Это длилось словно вечность, мгновение, будто выброшенное за пределы времени.

— Ах!

Рука, опустившаяся подобно лезвию гильотины, вцепилась в волосы Ви На и резко дернула. Рывок был такой силы, что, казалось, ее шея сейчас сломается. Ви На, чья голова безвольно запрокинулась назад, открыла глаза. Она ожидала увидеть ярость. Но лицо, с которым она столкнулась, выражало нечто большее.

Синее пламя, вспыхнувшее в его черных глазах, поглотило Ви На. Кипящее вожделение и жажда убийства проникали в ее кровь и плоть. Ей казалось, что она одновременно горит и замерзает. Это походило на холодный огонь. Парадоксальное сравнение, но другими словами описать человека, стоящего перед ней на перепутье хладнокровия и желания, было невозможно.

Хотя ее отшвырнули так сильно, что затряслось содержимое черепа, Ви На отчаянно вцепилась в его форму. Дрожащая рука, судорожно сжимавшая ткань, как спасательный трос, ярко выделялась на темном фоне.

Син Хэ Гон обрушил на нее шквал оскорблений одним лишь взглядом еще до того, как с его губ слетели слова, подобные взрывчатке. Несмотря на то, что беспощадные слова вонзались в ее зрачки, Ви На не отпускала его. Она упорно цеплялась за него, словно он был ее последним шансом на спасение. Ее красные глаза излучали отчаяние.

Губы Син Хэ Гона скривились. Ха... В этот момент ледяной вздох ударил ей в уши.

— Угх!

Син Хэ Гон дернул ногой, словно стряхивая грязь. Одно легкое движение — и Ви На с грохотом покатилась по полу. Бам! Хоть она и ударилась о стену головой, Ви На схватилась за грудь, куда пришелся пинок. Казалось, он даже не приложил силы, но удар был таким, словно ее ударили чем-то тупым и тяжелым.

Он схватил распластавшуюся, заходящуюся кашлем Ви На за шиворот и вздернул вверх. Подняв голову, она увидела прямо перед собой его гладкий нос, похожий на ствол пистолета. Ви На непроизвольно закашлялась прямо ему в лицо. Чем больше она пыталась сдержаться, тем сильнее вырывалось влажное, прерывистое дыхание.

От ее дыхания ресницы Син Хэ Гона дрогнули. Он свирепо уставился на ее приоткрытые, жадно глотающие воздух губы взглядом, в котором читались самые изощренные и жестокие фантазии.

— Свернуть тебе шею прямо сейчас — тоже одно из моих удовольствий. Как тебе такая идея?

— Ха-у...

— Или, может, раздробить тебе челюсть? Буду давить, пока зубы не посыплются. По-моему, будет безумно весело.

Он словно спрашивал, действительно ли она к этому готова, загоняя ее в угол до потери рассудка. Но даже в этот момент тело Ви На пылало. Это было доказательством его вожделения. И в то же время ей было так страшно, что кожа покрывалась мурашками. И это было доказательством его ненависти.

Если когда-нибудь настанет день, когда желание и ненависть сольются воедино, когда одно поглотит другое... как он будет смотреть на нее тогда?

Ви На с трудом подняла дрожащую руку. И схватила ту самую смертоносную руку, что лишала ее воздуха. Прикосновение холодной кожи вместо теплой плоти почему-то показалось ей невыносимо тоскливым и пугающим.

Боясь, что Син Хэ Гон отшвырнет ее прямо сейчас, Ви На отчаянно замотала головой. Ее отчаяние на мгновение оказалось сильнее его отвращения. Дрожь Ви На передалась ему через руку.

Вскоре кашель утих. Влажными губами Ви На выдохнула ответ:

— Да...

Глаза Син Хэ Гона дрогнули. Ей хотелось ухватиться за эту дрожь, чтобы она не прекращалась.

— Раз это... доставит тебе удовольствие...

Она силой протиснулась сквозь его пальцы. Раздвинула плотную кожу перчатки и медленно обхватила один палец. Пусть она не могла сжать его руку в ответ, но хотя бы так, чтобы переплестись...

Ее мучила головная боль, а дыхание сперло от страха, что он ее оттолкнет. Она была так сосредоточена, что по спине струился пот.

Его пальцы были настолько длинными и толстыми, что зазоры между ними в перчатке почти не ощущались. Не видя, но представляя их очертания, Ви На нежно погладила их. И медленно отняла его руку от своего воротника. Еще медленнее она потянула ее к своему лицу. Это короткое расстояние от шеи до лица показалось ей таким же огромным, как расстояние между звездами.

Син Хэ Гон молча позволял Ви На делать это. Пока его длинные пальцы наконец не коснулись ее губ. Внезапно он приподнял один палец. И легонько, мягко коснулся им ее губ. Ви На невольно издала слабый стон.

— Нет. Не смей делать из меня инструмент для своего искупления.

По непонятной причине в этот момент Ви На почувствовала боль, словно ее сердце скрутило. И внезапный комок в горле тоже был непривычным чувством.

