Контент удален!

Ха На медленно закрыла и открыла глаза, переводя дыхание.

— Не пизди… ублюдок.

По привычке первой вырвалась брань. Собеседник ненадолго замолчал, а потом спокойно продолжил:

— Мне очень жаль.

Земля ушла из-под ног, перед глазами в одно мгновение всё поплыло. Ни одной мысли. В голове было пусто, а слёзы беспомощно катились сами. Она даже не моргала, а они всё падали крупными каплями и мочили носки кроссовок.

— Нет… Нет, слышите! Не врите мне!

В конце концов Ха На медленно осела на землю. Чон Ю Чхоль и следователи, перепугавшись, выбежали и подхватили её.

Голоса, спрашивавшие, что случилось, гудели, как звон в ушах. Ю Чхоль взял трубку вместо неё, лицо его побелело, а потом он принялся орать во всё горло.

Сыпля неслыханными ругательствами, он вымещал злость на собеседнике.

Ха На подумала, что даже это похоже на сон.

Что её вдруг поставили на сцену хорошо продуманного… нет, до крайности убогого спектакля. А значит, это не может быть правдой.

— Ли Ха На, вставай. Вставай! Ну же!

Ю Чхоль грубо потянул её за руку.

Её налитые кровью глаза страдальчески сощурились.

— Приди в себя, засранка!

— Ду И… не мог умереть. Сонбэ, вы же сами знаете. Скажите что-нибудь, а? Ду И не из тех, кто умирает!

В ответ на этот отчаянный крик Ю Чхоль с горьким видом кивнул.

— Конечно, с чего бы Ли Ду И умирать. Так что сначала успокойся, и давай во всём спокойно разберёмся. Хорошо? Ты должна держать себя в руках. Ли Ха На! Приди в себя, говорю!

Смерти она навидалась до тошноты.

Однажды в каких-то ста метрах от неё взорвалась бомба, однажды обрушилось здание. Трижды у неё на глазах товарищу сносило голову.

Она думала, что раз уж родился человеком, то смерть — абсолютная трагедия, которую волей-неволей приходится принимать.

Но пережить смерть родного человека — совсем другое.

Любимый человек. Единственный на всей земле, единственный, за кого не жалко отдать жизнь, — его исчезновение несло с собой невообразимую боль.

Впервые в жизни испытав такую боль, она почувствовала, как рушится всё внутри.

— А-а-а-а!

* * *

Рассвет.

Не чувствуя, как течёт время, она безучастно лежала на кровати Ду И.

Их уютная квартира — совсем не то что пансион, где они когда-то издали свой первый крик.

Да, это был их дом.

Не детский дом, сплошь в пятнах плесени, и не полуподвал, вечно сырой от конденсата.

Сеульская квартира в доме, которому не было и десяти лет. Окна на юг, так что солнце заливало все комнаты, а обои, мебель… всё было чистым, как новое.

Эту квартиру, своё пристанище, они упрямо, зубами выгрызли, чтобы стать счастливыми.

Но если тебя нет, это больше не наш дом.

Слово «мы» больше нельзя было произносить.

Ха На снова зарыдала, глаза у неё совсем опухли. Казалось, из тела уходит вся влага, но так было даже лучше.

Из груди вырвалось сдавленное рыдание.

Она изо всех сил ударила кулаком по простыне, но легче не стало.

Это не было реальностью. Ей казалось, будто её одну зашвырнули в неведомый мир. Как будто ей отрубили руки и ноги — ничто не подчинялось её воле.

Уткнувшись лицом в мокрую подушку, Ха На закричала. Она кричала как безумная, пока кровь не прилила к лицу, а горло не начало жечь.

— Почему ты умер! Почему! Почему именно ты, почему!

Тебе нельзя умирать… Нельзя бросать меня. Мы же договорились жить счастливо всем назло, пока не умрём от старости… Что мне теперь делать?.. Как мне жить одной?!

Ж-ж-ж…

Веки рыдавшей, дрожавшей всем телом Ха На приподнялись.

Откуда-то доносилось слабое жужжание вибрации. Это был не её телефон, упавший под кровать.

Ха На медленно приподнялась. Незнакомое жужжание, раздавшееся в квартире, где в этот предрассветный час было не просто тихо, а мертвенно безмолвно, вытащило её из этой трясины.

Да откуда же…

В комнате Ду И были только кровать, компьютерный стол и вешалка-стойка для одежды.

