Онлайн чтение книги Запретная песня Living with the Dangerous Beast
1 - 1 «Как это произошло?»

Ха-а-ах... ха-а-ах...

Сохва почти скатилась по крутой горной тропе. Дыхание сбилось, словно вот-вот сердце вылетит из горла, но она не смеет остановиться.

Будучи легкой лисицей она могла бы без труда вскарабкаться в гору, но жестокий хищник позади гонит её только туда, куда ему выгодно — вниз.

Кях!

Не выдержав скорости, Сохва скатилась в грязную яму. Тело ударилось о дерево и упало перед чьей-то норой.

Каждая клетка её тела ныла, когда-то гладкая шерсть теперь была покрыта грязью и дурно пахла, но ей нет дела ни до боли, ни до грязи. 

Единственная цель — выжить. В страхе за свою жизнь она вползла в нору — кажется, её вырыл барсук.

Здесь ему будет слишком тесно, чтобы пролезть.

Сохва забилась в самый дальний угол, дрожа всем телом. Вскоре снаружи послышались шаги хищника по влажной земле.

Гррр...

Тихое рычание, сдержанное и приглушённое, было похоже на отдалённый гром. Он сказал, что это просто звук его дыхания. Но что за монстр «просто дышит» так злобно?

Как же я не хочу это слышать.

Сохва уткнула голову между передними лапами, плотно прижав к ним торчащие ушки, и молилась лишь об одном — чтобы этот кошмар побыстрее закончился.

Пусть он не найдёт меня...

Мечты оказались напрасными. Хищник был слишком хорош в поисках, особенно со своим острым чутьём и пастью, что больше головы Сохвы.

Оглядываясь назад, Сохва вспоминала, как хищник ни разу не упускал свою добычу. Она сама не раз и не два терпела неудачи, пытаясь поймать воробья, а он каждое утро без труда приносил ей птицу на завтрак.

Почему она этого не поняла раньше?

Тот, кого она взрастила, тот самый свирепый зверь — был тигром.

— Выходи уже, Сохва. 

Разумеется, сейчас сожалеть было бесполезно.

— Думала, что сможешь от меня убежать?

Нора задрожала, словно собиралась рухнуть. Сохва думала, что маленькое укрытие слишком тесное, чтобы хищник мог сунуть туда лапу, но это была глупая ошибка.

Слышался шум раскапываемой земли. Это был кошмар наяву. Сохва, охваченная страхом, подняла глаза и увидела, как в нору прорывается гигантская лапа.

Когти, похожие на чёрные крючья, тянулись к ней, собираясь схватить.

— Выходи. Ты же должна отвечать за меня.

Сохва покрылась холодным потом. Она судорожно перебирала задними лапами, пытаясь выскользнуть назад, но корни дерева намертво преграждали ей путь.

Хищник не смог её схватить, но вскоре начал рыть землю, расширяя вход, чтобы достать лису.

Что же делать, что же делать...

Сохва вся дрожала, озираясь по сторонам в поисках выхода, но усилия оказались напрасными — тигриная лапа снова проникла внутрь.

На этот раз когти без труда схватили её за бока. Потрясённая Сохва рефлекторно вцепилась зубами в лапу.

Однако хищник, казалось, находил это забавным, тихо мурлыча от удовольствия, несмотря на её острые клыки.

Сохву вытащили наружу и подняли в воздух, зажав передними лапами. Висеть за загривок, болтаясь как тряпичная кукла, унизительно, но у неё не было времени думать о гордости.

Золотистые глаза тигра, в которых играла лёгкая улыбка, уставились на неё.

— Мне больно. Ты же укусила меня.

Под взглядом тигра Сохва вся сжалась, словно скованный льдом ручей посреди зимы.

Жидкость капала с её задних лап, стекая вниз.

— Опять... — тихо пробормотал он, глядя на мокрую землю и качая головой. От стыда и ужаса Сохва замахала лапами в воздухе.

— Ладно, ладно. Пошли домой, хорошо?

Он осторожно поставил её на землю, но тут же прижал передней лапой, не давая убежать.

— Не двигайся.

Он начал вылизывать её мордочку, запачканную грязью. Его большой, грубый и шершавый язык прошёлся по носу и ушкам, заставляя лисицу содрогнуться.

