Контент удален!

Глава 28

 

 

Пока Соль А в растерянности моргала, Тэ Шин снова обернул полотенце вокруг талии и вышел из спальни.

 

«Он что, просто так ушёл?»

 

Соль А с недоверием смотрела на открытую входную дверь, за которой только что скрылся Тэ Шин. Через распахнутую дверь в комнату просачивался прохладный воздух с улицы.

 

Выйдя в гостиную, она увидела его уже полностью одетого, он ставил на обеденный стол бумажную коробку. В воздухе витал аппетитный аромат еды: похоже, вместе с новой одеждой он заказал и доставку еды.

 

— Иди сюда.

 

Подойдя к столу, Соль А подозрительным взглядом окинула новую одежду Тэ Шина. То, как безупречно одежда сидела на его крупной фигуре, выдавало не вещь из масс-маркета, а сшитый на заказ костюм — точно такой же, какие он носил всегда.

 

«Неужели это привез Чхи Ук?» В памяти ярко всплыло, как Чхи Ук задерживал на ней взгляд в прошлые встречи.

 

«Будет ли он разочарован, узнав, что начальник, которого он считал образцом праведности, на самом деле спит со мной?»

 

Эта мысль, внезапно всплывшая в голове, заставила Соль А усмехнуться самой себе.

 

«Но какое мне вообще дело до этого? Если он разочаруется — и что с того?» Сам факт того, что она вообще приняла во внимание чувства Чхи Ука, позабавил её. Он  просто  был человеком, которого в последнее время она видела чаще остальных.

 

«Это не имеет никакого значения.» Отмахнувшись от лишних мыслей, Соль А села на стул, который Тэ Шин предусмотрительно отодвинул для неё. Как только её тело коснулось сиденья, между ног разлилась тупая, ноющая боль.

 

— Уф…

 

Её спина инстинктивно согнулась. «Мы действительно перестарались.»

 

И всё же в голове не укладывалось, что этот мужчина просто оборвал всё на полупути и ушёл. Это откровенно бесило. Но ещё сильнее злило собственное дурацкое раздражение: неужели правда говорят, что когда сходишь с ума от страсти — это страшнее всего?

 

 

Тэ Шин, пододвигавший к ней тарелку, с дьявольской проницательностью уловил её состояние и спросил:

 

— Болит?

 

 

— ….

 

— Хотя я был нежным с тобой, но ты просто настоящая плакса.

 

Соль А лишилась дар речи от его бесстыдства. Это называлось нежным? Тогда насколько же жестче он должен был действовать, чтобы это перестало считаться нежностью? Она подумала, что если ей вдруг захочется умереть, ей не понадобятся сложные способы — достаточно просто попросить этого человека делать с ней всё, что ему вздумается.

 

Она со злостью посмотрела на Тэ Шина, возмущенная его наглостью. Но он лишь усмехнулся, потянул её за руку и усадил к себе на колени.

 

— Садись ко мне на колени. Так будет удобнее, чем на стуле.

 

— Здесь точно так же твердо.

 

Несмотря на возражения, Соль А послушно позволила увлечь себя и оказалась прижата к нему.

 

— Постараюсь не возбуждаться.

 

— Он уже встал.

 

Она отчётливо чувствовала, как его твёрдое возбуждение упирается в неё. Нарочно навалившись на него всем весом, Соль А сильнее прижалась к нему, устраиваясь у него на бедре.

 

Тэ Шин лишь легко рассмеялся, словно это его ни капли не задело. Затем, обхватив её за талию и прижимая к своей груди, он игриво прошептал:

 

— Это происходит просто оттого, что я уловил твой запах.

 

— Ты вообще о чём? Я ничем не пахну.

 

— Разве?

 

С оттенком легкой жалости в голосе прошептал Тэ Шин ей на ухо.

 

— От тебя пахнет сексом.

 

Его низкий голос коснулся мочки её уха, проникая прямо в барабанную перепонку. Горячая дрожь обожгла затылок и чувствительную кожу за ушами, волной опустившись вдоль позвоночника. Его губы опасно близко замерли у самой кожи, едва касаясь её. Соль А дёрнулась назад, увеличивая расстояние между ними.

 

— Ты хоть раз можешь открыть рот без того, чтобы не нести чушь?

 

— У тебя тут мурашки по коже.

 

Тэ Шин провёл пальцем по её затылку. Он всегда замечал такие мелочи. Раздраженно отмахнувшись от его руки, Соль А потерла ухо.

 

— Какая же ты бессердечная.

 

— А ты просто бесстыжий.

— Впервые это слышу.

 

«Просто у тебя такой свирепый вид, что никому не хватает смелости сказать тебе это прямо в лицо»  промелькнуло у неё в голове, но вслух она ничего не сказала. Вместо этого она перевела взгляд на обеденный стол.

 

На столе было невероятное количество еды. Сколько здесь было закусок? Очевидно еда была из доставки, но вместо обычных пластиковых контейнеров всё было разложено по фарфоровым тарелкам, что заставило её на секунду усомниться. Выглядело так, будто здесь сервировали целый традиционный праздничный обед. Интересно, они потом вернутся за посудой?

 

— Ешь.

 

Тэ Шин обнял её, проводя ладонью по её плоскому животу.

 

— Ты настолько худая, что живот вот-вот прилипнет к позвоночнику. Я даже чувствую вину, когда вхожу в тебя такую.

 

— …С каких это пор у тебя появилась совесть?

 

— Моя совесть такая же огромная, как мой член.

 

— Что?!

 

Соль А опешила.

 

— Это бред.

