Контент удален!

Глава 10

 

 

 

Открыв глаза, первое, что она увидела, был белоснежный потолок больницы. Наблюдая за тем, как капельница отсчитывает капли над ее головой, Соль А подумала:

 

«Кажется, я не умерла.»

 

Стоило ей  пошевелиться, как запястье что то резко стянуло, послышался резкий лязг металла. Опустив взгляд, она увидела, что наручники приковывают ее руку к больничной койке.

 

«Что случилось?»

 

С еще затуманенным и с трудом соображающим разумом она попыталась оценить обстановку. Проснуться в больнице означало, что после падения с горы ее успели спасти до того, как стало слишком поздно. Наручники же, скорее всего, были связаны с Со Гё Джином.

 

«Он что, умер?»

 

— Давайте обсудим детали уже в участке. Мы все еще в больнице.

 

Кто-то произнес это, входя в палату. Глаза мужчины слегка расширились, когда он встретился  взглядом с Соль А. Поспешно завершив звонок, он спрятал телефон во внутренний карман пальто.

 

— Вы очнулись.

 

Быстро приблизившись, мужчина нажал кнопку вызова медсестры у изголовья кровати. Затем он представился сотрудником полиции.

 

— Я следователь Сон Сок Гу из полицейского участка Янгсо в провинции Канвон.

 

Он был следователем, в ведении которого находилось дело, случившееся в горах, принадлежащих  компании «Сомён». Поскольку инцидент произошел на его территории, ему пришлось ехать в Сеул, когда и жертву, и подозреваемую перевели в столичную больницу. Впрочем, он обмолвился, что вскоре это дело будет передано в другой департамент.

 

— Придя в сознание после операции на голове, пострадавший Со Гё Джин сразу назвал ваше имя, Юн Соль А, заявив, что это вы напали на него.

 

 

Лишь услышав его слова, она сообразила, что с момента ее доставки в больницу прошло несколько дней.

 

— Вы признаете свою вину?

 

 

Со Гё Джин получил удар тупым предметом прямо в лоб, из-за чего образовалась рваная рана длиной более пяти сантиметров, потребовавшая наложения двадцати швов. Слушая вопрос следователя, Соль А уставилась на свое скованное наручниками запястье. Задавать такой вопрос человеку, который уже лишен свободы, казалось верхом абсурда.

 

Прежде чем она успела разомкнуть губы, дверь палаты распахнулась, и внутрь зашел медицинский персонал. Следователь Сон, дожидавшийся ее показаний, пока отошел в сторону.

 

— Вы сорвались с горы примерно с четырехметровой высоты, так что просто чудо, что травмы не оказались тяжелыми.

 

Произнес врач, изучая карту. «Четыре метра?»  Соль А предпочла бы сама прочесть отчет.

 

Она не помнила ничего из того, что происходило после того, как земля ушла у нее из-под ног — в памяти зияла пустота. А как же тот мужчина, который обнял ее своим телом, чтобы защитить от удара?

 

Он полностью закрыл ее собой, приняв на себя всю силу удара, чтобы она ни обо что не ударилась. Было ли это на самом деле? Ей это приснилось? Или это галлюцинация травмированного мозга?

 

Вспомнив те пепельно-серые глаза, смотревшие на нее даже во время падения, она почувствовала сильную головную боль.

 

— Помимо сплошных синяков по всему телу, переломов нет, хотя связки и мышцы сильно растянуты. Долгого пребывания в больнице не потребуется. Однако, поскольку бессознательное состояние длилось необычно долго без видимых причин, нам нужно понаблюдать за вами на предмет возможных последствий.

 

Задав указания медперсоналу, врач осмотрел ее ухо.

 

— У вас перфорация барабанной перепонки — повреждение мембраны, но мы уже провели необходимое лечение. На разорванный участок наложена тонкая заплатка. Как правило, такие травмы заживают самостоятельно. Если не возникнет вторичной инфекции вроде кровотечения или нагноения, беспокоиться не о чем. Как вы слышите мой голос?

 

— Если не считать легкого эха, все нормально.

 

— За пару дней это пройдет. Будем следить за динамикой. Что насчет головных болей?

 

— У меня кружится голова. В голове туман.

 

— Это от обезболивающих. Теперь, когда вы в сознании, мы скорректируем дозировку. Самая серьезная травма — это ухо, но колени и лодыжка тоже нуждаются в покое, поэтому мы наложили шины. Если почувствуете дискомфорт, сразу сообщайте. Что касается других повреждений…

 

Врач оторвал взгляд от карты и с осторожным выражением посмотрел на Соль А.

 

—Учитывая падение, ваши травмы вполне объяснимы, но есть некоторые несоответствия.