Тук, в этот раз другой палец коснулся ее губ. Сильнее, чем раньше. Но это не было больно. Почему-то этот звук незнакомо отдался в ее теле, словно стучась в ее сердце. От этого Ви На пришла в себя.

Глубоко потемневшие глаза Син Хэ Гона все еще дрожали. Ви На отдалась этой дрожи.

— Я тоже хочу попробовать пожить как человек.

— .......

— Гулять без причины, есть, просто жить... Просто как обычный человек...

Третий палец, который он поднял, погладил нижнюю губу Ви На. Тело Ви На задрожало уже от другого чувства.

Тяжелое дыхание, пересекающее пространство между ними, принадлежало не одному, а обоим. Звук бьющегося сердца — тоже.

— Для этого мне придется сначала заслужить твое прощение.

Голос Ви На звучал жутко и мрачно, словно голос человека, запертого в гробу.

— Потому что я тоже... постоянно вижу перед собой ту могилу внутри меня...

В этот момент в глазах Син Хэ Гона вспыхнули некие эмоции. Сильнее цунами, яростнее урагана... И его «могила» тоже была втянута в этот водоворот. Его черные глаза жутко сверкнули, словно вырываясь из-под контроля.

В следующее мгновение Ви На жадно втянула в рот пальцы Син Хэ Гона. Она с нескрываемым вожделением провела влажным языком по перчатке. Она затянула ее в рот — тот самый рот, который подвергся унизительному досмотру в день их первой встречи. Влажный звук того, как она вылизывает и посасывает кожу перчатки, эхом разнесся по его кабинету.

Син Хэ Гон не смутился, но и не остался равнодушным. Ви На то медленно прикрывала, то открывала глаза, украдкой считывая его цвет. Его черный, наблюдавший за выходками Ви На из-под полуопущенных век, был пронзительным и свирепым.

Его пальцы, которые до этого неподвижно принимали ласки ее языка, внезапно по его собственной воле грубо протолкнулись глубже. Веки Ви На дрогнули. Он скомандовал чувственным голосом:

— Открой горло.

— Уук... Ха. Ах.

Ей казалось, что ее мозг раскалился добела. Желание, исходившее от него, заставляло ее хотеть касаться его так сильно, чтобы стереть кожу. Взгляд Ви На затуманился.

Хватка на затылке Ви На ослабла, и теперь его рука скорее ласкала ее волосы, перебирая их. Пальцы, бесцеремонно проникающие в глотку, вызывали рвотный рефлекс, но даже это лишь еще больше возбуждало Ви На.

Абсолютно черные глаза, в которых обычно не было ничего, исказились от возбуждения. Словно проверяя, сколько она сможет выдержать, он еще более жестоко и глубоко засунул пальцы. Кх, кхк — из горла Ви На вырывались влажные, сдавленные стоны. Слюна струйкой стекала по подбородку. Он пристально разглядывал ее грязное, полное стыда лицо. Ви На хотела спросить:

— ...Т-тебе, хх, ах, нравится?

Из-за того, что она глотала его пальцы, слова прозвучали невнятно, но он, кажется, понял. Ви На жадно и влажно посасывала эти безжалостные пальцы, рыскающие у нее во рту, и продолжила вопрос:

— Тебе... весело?

В глазах Син Хэ Гона вспыхнул свет. Он резко вытащил пальцы из ее рта.

Пока Ви На судорожно хватала ртом воздух, его лицо внезапно приблизилось к ее лицу, словно в броске. Глаза Ви На расширились. Но за долю секунды до того, как их губы соприкоснулись, он с трудом остановился. Их взгляды раскаленно столкнулись. На его гладком лбу, пока он тяжело дышал, вздулись вены, готовые лопнуть.

Он словно из последних сил что-то сдерживал. Его кадык дергался, как у зверя. Ви На поняла. Сейчас он отстранится. Он снова возьмет себя в руки и, как всегда, подавит сжигающее его желание.

Его разум был слишком силен, чтобы Ви На могла его сломить.

Ви На с отчаянием смотрела на его высокую фигуру, когда он мгновенно выпрямился и повернулся к двери. Как брошенный ребенок, она жалобно позвала его:

— Син Хэ Гон...

Син Хэ Гон схватился за ручку двери. Понимая, что ни ее глаза, ни ее тело не в силах его удержать, Ви На бессильно опустила голову. Его уход был неизменной реальностью и единственным будущим.

В тот момент, когда Ви На с грустью смотрела на его безжалостные армейские ботинки... Ей показалось, что его спина напряглась, и в ту же секунду он, словно назло реальности, обернулся.

Он приблизился так стремительно, что она едва успела уследить за ним глазами. В тот момент, когда она замерла, парализованная этой неистовой, почти враждебной энергией, его рука, все еще влажная от ее слюны, грубо схватила Ви На за лицо.

Прежде чем она успела осмыслить невероятную ситуацию, Бам! — спина Ви На впечаталась в стену. Взгляд, полностью потерявший контроль и сдержанность, вторгся в ее глаза, и в тот же миг ее губы были поглощены им.