Онлайн чтение книги XOXO, Мисс Мини XOXO, Miss Mini
1 - 7

Кажется, в меню маловато овощей... А! Морковку-то мы забыли!

Мин Хи встала так, чтобы ее мог видеть только Тэ Джун, и одними губами беззвучно произнесла «морковка». Заметив этот немой крик, Тэ Джун слегка нахмурился. Он сосредоточенно наблюдал за тем, как складываются ее губы, затем прищурился, немного помедлил и сказал:

— ...Морковь?

— Санчон тоже любит морковку?? Роуз тоже нравится! Но неужели это единственное, что ты любишь?

Тэ Джун искренне растерялся.

Какая у меня любимая еда?

Никто никогда не задавал ему этот вопрос. Лет с двенадцати он питался по продуктовым карточкам для малоимущих, впихивая в себя всё подряд, лишь бы утолить голод. А в восемнадцать, пойдя добровольцем в армию, ел то, что давали в пайке.

Сейчас он тоже кое-как перекусывал в обед сэндвичем или протеиновым коктейлем прямо за компьютером, а на ужин разогревал то, что шеф-повар готовил и раскладывал в холодильнике по дням недели.

Он ел всё, что давали, не было продуктов, которые он бы не переносил, но и не было блюд, которым он придавал бы такое значение, чтобы назвать их «любимыми».

Внезапно в памяти всплыла сцена ужина из далекого прошлого. Ему только-только исполнилось восемь, он тогда еще жил в Корее.

На маленьком обеденном столе стояли миски с белым рисом, от которого шел пар, жареная рыба, яичница, твенджан-ччиге, салаты из шпината и ростков сои. Семья из четырех человек сидела вокруг стола, все радостно смеялись и обсуждали то, что благодаря Тэ Джуну они поедут в Америку.

Что я тогда ел с аппетитом?

Тэ Джун, чтобы вырасти таким же высоким, как твой брат, нужно есть всё подряд.

Мама положила ему на ложку кусочек рыбы, и в тот день Тэ Джун, повторяя за братом, который уплетал всё подряд, с легкостью опустошил целую тарелку риса.

— ...Белый рис, жареная рыба, яичница и твенджан-ччиге.

— Бе-е! Ненавижу рыбу!

Мин Хи вмешалась мягким, но твердым тоном:

— Роуз. У всех людей разные вкусы, и в каждой семье едят разную еду. Ты же помнишь, в школе учили, что нельзя говорить «бе-е» на чужую еду?

Роуз с виноватым видом покосилась на Тэ Джуна и легонько похлопала его по колену маленькой ручкой.

— Прости, санчон. Кушай много рыбы.

— ...Хорошо.

Где-то в районе сердца у Тэ Джуна защекотало, и перехватило дыхание. Мин Хи погладила Роуз по голове и продолжила:

— Я попрошу шеф-повара дважды в неделю готовить то, что любит Роуз. А что нужно делать, если приготовят то, что нравится дяде или учительнице, но не нравится Роуз? Этому ведь тоже учили в школе?

Роуз насупилась и выпятила нижнюю губу.

— Съесть хотя бы три кусочка.

— Правильно, не обязательно съедать всё, но нужно попробовать хотя бы три кусочка. Даже если в первый раз не понравится, то если попробуешь во второй или в третий раз, может, и полюбишь. Ну что, теперь пойдем устраивать гонки самолетиков?

Роуз вскочила, словно на пружинках, и протянула Тэ Джуну свой криво сложенный самолетик. На самолетике, который он машинально взял, неровным почерком красовались инициалы TJ.

Мин Хи, взяв Роуз за руку и направляясь в коридор, кивком позвала Тэ Джуна за собой.

— Пойдем на взлетную полосу, Роуз.

— На взлетную полосу! А что такое взлетная полоса?

— Это длинная дорожка, по которой самолет разгоняется перед взлетом. Как вон тот коридор.

— А можно я запущу первой? Папа всегда говорил «Леди вперед».

— Конечно, учительница не против. Спроси еще у дяди.

— Санчон, можно я первая?

