Онлайн чтение книги Искупление графа Ноттингема The Redemption of Earl Nottingham
1 - 8

Мэдлин нарушила свою клятву меньше чем через неделю.

Высший свет Лондона был слишком тесен, а влияние Ноттингемов — слишком велико, чтобы их можно было избегать. Встреча с ним на значимых приемах была неизбежна; и этого уже было бы достаточно, чтобы подточить ее силы, но Иэн Ноттингем был не единственным, что медленно истощало ее волю к жизни.

Высшее общество — где джентльмены и дамы распускали свое оперение, подобно воинственным павлинам, — утомляло ее до неизбежной скуки.

Эти люди участвовали в инфантильных состязаниях, где каждый стремился превзойти предыдущего. Словно это был особый вид спорта, они хвастались тем, кто сумел потратить больше за одну ночь или кто отличается большей утонченностью. И нувориши, и обедневшие старые роды послушно разыгрывали свои роли в этой пьесе, срежиссированной ими же самими.

Мэдлин, которой досталась роль барышни из приходящего в упадок загородного дома, улыбалась механически; не прошло и получаса, как от натуги у нее заныли щеки. И именно во время послеобеденных напитков, когда все собирались тесным кругом, она особенно остро ощущала тяжесть их неуклюжего спектакля. Комната, освещенная чудом электричества, сияла даже ночью, и жемчужные зубы гостей блестели под искусственным светом.

— Искусство пришло в упадок. Куда ни взгляни, везде одни обнаженные тела, — с негодованием в голосе воскликнул сидевший напротив нее мужчина. Джордж Колхат был многообещающим барристером, и хотя собой он был вполне недурен, его излишнюю словоохотливость было не так-то просто проигнорировать. — И ведь все они до нелепости искажены. Ничуть не похожи на настоящих француженок.

Пикассо. Матисс. Имена художников, о которых Джордж говорил с таким отвращением, были ей знакомы. После войны они прославились настолько, что о них знала даже такая далекая от света Мэдлин, а значит, совсем скоро их картины будут стоить астрономических денег.

Покупка одной из их работ уже теперь могла стать поразительно удачным вложением, но Мэдлин не удавалось сосредоточиться на таких соображениях: ее взгляд то и дело скользил через стол к Иэну Ноттингему.

Хотя вечер уже давно перевалил за середину, он так и не заговорил с ней и даже ничем не показал, что замечает ее. Вместо этого он был занят тихим разговором с женщиной, сидевшей рядом с ним, — Изабель Ноттингем.

Мэдлин сразу узнала ее по монохромной фотографии, висевшей на стене в ее прежней жизни. Она знала о ней немногое, лишь то, что это младшая сестра Иэна, трагически погибшая в автомобильной катастрофе.

В жизни Изабель Ноттингем была воплощением элегантности. Изгиб брови, в котором угадывалась едва сдерживаемая гордость, так похожая на гордость ее брата, длинная шея и томный взгляд, сочетавшийся с чуть приглушенным голосом, — все в ней являло собой совершенный образ светской дамы, воспитанной среди роскоши.

Мэдлин не могла удержаться и то и дело украдкой поглядывала на Изабель. Однако ее якобы незаметные взгляды не остались без внимания. Джордж Колхат несколько раз прочистил горло, и только тогда Мэдлин осознала, что не ответила на его последний вопрос.

— По правде говоря, я не слишком сведуща в искусстве, — призналась она, слегка улыбнувшись.

— Но ведь у вас наверняка есть любимая картина?

Мэдлин замялась. Она редко высказывала свои предпочтения вслух.

— Мне нравятся работы Эдварда Берн-Джонса.

— Вот как? — воскликнул Джордж с непроницаемой улыбкой.

Их разговор внезапно оборвался, когда в воздухе раздался звон разбитого стекла. Обернувшись, Мэдлин увидела Изабель в приступе ярости. Та стояла, а ее стул был опрокинут назад; по полу были рассыпаны осколки бокалов для шампанского — она так напугала слугу, что тот выронил поднос с напитками.

Сестра Иэна, утирая слезы, выкрикнула:

— У тебя нет права вмешиваться в мою жизнь!

