— А-а-а-а! Онни! Онни!
Истошные вопли зашедшегося в истерике ребенка гулко разносились по особняку. Задыхаясь, Ка Он поспешила на звук.
— Приведите онни! Онни!
Спешно поднимаясь по лестнице на второй этаж, она столкнулась с двумя работниками, чинившими перила. Это были отвечающая за кухню Ким Чу Ён и садовник Ли Ён Хун.
— Что случилось?
Поспешно спросила Ка Он. Работники недоуменно переглянулись. Ка Он утерла холодный пот. Подобных приступов у девочки не было уже давно. Какое-то время всё было спокойно, так почему же припадок случился именно сейчас? Сердце Ка Он тревожно екнуло.
— Я про Ка Ён. Она же сейчас плачет.
Лицо Ким Чу Ён тут же недовольно скривилось. Всем своим видом она показывала, что в этом нет ничего особенного, отчего Ка Он стало обидно.
Она давно работала в этом особняке, и если поначалу неплохо владела собой, то с какого-то момента стала открыто демонстрировать свои истинные чувства: отвращение, словно при виде сумасшедшей, смирение и страх.
— Оставьте её, госпожа.
Чу Ён вздохнула.
— Нет. Я должна к ней пойти.
Ка Он прошла мимо них. Старое деревянное здание. На лестнице чуть слышно поскрипывали ступени, а носа касался легкий древесный аромат. На втором этаже из-за задернутых штор царил полумрак. К тому же там было зябко — должно быть, Ким Чу Ён снова убавила мощность бойлера, чтобы сэкономить на отоплении. Этот холод резанул Пэк Ка Он по сердцу.
— Онни, онни! Онни. Где ты, онни?
В мрачном коридоре эхом разносились лишь отчаянные вопли Ка Ён. Она стремительно кинулась туда, чуть не поскользнувшись на полу, и рывком распахнула дверь в дальнюю комнату.
В полутемной комнате на кровати одиноко сидела Ка Ён — её бледное личико было залито слезами. Казалось, будто лишь сама девочка излучает тусклый свет, находясь в каком-то ином мире.
Ка Он подбежала и обняла малышку. Маленькое тельце отчаянно вжалось в неё.
— Что случилось, Ка Ён? Кошмар приснился?
— Ненавижу тебя, онни! Почему ты так долго?! Я же так звала!
— Прости. Прости меня.
— Мне было страшно! Страшно, говорю!
— Чего ты испугалась? М?
Девочка ничего не ответила, только плакала.
Тринадцать лет. Младшая сестра, на десять лет младше Ка Он. Пэк Ка Ён. Девочка начала болеть с какого-то момента, который сейчас уже никто точно не помнил. Они скитались по больницам, но причину установить так и не смогли. Она часто плакала, падала, билась в судорогах, панически боялась людей и нередко видела то, чего нет на самом деле.
— Почему ты не сказала, что сегодня приедет дядя?
Ка Ён, которая только что всхлипывала, вдруг резко перестала плакать и холодно спросила.
Ка Он от неожиданности попыталась отстраниться, но девочка её не отпускала. Она вцепилась в нее мертвой хваткой, с силой, совсем не свойственной ребёнку. После недолгой борьбы Ка Он в итоге сдалась первой.
— Я собиралась сказать. Ведь ты, Ка Ён, терпеть не можешь дядю.
— Да! Ненавижу! И когда ты собиралась сказать? Он же сегодня приезжает! Когда собиралась-то?!
Закричала Ка Ён. Голос был настолько пронзительным, что у Ка Он зазвенело в ушах.
Кто же проговорился ей о приезде дяди?
Взгляд Ка Он похолодел. Девочка особенно сильно ненавидела их дядю, Пэк Чон Хака. Поэтому его визит от неё намеренно скрывали. В памяти всплыла Ким Чу Ён, которая с недовольным видом смотрела на Ка Он и отговаривала её идти к Ка Ён.
— Ка Ён. Успокойся. Кто сказал тебе, что дядя приезжает?
— Разве это важно?! Я знаю! Всё знаю! Скажи дяде, чтобы не приезжал! Пусть даже носу сюда не сует!
Девочка истошно вопила. Люди говорили, что в Пэк Ка Ён вселились бесы.
Тяжелая депрессия, социофобия, бред — какие только диагнозы ни ставили этому маленькому ребёнку.
Все твердили, что её нужно сдать в психиатрическую клинику. Что просто держать в доме лечащего врача недостаточно.
Но Ка Он не могла отказаться от Ка Ён. После смерти родителей она оставалась её единственным кровным родственником, единственной младшей сестрой.
— Дядя опять попытается разлучить нас с тобой, онни.
Пробормотала девочка, дрожа всем телом.
— Нет, Ка Ён. Дядя сказал, что мы вдвоём можем и дальше жить здесь, на острове. Он нас поддерживает. И скоро привезёт врача.
— Слышать ничего не хочу! Не хочу, говорю!