Роуз и Мин Хи одновременно обернулись к Тэ Джуну.

Тэ Джун, сжимая в руке бумажный самолетик, который всучила ему Роуз, сам не заметил, как поплелся за ними в коридор, и теперь стоял в нелепой позе.

То ли ему хотелось расхохотаться от абсурдности ситуации, то ли рвать на себе волосы от чувства неловкости, когда он понял, что обсуждает с шестилетней Роуз очередность запуска бумажных самолетиков. Он совершенно не понимал, что с ним происходит.

— ...Запускай первой.

— Спасибо, санчон! Ты очень хороший человек. Папа так говорил.

Роуз, как иногда делал ее отец, потянулась и похлопала Тэ Джуна по руке, широко улыбнувшись.

...Я? Брат говорил, что я хороший человек?

Не успел Тэ Джун оправиться от шока после небрежно брошенных слов девочки, как она с визгом запустила самолетик, словно ядро для толкания. Самолетик пару раз кувыркнулся в воздухе и, пролетев дальше, чем ожидалось, приземлился на середине коридора.

— Роуз, молодец! Следующая — «юная леди», а потом «леди»?

Мин Хи посмотрела на него снизу вверх с озорным огоньком в глазах, словно спрашивая разрешения. Да какая разница. Тэ Джун оставил все попытки анализировать ситуацию и просто кивнул Мин Хи.

— Спасибо! Дядя Роуз и правда очень хороший человек!

— Да, я же говорила?

Ха... Даже на ринге, когда я стоял в спарринге с профессионалами, меня так не избивали.

Просто слушая, как Мин Хи и Роуз со смехом обсуждают его, Тэ Джун чувствовал, как силы покидают его руки и ноги.

Пока он стоял, чувствуя себя абсолютно беспомощным, и машинально разглаживал края зажатого в руке самолетика, он увидел, как Мин Хи изо всех сил замахнулась и бросилась вперед всем телом. Казалось, она вознамерилась вбить самолет прямо в пол.

Сделав пару неловких подпрыгивающих шагов, она потеряла равновесие и начала падать вперед. Тэ Джун рефлекторно вытянул руку и схватил Мин Хи за предплечье. Мин Хи резко дернуло назад, и она взмахнула свободной рукой, пытаясь удержаться.

Ой, я не рассчитала силу.

Ладонь Мин Хи, усиленная ускорением и ее весом, с громким шлепком впечаталась в его грудь.

— Угх...! Больно.

— Ой, простите, простите! Я не специально!

Смертельно перепуганная Мин Хи отдернула руку от его груди и попятилась, словно пытаясь сбежать, но рука Тэ Джуна всё еще сжимала ее предплечье.

Когда это мягкое, нежное, приятное на ощупь создание попыталось выскользнуть из его грубой ладони, Тэ Джун сам того не осознавая сжал пальцы сильнее и потянул ее за руку.

— Ах...!

От этого сдавленного стона, сорвавшегося с ее губ, когда она безвольно подалась вперед, по позвоночнику Тэ Джуна прокатилась тяжелая волна жара и ударила куда-то вниз. Тэ Джун поспешно разжал пальцы — на белой коже Мин Хи остался красный след от его руки.

Увидев это, лицо Тэ Джуна сначала окаменело, а затем исказилось от неловкости. Он нервно зарылся пальцами в волосы.

— ...Извините.

— Нет, что вы. У меня с координацией совсем беда. Спасибо, что поймали, а то бы я точно упала.

— Почему санчон и мисс Мини говорят по-корейски? Вы ссоритесь? Когда мама и папа говорили по-корейски, это значило, что они ругаются так, чтобы я не поняла.

Тэ Джун и Мин Хи одновременно повернули головы к Роуз.

Мин Хи слегка удивилась, поняв, что только что неосознанно говорила с Тэ Джуном по-корейски. Она иммигрировала во втором классе и довольно бегло говорила по-корейски, но в повседневной жизни ей было комфортнее использовать английский, поэтому, кроме как с отцом или Ми Хо, она редко говорила на родном языке.

