Чу Хён почувствовал себя так, словно его заковали в цепи с ног до головы и бросили в море. Ему казалось, что эти цепи пустили корни в каждую его пору, в каждый сустав, опутав мозг и сердце. Это было давление, не позволяющее даже пошевелиться.

Нет, это была магия. Хотя липкая и глубокая толща воды поднималась все выше, накрывая с головой, ему оставалось лишь идти ко дну.

Красный свет пронзил нервы Чу Хёна. Это было похоже на обжигающую боль от пореза острым лезвием, и одновременно на нежные, обволакивающие объятия матери, и на влажное вылизывание интимных мест.

Шум колес, мчащихся по ухабистой лесной дороге, стал глухим, а затем и вовсе исчез.

Ви На завладела всеми пятью чувствами Чу Хёна. Все остальное, кроме нее, стало черно-белым. Ему показалось, что это она закрыла ему глаза.

Однако Ви На просто сидела и смотрела на него. Она не прикасалась к нему и не приближалась. Словно она была совершенно невинным человеком, не имеющим ни малейшего понятия о том, что с ним происходит. Будто она собиралась спокойно свалить всю вину на него, мол, виноват не тот, кто топит, а тот, кто тонет...

Единственное — ее хрупкие плечи дрожали так сильно, что, казалось, вот-вот сломаются. Внезапно из ее красных, как никогда, глаз хлынули слезы. Ее лицо оставалось совершенно бесстрастным и ничего не выражающим, совсем не похожим на лицо плачущего человека, но чистые, как роса, слезы ручьями стекали по ее бледным щекам.

Почему-то она выглядела растерянной. Похоже, ей самой было нелегко творить свои жуткие фокусы.

«Если тебе покажется, что она смотрит на тебя пристальнее, чем нужно, отвернись. Отведи свой взгляд или заставь ее отвести свой. Души ее, дери за волосы, делай что угодно».

Слова Син Хэ Гона... Неужели это был совет, основанный на собственном опыте? Раньше Чу Хён иногда задумывался, не тот ли это момент, о котором предупреждал Син Хэ Гон, когда их взгляды с Ви На пересекались чуть дольше обычного. Тогда он не мог сказать наверняка. Но сейчас он был уверен. Это и был тот самый момент, о котором его предупреждали.

И все же Чу Хён не мог поднять руку, чтобы задушить Ви На. Кончики его пальцев, словно придавленные валуном, не двигались. Исключительная солдатская гордость, которую он хоть и не выставлял напоказ, но бережно хранил в уголках души, в одно мгновение скомкалась, как кусок туалетной бумаги.

Неужели я настолько беспомощен?

«Ты сможешь меня защитить?»

Желание Ви На обрушилось на него бурным потоком, и он был не в силах его сдержать. В любую секунду он готов был поддаться и ответить «да», но с силой прикусил губу.

Чу Хён предпочел бы, чтобы кто-то из сослуживцев отвесил ему звонкую пощечину. Но в джипе стояла неестественная тишина.

Даже если все остальные, кроме Чу Хёна, вняли приказу Син Хэ Гона и во время операций полностью игнорировали Ви На, это отсутствие реакции было слишком пугающим. Ведь в обычное время, когда они с Ви На болтали от скуки, все откровенно на них пялились.

«Ан Чу Хён».

«Твой платок... Я его потеряла».

Блядь. Сука.

Чтобы прийти в себя, Чу Хён решил пойти напролом и посмотрел Ви На прямо в глаза. От этого она вздрогнула. Словно не ожидала, что он сможет это сделать. В ее застывшем взгляде промелькнула дрожь.

Когда концентрация Ви На нарушилась, Чу Хён восстановил равновесие. Он сглотнул слова, которые чуть было не сорвались с языка. Помня о своем долге, он отверг предложение Ви На.

— Нет.

К зрению Чу Хёна вернулись цвета. Удивительно, но они не проявились постепенно, а вспыхнули все разом. Отчего странное явление, которое он только что пережил, еще больше походило на галлюцинацию. На иллюзию, которую никому не объяснишь...

— Я слежу за тобой по приказу майора Син Хэ Гона. Если майор решит тебя казнить, я обязан подчиниться этому решению. У меня нет обязанности защищать тебя, идя наперекор его воле.

Даже ему самому свой голос показался холодным и жестким. Он был настолько напряжен, что заныла шея. Только тогда Чу Хён смог наконец отвести от нее свой негнущийся взгляд. Посмотрев на часы в джипе, он застыл от удивления.

С того момента, как их странным образом затянуло в этот зрительный контакт, не прошло и минуты. А ведь казалось, будто миновала целая вечность. Ощущая себя так, словно его околдовал призрак, он издал короткий вздох: Ха.

Что ж, ведьма или призрак — какая разница...

В этот момент то ли ведьма, то ли призрак Ви На ошеломленно пробормотала:

— ...Почему печать не сработала...?

