунду не закрывались, обжигающе подавляли Ви На. Хотя она сама этого хотела, поцелуй был настолько более низменным, чем она ожидала, что она никак не могла прийти в себя. Такой поцелуй в ее жизни был впервые.

— Ви Си Гён...

Сквозь мутнеющее, ускользающее сознание прорезался его голос, острый как нож. Говоря это, Син Хэ Гон слизнул ее слюну от шеи до самого подбородка.

— Найди его. Труп или живого — неважно.

Его глаза, пока он покусывал губы Ви На, были томными и расфокусированными, словно он был околдован.

— Это твой последний шанс.

Ви На была в оцепенении. Она попыталась обнять его, словно завороженная, но он перехватил ее руки. Затем он, грубо вторгаясь, стал целовать и кусать ее щеки, губы, все лицо так, как ему хотелось, издавая громкие звуки. До тех пор, пока кто-то не постучал в дверь кабинета. Нет, даже пока в дверь стучали...

Пока она была поглощена его языком, солнце полностью поднялось над горизонтом. Комнату залил яркий свет. Видя, как этот свет ярко освещает даже его скрытое вожделение, Ви На с готовностью расслабила все тело. Чтобы он, впервые потерявший контроль над разумом, мог еще глубже проникнуть в нее и осквернить...

***

«Ты — сокровище, которое я добыл в бою, ты — мое дитя. Не забывай этого. Помни, что только благодаря мне ты переродилась, только благодаря мне твоя жизнь обрела смысл. Ты всегда должна помнить об этом».

Как он и велел, Ви На всегда помнила об этом.

Даже в тот момент, когда она предавала его, Ви На ни на секунду этого не забывала.

«Я предчувствовал, что однажды этот день настанет. С того самого момента, как я своими руками забрал жизни товарищей, с которыми делил горе и радость, движимый лишь одной мыслью — завладеть тобой... Нет, с того момента, как я принял участие в предательстве своего долга военного, я перестал быть и солдатом, и человеком».

«Тебе страшно?»

«...Да, мне страшно. Меня пугает не сама смерть, а то, что даже на пороге смерти я сокрушаюсь лишь о том, что у меня все отнимают...»

Лицо Ви Си Гёна было искажено гневом из-за предательства и зависти, но сквозь это смутно проступало и раскаяние.

Ви На погладила его массивное, грузное тело, лежавшее на алтаре, словно жертва для подношения. При каждом прикосновении из ран сочилась кровь. Его пальцы на ногах отрезали один за другим, с интервалами, и эти места почернели и сгнили. Даже пупырышки волдырей обуглились до черноты. Это больше не походило на человеческую плоть, скорее на копошащиеся останки сгнившего насекомого. К этим ногам преклонялось бесчисленное множество людей, но теперь они лишь бессмысленно гнили, источая зловоние.

«Я попаду в ад?»

«Не знаю».

«Не знаешь... Да, откуда тебе знать. Ведь даже я этого не знал...»

Ви Си Гён смотрел на красный свет, который ослепительно сиял из-за плеча Ви На, словно новорожденная жизнь. Только тогда, словно действительно испугавшись всего на свете, он безжалостно затряс веками, как будто никак не мог смириться с тем, что придется закрыть глаза навсегда.

А затем, с трудом подняв парализованную руку, он попытался схватить Ви На за глаза. За то самое сокровище, которое он так жаждал. За жадность, погубившую его жизнь. За великий грех, порожденный этой жадностью...

«Бог доказывает свое существование тем, что его нет...»

Ви На без колебаний вонзила нож в его рот, познавший эту печальную истину. Поскольку у мертвецов нет ртов, до ушей Ви На не донеслось никаких криков.

— У-ух... Хх.

Ви На, схватившись за глаза, покачнулась. Она тревожно, тяжело задышала, а затем ее вырвало прозрачным желудочным соком.

Чу Хён поспешно поддержал ее, не дав упасть на колени на склоне горы. Лицо Ви На было не просто белым, оно было мертвенно-бледным. Чу Хён силой усадил ее на ближайший пень. Раздвинув ветки деревьев, он увидел, как лучи заходящего солнца, смешанные с тенями, окрасили ее лицо.

Когда он вложил бутылку с водой в ее руку, судорожно шарящую вокруг с крепко закрытыми глазами, она запрокинула голову и начала неистово пить.