— Изабель, понизь голос, — произнес Иэн с притворным спокойствием. Под этой внешней сдержанностью Мэдлин различила кипящий гнев, слишком хорошо ей знакомый. — Ты намерена устроить сцену?

Изабель насмешливо фыркнула и резко отвернулась; короткие волосы с запозданием повторили это движение.

— Такой вот у меня брат. Всегда думает о том, что скажут другие. Всегда озабочен своим образом.

— Изабель, — осадил ее Иэн, полоснув ее именем, точно холодным лезвием.

Трудно было поверить, что это тот самый человек, который всего несколько вечеров назад танцевал с ней. Теперь его взгляд стал таким острым, что пресек любые перешептывания за столом, и без того напряженная атмосфера ужина в одно мгновение застыла окончательно.

Не в силах ли вынести холодность брата или же просто от стыда, Изабель Ноттингем поспешно покинула банкетный зал; ее рыдания еще некоторое время отдавались эхом в неподвижном пространстве.

Иэн остался сидеть, продолжая есть так, будто ничего не произошло.

Мэдлин внезапно ощутила, как ее сковывает оцепенение. Разговор о том, что Иэн вмешивается в жизнь сестры, напомнил ей слухи, окружавшие ее смерть. В автомобиле она была не одна — рядом находился ее возлюбленный.

Когда именно погибла Изабель?

Она не могла вспомнить, но должна была это выяснить.

Мэдлин поднялась со своего места. 

— Прошу прощения, я скоро вернусь, — поспешно пробормотала она.

Спускаясь по лестнице, Мэдлин окинула взглядом зал. Достигнув нижнего этажа, она увидела, как Изабель Ноттингем надевает пальто. Изящный изгиб ее шеи все еще был залит гневным румянцем.

Тревога заставила Мэдлин окликнуть ее, прежде чем та скрылась из виду, хотя она и сама не знала, что скажет дальше.

— Мисс Ноттингем?

Изабель тут же обернулась; ее аристократические черты омрачились ничем не сдерживаемым раздражением.

— Простите, я сейчас занята, — бросила она.

— Пожалуйста, уделите мне всего минуту, — сказала Мэдлин, и в ее голосе прозвучало отчаяние ребенка, добивающегося внимания.

— Если это срочно, пришлите телеграмму, — ответила Изабель и отвернулась, тем самым оборвав едва начавшийся разговор.

Мэдлин никогда бы не простила себе, если бы это оказался последний раз, когда Изабель Ноттингем видели живой. Ее захлестнул инстинкт, первобытное чувство настойчиво требовало немедленно остановить девушку, не считаясь с последствиями.

— Что вы…

Изабель уже спускалась по наружным ступеням, когда Мэдлин внезапно схватила ее за руку и торопливо прошептала:

— Вы едете к своему возлюбленному?

— Что? Да вы… мерзкая негодница! — сказала Изабель, резко вырывая руку. Пронзив Мэдлин яростным взглядом, она спросила: — Вы подслушивали мой разговор с братом?

— Нет, конечно же нет, — сказала Мэдлин, отмахиваясь руками от этого обвинения.

— Не лгите мне. — Она подняла лицо к небу и покачала головой в недоумении. — Ради всего святого! Я знала, что брат имеет дело со всякими особами, но такого еще не случалось. Вы ведь понимаете, что, изводя меня, не добьетесь его особого расположения?

Не желая отступать, Мэдлин спросила:

— Вы направляетесь к мистеру Миллоффу, не так ли?

Имя возлюбленного лишило Изабель дара речи. Она дважды открыла рот и каждый раз тотчас закрывала его. Ее глаза были широко распахнуты, неподвижны и исполнены беззащитности.

— Не беспокойтесь, — тихо сказала Мэдлин. — Обещаю, что не обмолвлюсь о вашей тайне ни одной душе.

Она, без сомнения, выглядела безумной, но была готова заплатить эту цену. Если бы она осталась в стороне и ничего не сделала, автомобиль Изабель Ноттингем вскоре мог бы сорваться с моста. Ее смерть сочли бы самоубийством — трагическим концом любовной связи, которую мир никогда бы не принял. И хотя Мэдлин не могла знать наверняка, случится ли это сегодня ночью или позднее, в будущем, она отказывалась жить под гнетом сожаления.

— Это не брат вас подослал?

