— …? Чего? Вы кто?
В ответ на мои добрые намерения — лишь недоумение и настороженность. Впрочем, я знал, что так будет, поэтому ни капли не обиделся. Можно сказать, это еще очень хорошая реакция.
— А ты еще кто такой?
А вот торгаш отреагировал куда хуже. Еще бы, я ведь наглым образом обломал ему сделку с наивной жертвой. Да еще и прямо в лицо всё высказал. Но ничего не поделаешь. Хоть я и люблю всех людей, у каждого бога есть свои любимчики. И когда твоего любимчика пытаются облапошить, даже самое милосердное божество не сможет остаться в стороне.
— Ой! Кан Рим! Ты что творишь!
Запоздало подбежавший Хо Джэ У вцепился мне в руку, разрушая эту неловкую сцену на троих. Он затравленно перевел взгляд с торгаша на фигуру в капюшоне, заметил их враждебный настрой и затараторил:
— П-простите. Наш мальчик (?), кажется, немного ошибся, он точно не со зла…
— Продавай за 300. Или продай мне.
Не обращая внимания на паникующего Джэ У, я хитро улыбнулся и обратился к Дам Ха Рин.
— ! Что? Эм… с чего вдруг… Мы знакомы?
— Ага, но поздороваемся потом. Сейчас есть дела поважнее.
Я указал на кожу в ее руках.
— 200 — это тоже грабеж. Минимум 300, а если повезет, можно и 400 содрать. На ней же ни единой царапинки. Но если хочешь спихнуть прямо сейчас — тогда 300.
— Я тебя вообще впервые вижу… И мы что, на «ты»?
Дам Ха Рин уже хотела было возмутиться моей наглостью, но вдруг осеклась. До нее начал доходить смысл моих слов.
— Погоди, от 300 до 400? Не 200 тысяч?
— Угу. Видимо, первый покупатель предложил 200, но как бы сильно тебе ни были нужны деньги, надо было хоть цены пробить.
— То есть 400… Нет, стоп. Блин. Значит, меня всё это время жестко надували?!
Ее голос постепенно набирал громкость. Да-да. Именно так. Тебя разводили как лохушку. Я активно закивал, и Дам Ха Рин аж затряслась от злости. Наверняка в голове у нее сейчас крутились суммы, которые она уже успела потерять.
Учитывая ее способности, она легко добывала эту кожу [Водяной змеи-колокольчика (B+)], но понятия не имела о ее реальной стоимости в идеальном состоянии. Обычное дело: охотники знают цены на готовый шмот, но не на сырье. Конечно, пообщайся она с другими охотниками — быстро бы всё выяснила, но, видимо, такой возможности у нее не было.
— Слышь, ты так про 300 говоришь, будто это копейки какие-то, — спохватившись, встрял торгаш.
— Ха, дядя, ты берега не попутал?
Взгляд Дам Ха Рин превратился во взгляд хищника, почуявшего добычу. Даже за темными очками читалась убийственная аура. Торгаш аж вздрогнул. А чего он ожидал, пытаясь кинуть пробужденного A-ранга? Тем более, защищать его здесь никто бы не стал.
— К тому же, если из этой кожи скрафтить броню B-ранга, она потянет на несколько десятков миллионов. 150 — это грабеж среди бела дня, скажи же?
— Вот-вот! Дядя, ну это вообще финиш — предлагать 150 вместо 300!
— Будете так молодежь обдирать — карма настигнет.
— Ага, ага. Пойдете по улице, и вас молнией шарахнет, дядя.
Мы познакомились только сегодня, но спелись с Ха Рин так, будто дружили лет десять. От нашей словесной атаки с двух флангов торгаш совсем побледнел. У него было лицо человека, нарвавшегося на самых отбитых скандалистов.
— Какая еще карма, где вы видели богов в этом мире.
— В смысле где? Да вот же он, прямо ту…
— Ой!
Хо Джэ У, который до этого тихонько стоял в сторонке, снова встрял и заткнул мне рот. Видимо, понял, что я не просто так устроил этот цирк, но всё же зашипел мне на ухо:
— Кан Рим, умоляю, давай это останется нашим секретом.
Услышав такую искреннюю мольбу, сердце бога дрогнуло, и я сдался. Тем временем торгаш попытался спасти разваливающуюся сделку.
— Д-давайте за 290.
— Чего-о?
Он что, до последнего не назовет 300? В ответ на наши возмущенные взгляды он суетливо добавил:
— В-вместо десятки я дам тебе вот это.
Торгаш поспешно сунул Дам Ха Рин какой-то купон. Понятия не имею, что это, но даже если это вип-билет в парк аттракционов, я ему этого не спущу. Вздумал мухлевать прямо перед богом?
— Это купон на моментальную запись и скидку в топовую клинику пластической хирургии. Тебе ведь наверняка пригодится. Знаешь же, что туда очередь на годы вперед?
