Онлайн чтение книги Прости нам грехи наши Forgive Us Our Sins
1 - 18

Глава 18

У Хи направилась в кабинет директора, чтобы сообщить Ын Джу. Получить её разрешение не составит труда.

Хотя они играли роли работодателя и наемного работника, всё это было лишь спектаклем. Но чтобы У Дже Хёк не раскрыл ложь, нужно было разыграть сцену, будто она действительно умоляет директора. Она завернула за угол коридора, направляясь к кабинету.

Сзади послышался неспешный стук каблуков. Догнав У Хи, Дже Хёк схватил её за запястье. На мгновение она сбилась с шага и чуть не рухнула. К счастью, хватка мужчины была крепкой, и она не упала. Только запястью, сжатому его рукой, было больно.

Дже Хёк потащил её за собой. Это было не в направлении кабинета директора.

— Куда мы идем?

Она спросила, но ответа не последовало.

— У Дже Хёк-сси, я спрашиваю, куда мы идем.

— Я же сказал. Я спешу.

Ответ был непонятным. Тон Дже Хёка совсем не казался спешным. Но, похоже, он не собирался давать вразумительного ответа, даже если она спросит еще раз, поэтому У Хи просто покорно последовала за ним.

Хотя тон его был расслабленным, шагал он быстро. Он по-прежнему не заботился о том, кто идет рядом. У Хи изо всех сил старалась не упасть.

Место, куда привел её Дже Хёк, оказалось столиком в зале, где он сидел. Мужчина и женщина, сидевшие за столом, с удивлением посмотрели на У Хи.

— Я пойду первым.

Дже Хёк залпом осушил остатки прозрачной жидкости в бокале. Он кивнул менеджеру ресторана, ожидавшему неподалеку, и тот подошел.

— Что-нибудь нужно?

— Принесите мое пальто.

— Погоди, дело не в том, что ты уходишь первым, а в женщине рядом... Разве это не та пианистка?

— И передайте директору Мён, что я забираю Шин У Ён-сси. Я оплачу её сегодняшний заработок.

Растерянный взгляд менеджера метался между У Хи и Дже Хёком. У Хи старалась сохранять невозмутимость, глядя в спину Дже Хёка и обдумывая его слова о том, что он оплатит её день.

— Выступление ведь уже закончилось, верно?

— Понял. Я передам директору.

— Вау, ну ты даешь. Только что ворчал, а теперь уже так.

У Мин Хо похабно захихикал. Желая им хорошо провести время, он вдруг вскочил со стула, словно что-то вспомнил.

— Вот моя визитка. Я слышал о вашей ситуации от директора Мён. Я могу помочь, подумайте и свяжитесь со мной.

У Мин Хо широко улыбнулся, обнажив зубы. Его улыбка была навязчивой.

Вступать в спор и отказываться не было нужды, поэтому У Хи покорно взяла визитку. Тем временем Дже Хёк, надевший пальто, обернулся к ней.

— Пойдем.

Его лицо было совершенно спокойным, без каких-либо эмоций.

«...Я сделаю так, чтобы это не повредило У Дже Хёк-сси. Скажу, что внезапно возникли обстоятельства, и договорюсь как-нибудь, так что не волнуйтесь».

С запозданием У Хи поняла, насколько смешными должны были показаться ему её слова.

Репутация и всё такое — У Дже Хёку на это было наплевать. Шин У Ён была для него существом, которое не могло даже «повредить» ему. И ему было совершенно всё равно, что станет с репутацией Шин У Ён, работающей в ресторане.

Поведение У Дже Хёка больше не удивляло её. Она лишь в очередной раз убедилась, насколько легкомысленна и порочна его натура.

— Да, идем.

Когда она с опозданием ответила, У Дже Хёк подошел к ней. Он просто приблизился, но её тело невольно напряглось. У Дже Хёк, заметив это, едва заметно усмехнулся.

Почему-то перед этим мужчиной она всегда чувствовала себя отстающей. Казалось, он просчитывает на несколько ходов вперед. Нельзя расслабляться. Она твердо сказала себе.

***

Пошел дождь.

Когда она садилась в машину У Дже Хёка, дождь только начинал накрапывать, но теперь лил как из ведра. Капризная осенняя погода.

Улицы за окном погрузились в хаос из-за внезапного ливня. Люди без зонтов бежали в укрытия, а восьмиполосный проспект Ёндон-дэро был забит медленно ползущими машинами.

У Хи откинулась на красное кожаное сиденье. От кожи исходил свежий аромат, не вяжущийся с ярким цветом. Он был похож на запах У Дже Хёка.

У Хи посмотрела на отражение У Дже Хёка в окне пассажирской двери. Одной рукой он держал руль, другой подпирал подбородок. Его выражение лица было плохо видно.

С тех пор как он предложил заняться сексом и посадил её в машину, он не проронил ни слова.

«Кстати, вы ведь пили алкоголь?»

«Это было безалкогольное».

Этот короткий диалог перед посадкой в машину был единственным.

Капли дождя стекали по стеклу. Улица за окном, залитая дождем, выглядела мрачно. Задние фары машин в пробке сливались в красные пятна света.

От мужчины рядом исходил густой аромат леса. Запах был всё так же приятен.

Но У Хи облизнула губы от непонятного напряжения. При мысли о том, что ей действительно предстоит заняться сексом с У Дже Хёком, её немного трясло. Действительно ли можно это делать с У Дже Хёком? С мужчиной, который нравится сестре. С мужчиной, который обручится с сестрой и в итоге женится на ней.