— Видишь, если бы сразу слушалась, ничего этого не было бы, — проворчал он, перекатывая её лапой, чтобы перевернуть.

Сохва едва могла дышать, когда он прижал её к земле, но хищник не обращал на это внимания и спокойно слизал следы мочи.

Когда он закончил чистить её, то осторожно взял лису в пасть. Укус не был болезненным, лишь слегка удерживающим, так что можно было бы вырваться. Но стоило Сохве лишь ощутить его острые, как железные прутья, клыки у себя на загривке, всякая воля сопротивляться у неё пропала.

Так хищник понёс лису обратно в гору, медленно покачивая пастью, как бы насмехаясь над её положением.

Вскоре они достигли места у подножия горы, где произошла их первая стычка. Тигр засунул лису в заранее подготовленную клетку.

— Это клетка, которую я специально заказал у западного купца в человеческой деревне, — сказал он, чем заставил её задрожать.

— Так вот зачем... Вот зачем ты купил её, — прошептала она.

— Конечно нет.

Хищник захлопнул дверцу клетки и начал меняться.

Шерсть исчезла, морда стала короче. Лапы с устрашающими когтями превратились в белые, длинные мужские пальцы. Его мощные передние и задние лапы сменились на пару стройных, сильных ног и рук.

Как и подобает чистокровному оборотню, он быстро приобрёл облик человека с чёрными волосами и карими глазами.

Высокий лоб и густые чёрные брови придавали ему свирепое выражение, а прямой нос и резкая линия подбородка делали его похожим на знатного молодого господина. Немного приподнятые пухлые красные губы излучали надменность и свирепость.

Сохва знала его с детства, и он всегда был красив.

— Больше не думай убегать. Это бесполезно — только тебе же хуже, поняла? 

Дохви слегка стукнул по решётке её клетки длинными пальцами. Она показала ему зубы и зарычала.

Он засмеялся, словно находил её поведение очаровательным, и поднял клетку.

— Не волнуйся, всё будет хорошо. Ты будешь счастлива со мной, — сказал он довольным голосом.

— У Имуги есть волшебный жемчуг. С его помощью даже существа разных видов, как мы, могут иметь детей.

Тихо, словно раскрывая секрет, Дохви продолжил:

— Я достану его для нас. Твоя мечта — иметь детей, так ведь?

Сохва притворилась, что не слышала, и свернулась клубком. Но её уши предательски дёрнулись. Да, её недавнее желание, вызванное наступающим периодом течки, было именно таким — завести детёныша.

Но не от тебя.

Ей сто лет, и она молодая, полная сил лиса, которая хочет потомства с таким же рыжим лисом, а не с каким-то чудовищем, как он.

— Похоже, ты заинтересовалась. Ты меня заводишь, — сказал он с устрашающей улыбкой.

— Ты ослеп? Я не тигрица! 

— Но самка же. 

«……»

— Моя самка.

Не стоит продолжать. С этим существом разговоры бесполезны.

— Достаточно добыть жемчужину, и нас будут считать обычной семьёй.

«Обычной семьёй?» Серьёзно? 

От существа, которое держит её в клетке, это звучало особенно нелепо. Сохва фыркнула от возмущения.

Видимо, её вызывающая реакция вывела его из себя — он внезапно остановился.

— Сохва.

Дохви поднял клетку, посмотрел ей в глаза, его голос понизился. Сохва дёрнула лапами, встречаясь с ледяным, безжалостным взглядом.

— Ты обещала. Обещала остаться со мной навсегда.

— Я... я не обещала...

Она набралась смелости возразить, но Дохви сурово нахмурил густые брови. Он тряхнул клетку, и тело Сохвы взлетело в воздух.

— Ты забрала меня совсем крошечным и вырастила как тебе вздумается. А теперь хочешь бросить?

Она оскалилась и прошипела:

— Ты… неблагодарное существо!

— А я как раз хочу отплатить тебе за всё.

Он наклонился к клетке и прищурился.

— Я готов исполнить любое твоё желание и продолжать заботиться о тебе, как всегда. Чем ты недовольна?

Громкое рычание прозвучало как эхо. Сохва быстро опустила взгляд. Она снова обмочилась. Услышав журчание, Дохви недовольно нахмурился.

— Так не пойдёт. Ты опять не удержалась.