Походу, этот мужик свято верил, что Дам Ха Рин скрывается от коллекторов или полиции. Ха Рин уже хотела вышвырнуть билет ему в лицо, но вдруг замерла. Топовая клиника пластической хирургии... неужели? Она мельком глянула на билет и промолчала. Вряд ли она вдруг простила ему то, что он сбивал цену. Значит…
— …Это не подделка?
Клюнула. Хм, вот этого я не планировал. Дам Ха Рин просверлила торгаша взглядом из-под очков — мол, соврешь еще раз, и я тебя закопаю. Мужик поклялся, что билет настоящий и его можно проверить прямо сейчас. В итоге…
— Ладно, 290. С этим я реально могу записаться без очереди?
— Конечно, в любой удобный день. Их сейчас днем с огнем не сыщешь, отрываю от сердца, можно сказать.
Согласившись на 290, Дам Ха Рин скрестила руки на груди, потом вдруг запнулась и посмотрела на меня.
— С-спасибо, конечно, что встрял, но дальше я сама разберусь. …Это мое дело.
Я вообще-то ничего и не говорил. Видя, как она нервно стреляет глазами из-под очков, я просто пожал плечами. Успокоившись, она снова повернулась к торгашу. Чтобы избежать второго раунда, мужик резво забрал кожу и перевел деньги. Как только на счет упали 17,6 миллиона вон, Дам Ха Рин кивнула.
— Ну, бывай.
И всё? Только что мы с ней тут устроили идеальный дуэт, а теперь она просто уходит? Я не мог промолчать.
— Я, конечно, всё понимаю, но просто «пока» и даже без спасибо?
От моих слов вздрогнула не только Ха Рин, но и стоявший рядом Джэ У.
— …А тебя вообще-то никто не просил.
Она ответила грубовато, но по тому, как она это пробормотала, было ясно — ей стало стыдно. Зная, какая она на самом деле милашка, я лишь улыбнулся, представляя, как она сейчас бегает глазами за своими очками. А вот Хо Джэ У от ее резкого тона тут же спасовал.
— К-Кан Рим. Пошли уже отсюда.
Но я включил дурачка и продолжил гнуть свою линию. Будь моя воля, я бы прямо сейчас выдал ей квест «Подружиться с Кан Римом», но раз система этого не позволяет, придется действовать по старинке — словами через рот.
— Разве мы только что не были отличной командой?
— …Ладно, хорошо. Чего тебе надо?
Она явно раздражалась, но совесть не позволила ей просто проигнорировать мою помощь.
— Сразу говорю: деньги мне нужны, так что ни копейки не дам.
— Да мне и другое сойдет.
— К-Кан Рим! Ты что, реально собираешься с нее что-то стрясти?
Хо Джэ У посмотрел на меня с таким видом, будто я разрушил его веру в человечество. Видимо, в его картине мира за помощь ничего не просят.
— …И что за «другое» я должна сделать?
— Тут слишком много лишних ушей, давай отойдем? Выбирай место сама, куда скажешь, туда и пойдем.
Чтобы она не решила, что я маньяк-похититель, я предоставил выбор ей. Дам Ха Рин кивнула.
— Договорились.
— А, стоп. Мне же тоже кое-что купить надо. Эй, дядя.
Я невозмутимо окликнул торгаша, с которым мы только что цапались.
— Я хочу заказать перчатки из той кожи, что ты только что купил. Сколько времени займет?
— Ну ты и отбитый. Сначала обломал мне сделку, а теперь хочешь у меня покупать?
— У тебя просто беда с деловой этикой и чистотой на прилавке, а сам товар-то отличный.
— Да неужели?
Мужик тихонько хмыкнул, но жажда наживы взяла верх над обидой.
— Около недели, цена — 30 миллионов.
— 20.
— Эй, ты тут про мою совесть затирал, а у самого ее вообще нет!
— Это равносильно тому, как сбивать цену с 3 миллионов до одного.
— …Чего это мы вдруг на «вы» перешли?
— Просто люди вроде бы больше любят, когда к ним вежливо. Ну как? Сам-то я разницы не вижу.
— Да это не любовь к вежливости, это база… Ха, ну ты и псих. Ладно, проехали. 20 лямов, но забирать придешь сам, уважаемый клиент.
— Чего застыл, Джэ У? Давай, оплачивай.
— Ч-что?
Хо Джэ У, на глазах у которого только что улетели 20 лямов, непонимающе захлопал глазами. Он уже открыл рот, чтобы спросить, почему платить должен он, но я его опередил.
— Это для тебя.
— А-а-а!
— …Вы чё, Биба и Боба? Вы же просто два долб… придурка!
Дам Ха Рин, ради приличия снизив градус мата, презрительно фыркнула и пошла вперед. Забавно, что она всё это время послушно ждала, пока мы закончим свои дела.
