Контент удален!

Земля промёрзла, поэтому копать было тяжело. Хотя и говорили, что сильно потеплело, несколько дней назад шёл дождь, держались весенние холода, да и на Пэгамдо температура всегда была довольно низкой. Ка Он изо всех сил пыталась выкопать ямку маленькой садовой лопаткой, которую нашла в сарае.

— Давайте сюда.

Не выдержав этого зрелища, Чха Тхэ Гён выхватил у Ка Он лопатку. На самом деле она вполне могла бы не отдавать ее, если бы захотела, но после нескольких минут возни земля поддалась лишь самую малость, поэтому Ка Он покорно отступила. Тхэ Гён же с лёгкостью вкапывался в землю, раз за разом, словно почва была совсем другой. Было видно, как бугрятся мышцы на его крупных предплечьях каждый раз, когда он с силой вонзал инструмент в землю. У него было поистине порочное тело. В отличие от холодного лица.

— Вряд ли это сделала кошка.

Ка Он, молча наблюдавшая за его действиями, заговорила.

— На этом острове нет кошек. Кто-то сделал это намеренно.

Всё то время, пока она копала, и сейчас, глядя, как это делает Чха Тхэ Гён, мозг Ка Он непрерывно работал.

Она думала о том, зачем кому-то намеренно убивать крыс.

Мёртвую крысу они находили уже во второй раз.

Тхэ Гён вырыл ямку как можно глубже и руками в рабочих перчатках бросил туда крысу. Обезглавленная крыса с вывалившимися внутренностями выглядела до крайности омерзительно. Он аккуратными, ловкими движениями засыпал её землёй.

— С какими намерениями?

Спросил Тхэ Гён. Ка Он вынырнула из своих мыслей и посмотрела на него.

Почему этот мужчина не уходит по своим делам, а помогает ей и болтает с ней?

Задаваясь этим вопросом, Ка Он тихо ответила:

— С намерением очернить Ка Ён?

— …

Чха Тхэ Гён молча сверлил Ка Он взглядом сверху вниз. Ка Он, убедив саму себя, кивнула.

Да, точно. Сначала труп крысы нашли в комнате Ка Ён. А теперь — возле сарая.

Мысли цеплялись одна за другую.

Преступник — кто-то из особняка.

Ка Он мысленно перебрала всех, кто сейчас постоянно проживал в особняке.

Ким Чу Ён, которая смотрела на неё с нескрываемым недовольством.

Садовник Ли Ён Хун, незаметно передвигающийся словно тень.

Пэк Чон Хак, оклеивший весь потолок амулетами.

Чха Киль Хо, который чего-то до ужаса боялся, обливался потом и не находил себе места.

И этот сумасшедший Чха Тхэ Гён, у которого непонятно что на уме.

Сейчас больше всего подозрений, безусловно, падало на Ким Чу Ён.

Когда они впервые нашли крысу в комнате Ка Ён, Ким Чу Ён, донельзя скривившись, принялась отчитывать Ка Он.

— Это уже переходит всякие границы.

А недавно, когда они столкнулись на кухне, что она сказала?

— Я слышала, что недавно она даже спускалась по лестнице. Я считаю, что продолжать отапливать второй этаж — это пустая трата ресурсов.

Неужели она подстроила всё это, чтобы подкрепить свои слова о том, что Ка Ён может свободно разгуливать по особняку? Или чтобы заявить, что Ка Ён окончательно спятила и её пора упечь в психушку? Нужно было выяснить цель этой бессмысленной и жестокой выходки.

— Глаза… Совершенно безумный взгляд.

Пробормотал в этот момент Чха Тхэ Гён, склонившись и заглянув Ка Он в глаза.

Встретившись с его угольно-чёрным взглядом, Ка Он мгновенно пришла в себя.

Сделав шаг назад, она яростно уставилась на Тхэ Гёна.

— Кажется, я предупреждала, чтобы вы не смели ко мне так приближаться.

— Разве?

— Да.

— Вот как.

Чха Тхэ Гён выпрямился.

— Ваши глаза реально жуткие.

Глаза были настолько чёрными, что не было видно зрачков — казалось, будто заглядываешь в бездну. Какое счастье, что он носил очки. Отражающийся от стёкол свет хоть немного скрывал эти жуткие глаза.

Выплюнула Ка Он сквозь зубы. Остатки её вежливости в какой-то момент просто испарились без следа. Странное дело, но стоило ей оказаться перед Чха Тхэ Гёнoм, как она легко забывала о самообладании и элементарных правилах приличия. Поскольку сам Чха Тхэ Гён совершенно не заботился о подобных вещах, Ка Он в ответ тоже отбрасывала всякую дистанцию.

— Мне часто это говорят.

Чха Тхэ Гён кивнул, не выказав ни капли недовольства.

— Раз знаете, могли бы и последить за этим.

— Хорошо.

А в такие моменты он бывает на удивление послушным.

Когда Тхэ Гён уступил без малейшего сопротивления, Ка Он даже стало неловко. Как-никак, он ей помог, да ещё и яму вырыл, чтобы закопать крысу. Не слишком ли она ощетинилась? Ей стало совестно.

— Спасибо, что вырыли яму. А теперь идите по своим делам, Чха Тхэ Гён.

Чха Тхэ Гён не ушёл, а остался на месте и задал очередной вопрос:

— И как же Пэк Ка Он, считающая, что кто-то творит всё это намеренно, собирается действовать дальше?