Девочка зашлась в истерике, её тело покачнулось. Если бы Ка Он знала, что визит дяди приведет к такому результату, она бы отложила его приезд. Последние несколько месяцев всё было спокойно, вот она и потеряла бдительность. К тому же нельзя было вечно мириться с тем, что у них нет врача.
— Онни.
Ка Ён мгновенно успокоилась и зашептала Ка Он на ухо. Даже у Ка Он, привыкшей к странным выходкам девочки и её резким перепадам настроения, по коже пробежали мурашки.
— На этот раз дядя приведет...
Ка Ён прошептала это совсем тихо. Ка Он не разобрала слов и переспросила: «А?».
Маленькое тельце, которое, казалось, ни за что не отлипнет от нее, резко отстранилось. Её маленькое личико со следами слез, обрамленное растрепанным каре, стало холодным. Зрачки в круглых глазах расширились до предела — верный признак крайнего возбуждения.
Побочный эффект от лекарств? Раз уж снова случился приступ, придется поменять таблетки...
Едва она успела об этом подумать...
— Приведет дьявола.
Ка Ён снова прошептала это. На этот раз Ка Он услышала её совершенно отчетливо.
Дьявола?
Время от времени Ка Ён совершала непонятные поступки и говорила странные вещи.
Какого еще дьявола? Может, это новое прозвище дяди?
В тот момент, когда она собиралась переспросить сестру, воздух сотряс оглушительный рев автомобильного двигателя.
Ка Он непроизвольно вскрикнула. Увидев это, Ка Ён весело рассмеялась. Когда комнату наполнил озорной детский смех, напряжение Ка Он тут же спало.
— Ах ты, вздумала дразнить онни... И зачем ты открыла окно?
Ка Он со вздохом поднялась, чтобы закрыть окно.
Выдался промозглый день, противно моросил дождь. На пороге весны, пришедшей на смену долгой зиме, шел первый весенний дождь.
Перед особняком остановился черный седан. Именно он и был источником того самого рева.
Она видела эту машину впервые. Однако в такое время этот уединенный особняк мог навестить лишь один человек.
Приехал раньше, чем я ожидала.
Дядя Пэк Чон Хак.
Ка Он тоже не особо его жаловала. В его присутствии ей всегда становилось как-то не по себе.
Но пока Ка Ён болела, и они не могли покинуть остров, Чон Хак оставался их единственным связующим звеном с материком. Все-таки они были семьей, и дядя исправно помогал сестрам.
В следующий миг открылась задняя дверца, и из машины кто-то вышел. Это был не дядя, как она ожидала.
Первое, что бросилось ей в глаза, — смоляные волосы, смоляные волосы, впитавшие в себя тьму ночного неба. Насыщенный черный цвет, отчетливо выделяющийся даже в такую тусклую, мрачную погоду. И черная футболка в сочетании с хлопковыми брюками.
Мужчина был очень высоким. Его широкие плечи и длинные ноги вызывали безотчётную робость у каждого, кто на него смотрел.
Врач?..
Новый психиатр, которого наняли?
Внешне он совершенно не походил на врача. Особенно чужеродно смотрелась его одежда.
В этот момент мужчина поднял взгляд на окно второго этажа, у которого стояла Ка Он. Их взгляды встретились.
От лица за стёклами очков веяло невероятным холодом. Его черты казались выкованными из ледяной стали. Его глаза были такими же угольно-черными, как и волосы.
— …
Упустив момент, чтобы вовремя отвести глаза, Ка Он непроизвольно застыла.
Несмотря на то, что их разделяло приличное расстояние, ей казалось, будто мужчина стоит прямо перед ней.
Время остановилось. Ей даже почудилось, что льющий дождь тоже замер.
— Как назло, дождь... Доктор, вам сюда.
В этот момент из-за руля вышел дядя, разорвав это странное зрительное противостояние. Следом с пассажирского сиденья вылез невысокий мужчина. Пэк Чон Хак раскрыл зонт. И пока дядя укрывал от дождя пассажира с переднего сиденья, тот мужчина, что секунду назад встретился взглядом с Ка Он, уже обводил глазами особняк и невозмутимо разглядывал пейзаж вокруг. Словно и не он только что в упор смотрел на нее.
Судя по всему, мужчина, вышедший с переднего сиденья, и был тем самым врачом, которого привез дядя.
Тогда кто же этот мужчина?
Ка Он принялась разглядывать эту странно подобранную компанию.
— Это деревянный особняк. Внутри он понравится вам еще больше. И для выздоровления племянницы он подойдет просто идеально.
Голос дяди доносился до неё урывками.
— …
Только тогда Ка Он отступила на шаг назад. Она поняла, что всё это короткое время неосознанно задерживала дыхание.
Вспомнив мужчину, который без единой эмоции на лице смотрел снизу вверх на её окно, она почувствовала себя как-то странно.
С дядей приехал какой-то необычный человек. Человек, который явно был здесь незваным гостем.