— Вы хорошо играли на пианино.

Она повернула голову. Дже Хёк искоса смотрел на неё. В его взгляде читалось озорство. Казалось, он готов вдоволь подразнить её. Увидев это, У Хи снова взяла себя в руки.

Что такое секс? Что такого в мужчине? Что мне Чан Ха Рин? Всё равно Чан Ха Рин не выйдет за этого мужчину. Она методично подавляла в себе эмоции, здравый смысл и мораль.

— Я играла плохо. Обычно я играю лучше.

— Почему сегодня плохо?

— ...Потому что внезапно появился У Дже Хёк-сси. Я разволновалась и не смогла сыграть нормально.

Дже Хёк рассмеялся над её ответом. Это было больше похоже на насмешку. Казалось, он не верит ни единому её слову. Его лицо говорило: мне всё равно, даже если ты врешь.

— Обычно играете лучше?

— Да.

Это была ложь. Пианино она учила в детстве только для общего развития. Сегодняшнее выступление было позорным даже для неё самой. У Дже Хёк не мог этого не знать. Он просто издевался над ней.

— Хоть и сыграли плохо, но, кажется, многих впечатлили.

Когда выступление закончилось и она спускалась со сцены, к ней подходили мужчины. Спрашивали номер, давали визитки или несли какую-то чушь.

— ...Вы ревнуете?

На этот раз смех Дже Хёка был громче. Выражение лица говорило: «С чего бы это?». И: «Ты забавная, раз спрашиваешь такое».

— Что делаете на выходных?

Дже Хёк сменил тему на пустяковый вопрос, словно ответ не стоил и гроша.

Все его действия были раздражающими. Если бы У Хи действительно любила У Дже Хёка, ей было бы больно.

— Собираюсь практиковаться на пианино.

— Зачем?

— Потому что кто-то пожаловался и потребовал меня уволить.

— А-а, неужели в наши дни еще есть такие придирчивые клиенты?

— ...Я не знала, но, оказывается, есть.

— Значит, со мной поиграть не сможете.

Она знала, что у него и в мыслях не было проводить с ней время. Это тоже была его дразнящая манера речи. Не имея ни малейшего намерения уделять ей время на выходных, он специально создавал двусмысленность, чтобы играть чувствами собеседника.

Теперь она знала, что он наслаждается такими играми. Поняла это сама собой.

Проблема была в том, что чем больше она узнавала, какой он плохой и злой человек, тем сильнее ей хотелось расцарапать его.

— Где живете?

— В районе Содэмун.

— Возраст.

— Тридцать два.

Губы Дже Хёка, плавно двигавшиеся, замерли. Он поднял брови и переспросил с недоверием:

— Не выглядите на столько.

— Мне часто это говорят.

Дже Хёк наклонился к У Хи. Резко сократив дистанцию, он откровенно изучал её лицо.

Для простой оценки возраста его взгляд был слишком долгим. В конце концов, У Хи первая с чопорным видом отвернулась. Рядом послышался смешок.

— Трудно поверить, но сделаю вид, что верю.

У Хи смотрела только на бампер медленно ползущей впереди машины. Немного подумав, она спросила в ответ:

— А У Дже Хёк-сси?

— Тридцать один.

— ...Молодой.

— Да уж, а ты старая.

Она знала возраст У Дже Хёка, но спросила, чтобы сделать вид, что не знает.

— У вас есть девушка?

Он посадил её в машину только ради секса. А теперь спрашивает о таком. Его моральные принципы вызывали вопросы.

— А если есть?

Его протяжное «Хм-м» прозвучало почему-то зловеще.

— Либо порвите с ней, либо будем вместе.

Вместе? Что именно? Ответ был в духе мусора. Она знала, что это шутка, но так как это был У Дже Хёк... Казалось, он действительно мог бы так поступить, поэтому У Хи с опозданием исправилась:

— Нет. Если бы был, я бы не села в эту машину.

— А, более верный тип, чем я думал.

Это были слова, которые У Хи сказала ему при первой встрече. Она снова посмотрела на него.

— Вам, похоже, скучно.

Тем временем мужчина достал сигарету и закусил её. Огонек вспыхнул на кончике сигареты, и он, выдыхая дым, искоса посмотрел на У Хи.

— Почему?

— Спрашиваете о том, о чем раньше не спрашивали.

— Потому что пробка чертовская.

Его лицо снова стало бесстрастным. Красноватые глаза потемнели. Он выглядел действительно скучающим.

На стекле водительской двери за его спиной густо налипли капли дождя. От одного вида становилось сыро.

На мгновение слова исчезли. Пространство наполнилось лишь звуком дождя, стучащего в окно, и дыханием Дже Хёка, выпускающего дым. Ей казалось, что нельзя оставлять его в этом скучающем состоянии. Но она не знала, как его развлечь.

Поэтому У Хи просто смотрела на Дже Хёка. Змееподобный дым струился сквозь его зубы.

— Поцелуемся?

Что?.. В тот момент, когда она переспрашивала, он схватил её за щеки. Мужчина подался вперед. Под его сильным напором губы У Хи раскрылись, и внутрь ворвался язык. Толстый, влажный язык заполнил рот. Ворвавшись без спроса, мужчина бесцеремонно исследовал её рот.