Смущённый, что напугал её до такой степени, он явно злился. Грубые руки открыли запор на клетке. Дохви хоть и был в теле человека, но он был огромным, настоящим гигантом, с руками величиной с крышку котла. Поймав Сохву, которая тщетно пыталась забиться в угол, он вынул лису из клетки и с силой отбросил маленькую темницу в сторону.

Клац! Железные прутья с треском разлетелись. Сохва инстинктивно поджала хвост. Но он, не обращая внимания, поднял её на уровень своих глаз.

— Превращайся.

Он приказал ей принять человеческую форму.

Сохва отчаянно замотала головой. Нет. Нет! Человеческое тело удобно в быту, но уязвимо в критической ситуации. С ним не так-то просто убежать.

— Послушай меня.

Он сурово предостерёг её.

— Нет!

Сохва выкрикнула резко и зло. Тогда он словно бы вздохнул и схватил её за хвост, перевернув вверх ногами.

— Пусти! Пусти меня!

Она царапала его лапами, визжала от негодования, но Дохви оставался невозмутим. Он даже начал плавно раскачивать её из стороны в сторону.

Сохва чувствовала, как голова кружится, а боль в хвосте была такой, что казалось, мужчина вот-вот сорвёт его, и в конце концов ей пришлось уступить.

Длинный звериный нос начал укорачиваться, и серебристая шерсть, покрывавшая её тело, исчезла. Передние лапы стали человеческими руками, а задние превратились в ноги.

Девушка в лёгкой одежде тяжело дышала, сверкая глазами в его сторону.

— Ну что, доволен?! Доволен теперь?!

— Угу. Спасибо, что послушалась.

Он, казалось, искренне обрадовался, широко улыбнулся и схватил её за запястье.

Щелчок, и что-то защёлкнулось. Холодный металл заставил Сохву вздрогнуть.

Что это? 

Она подняла руку, чтобы посмотреть. На запястье был надет толстый браслет, а он держал конец привязанной к нему цепи.

— Хотел надеть на шею, но это было бы слишком. Смотрелось бы совсем уж дико, как будто я охотник, а ты моя добыча.

Дохви улыбнулся, видя её растерянность.

— Но ведь наши отношения совсем не такие, правда?

Если не такие, то какие же?

Опять бесполезно разговаривать. Когда это он стал таким?

Раньше Дохви слушался каждое моё слово...

С тех пор ты как стал настолько высоким, что едва не касался головой потолка? Или когда руки и ноги стали больше моей головы?

— Пойдём домой, Сохва. Обещаю, до следующей течки я найду эту жемчужину.

Он обнял её за плечи и пошёл вперёд, обещая то, о чём она его не просила.

— Слива, абрикос, вишня, лягушка, воробей... Теперь и я буду есть только то, что тебе нравится. Буду делать всю уборку, стирку — ну, как и раньше, только теперь действительно стараться. Так что даже не думай меня бросать, поняла?

«……»

— Вот, опять молчишь. Будешь так продолжать — привяжу дома.

— Кто ты такой, чтобы меня...

— Не волнуйся. Я обязательно сделаю тебя счастливой. Обязательно.

Прервав её, он вдруг упал на колени прямо на землю, чтобы подтвердить свои слова.

— У меня никого, кроме тебя, нет, Сохва. Ты знаешь.

Дохви приложил её руки к своему лицу и, как зверь, начал тереться щекой о её живот.

— Пожалуйста, не бросай меня... Я буду хорошим. Очень хорошим. Правда. Будь со мной.

Когда Сохва так и не ответила, его взгляд мгновенно стал злее.

Карие глаза постепенно приобрели золотистый оттенок.

— Ты не уйдёшь, правда?

«……»

Глаза тигра блестели особенно устрашающе в ночной темноте.

Сохва не выдержала и слегка кивнула, уступая его угрозе. Он расплылся в улыбке и крепко обнял её.

— Спасибо. Если ещё раз бросишь, я действительно умру.

Это прозвучало так: «Сначала съем тебя, а потом и сам умру». Сохва нервно сглотнула.

— Давай заведём ребёнка и будем счастливы. Навсегда.

«……»

Слова монаха о том, что на ней лежит тяжёлый кармический долг, эхом прогремели в её голове, словно предсказание.