— Что?

— Печать... Я думала, она не сработала на Син Хэ Гоне, потому что это Син Хэ Гон... Но и на тебе тоже не сработала.

Ви На бессвязно бормотала какие-то непонятные слова. Ее лицо было таким же потрясенным, как тогда, когда они не нашли Ви Си Гёна. Глаза, смотрящие на Чу Хёна, наполнились незнакомым ей страхом, любопытством и густым отчаянием.

Чу Хён был уверен, что прервал зрительный контакт и с трудом отвернулся, но с удивлением осознал, что снова не сводит глаз с Ви На.

— Это странно...

Сказав это, Ви На потеряла сознание. Чу Хён с растерянным видом подхватил ее обмякшее тело.

***

— Мы тщательно обыскали все три убежища, но Ви Си Гёна там не было. На всякий случай прочесали близлежащие реки и подвалы, но не нашли даже следов.

Син Хэ Гон сидел рядом с Ви На, которая ровно лежала на кровати, и слушал доклад Чу Хёна. Слушая Чу Хёна, свой взгляд он приковал к ее красным, едва заметно дрожащим губам. Видимо, у нее была стальная выдержка, раз она снова притворялась спящей после того, как однажды уже попалась.

Син Хэ Гон специально кинул свою зажигалку Zippo ей на грудь. Она не подала и виду, что вздрогнула — актерское мастерство было на высоте.

Тогда он взял металлическую пепельницу и бесцеремонно поставил ей прямо на лоб. А затем стряхнул туда пепел от сигареты. Чу Хён, наблюдая за этим с легким недоумением, попытался сделать вид, что ничего не замечает.

— И еще...

Чу Хён замялся. На его лице, когда он покосился на Ви На, читались следы внутренних терзаний. Син Хэ Гон кивнул.

— Говори.

— В джипе произошел небольшой инцидент с Ви На.

Син Хэ Гон приподнял бровь, словно его это заинтересовало. Пепельница на лбу Ви На, казалось, едва заметно дрогнула.

— Мне показалось, что Ви На смотрит на меня слишком пристально... и вдруг мое тело словно сковало, появилось чувство, будто меня куда-то затягивает. В этот момент стерлось все: где я нахожусь, что должен делать... Исчезло все. В этом хаосе я видел только красный цвет, только Ви На. Будто душа Ви На завладела моими глазами... нет, всем моим телом.

Лицо Чу Хёна слегка раскраснелось, пока он описывал это состояние Син Хэ Гону, вспоминая пережитые ощущения. Син Хэ Гон пристально смотрел на его лицо.

— Так ты отвел взгляд?

— ...Так точно.

— Что ты выбрал: щеку или волосы?

— Никак нет. Я ничего не сделал... Контакт оборвался сам. Словно попытка провалилась.

Медленно затягиваясь сигаретой, Син Хэ Гон перевел взгляд на Ви На, словно спрашивая ее: «Это так?». Пепельница, на удивление, стояла смирно. Видимо, она мужественно терпела. Син Хэ Гон подумал, что если бы он поставил пепельницу не на лоб, а на нос, зрелище было бы куда забавнее.

— После этого она впанике бормотала, почему печать не сработала, и что она не сработала не только на вас, господин майор, но и на мне, а затем внезапно потеряла сознание.

Глаза Син Хэ Гона блеснули.

— Значит, не только на мне, но и на тебе не сработала?

— Так точно. Она несколько раз это повторила, но я не знаю, что это значит.

— Хм...

Син Хэ Гон замолчал, погрузившись в глубокие раздумья. Тем временем Чу Хён украдкой взглянул на Ви На. Ее пухлые красные губы, казалось, вот-вот зашевелятся и прошепчут: «Не докладывай...»

— Но ты ведь утаил одну деталь в своем докладе.

Син Хэ Гон заговорил именно в тот момент, когда Чу Хён немного расслабился. Склонив голову набок, он спросил:

— Ты не упомянул о том, чего Ви На от тебя хотела.

— .......

— Раз уж она пыталась наложить печать, значит, у нее была какая-то конкретная цель...

Теперь и Чу Хёну было очевидно, что Ви На не спит. Еще бы, ведь пепельница на ее лбу дрожала так сильно, что не замечать этого было уже невозможно.

Под пронзительным, как лезвие, взглядом командира Чу Хён сжал кулаки. В горле пересохло, словно он наглотался песка. Син Хэ Гон повторил вопрос:

— Чего она от тебя хотела?

— .......

«Послушай».

«Если вдруг Син Хэ Гон попытается убить меня...»

«Ты сможешь меня защитить?»

Чу Хён намеренно умолчал об этих трех фразах, которые он слишком отчетливо помнил. Однако Син Хэ Гон с пугающей проницательностью догадался, что ему недоговаривают. Удивительно, но Чу Хён не стал долго колебаться. Приняв решение, он открыл рот.