— Ну давай, выкладывай, что тебе от меня нужно.
Покинув рынок, мы проехались на метро до какого-то обшарпанного района, и Дам Ха Рин привела нас на старую детскую площадку. Песок, ржавая паутинка — обычная картина, вот только ни детей, ни дворников тут явно давно не было. Везде валялись бычки, а кусты и деревья разрослись как джунгли.
Вот какое место она выбрала, когда я сказал «куда скажешь». Не думал, что она потащит нас прямо к своему дому, но, видимо, тут ей спокойнее всего. Игнорируя десятки мелких шорохов в кустах, я прислонился к металлической трубе паутинки.
Кхм, апчхи. Тьфу, пылища.
— Да ничего особенного.
— Раз уж приперлись аж сюда, значит, точно что-то важное.
— Я просто не хочу, чтобы ты туда шла.
Дам Ха Рин не поняла моего прямого захода и недоуменно моргнула.
— В смысле? Куда не шла?
— Ну, туда, куда тебе этот билет дали. Клиника «Свежесть» или как там ее.
Я искренне считал, что это пустяковая просьба. Но…
— Ты вообще кто такой, чтобы мне указывать?
Видимо, она решила, что я лезу не в свое дело, и тут же ощетинилась.
— Вызвался помочь, я согласилась заплатить должок. Но какая тебе разница, пойду я в пластическую хирургию или к ортопеду?
— А, к ортопеду можешь идти, я не против.
— …? Да я вообще не об этом!
Ее звонкий крик чуть не пробил мне барабанные перепонки. Атмосфера накалилась, и на площадке повисла тяжелая тишина.
— …И вообще, откуда ты знаешь, что там билет в клинику пластики?
— Да я просто видел, когда вы торговались.
— А-а, понятно… Стоп, нет! Я не об этом!
Быстро приняв мое объяснение, Ха Рин встряхнула головой и снова ушла в глухую оборону. Видимо, поняла, что чем дольше со мной говорит, тем больше запутывается.
— Повторяю: пойду я к пластическому хирургу или к орто… короче, это не твое собачье дело. Мы что, знакомы? Нет.
Вообще-то, знакомы. Но я задумался: стоит ли говорить об этом прямо сейчас? Судя по ее боевому настрою, вряд ли она обрадуется.
— Джэ У, тебе есть что сказать?
Поэтому я технично перевел стрелки на Джэ У.
— ??? Мне???
Он выглядел как случайный зритель, которого внезапно вытащили на сцену посреди спектакля. Стоял и тупо тыкал в себя пальцем. Выглядел он, конечно, глуповато, зато абсолютно безобидно.
— Да, скажи что-нибудь нашей новой подруге.
— С-с чего вдруг?
А ведь в прошлой жизни вы были в одной команде. И неплохо ладили. Я не просто так передал ему слово. Я прекрасно помнил, какие у них были отношения.
— Оппа… То есть, Хо Джэ У! Слышь, ты, трусливый кусок идиота! Только попробуй сбежать один. Это будет твой последний день. Я тебя сама прикончу!
— !!!
Когда Регрессор ставил эксперименты, проверяя, могут ли другие люди повлиять на пробуждение Хо Джэ У, он притащил туда Дам Ха Рин. Если в моем случае Джэ У смог сбежать и вернуться, то с Ха Рин этот фокус не прошел.
— Эй, струхнул?
— А? Н-нет, я не… струхнул…
— Я же младше, расслабься, говори на «ты». Я тебя напрягаю?
— Эм… н-нет… то есть, нет? С чего бы…
— Я разрешила говорить на «ты», а ты и рад стараться? Мы что, друзья?
— Ик!!!
Короче говоря, они были достаточно близки, чтобы она могла так над ним издеваться.
— А ты еще кто?
Дам Ха Рин прожгла Хо Джэ У взглядом из-под очков, и тот аж сжался.
— Э-э, н-ну, я…
— Джэ У, давай, говори. Ты же хотел ей что-то сказать.
— Д-да что я должен сказать-то?!
Она переводила колючий взгляд с меня на Джэ У. Я легонько подтолкнул его в спину, и он, наконец, неуверенно открыл рот.
— Только попробуй внезапно признаться мне в любви — прибью на месте! — глаза Дам Ха Рин угрожающе блеснули.
— !!! К-Кан Рим. Я не могу.
Судя по его реакции, он реально чуть было не ляпнул что-то вроде признания. Ох, Джэ У… Пришлось брать инициативу в свои руки.
— Джэ У служит великому богу, и этот бог велел передать: не ненавидь себя, сейчас ты прекрасна такой, какая есть. Ты ведь это хотел сказать, да?
— ???
— ?????
Они переглянулись с абсолютно одинаковыми лицами. Видно же, что споются. Я одарил их самой благостной и милосердной улыбкой.
Этот бог — я. И я говорю тебе: не ходи туда.
