Контент удален!

— Этот Чха Тхэ Гён. Я больше не могу его терпеть. Пожалуйста, выгоните его из особняка.

Как только дядя вышел из комнаты, Ка Он прямо заявила о своих требованиях.

— А? Кого?

От Пэк Чон Хака разило алкоголем — видимо, он пил с раннего полудня. Выглядел он неряшливо: поверх пижамы был накинут халат. Изрядно набравшись, он уставился на Ка Он мутным взглядом, тщетно пытаясь сфокусироваться.

Один смолит, другой бухает. Полный набор.

Ка Он мысленно содрогнулась.

— Чха Тхэ Гёна. Племянника нового врача. Вы же говорили, его привезли сюда подлечиться. Я серьёзно. Он больной на голову.

Пробормотала Ка Он, дрожа от ярости. Голова, разгорячённая из-за Чха Тхэ Гёна, никак не остывала.

— А-а. Он. А что, что-то случилось? С виду нормальный парень. Симпатичный, тихий. Кажется, он говорил, что увлекается выращиванием орхидей? Ты же тоже видела эти горшки с орхидеями? В наше время у людей бывают самые дикие хобби, так что на их фоне он вполне приличный человек.

Пэк Чон Хак молол чепуху заплетающимся языком.

Ну конечно.

Пэк Чон Хак всегда выгораживал тех, кто не нравился Ка Он. Даже когда она жаловалась на Ким Чу Ён, которая пренебрежительно относилась к Ка Ён, он, наоборот, отчитывал Ка Он, советуя спустить всё на тормозах. Порой у неё даже возникало подозрение, что он просто из принципа отвергает любые её просьбы. И это подозрение было не совсем беспочвенным.

Она и так никогда не возлагала на дядю больших надежд. Но всё же понадеялась на а вдруг, а вышло как всегда.

— Он курил прямо у меня на глазах. Я всего лишь попросила его не задерживаться в саду слишком долго. Я считаю, это вполне обоснованная просьба.

— А что с садом?

Глаза Пэк Чон Хака блеснули.

— Ка Ён...

Начав говорить, Ка Он осеклась и прикусила губу.

Приступы Ка Ён. Нелепые слова девочки о приходе дьявола. Дохлая крыса. Почерневший мёртвый цветок.

Чёрные глаза. Усмешка. Сигарета. Чем больше она всё это прокручивала в голове, тем больше отвращения вызывало всё, что было связано с Чха Тхэ Гёном. Она хотела, чтобы этот человек даже на глаза не попадался Ка Ён. Но если она скажет всё как есть, Пэк Чон Хак высмеет её, заявив, что она слишком остро на всё реагирует.

— Даже если вы не сошлись характерами, потерпи немного. Если выгнать этого парня, Чха Киль Хо тоже не сможет здесь остаться. Знала бы ты, как он трясётся над племянником. Он так и сказал: согласен на небольшую зарплату, лишь бы ему разрешили взять племянника с собой на Пэгамдо.

Теперь стало ясно, почему Пэк Чон Хак так не хотел выгонять Чха Тхэ Гёна. Видимо, он использовал разрешение привезти Чха Тхэ Гёна как предлог, чтобы урезать зарплату Чха Киль Хо. Ка Он прищурилась. Пэк Чон Хак, осознав, что сболтнул лишнего, откашлялся. Из-за запаха перегара Ка Он поморщилась.

— Не сказала бы, что он так уж дорожит племянником.

Она вспомнила Чха Киль Хо. Врача, который при одном лишь коротком упоминании о Чха Тхэ Гёне затрясся и облился потом. В её голосе сами собой проскользнули нотки протеста.

Пэк Чон Хак умело проигнорировал слова Ка Он.

— Ты думаешь, легко привезти с материка толкового врача? Какой он уже по счёту? Ка Он, пораскинь мозгами хоть немного.

— ...

Распалившись от собственных слов, Пэк Чон Хак повысил голос, видимо, припомнив все свои мытарства. Ка Он промолчала. Насчёт того, что врачи сменились уже шесть раз, Ка Он и самой нечего было возразить. Но что она могла поделать? Все они как один оказывались шарлатанами: вместо того чтобы лечить Ка Ён, они думали только о том, как бы урвать кусок пожирнее.

— Слухи в этой сфере разлетаются быстро, и все уже знают, что пациентка здесь, на Пэгамдо, очень проблемная. Так что постарайся под них подстроиться. Ка Ён ведь нужно вылечить.

Пэк Чон Хак попытался убедить Ка Он.

— Пока Чха Тхэ Гён здесь, Ка Ён будет становиться только хуже.

Тихо пробормотала Ка Он, глядя в пол.

— Да что такого сделал этот человек? Насчёт курения я сделаю ему предупреждение. А в остальном — разве его увлечение орхидеями как-то вредит Ка Ён, которая безвылазно сидит на втором этаже? У неё что, аллергия на орхидеи?

Пэк Чон Хак захихикал, словно выдал невероятно смешную шутку. Впрочем, он быстро осёкся, увидев, что Ка Он даже не улыбнулась в ответ.

— Если он ещё раз попадётся мне с сигаретой, я терпеть не стану. И плевать, как трудно найти нового врача! Кстати, если подумать, этот врач тоже какой-то странный. Трясётся от одного упоминания о племяннике, но всё равно притащил его сюда, хотя даже приструнить не в состоянии!

Голос Ка Он становился всё громче. Чон Хак вытянул шею и заглянул за угол. Казалось, он опасался, что Чха Киль Хо или Чха Тхэ Гён могут её услышать. И это при том, что отсюда комната Чха Киль Хо даже не просматривалась.

— Тише, тише. Успокойся.

Чон Хак открыл дверь в комнату и вошёл. В проём открытой двери было видно, как дядя наливает виски в хрустальный стакан.

— Выпей и остынь. Ка Ён не из тех, кого можно вылечить в два счёта. Нужно время, не стоит торопиться. Постарайся расслабиться. Если ты будешь так паниковать, девочка ведь тоже начнёт нервничать, понимаешь? А?

Пэк Чон Хак мягко уговаривал её, вкладывая ей в руку стакан. Его рука была мерзко-влажной от какой-то непонятной жидкости.

Но Ка Он уже не слышала его слов, да и мысль отдёрнуть руку вылетела у неё из головы.

Её внимание было приковано к совершенно другому.

— Дядя. Что всё это?

Ошеломлённо пробормотала Ка Он.

— А?

Он обернулся. Из полутёмного коридора обстановка комнаты просматривалась на удивление хорошо. И хотя плотно задёрнутые шторы почти не пропускали свет, тусклых лучей хватало, чтобы осветить детали обстановки — то самое личное пространство Пэк Чон Хака.

Самая большая комната в особняке. Комната с огромной кроватью и всевозможными чучелами, которыми он так дорожил. Чучела фазанов с идеально сохранившимся гладким оперением, чучела других птиц и ковёр из шкуры неизвестного зверя.

Специфические вкусы дяди всегда были за гранью её понимания. Но в этот самый момент Ка Он имела в виду вовсе не эти жуткие предметы.

— А-а. В последнее время кошмары замучили, спасу нет. Вот и заказал у одной знакомой шаманки талисманы. Теперь хоть немного полегчало.

Дядя широко улыбнулся и ответил как ни в чём не бывало, словно это был пустяк.

Весь потолок спальни был плотно, без единого просвета, оклеен тысячами жёлтых талисманов. Абсурдное зрелище. Вот почему в комнате казалось так светло. Всю комнату заливал жёлтый свет, словно от жёлтых ламп. Гротескные чучела животных и покрытый жёлто-красными талисманами потолок. А на их фоне — ухмыляющийся мужчина. Встретившись взглядом с его расфокусированными, пьяными глазами, Ка Он непроизвольно отшатнулась.

— Ты чего?

Дядя благодушно улыбнулся, словно ничего странного не происходило.

Она и раньше его не понимала, но теперь этот человек стал абсолютно непостижим.

Талисманы...

Конечно, и раньше бывало, что дядя навязывал Ка Ён талисманы, чтобы изгнать прицепившихся к ней призраков. Как-то раз он даже тайком подложил талисман в вещи Ка Он. Но тогда это была всего одна бумажка. Он не заклеивал ими весь потолок. Да и после того, как Ка Он пришла в ярость, он стал держать себя в руках. Неужели это очередное обострение?

И почему все сходят с ума именно тогда, когда Ка Ён так плохо?

Ка Он тяжело вздохнула. Вернувшись к себе в комнату, она погрузилась в раздумья.

Она не могла тратить на сбрендившего дядю душевные силы, которые нужно было полностью отдать Ка Ён. Выдворить странного племянника странного врача — эта задача, судя по всему, ложилась исключительно на её плечи. Для Ка Он сейчас это было важнее всего. Даже если дядя обклеит талисманами не только потолок, но и всю комнату, её это не волновало, лишь бы это не вредило Ка Ён.

— Значит, дядя... ты предупредишь его насчёт курения. А если он попадётся ещё раз, его выгонят из особняка. Пообещай мне это.

— Да, да. Понял.

Когда Ка Он, несмотря на страх, не отступила от двери и потребовала обещания, Пэк Чон Хак устало покачал головой. Бокал, который он предлагал Ка Он, он жадно осушил сам. Словно умирающий от жажды.

Раз дядя не может его выгнать, значит, это сделаю я.

Как бы то ни было, ответ от Пэк Чон Хака она получила, так что теперь нужно было просто добыть доказательства своеволия Чха Тхэ Гёна.

Это будет несложно.

Человек, так легко проигнорировавший её слова, вряд ли станет осторожничать только из-за того, что Пэк Чон Хак или Чха Киль Хо сделают ему какое-то предупреждение. Так что теперь Ка Он оставалось лишь дождаться, когда Чха Тхэ Гён снова закурит.

Ка Он вспомнила про фотоаппарат, валяющийся в дальнем углу ящика стола.

Очень старый одноразовый плёночный фотоаппарат. Она уже и не помнила, как давно эта старая камера там лежит. Раньше от неё не было никакого толка, но теперь она отлично подойдёт, чтобы запечатлеть доказательства.