Контент удален!

Глава 12.

Парни из «Домино» могли бы первыми разнести новость о том, что человека, назвавшегося Ником Харджо, забрали из бильярдной и увезли в тюрьму. В конце концов, они были свидетелями этой сцены, слышали большую часть разговора и видели, как О-Бой увозил того мужчину.

Единственная проблема заключалась в том, что двое из парней не совсем поняли, о чём шла речь. А те двое, кто понял, не стали об этом рассказывать. Лонни, у которого в слуховом аппарате почти села батарейка, смог расслышать большую часть разговора о собачьих укусах на руке того парня. Но когда Тив шёпотом сообщила шерифу, что на самом деле он Ник Харджо, Лонни перепутал фамилию и решил, что на незнакомца напала бешеная собака.

Рон Джон О’Рейли, у которого только начиналась деменция, рассказал совсем другую историю. Он не ослышался, но к тому времени, как он добрался до магазина «Квик Трип», чтобы купить табак для нюхания, его волнение сменилось недоумением. Тем не менее он оказался в центре внимания, когда заявил одному из продавцов и пятерым покупателям, что не больше часа назад видел Ника Нолти в бильярдной.

Братья Стэндингдиры, Джексон и Джонни, не страдали ни глухотой, ни потерей памяти, но были тихими одинокими холостяками, которые жили в уединенной хижине и считали, что разговоры до добра не доведут. Джонни, самый неразговорчивый из братьев, иногда целыми днями не произносил ни слова, разве что делал ставки в игре в домино. Поэтому, выйдя от Тив они отправились домой, поужинали жареным хлебом с фасолью и стали смотреть по телевизору игру «Кардиналс», не подозревая, что многие жители города заперли своих собак в вольерах, а еще больше людей рыскали по улицам в поисках Ника Нолти.

Но страх перед бешенством и поиски кинозвезды вскоре отошли на второй план, уступив место настоящей сенсации: Ники Джек Харджо вернулся с того света. Эту новость сообщила Амаксу Доусону Олин Тернер, диспетчер в офисе шерифа. Олин была влюблена в Амакса с шестнадцати лет, с тех пор как он пригласил ее на выпускной бал. И хотя за последние двадцать два года она трижды выходила замуж и трижды разводилась, ее чувства к школьному возлюбленному не изменились.

Амакс, проведя время с Марком в баре мотеля, рассказал обо всем жене, а потом позвонил своей сестре Зои, которая примчалась к нему через несколько минут. Они проговорили до полуночи, но перед уходом Зои они договорились, что эта новость останется в кругу семьи, по крайней мере на какое-то время.

Дома Зои ждала, когда ее муж Фостер вернется с субботней игры в покер. Фостер не был Доусоном и не чувствовал себя связанным семейным соглашением, поэтому не ощутил никакого предательства, когда на следующее утро, сразу после окончания службы в методистской церкви, шепотом сообщил эту новость своему лучшему другу Джолли Стрейнджу.

Джолли и Фостер, лучшие друзья с детства, вместе работали на заводе по производству пластика, но Джолли был еще и индивидуальным предпринимателем. Он владел и управлял компанией «Стренж Лоукеар», и в то воскресенье он работал у Марты Дюшамп.

Марта, с затуманенным взглядом и дрожащими руками, налила себе порцию «Джека Дэниэлса», чтобы взбодриться, когда услышала, как Джолли заводит газонокосилку у нее во дворе.  К тому времени, как он закончил, она выпила еще три порции.  Пока Джолли ждал у двери на кухню, пока Марта доставала деньги из носка, спрятанного в морозилке, он рассказал ей историю, которую услышал от Фостера Арнетта, а тот от своей жены, а та от своего брата, а тот от Олин Тернер.  Как только Джолли уехал, Марта налила себе стакан бурбона, потому что было уже за полдень, и взяла телефон.  История, вырвавшись на свободу, понеслась по округе, как непоседливый ребенок.  Слухи перелезали через заборы, перепрыгивали с улицы на улицу, носились по проходам в «Уол-Марте», кувыркались в прачечной самообслуживания и крутились в парке.  И, как переносчики вируса, те, кто слышал эту историю, передавали ее дальше, вызывая эпидемию сплетен, которые распространялись от соседа к соседу, от ребенка к родителю, от врача к пациенту, от друга к другу.

Позже никто уже не задумывался о том, какой путь проделала эта новость, но многие были поражены тем, с какой скоростью она распространилась за пределы города, перемахнула через реку, пронеслась по восьми округам и пересекла границу штата.