Фраза была короткой, но у Тэ Джуна, как и у любого полуторного поколения, произношение и интонация были естественными. Когда она с любопытством посмотрела на Тэ Джуна снизу вверх, он смотрел на нее так, словно его огрели по затылку.

Поначалу она думала, что он словно высечен из холодного мрамора, но теперь ей казалось удивительным, как из-под этой ледяной поверхности то и дело проглядывают живые эмоции.

Такое выражение лица... это же читерство! Если он еще и милым окажется, что мне тогда делать? Ха-а, снова вляпалась.

Глядя, как этот всегда серьезный мужчина стоит с приоткрытым ртом и отсутствующим взглядом, Мин Хи с трудом сдерживала улыбку, готовую растянуться до ушей.

Тэ Джун был в полном замешательстве. За исключением брата и невестки, Мин Хи была первым человеком, с которым он заговорил по-корейски. Рядом с этой женщиной те переключатели, которыми он давно не пользовался и которые успели атрофироваться, казалось, включались сами по себе, без всякого предупреждения.

— Мы не ссорились, Роуз. Я просто сказала дяде спасибо за то, что поймал меня, когда я чуть не упала.

— А-а. Понятно. А я уж подумала, что мисс Мини бьет санчона, и вы деретесь. Санчон и мисс Мини, не ссорьтесь, дружите. Теперь очередь санчона!

Тэ Джун снова посмотрел на свой бумажный самолетик, словно забыв о его существовании. Мин Хи нагнулась, чтобы поднять папку, которую выронила, когда падала, и он увидел ее пылающие румянцем щеки. Стоило ему только осознать это, как низ его живота отозвался напряжением, словно у собаки Павлова.

Какое влияние имеет это лицо на мою симпатическую нервную систему?

В голове творился полный хаос.

Чертовы гонки самолетиков. Нужно поскорее покончить с этим безумием.

Он небрежно швырнул самолетик в воздух. Как раз в этот момент Мин Хи, пытаясь остудить пылающее лицо, замахала папкой как веером, и поток воздуха сдул самолетик Тэ Джуна.

Ударившись о стену, самолетик сменил траекторию, закувыркался в воздухе и, скользнув по полу, остановился прямо у ног Мин Хи.

— Роуз первая! Санчон последний!

Глядя на Роуз, которая прыгала и визжала от восторга, и на Мин Хи, которая стояла с красными щеками и растерянным видом смотрела на самолетик у своих ног, Тэ Джун поднял руку и прижал пальцы ко лбу.

Что я вообще творю...?

***

На огромной кровати в гостевой комнате, оформленной в таких же суровых монохромных тонах, как и гостиная, лежала Роуз. Она была намазана лосьоном и блестела, а рядом с ней из-под одеяла выглядывал старый, потрепанный плюшевый кролик.

Роуз блестящими глазками переводила взгляд с Тэ Джуна, который неловко переминался с ноги на ногу у кровати, на Мин Хи, присевшую на краешек.

— Санчон, почитай мне книжку.

В дешевом чемодане, с которым няня Роуз, Мэйлин, в спешке переехала в дом Тэ Джуна, лежало пять или шесть детских книжек с картинками. Мин Хи вытащила одну из них и вложила в руки Тэ Джуна. Роуз, узнав книгу, широко заулыбалась и заерзала под одеялом.

— Эту книгу папа всегда читал мне перед сном.

Тэ Джун посмотрел на наручные часы, которые показывали только начало девятого, и снова удивился тому, что Роуз может лечь спать так рано.

Еще вчера она наотрез отказывалась спать, сопротивляясь до изнеможения, и засыпала на полу в гостиной далеко за полночь, после чего ему приходилось переносить ее в кровать. Но сейчас, не успела она лечь, как ее веки начали тяжелеть, и она, казалось, уже наполовину спала.

Тэ Джун придвинул стул из угла комнаты и сел у кровати. Он уже и забыл, когда в последний раз читал вслух. И это было неудивительно, ведь Тэ Джун начал читать самостоятельно примерно в три года, и с тех пор никто никогда не читал ему книг.