Он уже привык видеть, как она растирает глаза или хлещет воду после того, как слишком сильно использует свои способности, но сегодня ей было особенно тяжело. А то, что ее вырвало, было совершенно нетипично. Несмотря на закрытые глаза, он так ясно чувствовал ее смятение и страх, что у него самого заныло в груди.

Обычно, если с ней заговорить, она послушно отвечала, но ее реакции были странно отстраненными, словно она была красивой деревянной куклой. Сегодня же все было иначе. Она выглядела крайне напряженной, словно за ней кто-то гнался.

В этот момент солдаты, закончив поиски, спустились с середины горы. Судя по тому, как они все дружно качали головами, глядя на Чу Хёна, это была пустая трата времени.

Они обыскали все убежища, на которые указала Ви На, но труп Ви Си Гёна так и не нашли.

Крошечные руки Ви На, сжимающие новую, полную бутылку воды, мелко дрожали. Она выглядела такой отчаявшейся, будто ей только что вынесли смертный приговор.

Чу Хён взял у Ви На бутылку, открутил крышку и вернул обратно. Ви На даже не взяла ее, лишь ее ресницы затрепетали. С блестящих от влаги губ струйкой потекла слюна. Чу Хён нахмурился. Похоже, она и правда была не в себе.

Чу Хён взял ее за острый подбородок и сам наклонил бутылку. Когда теплая вода полилась ей в рот, в красных глазах медленно начал появляться фокус. Губы, которые постепенно сами начали обхватывать горлышко бутылки, были сильно распухшими. При виде этого взгляд Чу Хёна стал странным.

Когда он отводил Ви На в кабинет Син Хэ Гона, ее губы выглядели иначе.

А это значит...

Рука Чу Хёна как-то двусмысленно поглаживала ее тонкий подбородок. Было трудно оторвать взгляд от губ, вызывающих самые дерзкие фантазии. Однако Чу Хён спросил не то, что хотел, а то, что должен был:

— Ну как? Видишь что-нибудь?

— Нет. Не вижу.

Услышав ее подавленный и безнадежный голос, Чу Хён наконец убрал руку от ее нежной кожи. Пока они спускались с горы для отхода, Ви На пребывала в мрачном унынии.

В джипе ничего не изменилось. Когда Чу Хён по рации передал неутешительные новости, ее тело начало трястись. Вибрация была настолько сильной, что передавалась на его сиденье, и Чу Хён, не в силах больше на это смотреть, спросил: «Да что с тобой такое?»

Тогда Ви На открыла глаза. Она не так уж долго держала их закрытыми, но его рука дернулась, словно он так отчаянно жаждал этого взгляда. Осознав, что чуть было не протянул руку, чтобы коснуться Ви На, Чу Хён тайком сжал ладонь в кулак. В замешательстве он напряг мышцы челюсти.

«Если расслабишься — тебя затянет. Поэтому не теряй бдительности. Это не предупреждение, а приказ».

Чу Хён вспомнил приказ Син Хэ Гона. Он строго контролировал свой взгляд, направленный на Ви На, чтобы не потерять бдительность. Ви На пристально посмотрела в глаза Чу Хёна, который поспешно воздвиг между ними барьер. В его темно-карих глазах, пока он пытался сохранить невозмутимый вид и слегка приподнял бровь, красным маревом закружился свет.

— Син Хэ Гон... всегда выполняет свои обещания?

— Господин майор всегда держит свое слово.

После этого Ви На упрямо сомкнула губы. На любые слова Чу Хёна она лишь рассеянно кивала или качала головой, полностью погрузившись в свои мысли.

«О чем они там говорили с Син Хэ Гоном, что она ведет себя так, будто настал конец света...» Хотя, честно говоря, она и так жила так, словно в ее мире существовал только Син Хэ Гон, подстраивая под него все свои стандарты.

— Послушай.

Вдруг заговорила Ви На, которая, казалось, больше не откроет рот до самого возвращения на остров Мунхва. Ее взгляд был устремлен в пустоту — ни на Чу Хёна, ни в окно.

— Если вдруг Син Хэ Гон попытается убить меня...

Пока он бессознательно прослеживал ее пустой взгляд, к его удивлению, глаза Ви На уже первыми встретились с его глазами. Не успел он осознать, что их взгляды пересеклись, как он почувствовал легкое оцепенение от того, что она уже смотрела прямо на него. Ви На придвинулась так близко, словно собиралась уткнуться лицом ему в грудь. Тело Чу Хёна напряглось.

— Ты сможешь меня защитить?

В его застывшие темно-карие глаза влился мелодичный, как журчание воды, голос.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver