Онлайн чтение книги Прости нам грехи наши Forgive Us Our Sins
1 - 5

Глава 5

 Острые лучи света длинными полосами прорезали пространство.

Дже Хёк лежал ничком на кровати, сжимая в зубах сигарету. Сознание, балансирующее на грани сна, было затуманено.

Несколько раз прозвонил телефон, вслед за этим пару раз звякнул дверной звонок.

Он вынул сигарету большим и указательным пальцами. Не открывая глаз, выдохнул дым и безвольно опустил руку с сигаретой к полу.

Какое-то время он повторял это действие. В конце концов, открыть глаза пришлось, когда сигарета стала слишком короткой, чтобы её можно было держать кончиками пальцев.

Глубоко затянувшись в последний раз, он швырнул окурок в сторону пепельницы на тумбочке. Перевернулся на спину и прикрыл глаза рукой. Но назойливый солнечный свет все равно пробивался сквозь веки. В итоге он взял телефон.

Его верный секретарь, Чхве Мун Гю, ответил мгновенно.

— Заходите.

Коротко бросив приказ, он отшвырнул телефон. Снаружи послышался звук набираемого на замке кода. Вскоре раздались и размеренные шаги Чхве Мун Гю. А затем — тук-тук — четкий стук в дверь спальни.

— Разрешите войти, господин директор.

Войдя, Мун Гю на мгновение замер. У Дже Хёк, лежавший на залитой ярким солнцем кровати, был полуобнажен. Секретарь уже собирался сказать, что подождет в гостиной, пока тот не проснется окончательно.

— Закройте шторы.

— ...

— Погода дерьмовая.

Ленивый голос поплыл по комнате. Мун Гю, как было велено, подошел к окну и задернул плотные шторы. Прежде чем он это сделал, он заметил, что небо за огромным окном было безупречно чистым, без единого облачка.

Дже Хёк все так же закрывал глаза тыльной стороной ладони. Похоже, сон беспечного молодого господина еще не закончился.

Мун Гю привел в порядок разбросанную вокруг кровати одежду. Поднял валяющийся телефон и пачку сигарет, положил их на тумбочку, затем взял пепельницу и тихо вышел из комнаты.

В ванной он вычистил пепельницу, на кухне налил стакан воды. Поставив пепельницу и воду на поднос, взглянул на электронные часы на запястье. 14:47.

Когда он снова тихо открыл дверь спальни, Дже Хёк уже встал. Он сидел на краю кровати в полумраке, разминая шею.

Мун Гю подошел и поставил стакан с водой.

— Я подожду в гостиной. Когда будете готовы...

— Докладывайте.

Тон подразумевал: «К чему эти лишние церемонии?». Мун Гю, быстро оценив ситуацию, начал докладывать расписание на сегодня.

Поскольку Дже Хёк отошел от управления своей IT-компанией, важных дел было немного. Самым значимым было согласование с покупателем даты выхода статьи о продаже доли Дже Хёка в этой компании.

Изначально на утро был запланирован заезд на гоночной трассе в Тхэбэке, но он был отменен из-за того, что У Дже Хёк проспал. Это было просто хобби, так что отмена не несла никаких последствий.

Слушая доклад Мун Гю, Дже Хёк направился к гардеробной. Открыв дверь, он принялся перебирать одежду, пока не нашел шелковый халат.

— ...До встречи с партнерами из MCP осталось около двух часов.

— Долго ждали?

— Простите?

— Снаружи.

— Нет, что вы.

— Я заставил вас прождать два часа, а вы говорите «нет»?

Мун Гю, до этого говоривший, как машина, на мгновение запнулся. Сидя на диване, У Дже Хёк лениво зевнул и потянулся. Солнечный свет скользнул по его мускулистому телу, словно софит.

Мун Гю иногда было трудно понять, какой ответ хочет услышать его босс. Порой казалось, что он задает такие вопросы специально, чтобы насладиться реакцией секретаря.

— Игнорируете мои слова, начальник Чхве?

Он получал удовольствие от того, что загонял собеседника в угол.

— Прошу прощения, господин директор.

Мун Гю почтительно склонил голову.

— Но вы же знаете. Я служу вам уже десятый год. Мне действительно всё равно.

По сравнению с теми выходками, которые У Дже Хёк устраивал за это время, ожидание в течение двух часов было для Мун Гю сущим пустяком.

С момента демобилизации У Дже Хёка и до сих пор, за эти десять лет, молодой господин не раз ставил Мун Гю в тупик своими непредсказуемыми поступками.

— ...На вчерашнем мероприятии не случилось ничего особенного?

— Начальник Чхве ведь всё время следовал за мной. Даже если бы я захотел что-то сделать, вряд ли смог бы.

— Но я упустил вас из виду один раз...

Кажется, Дже Хёк прочитал его невысказанную мысль: «Вы превратили приличный банкет в собачьи бои». Уголки его губ дрогнули в усмешке.

— Десять лет рядом, а теперь уже дерзите?

— ...Если ничего особенного не произошло, на этом доклад окончен...

— А, я немного выпустил пар.

— ...Простите?

— Ничего серьезного.

Легкая ухмылка У Дже Хёка заставила сердце Мун Гю похолодеть.

У Дже Хёк имел привычку относиться ко всему на свете легкомысленно. Поэтому нужно было убедиться, действительно ли его «выпуск пара» не был чем-то серьезным, как он утверждал.

— На ком именно вы выпустили пар?

— На женщине.

В этот момент в голове Мун Гю пронеслись воспоминания о всех тех головных болях, которые доставляли любовные похождения У Дже Хёка в прошлом. Хотя в последнее время казалось, что он потерял интерес к сексу и перестал встречаться с женщинами.

— Если во время моего отсутствия возникла какая-то неловкая ситуация, пожалуйста, сообщите мне в любое время.

Но Дже Хёк лишь махнул рукой. Это означало: «Хватит докучать расспросами».

Если бы требовалось уладить последствия, он бы намекнул. Отсутствие намеков означало, что дело действительно пустяковое. Это должно было успокоить, но зная непредсказуемый нрав этого мужчины, Мун Гю не мог полностью расслабиться.

Молодой господин, родившийся и выросший в такой роскоши, ни в чем не знал преград. С рождения держа в руках золото и серебро, он ни в чем не нуждался и ничего не боялся, стремясь лишь к сиюминутному веселью и острым ощущениям.

Даже то, что У Дже Хёк стал владельцем IT-стартапа, изначально было ради забавы. Еще в университете он вкладывал огромные суммы в различные компании и проекты, наслаждаясь риском.

То ли ему везло, то ли у него был врожденный талант. Казалось, он швыряет деньги на ветер без разбора, но большинство инвестиций приносили огромную прибыль.

«SkyLink» была одной из таких компаний. Они разрабатывали приложение для видеозвонков. Заинтересовавшись разработкой, он просто купил всю компанию.

Став владельцем, он выпустил приложение, которое провалилось в Корее, но стало хитом в Европе и Юго-Восточной Азии. Это произошло благодаря решению У Дже Хёка агрессивно расширяться и захватывать новые рынки, не обращая внимания на неудачу на родине.

Благодаря успеху SkyLink У Дже Хёк привлек внимание рынка, но как только компания стабилизировалась, он потерял к ней интерес. Отошел от управления и продал 80% своей доли фонду за 600 миллиардов вон.

Инвестиция, начавшаяся 11 лет назад с «маленького» здания стоимостью 2 миллиарда вон, подаренного дедом на поступление в университет, превратилась в 600 миллиардов и осела в кармане У Дже Хёка.

Помимо наследства от «Ушин», личное состояние У Дже Хёка, вероятно, было огромным. Даже Мун Гю, его ближайший помощник, с трудом мог оценить масштаб его активов.

И вот этот У Дже Хёк, которому деньги были уже не нужны, прошлой весной решил присоединиться к «Ушин». Внезапное решение.

До этого он не проявлял никакого интереса к позиции преемника. Он лишь наблюдал со стороны за грызней родственников за место, которое его не волновало.

У Чан Гиль, разумеется, приветствовал решение старшего внука. Он давно положил глаз на смелость и способности своего единственного прямого наследника.

Чан Гиль радовался, что Дже Хёк с возрастом остепенился, но Мун Гю знал правду. Это решение тоже было продиктовано жаждой острых ощущений и развлечения.

Кровавая битва за наследство, которую семья Ушин вела за спиной У Чан Гиля, показалась ему забавной.

Это подстегнуло его извращенный интерес и жажду победы. Добившись всего за пределами «Ушин», он, вероятно, подумал: «А не прибрать ли мне к рукам и «Ушин»?».

Если он что-то решил, то будет нестись к цели как ураган. Но Мун Гю не мог избавиться от тревоги.

Насколько он знал, интерес У Дже Хёка всегда имел конец. Он был человеком, теряющим интерес в тот момент, когда цель достигнута. Тогда он снова без колебаний бросит «Ушин» и уйдет.

Мун Гю представил, как девяностолетний У Чан Гиль хватается за шею и падает. Нечестивая мысль, что этот день может стать днем кончины председателя, навязчиво лезла в голову.

— Не волнуйтесь. Правда, ничего не случилось.

Неужели это было написано у него на лице? Мун Гю смущенно склонил голову.

— Ничего и не должно случаться. Вступление в должность в следующем году, так что пока нужно сидеть тихо и не давать поводов для сплетен.

Хорошо, что он это понимает.

— Мне велели полгода вести себя смирно, заниматься самосовершенствованием и учиться. Даже если приказ отца чертовски бесит, надо терпеть, даже если он дерьмовый, надо терпеть. Что мне еще остается?

Так вот почему он был в таком дурном настроении со вчерашнего дня.

— ...У Председателя наверняка есть на это свои причины.

Вчера утром его внезапно вызвали в Чхонун-дон. Отец Дже Хёка, У Тэ Ён, вызвал его, чтобы сообщить о назначении. Но должность оказалась совсем не той, что все ожидали.

Холод ругательств, которые Дже Хёк бормотал, выходя после разговора с отцом, до сих пор ощущался кожей.

То, что он посетил грязную вечеринку У Мин Хо, которую изначально собирался проигнорировать, и то, что устроил там показательный бардак, — всё это было бунтом и предупреждением отцу.

— Хотя внешне он строг, он больше всех дорожит вами и беспокоится о вас. Он желает вам успеха, поэтому так строг...

— Пора ехать.

Мун Гю, запнувшись, поклонился.

— Машина будет готова через час.

В любом случае, решение участвовать в гонке за наследство он отменять не собирался. Уж если он на что-то нацелился, то пойдет до конца.

Даже такому, как У Дже Хёк, потребуется много времени, чтобы утвердиться в качестве преемника «Ушин». По крайней мере, причиной смерти У Чан Гиля станет не У Дже Хёк. Успокаивая себя этими мыслями, Мун Гю вышел из резиденции.