 

— …

 

— Если в ходе осмотра врач сталкивается с подозрительными обстоятельствами, он обязан сообщить в правоохранительные органы. Поскольку следователь уже здесь, я счел нужным спросить.

 

При словах доктора следователь Сон, стоявший в стороне, неловко кашлянул.

 

— Вам нужна помощь? Хотите, чтобы мы заявили об этом от вашего лица?

 

Вопрос был прямым. Соль А, до этого спокойно смотревшая на врача, повернулась к следователю.

 

Тот потер нос, изображая безразличие. Его нежелание давать делу ход было очевидно. Учитывая влиятельные связи Со Гё Джина, в этом не было ничего удивительного.

 

Если бы она решила подать встречный иск по поводу того, что произошло в горах, это превратилось бы в долгую судебную тяжбу. Обладая колоссальным состоянием и влиянием, Со Гё Джин нанял бы лучших адвокатов, сделав доказательство правды практически невозможным.

 

Но это были лишь ее проблемы. Полиция же, по идее, должна была оставаться беспристрастной.

 

По идее, предвзятая позиция следователя должна была вызвать гнев и разочарование, но, как ни странно, Соль А не чувствовала вообще ничего. Словно она слушала чужую историю со стороны. Истощение придавило к постели, погружая в сонливость.

 

— Нет.

 

Соль А медленно покачала головой.

 

— Сначала я сама побеседую со следователем и, если потребуется, подам заявление. Спасибо за беспокойство, доктор.

 

При этих словах следователь Сон заметно расслабился. Как только медики закончили осмотр и вышли из палаты, он придвинул стул, достал из внутреннего кармана блокнот и заговорил:

 

— А теперь не могли бы вы подробно рассказать, что произошло в день инцидента?

 

— …

 

— После начала охоты вы уединились с Со Гё Джином. Пожалуйста, изложите всё по порядку.

 

— …

 

— Нам нужно сопоставить ваши показания с показаниями потерпевшего и воссоздать истинную картину. В зависимости от обстоятельств и умысла, квалификация статьи может измениться, поэтому отвечайте внимательно.

 

— Следователь Сон, разве мои ответы определят, какие обвинения будут предъявлены мне?

 

Равнодушно  переспросила Соль А. Неужели ее слова имели хоть какой-то вес? Разве это не было дело с заранее предрешенным исходом?

 

Следователь, уловивший подтекст в словах Соль А, неловко поскреб переносицу. Он и сам всё понимал.

 

Женщина, доведенная до такого отчаяния, что сама бросилась вниз с четырехметровой высоты. Рация со следами ее отпечатков пальцев. Наследник чеболя в третьем поколении, заявляющий об одностороннем избиении.

 

Даже без углубления в детали одни лишь обстоятельства рисовали ясную картину того дня. Одного отрицать было нельзя: эта девчонка раскроила лоб высокопоставленного мажора, как глиняный горшок. И пусть в душе теплилось сочувствие, ничего поделать он не мог.

 

— К-конечно. Многое может поменяться…

 

Едва следователь пробормотал то, во что сам не верил, как дверь палаты резко распахнулась. По полу застучали шаги кожаных туфель.

 

— Эй, это еще что?

 

Следователь повернулся к ворвавшемуся без стука человеку. Аккуратно одетый в костюм мужчина обвел палату цепким взглядом и прямо обратился к следователю:

 

— Следователь Сон Сок Гу из полицейского участка Янгсо, провинция Канвон?

 

Услышав точное название отдела и звание, следователь замялся и неловко поднялся со стула.

 

— Да, это я. А вы кто такой?

 

— Вы что, не получали уведомления, следователь?

 

— Какого уведомления?

 

— С сегодняшнего дня это дело передано в нашу прокуратуру.

 

— Чего?

 

Мужчина перевел взгляд с ошеломленного следователя на неподвижно лежащую на кровати Соль А. Затем он достал из внутреннего кармана костюма телефон и развернул экран к следователю.

 

 

— И статус Юн Соль А в этом деле изменен на потерпевшую.

 

— Чт… что?!

 

Мужчина из прокуратуры едва заметно кивнул.

 

— Так что давайте для начала снимем с нее эти наручники.

 

По его команде взгляды и Соль А, и следователя Сона устремились в одну точку. Запястье, стянутое наручниками, было покрыто темными синяками как и другая ее рука. Грязь с тела смыли, но на коже все еще оставались следы от той бешеной борьбы.

 

Следователь, сверившись с документами на экране телефона, торопливо отстегнул наручники. Холодный металл, сковывавший руку, исчез.

 

Прошло ровно 80 часов с тех пор, как она сорвалась в пропасть вместе с мужчиной с пепельно-серыми глазами.