Контент удален!

Ю Ри поспешно огляделась по сторонам, проверяя, не слышит ли кто-нибудь этот возмутительный разговор. К счастью, подмастерье Хью говорил по телефону и не обращал на них ни малейшего внимания. Остальные сотрудники, как она уже слышала, были отправлены на долгие рождественские каникулы и отдыхали.

— Мои волосы коснулись бы тебя, мои пальцы скользнули бы по твоему плечу, обняли бы за талию, а потом спустились бы к бедру.

— Сейчас мы не снимаем мерки, так что этого не произойдёт.

Ю Ри твёрдо заявила, что этому не бывать.

— Я хочу, чтобы ты сшила мне одежду.

— Вы разве не слышали, что мы только что обсуждали? У меня нет ни таланта, ни способностей к этому ремеслу. И раз уж вы сказали, что вам трудно угодить с выбором ателье, то одежда моего пошива вам и подавно не понравится…

— Сшей мне пижаму. Заниматься самоудовлетворением в постели не так уж постыдно.

— Вы и правда извращенец?

— Будь я безмозглым извращенцем, не способным мыслить здраво, я бы прямо сейчас завалил тебя здесь, не обращая внимания на чужие взгляды. Или заставил бы тебя залезть на меня.

Его голос звучал абсолютно ровно, без единой нотки сомнения. По лицу мужчины было ясно: он не шутит. Во рту мгновенно пересохло: Ю Ри вспомнила тот поцелуй, когда он чуть не прокусил ей губу, как она задыхалась в его объятиях и как у неё подкашивались ноги.

Низ живота непроизвольно напрягся, а спина выпрямилась.

— Почему… я?

Стоило ему только протянуть руку, как к нему выстроилась бы очередь из красавиц, готовых прыгнуть в его объятия. Да что там — они сами бы на него вешались, даже если бы он и пальцем не пошевелил. Даже если не брать в расчёт его род занятий, одной только внешности и богатства было достаточно, чтобы окружить себя толпой женщин. Захотелось развлечься — мог бы найти кого-то другого. Он мог затащить в постель почти любую женщину, так зачем ему понадобилось цепляться к ней?

— Действительно. И почему же ты?

У этой женщины вежливость была в крови. Не показная, наигранная услужливость ради чужого расположения, а искренняя забота, ставшая привычкой. Но куда больше его интриговала её отстранённость — Лео хотел знать, как далеко она простирается.

Она делала вид, что всё в порядке, и принимала своё одиночество как должное, считая, что так и должно быть. Эта женщина, идеально помещавшаяся в его объятиях, не только не дрожала от страха, но и оставалась абсолютно покорной до тех пор, пока он сам её не отпускал. И почему-то этот образ никак не выходил у него из головы.

— Если тебе так интересно, сделай меня своим любовником. А если нет — можешь просто сидеть в моей спальне и смотреть, как я удовлетворяю себя сам.

— С какой стати я должна…

— Зато ты сразу поймёшь, как сильно я хочу с тобой переспать. Особенно когда увидишь, как всё вокруг будет залито моей спермой.

— …Постарайтесь почаще менять простыни, чтобы соблюдать гигиену.

— Соблюдать гигиену моего тела будешь ты.

От этих слов краска бросилась ей в лицо. Жар мгновенно окатил щёки.

— Держать в чистоте придётся не только простыни, но и меня.

Ей нужно было как-то осадить его, но горло словно пересохло, и она не смогла выдавить ни звука. Ю Ри понимала: если она откроет рот, то голос предательски дрогнет. И по этому сорванному голосу он сразу всё поймёт.

— Сейчас я не вижу ничего, кроме твоих губ.

Губы мужчины, произнёсшего эти слова, сегодня казались Ю Ри особенно опасными. Ровные, белые зубы хищно блестели при каждом его слове. Казалось, его острые клыки вот-вот снова вопьются в её губы. Ю Ри грубо потёрла рот тыльной стороной ладони — жест, ставший для неё уже почти рефлексом.

Она не знала, что от этих движений её губы становились лишь краснее и пухлее, ещё сильнее разжигая голод мужчины, смотревшего на неё.

— Я до сих пор помню, как ты задыхалась от поцелуя и судорожно выдыхала мне в рот.

— Это…

— А ещё я впервые узнал, что, просто вспоминая этот невинный, почти подростковый поцелуй, можно всю ночь дрочить в одиночестве.

