1 - 3
Глава 3.
Раннее утро он провел в номере мотеля, обзванивая Харджо, чьи номера были в телефонной книге Деклера. На второй гудок ответили, но каждый раз, услышав голос на другом конце провода, он вешал трубку.
За чашкой кофе в столовой на первом этаже он просмотрел местную газету, в которой подробно освещались благотворительный ужин с чили в пожарной части, три ночных ограбления, авария с участием пикапа и коровы, а также вспышка конъюнктивита в начальной школе.
Вернувшись в номер, он забронировал билет на самолет на следующий вечер, на рейс в 19:30 из Талсы. Он хотел как можно скорее покончить с этим делом, но уже трижды заходил в бильярдный зал и так и не поговорил с миссис Харджо. В первый раз он пришел накануне вечером, в свой первый вечер в городе. Но он опоздал. Она уже закрылась. Он заходил еще раз сегодня утром, но она была занята в подсобке, где у нее было кафе размером со шкаф и примерно такой же привлекательности. А когда он вернулся в полдень, там было полно детей.
Теперь, дожидаясь возможности поговорить с ней наедине, он сидел на скамейке через дорогу и звонил в клинику по мобильному телефону.
— Ветеринарная клиника Олбрайт.
— Привет, Шарлин.
— Доктор Олбрайт. Вы в порядке? Ваше сообщение прозвучало как…
— В последнюю минуту кое-что случилось. У вас там все в порядке?
— Ну, кот мистера Карлетти не выжил. Знаете, я забеспокоилась, что, может быть, вашей руке стало хуже и вы…
— А что с борзой?
— Температура у нее спала, но она все еще хрипит.
— Мне нужно поговорить с Дэвидом.
— Он в операционной. У далматинца мистера Лено непроходимость кишечника. Хотите, я попрошу доктора Кушмана вам перезвонить?
— Нет. Я свяжусь с ним позже.
— Вам звонили с кладбища Оукхейвен. Какой-то вопрос по поводу памятника.
— Я разберусь с этим, когда вернусь. Что-нибудь еще?
— Миссис Ли несколько раз звонила вам. Ее пудель снова нервничает.
— Скажите Дэвиду, чтобы он с этим разобрался.
— Вы знаете, когда вернетесь?
— Завтра вечером.
— У вас есть номер, по которому я могу с вами связаться? Я звонила вам на мобильный, но…
— Я его выключил.
— А другого номера нет, на случай если…
— Мне пора. Увидимся в понедельник.
Он знал, что его внезапный и необъяснимый уход пополнит растущий список поводов для беспокойства Шарлин. Последние три недели она не давала ему покоя: ее тревожило, что он похудел, беспокоили изменения в его распорядке дня.
Она мягко упрекала его за то, что он неправильно питается, за то, что он не пришел на прием к стоматологу, за то, что забыл о встрече с финансовым консультантом. По ее словам, это было странно для человека, который расписывает свой день по минутам на год вперед.
Шарлин работала в клинике с того дня, как его отец открыл ее в 1960 году, и, хотя она была надежным и исполнительным сотрудником, ее навязчивость начинала действовать ему на нервы. Он подумал, что, возможно, пришло время отправить ее на пенсию, и решил заняться этим в ближайшее время.
Если ничего не изменится, она будет собирать ему обед, напоминать чистить зубы, покупать ему носки и нижнее белье. А сейчас ему меньше всего нужна была еще одна мама.