Из ящиков — лишь металлическая тумбочка под компьютерным столом, купленная в интернете за двадцать тысяч вон.

Но звук шёл не из тумбочки. Сосредоточив все чувства на слухе, она медленно обошла комнату.

Кровать?..

Скорее всего, под каркасом. Вибрировало где-то рядом с матрасом.

Ха На пристально посмотрела на кровать и одним рывком подняла матрас. Подняв облако пыли, она поставила его на ребро, прислонила к стене и сунула руку под низ каркаса.

Точно, у изголовья.

Она сама не понимала почему, но была уверена, что источник вибрации нужно найти немедленно.

Казалось, иначе нельзя. Это было сродни инстинкту, и объяснить это она не могла.

Шаря под каркасом, она нащупала кончиками пальцев провод. Мурашки, побежавшие от кончиков пальцев, расползлись по всему телу. Ха На осторожно повела рукой вдоль провода.

Ж-ж-ж…

Вибрация, ненадолго утихшая, раздалась снова. В тот же миг Ха На схватила вибрирующее устройство.

От резко нахлынувшего напряжения её затрясло.

Она нашла так называемый 2G-телефон — аппарат стандарта CDMA. Сейчас эта связь уже не работает, и гражданские ею пользоваться не могут, но Ли Ду И не был гражданским.

Служба национальной безопасности и разведки, лучший оперативник группы по расследованию международных преступлений. Официально он руководил расследованиями наркопреступлений за рубежом, но какие именно задания он чаще всего выполнял, никто толком не знал.

Много секретов — значит, и спрятано много.

Ха На вперилась взглядом в телефон, на котором не высветился номер, и открыла крышку.

00:01

00:02

00:03

— Нуна!..

Услышав через три секунды голос Ду И, Ха На со стоном выпустила воздух, который всё это время задерживала.

— Ду И… Ли Ду И? Где ты? Что вообще случилось? Ты сейчас…

Связь была плохой. Значит, звонил он не с обычного устройства. Сердце колотилось как сумасшедшее.

— Ну…на. …ренти… это… Нельзя. Ни в коем случае нельзя. Так что …джин, берегись. …умер …ублюдок. …туда …не приезжай. Я ни за что не умру.

— Ду И, тебя всё время прерывает. Повтори ещё раз. Где ты сейчас? Скажи хотя бы координаты. Хоть какую-нибудь подсказку!

— Блядь, не…

Чутьё подсказывало, что связь вот-вот оборвётся. Ха На побледнела как мел и затараторила:

— Ду И, не отключайся. Ду И! Можешь молчать, только не отключайся. Я сама отслежу координаты…

Но с оглушительным грохотом связь прервалась. Треск и удары раздались со всех сторон, словно на складе обрушились полки с товаром.

Ха На, почти оцепенев, стояла неподвижно. Ощущение было такое, будто её окатили ледяной водой.

Начальник Ду И ясно сказал, что тот погиб. Да ещё и погиб при выполнении задания, так что пусть она готовится к похоронам.

Но если только она сейчас не разговаривала с призраком, Ду И жив.

Да ещё… когда все считают его мёртвым, он где-то там один…

Казалось, все мышцы натянулись струной. Волосы встали дыбом, каждая клетка тела будто взбесилась.

Ха На, широко распахнув глаза, отодвинула кровать и достала зарядный кабель.

Ду И жив.

Ду И, тот, кто мне дороже жизни, жив.

Он не умер.

Губы мелко дрожали, а сердце колотилось так, будто она чем-то закинулась.

Он мог связаться с ней по своему телефону, но позвонил с аппарата, который невозможно отследить и прослушать, — значит, на то была причина.

Соберись, Ли Ха На. Соберись, слышишь.

Ха На вбежала в ванную и умылась холодной водой. Опустив лицо в ледяную воду, она моргала.

Задержав дыхание, она остужала перегретую голову. Пальцы, вцепившиеся в раковину, побелели. Но от счастья… от внезапно нахлынувшего облегчения у неё подкашивались ноги.

— Ха-а… Ха-а.

Отдышавшись, она уставилась в зеркало и принялась разбираться в ситуации.

Ли Ду И жив.

Организация собирается оформить Ли Ду И как погибшего.

Сокрытие. Или ошибка.

Его отправили на опасное задание, где вполне можно было лишиться жизни.

