После обеда вернувшись в офис Лань Шань получила приглашение в кабинет от Лао Вана.

— Лань Шань, по плану завтра я лечу в другой город на конференцию по маркетингу, — начал он с важным видом.

— Знаю, шеф Ван. Летите спокойно, — кивнула она. — Мы тут посидим тише воды, ниже травы, никаких приключений не устроим.

Так называемая «конференция» звучала солидно, а по факту — обычное сборище автоторговцев, где обсуждают, как продавать побольше и подороже; журналисты прилежно конспектируют «итоги обмена опытом». Поскольку это «конференция», зовут тех, кто чего-то добился в отрасли. Дилерский центр формата 4S, где работала Лань Шань, справлялся неплохо, поэтому им прислали сразу два приглашения.

Генеральный директор собирался лично ехать вместе с начальником отдела продаж. Но за пару дней до вылета первый внезапно слёг, и на его место вызвался Председатель Сунь — от нечего делать, что называется. Решил прихватить Лао Вана и устроить трёхдневный тур по городу.

— Не в этом дело… — покачал головой Лао Ван. — Я теперь и сам не смогу поехать.

— Как так? — изумилась Лань Шань.

— Семейные дела, — коротко ответил он. — Так что… может, поедешь ты?

— Я? — у неё загорелись глаза. — П-п-правда можно?

Как-никак, на месте соберутся отраслевые «сливки», да и город H — знаменитый туристический центр. Даже если новых знаний не приобретёшь, всё равно неплохая возможность погулять, развеяться, вкусно поесть.

— Почему нет? — строго посмотрел Лао Ван. — Кроме меня, из отдела продаж поехать можешь только ты.

— А отдел маркетинга? — осторожно уточнила Лань Шань. — Всё-таки тема больше их.

— А, вот как? — развёл руками Лао Ван. — Ладно, если не хочешь, отдам место маркетологам, — и потянулся к телефону.

— Не-не-не! — Лань Шань поспешно перехватила трубку, заулыбавшись самым угодливым образом. — Не нужно! Я не это имела в виду. Раз уж шеф так во мне уверен, значит, поеду я. А кто же ещё?

На том и порешили. Лао Ван позвонил в административный отдел и велел выкупить билеты.
А поскольку командировка свалилась внезапно, он разрешил Лань Шань уйти пораньше на час, чтобы успеть собраться.

Дома Цяо Фэна ещё не было. Сгорая от нетерпения поделиться новостью, она набрала его номер.

— Алло, Цяо Фэн?

— Угу, Лань Шань.

На том конце — гул голосов и какие-то «пи-пи-пи». То ли люди разговаривают, то ли приборы пищат. Лань Шань заинтересовалась:

— Ты где?

— В супермаркете.

«Вот значит как. “Пи-пи-пи” — не какие-нибудь чудо-технологии, а обычный кассовый сканер?»

Не успел он договорить, как в трубку втиснулся мягкий, почти певучий женский голос:

— Цяо Фэн, хочешь конфетку? — последнее слово прозвучало с кокетливой ноткой: игриво и соблазнительно.

— Не ем такое. Спасибо, — спокойно ответил он.

Лань Шань расслышала их диалог до последней буквы. Сердце неприятно кольнуло.

— С кем ты там? — спросила она.

Цяо Фэн промолчал.

Зато та девушка тихо усмехнулась, голос её прозвучал чуть звонче, чем прежде:

— Почему не хочешь? Я ведь помню, ты раньше сладкое обожал.

Слова эти, достигнув ушей Лань Шань, зазвучали, как скрип мела по стеклу. Она и сама не заметила, как в её голосе зазвенела лёгкая ревность:

— Ну надо же, какая тайна. Кто у нас там? Сама Дева Мария? Или, может, царица небесная снизошла до простого смертного?

— Су Ло, — коротко ответил он.

Лань Шань резко умолкла.

— Лань Шань, ты зачем позвонила? — спросил Цяо Фэн.

Она надулась как сердитый воробей и в сердцах почти выкрикнула в трубку:

— Я уже дома! Немедленно возвращайся и готовь ужин!

— Хорошо, — всё с тем же спокойствием ответил он.

Когда Цяо Фэн повесил трубку, Су Ло как раз рассчиталась на кассе. В руках у неё оказался огромный целлофановый пакет, набитый доверху. Из вежливости Цяо Фэн тут же перехватил его.

— Спасибо, — улыбнулась Су Ло.

Кондиционер в супермаркете при университете давно сломался, внутри было душно, и оба вспотели. Идя рядом, Су Ло достала пачку салфеток, вытащила одну и вытерла лицо. Замечая капли пота на лбу спутника, она улыбнулась, вынула ещё одну салфетку и потянулась рукой, чтобы стереть влагу с его лба.

Но Цяо Фэн чуть повернул голову, ловко уклоняясь. Его взгляд стал холоднее. Он не нахмурился — воспитание не позволяло, — но Су Ло всё равно заметила тень недовольства в его глазах.