Глаза Изабель наполнились слезами, рожденными яростью, и в их блеске читалась тревога человека, не вполне распоряжающегося собственной жизнью. Этот взгляд Мэдлин знала слишком хорошо — она видела его в зеркале бесчисленное количество раз в своей прежней жизни.

Эта Изабель была совсем не похожа на ту сдержанную, хрупкую юную леди, какой Мэдлин когда-то ее воображала. Сестра Иэна отличалась вспыльчивостью и резкостью нрава. Воздух вокруг словно наэлектризовался, предупреждая Мэдлин, что она давит на силу, которая вот-вот может ответить тем же. Следующие слова требовали осторожности: иначе Изабель вполне могла отвесить ей пощечину за дерзость.

На мгновение оцепенев под тяжестью ее взгляда, Мэдлин все же произнесла нарочито ровным голосом:

— Лорд Ноттингем, как человек с безупречной репутацией, превосходно умеет управлять другими — это очевидно. Однако на меня его влияние не распространяется, уверяю вас. Я всегда считала, что мы не обязаны подчиняться упрямству других, даже если речь идет о нашей собственной семье.

Затем Мэдлин осторожно обхватила пальцами дрожащую руку Изабель и продолжила размеренным тоном:

— Нам не всегда дарован завтрашний день, но у нас больше шансов увидеть рассвет, если мы избегаем поступков, о которых потом придется сожалеть. Прошу вас, сейчас постарайтесь успокоиться.

С решимостью, противоречившей ее дрожащим нервам, Мэдлин прямо встретила взгляд Изабель. Оставалось лишь надеяться, что этих слов окажется достаточно. В тумане сильных чувств слишком легко забыть, что для любых будущих обещаний прежде всего необходимо остаться в живых.

Их молчаливое согласие рассыпалось под тяжелыми шагами, раздавшимися изнутри. Подобно грому, следующему за вспышкой молнии, Иэн и Джордж появились на лестнице. Увидев, что Мэдлин и Изабель держатся за руки, Иэн нахмурился; в его лице проступило явное недовольство, ноздри раздулись, будто он готов был броситься на них в любую секунду.

— Мисс Роэнфилд, не будете ли вы так любезны оставить нас? Это семейное дело, — голос Иэна Ноттингема был так же неподвижен и жесток, как и его фигура на ступенях.

— Нет, — резко возразила Изабель, крепче сжимая руку Мэдлин и притягивая ее ближе к себе. — Я предпочла бы остаться в компании мисс Роэнфилд.

Оказавшись между враждующими братом и сестрой, Мэдлин могла лишь прикусить язык. Ее единственной ее целью было предотвратить трагедию; она и представить не могла, что Изабель выберет общество странной незнакомки вместо властного брата.

Губы Иэна Ноттингема исказились от едва сдерживаемой ярости, пока он продолжал спускаться по лестнице. Резко натянув пальто и поправив котелок, он устремил на сестру непроницаемый взгляд.

— Тебе следовало бы помнить, что каждое действие имеет последствия, Изабель. — Затем его холодный взор обратился к Мэдлин. — А вам, мисс Роэнфилд, каким бы ни было ваше новое знакомство с моей сестрой, следует знать: вмешиваться в дела чужой семьи крайне неразумно.

Лишь после того как он удалился, Мэдлин позволила себе выдохнуть. Хотя она была замужем за Иэном Ноттингемом несколько лет, его многоликость всякий раз поражала ее. Судя по ее опыту, едва сдерживаемая враждебность, свидетелем которой она только что стала, была ближе всего к его подлинной сущности.

Изабель повернулась к Мэдлин; ее голос звучал тихо и раздраженно.

— Похоже, я ошиблась. Каковы бы ни были ваши намерения, к числу льстивых обожательниц моего брата вы явно не принадлежите, — сказала она тоном, самым неподобающим для леди. — Не знаю, какие обиды вы таите на Иэна, но, полагаю, нам придется отложить обсуждение нашего взаимного любопытства до другого раза.

С этими словами Изабель слегка кивнула и едва заметно улыбнулась, после чего скрылась в ночи.

Глядя ей вслед, Мэдлин ощутила дурное предчувствие. Ничем хорошим такие запутанные связи никогда не кончались. Сглотнув подступившую тревогу, она поспешно велела подать карету.