Слова Лео звучали скорее как искреннее признание, чем как пошлый намёк. Словно ребёнок, он медленно и обстоятельно исповедовался Ю Ри о том, что испытал. Она с трудом открыла рот, чтобы сказать ему прекратить, но Лео тут же перехватил инициативу, прошептав:

— Я хочу с тобой переспать. Я же сказал: я согласен даже на роль второго, так что пусти меня в свою постель.

— Е-если у меня появится человек, который мне понравится, я не стану делать его вторым. Так что прекратите нести этот абсурд…

— Как мило.

Это был запрещённый приём. Внезапная, ослепительная улыбка Лео заставила Ю Ри забыть, как дышать. Когда он так щурился, его лицо становилось поразительно нежным.

— Спасибо, что пообещала не делать меня любовником на вторых ролях.

— Я не говорила, что этот человек — вы.

— Уверен, что других кандидатов, кроме меня, просто нет.

А если и появятся, от них всегда можно тихо избавиться.

Ю Ри показалось, что она услышала эту невысказанную угрозу, и в ужасе вскочила на ноги.

Грохот!

— Дедушка!

Подмастерье оказался внуком Хью. Обычно он называл его наставником, но сейчас, в панике, даже забыл про субординацию. Ю Ри испуганно бросилась на звук, но Лео преградил ей путь и спокойно скомандовал:

— Звони 911.

Сам же он направился туда, откуда донёсся грохот. Дрожащими руками Ю Ри судорожно пыталась нащупать телефон. Кое-как набрав 911, она подошла ближе и увидела Хью, лежащего у подножия лестницы.

— Хью… Хью…

— Какая у вас экстренная ситуация?

— Человек упал с лестницы. Мужчина, чуть за семьдесят. Адрес… адрес…

В голове помутилось. Глядя на Хью, который лежал неподвижно с кровоточащей раной на лбу, Ю Ри лишь тяжело дышала. Внук Хью выхватил у неё телефон и сам продиктовал диспетчеру адрес. Услышав указание диспетчера не двигать пострадавшего из-за возможной травмы головы, Ю Ри быстро сняла с себя шарф и осторожно прижала его ко лбу Хью, чтобы остановить кровь.

— Хью, вы меня слышите? Придите в себя, пожалуйста.

Она не могла его потрясти, поэтому лишь отчаянно звала.

— …Похоже, я и вправду старею, моя сладкая.

Услышав его голос, Ю Ри с облегчением выдохнула: слава богу, он в сознании. Лео быстро скинул свой пиджак и накрыл им Хью, чтобы предотвратить потерю тепла из-за кровотечения.

— У вас есть одеяла?

— Секунду.

Ю Ри пулей метнулась в закройную, нашла плед и укрыла Хью поверх пиджака. Старик слабо улыбнулся.

— Я слишком торопился. Так хотел показать тебе, какой ты была малышкой.

— Не разговаривайте. Всё будет хорошо.

Она успокаивала его, но внутри у неё всё сжималось от страха. Возраст брал своё, и она боялась, что травмы могут быть серьёзными. Лео накрыл дрожащую руку Ю Ри своей ладонью. И теперь эта привычная мягкая кожа перчатки ощущалась ею так же естественно, как тепло человеческого тела.

— Скорее всего, трещина в лодыжке. Насчёт лба — точнее покажет МРТ или КТ, но, судя по всему, это просто лёгкое сотрясение. Думаю, обойдётся парой швов на лбу.

— Откуда вы знаете?

— Во-первых, он в сознании и ясно мыслит. Во-вторых, специфика моей работы… я часто с таким сталкиваюсь.

Лео не мог вдаваться в подробности и объяснять, что его профессиональный опыт позволяет ему на глаз оценивать подобные травмы. Он лишь успокаивающе похлопал Ю Ри по спине.

— Вот видишь. Ничего страшного. Не переживай так, — твёрдым голосом произнёс Хью, и Ю Ри немного успокоилась.

Закончив разговор с диспетчером, внук Хью обратился к ней:

— Мне придётся поехать с дедушкой в больницу.

— Да, конечно. А здесь…

— Ю Ри, извини, но сегодня вечером один очень важный клиент должен забрать свой костюм.

Ю Ри мгновенно всё поняла и кивнула.

— Я останусь. Пожалуйста, держи меня в курсе, я очень волнуюсь.

Хоть она и не работала здесь уже несколько лет, базовая система вряд ли сильно изменилась. Хью попытался было возразить: мол, как можно заставлять Ю Ри работать, когда она пришла после стольких лет, лучше позвонить клиенту и перенести встречу. Но, судя по лицу внука, это был не тот клиент, которому можно было просто так отказать.

К тому же Хью нужен был сопровождающий, поэтому внук никак не мог остаться в ателье.