Она поспешно убрала руку и натянуто засмеялась:

— Это была твоя девушка, да?

Слово «девушка» почему-то его зацепило. Цяо Фэн прекрасно знал, что это неправда, но всё же… звучало приятно. Уголки губ дрогнули, и он, не сказав ни «да», ни «нет», только чуть усмехнулся.

Су Ло, заложив руки за спину, уставилась в носки своих туфель. В белом шифоновом платье до колен, в бежевых лакированных босоножках на каблуке и с развевающимися волосами она выглядела, как настоящая богиня. Мимо проходившие студенты оборачивались ей вслед. Но Цяо Фэн даже не удостоил её взглядом.

— В любом случае, огромное спасибо тебе за сегодня, — с улыбкой сказала она. — Если бы не ты, я даже не знаю, что бы делала.

— Ну, ты же не глупая, — невозмутимо отозвался он.

Лицо Су Ло на миг дёрнулось, она стиснула зубы:

— В общем… спасибо!

— Не за что.

— Тогда, может, я угощу тебя ужином? В знак благодарности.

— Боюсь, не выйдет, — Цяо Фэн взглянул на свои любимые часы и спокойно добавил: — Мне нужно домой. Лань Шань ждёт ужин.

Такое поведение было прямо-таки образцом «подкаблучника», и в глазах Су Ло выглядело оно крайне раздражающе.

«Этот мужчина способен вот так без колебаний слушаться другую женщину?!»

Но внешне девушка осталась безупречна, лишь слегка улыбнулась:

— Ну, можно ведь и Лань Шань позвать. В компании веселее.

Мысль звучала разумно. Цяо Фэн задумался: всё-таки стоило бы спросить разрешения у самой Лань Шань. И он набрал её номер.

Лань Шань всё ещё сердито дулась на саму себя и к вещам даже не притронулась. Когда зазвонил телефон, ответила сухо жёстким голосом:

— Алло?

— Лань Шань, что ты хочешь на ужин? — спросил Цяо Фэн.

Она нарочно выдержала паузу, желая его поддеть, и бросила:

— Хочу австралийского лобстера!

— Подожди, уточню, — сказал он и повернулся к Су Ло: — Лобстер подойдёт?

Та скривила губы, но кивнула.

«Вот уж точно — ведёт себя как хозяйка!»

Цяо Фэн снова приложил телефон к уху:

— Дело в том, что ужин сегодня оплачивает Су Ло. Она приглашает нас с тобой поесть лобстера. Ты пойдёшь?

— Тьфу! — выпалила Лань Шань.

— …

Она глубоко вдохнула. Лань Шань никогда не была из тех, кто сносит всё молча: если на душе кошки скребут, значит, кому-то непременно достанется. Так и сейчас. Высказавшись, она поспешила добавить:

— Это не тебе «тьфу».

— Знаю, — отозвался Цяо Фэн, и в голосе его вдруг прозвучало весёлое тепло. Он даже улыбнулся сам себе.

И его тихий, мягкий смех, словно тёплая вода весеннего озера, прорезал тишину телефонной линии. Услышав это, Лань Шань будто всполошилась: сердце подпрыгнуло, дыхание сбилось. Пришлось спасаться напускной суровостью:

— Чего смеёшься?!

— Да так… Просто ты очень милая, — сказал он.

Хоть это и прозвучало через телефон, щёки Лань Шань всё равно запылали. Она неловко провела ладонью по горящему лицу:

— В общем, скажи этой женщине, что я её ненавижу, и потому ужинать с ней не стану.

— Хорошо. Я передам слово в слово.

Лань Шань почувствовала себя чуть полегче. С хитрой улыбкой добавила:

— Ну ладно, иди, только не объедайся. Если будет лобстер — прихвати половину Шрёдингеру. Лучше пусть та дама останется без лакомства, чем наш кот без ужина.

Цяо Фэн даже опешил:

— Куда это мне идти?

— Как куда? На ужин с красавицей, конечно! — буркнула она, в голосе вновь мелькнула ревнивая нотка.

«Если бы могла, я бы с радостью остановила его, но… кем я ему прихожусь, чтобы указывать?»

— Нет, — покачал головой Цяо Фэн. — Если ты не пойдёшь, я тоже не пойду.

— С чего это вдруг? — недоверчиво прищурилась Лань Шань.

Цяо Фэн только сильнее запутался от её слов:

— А если я уйду, кто тебе ужин приготовит?

Одна эта фраза — и колючее настроение Лань Шань мигом растаяло, будто пришла весна.

А вот Су Ло стояла рядом и молча слушала, как он шутит и говорит с другой женщиной. В её глазах сгущался мрак, уголки губ опустились, словно ослабленная тетива лука. Челюсть была сжата так крепко, что щёки чуть вздулись от напряжения.

«Вся его нежность, всё тепло должны были принадлежать мне. А теперь он отдаёт их другой…»

Как тут смириться?