Тогда где тело? Почему я не спросила о теле?

Только теперь, перебирая всё, что упустила, Ха На ударила кулаком по мраморной стене.

— Ублюдки…

Ли Ду И сейчас загнан в угол. И, скорее всего, не может попросить помощи даже у своей же организации.

Чёрные глаза, впившиеся в зеркало, наполнились жаждой убийства. Из-за необычайно бледной кожи волосы казались ещё чернее и гуще.

Выйдя из ванной, она сразу пошла к себе в комнату.

Открыла встроенный шкаф, достала двадцатидюймовый чемодан и быстро и точно начала складывать вещи. Одежды и белья — по минимуму. Планшет, ноутбук, зарядку для телефона и несколько архивных папок с нижней полки книжного шкафа.

А потом сразу зашла на сайт и купила билет в Камбоджу.

Самый короткий перелёт — пять с половиной часов. Чтобы взять билет в первый класс с вайфаем и собрать паспорт и удостоверение личности, ей понадобилось семнадцать минут.

Ду И не умер.

Безостановочно бормоча это как сумасшедшая, Ха На собрала вещи и без колебаний вышла из дома.

Перед самым восходом небо, окрашенное зарёй, приобрело странный холодный оттенок.

Сумбур в голове понемногу улёгся. Бешеный стук сердца стих, и навязчиво всплывала только одна мысль — Ду И жив.

В ожидании такси она позвонила Чхве Тхэ Джуну. Чхве Тхэ Джун был ближайшим товарищем Ду И по службе и сейчас был на том же задании.

Так что, если с Ду И что-то случилось, Чхве Тхэ Джун узнал бы об этом первым.

А если что-то случилось и с Тхэ Джуном…

Пока она тревожилась, соединение установилось.

— Ха На… — всхлипнул он.

Блядь, не реви.

— Я сейчас еду.

— Что? Куда…

Видно, он долго плакал: голос Чхве Тхэ Джуна совсем сел, разобрать слова было трудно.

— Где тело?

— Т-тело… — выдавил он сквозь рыдания.

— Чхве Тхэ Джун… Это мне хочется плакать. Так что отвечай нормально. Где тело Ду И?

— Нет его. Не нашли. Там же бомба взорвалась. Прямо на Ду И… Смертник… Так что… Ха На. Послушай меня. Только не принимай это слишком близко к сердцу и дослушай до конца.

Слушать уже было невыносимо.

Смертник? Не смеши.

Слова о том, что она только что говорила с Ду И, подступили к самому горлу, но она сдержалась.

Ха На злобно смотрела на фонари, гаснувшие один за другим.

— Ду И… в общем… — всхлипнул он. — Похоже, Ду И увёл товар.

— Товар? Какой ещё товар…

— Наркотики увёл. Видно, деньги были нужны. Но товар этот, как назло… был мафиозный.

— И что…

— Похоже, его убрали. Ты же знаешь. Мафиозные ублюдки избавляются от трупов так, что концов не найдёшь. Поэтому тело и не нашли.

Ха На крепко зажмурилась.

Рука, сжимавшая ручку чемодана, мелко дрожала. Из прокушенной губы выступила кровь, но боли она не чувствовала.

— Чхве Тхэ Джун… Почему ты мне не позвонил? Надо было сразу позвонить, почему!

— Я хотел найти! Хоть как-нибудь… хоть что-нибудь, хоть часть! Но… но наверху его уже, говорят, списали как погибшего. Ли Ду И, придурок… Почему, почему!

Подъехало такси.

Ха На глубоко вдохнула, открыла дверь и села на заднее сиденье.

— Разница во времени — два часа. Вылетаю рейсом в пять пятьдесят, по вашему времени буду в девять двадцать. Так что к этому времени жди у главного выхода аэропорта Пномпеня.

— Ты серьёзно? Прямо сейчас летишь?

— Да, сейчас. Ты сам сказал, тело не нашли. Тело Ду И я найду сама. И ещё… я пока лечу не как родственница погибшего.

Тхэ Джун ничего не ответил.

Она ясно представляла, как он стоит там с ошарашенным видом.

Пожилой таксист обернулся и спросил: «В аэропорт Инчхон, верно?»

Ха На кивнула.

— Так что… если не хочешь посмотреть, как я схожу с ума, начинай действовать прямо сейчас. Подготовь всё до мелочей. Немедленно.