— …

Как собирается действовать дальше?

Ка Он молча опустила взгляд. Закопанная яма выделялась на земле тёмным пятном. Пройдёт немного времени, взойдут сорняки, и свежая земля окончательно скроется из виду.

Нужно найти преступника. Она обязана защитить Ка Ён. Но как его искать?

— Будете ходить и шпионить, как за мной?

Спросил Тхэ Гён.

— Вы издеваетесь?

— Нет. Я спрашиваю, потому что мне искренне интересно. Я хочу помочь.

Только тогда Ка Он подняла глаза.

— С чего бы это?

— Я же говорил, что вы меня сильно интересуете.

Ка Он сделала вывод: он издевается. На этом изолированном острове не было ни капли веселья. И для Чха Тхэ Гёна Пэк Ка Он явно стала весьма занятным объектом для развлечения. По правде говоря, даже при их первой встрече Тхэ Гён проявлял к ней немалый интерес. И Ка Он замечала это скрытое внимание. Такому интересу вовсе не обязательно было перерастать в романтику. Сгодится и в качестве обычной «игры».

Чха Тхэ Гён был далеко не первым, кто проявлял к Ка Он подобный интерес. Среди врачей, приезжавших на остров, уже был один тип, который задвинул лечение Ка Ён на задний план и начал волочиться за Ка Он.

Игры между мужчиной и женщиной всегда увлекательнее любых других забав и заставляют дофамин бить ключом. Ка Он было двадцать три — не такой уж юный возраст. И она прекрасно понимала, до каких пределов могут дойти эти игры.

Хотя, конечно, до сих пор не нашлось ни одного человека, с которым ей бы самой захотелось поиграть.

— А вот вы, Чха Тхэ Гён, меня не интересуете.

— А сами так за мной таскались.

Голос Чха Тхэ Гёна прозвучал так, будто ему было слегка обидно. От этих слов, совершенно не вяжущихся с его бесстрастным и холодным лицом, по спине Ка Он пробежал холодок.

— Если вам скучно — возвращайтесь на материк. У вас ведь нет причин торчать на этом острове.

— Мне нужно поправлять здоровье рядом с дядей.

— А-а. Из-за обсессивно-компульсивного расстройства и мизофобии?

— А похоже?

Когда Ка Он посмотрела на него взглядом, ясно говорящим: А разве нет?, Тхэ Гён усмехнулся.

— Судя по всему, от мизофобии вы уже почти излечились.

Сказала Ка Он, вспомнив, как Чха Тхэ Гён в грязных рабочих перчатках без колебаний копал землю и поднимал дохлую крысу. Сомнения вроде «И почему я так долго с ним болтаю?» рассеивались по мере продолжения разговора.

— Я лишь не могу заниматься сексом или целоваться.

Ка Он моргнула, осмысливая внезапно прозвучавшие непристойные слова. Он произнёс их настолько обыденно, что на мгновение она усомнилась, правильно ли расслышала. Но Чха Тхэ Гён любезно пояснил:

— Потому что человеческие жидкости — это грязно.

— …Мне не особо хотелось это знать.

— Но с вами, Пэк Ка Он, мне кажется, я бы смог.

Только скажи ещё хоть слово. Ка Он уставилась на Чха Тхэ Гёна, не моргая.

— Секс или поцелуй.

— Ёбаный псих.

Ругательство Ка Он прозвучало для него словно награда — Тхэ Гён выглядел скорее довольным. Он снисходительно посмотрел на неё сверху вниз, и его взгляд словно говорил: Разве я не говорил, что я сумасшедший?

Ка Он с отвращением отвернулась. Чем дольше она разговаривала с этим психом, тем хуже делала себе же.

Современные городские жители зависимы от острых ощущений, и самым мощным из них, несомненно, остаётся секс. Причины, по которым люди испытывают сексуальное возбуждение, столь же разнообразны, как и звёзды на ночном небе. Поэтому она прекрасно понимала, что в таком изолированном особняке, на изолированном острове, где оказались заперты мужчина и женщина примерно одного возраста, любой вполне мог почувствовать сексуальное влечение.

Но все люди, которых Ка Он встречала в своей жизни, какими бы ослеплёнными желанием они ни были, всегда надевали хоть какую-то маску. Притворялись порядочными. Притворялись благонадежными и невинными. Делали вид, что не имеют никаких задних мыслей и просто о ней заботятся.

А вот Чха Тхэ Гён, сверкая из-за очков до жути холодным и рассудительным взглядом, в открытую демонстрировал Ка Он свою грязную похоть.

Он что, совсем головой поехал?

С ним явно было что-то глубоко не так.

Из-за его холодного взгляда и бесстрастного лица она даже не поверила в то, что у него к ней есть какой-то «мужской интерес». По своей наивности она отнесла этот интерес к категории какой-то чистую симпатию. А зря.

Он явно был развратником, который воспринимал секс как игру.

Стоило ей прийти к этому выводу, как ситуация вдруг прояснилась. Испуг унялся, голова остыла, и в мозгу начал вырисовываться хитрый расчёт.

Нужно найти преступника. Преступника. Я обязана защитить Ка Ён. У моей Ка Ён ведь никого нет, кроме меня.

Если Чха Тхэ Гён поможет, то как именно?

Ка Он замерла на месте, склонив голову.