Но стоило Цяо Фэну закончить звонок, как в глазах Су Ло мелькнул отблеск решимости. На лице тут же вспыхнула улыбка — пусть и натянутая, но вполне убедительная. Всё равно он не из тех, кто читает по лицам.

— Я пойду домой, — сказал он. — Угощать ужином не нужно. Считай, сегодняшняя помощь — моя извинительная компенсация. Ах да, и ещё… Лань Шань просила передать, что она тебя очень не любит.

— Я знаю… — выдохнула Су Ло, прикусив губу. В её взгляде мелькнула боль, какая-то тихая мольба — как у человека, который всё ещё надеется, хотя уже понимает, что поздно.

Но Цяо Фэну было не до того. Куда важнее — удастся ли в такое позднее время раздобыть свежего австралийского лобстера. Он протянул пакет обратно Су Ло, коротко попрощался и ушёл. Для него эта сумка не стоила и внимания — лёгкая, незначительная вещь. Только Цяо Фэну не пришло в голову, что для девушки в узких туфлях на каблуках путь домой станет испытанием.

Су Ло шла, кривясь от боли в пальцах и стиснув зубы — проклятые ручки пакета больно врезались в ладони, а от образа «богини» не осталось и следа. Хорошо ещё, что подвернулся добрый студент, галантно проводивший красавицу до дома.

Тем временем Цяо Фэн направился на рынок. Лобстеры — товар редкий и капризный, доставляют их партиями из оптового центра, и к вечеру, как правило, всё уже раскуплено. Но в этот вечер удача была на его стороне. В одной лавке осталось ровно две штуки — живые, бодрые, один на полтора кило, другой почти под три.

Он прикинул: если купить большого, Лань Шань рискует объесться до боли в животе. Поэтому выбрал поменьше.

С пакетом, в котором лобстер яростно болтал хвостом и щёлкал клешнями, Цяо Фэн поднялся к двери соседки и постучал.

Лань Шань открыла, обрадовалась, но, заметив, что у него в руках, мгновенно отпрянула:

— Это ещё что за чудовище?!

— Не бойся, — невозмутимо ответил он. — Это всего лишь маленькая креветочка, — и, открыв пакет, продемонстрировал добычу.

Полуторакилограммовый лобстер с алым панцирем вильнул хвостом и выставил клешни в боевой стойке.

«Маленькая креветочка?!» — Лань Шань схватилась за сердце:

— Какая жуткая морда у него… Подожди-ка! А зачем ты вообще его купил?!

— Ну… ты же сама сказала, что хочешь лобстера, — искренне удивился Цяо Фэн.

У неё округлились глаза:

— Я… я же пошутила!

Он нахмурился, взглянув на бедное существо в пакете, чьи клешни были связаны, и оно беспомощно дёргалось, словно осознавало свою участь. На лице Цяо Фэна тоже проступила лёгкая грусть. Он поднял взгляд и тихо спросил, почти с надеждой:

— Так ты… правда не хочешь?

— Нет-нет, дело не в этом! — замахала руками Лань Шань. — Я обожаю лобстеров! Просто… они же стоят целое состояние! По несколько сотен за кило!

Она живо представила, как Цяо Фэн выкладывает перед лобстером купюры, словно платит дань морскому владыке, и сердце сжалось от жалости к кошельку соседа.

Цяо Фэн облегчённо вздохнул. Значит, дело лишь в цене. Подхватив пакет, он тихо пробормотал себе под нос:

— Я в состоянии тебя прокормить.

— Что ты сказал?

— Ничего. Иди-ка сюда, решим, как ты хочешь его съесть.

— Ай!.. — взвизгнула она, но тут же прыснула от смеха.

Раз уж куплено — деньги назад не вернёшь. Пусть хотя бы мясо оправдает потраченные деньги. Лань Шань, весело приплясывая, пошла следом. Когда лобстер оказался на полу с перевязанными клешнями, страх мигом исчез. Она тут же присела рядом и принялась дразнить беднягу, а через минуту в игру включился Шрёдингер — и так началась настоящая пляска: человек, кот и ракообразное в центре веселья.

— Лань Шань, может, сделаем из него сашими? — предложил Цяо Фэн.

— Бр-р, сырое я не хочу.

— Тогда на пару? Или запечь под сыром?

— Пусть будет на пару.

Решено. Цяо Фэн взял лобстера, уложил на разделочный стол и — бац! — обухом ножа мгновенно прекратил мучения жертвы.

Шрёдингер посмотрел на хозяина так, будто узрел величайшего героя.

Ужин вышел на славу: мясо нежное, сочное, а чесночно-масляный соус, который приготовил Цяо Фэн, сделал вкус просто божественным. Лань Шань уплетала, зажмурив глаза от счастья. Цяо Фэн смотрел на её довольную мордашку и радовался не меньше. А заодно мысленно благодарил судьбу: глядя на эту ненасытную обжору, он понял — хорошо ещё, что взял лобстера поменьше.