 

— Хочешь, я  докажу?

 

— И как именно ты собираешься доказывать, что у тебя есть совесть?

 

— Я имел в виду член.

 

Соль А издала ошеломленный смешок. Прежде чем она успела опомниться, ей в руку насильно вложили ложку. Тарелку с супом из водорослей подвинули ближе.

 

— Что это?

 

На краю стола лежал небрежно брошенный букет. Он состоял из одних только алых роз. Тэ Шин проследив за её взглядом, бросил на цветы мимолетный взгляд и равнодушно бросил:

 

— В день рождения в доме обязательно должен быть букет, разве нет?

 

Соль А в оцепенении уставилась на цветы, а затем переспросила:

 

— Какой сегодня день?

 

— Восемнадцатое октября.

 

Её день рождения. Осознание этого на мгновение лишило её дара речи — она ведь жила здесь уже больше месяца.

 

— …Ты заказал суп из водорослей только потому, что у меня день рождения?

 

— Вроде того.

 

Это было настолько ему не свойственно, что Соль А невольно улыбнулась. Тэ Шин, словно поторапливая, перехватил её запястье и направил руку к тарелке.

Поддавшись его напору, Соль А зачерпнула немного супа. Едва она отправила первую ложку в рот, Тэ Шин мягко коснулся губами её макушки — словно хваля за послушание.

 

Несмотря на отсутствие аппетита, суп из водорослей оказался… вполне вкусным.

 

                                                              ***

 

 

С того самого дня Тэ Шин действительно начал приезжать к Соль А буквально каждый день.

 

В какие-то дни он врывался в квартиру и страстно занимался с ней любовью с порога. В другие — сначала кормил её, а уже потом переходил к близости. Суть оставалась прежней: они всегда ели вместе и занимались сексом, менялся лишь порядок.

 

 

[Если передумаешь, позвони. Я заберу тебя. Мама всегда на твоей стороне.]

 

 

Когда она наконец включила телефон, там обнаружилось несколько сообщений от матери.

 

 

[А, кстати, у твоего брата родился ребенок. Мальчик. Хотя бы отправь ему  сообщение с поздравлением. Брат обидится.]

 

 

Настроение мгновенно испортилось.

 

Именно поэтому она изначально и выключила телефон. Какая же она дура.

 

Причина, по которой люди повторяют одни и те же ошибки, кроется не только в их глупости. Иногда это извращенное любопытство — желание лишний раз проверить собственные старые раны.

 

«До сих пор болит? Да, всё ещё болит.» Тогда они откладывают телефон в сторону, избегают этого на какое-то время — до тех пор, пока в один прекрасный день не перестают чувствовать вообще что-либо.

 

Соль А швырнула телефон куда подальше, без сил дошла до дивана и рухнула на него. Так она и проводила время — бесцельно убивая часы в ожидании Тэ Шина, подчиняясь ему, раздвигая перед ним ноги и позволяя выплеснуть всё накопившееся желание, пока не оставалось совершенно никаких сил. Оказавшись под тяжелым телом Тэ Шина, обмениваясь с ним грубоватыми шуточками и едкими репликами, время пролетало незаметно, и ей это даже нравилось.

 

Поэтому, оставшись одна, она начала ждать его. А в ожидании время тянулось мучительно медленно.

 

Её взгляд, до этого тупо уставленный в потолок, скользнул в сторону. На прикроватном столике валялся тот самый брошенный туда букет. Лепестки, некогда свежие и влажные, теперь завяли и высохли. Соль А протянула руку.

 

Стоило ей тронуть почерневший край розового лепестка, как хрупкая кромка тут же осыпалась. Пожалуй, их уже давно пора было выбросить.

 

Кроме Тэ Шина, который приходил ежедневно ради секса, и Чхи Ука, заглядывавшего каждые три-четыре дня, чтобы поделиться новостями о ходе расследования и внешнем мире, в эту квартиру больше никто не захаживал.

 

И тем не менее в квартире было относительно чисто. Исключительно благодаря тому, что кто-то тихо приходил и наводил идеальный порядок всякий раз, когда Соль А уезжала в больницу.

 

«Наверное, в следующий раз после больницы здесь снова всё будет убрано.»

 

Отведя взгляд от увядших цветов, Соль А взяла лежавший рядом леденец. Несмотря на то, что к сладостям она была равнодушна, здесь уже скопилась целая горка конфет, которые Тэ Шин неизменно оставлял после каждого своего визита.

 

Перекатывая за щекой приторный леденец, она бездумно смотрела на стену напротив. Полуденное солнце косыми лучами пробивалось сквозь окно. Был ещё день, и Тэ Шин, скорее всего, вернётся ближе к  ночи. Так она и размышляла, пока…

 

Тихий мелодичный звонок не нарушил тишину квартиры.

В элитном отеле с многоуровневой системой безопасности настенная панель всегда предупреждала жильцов, если кто-то вводил код или прикладывал ключ-карту на первом этаже. Чхи Ук заглядывал всего пару дней назад, а значит, оставался лишь один человек, способный заявиться сюда.

Было странно, что он пришел в такой час. Но стоило только образу Тэ Шина всплыть в голове, как тело отозвалось само собой: дыхание сбилось, а пульс участился.

 Соль А уже слишком хорошо понимала эти изменения в своем организме.

 

Вскоре раздался звонок в дверь.

 

«Что за?..»

 

В отличие от Чхи Ука, который всегда звонил в дверь и вежливо ждал ответа, Тэ Шин принадлежал к числу тех, кто беззастенчиво отпирал замок своими ключами и вваливался в квартиру без предупреждения.