Все молодые люди семьи Янь были очень способными до того, как стали взрослыми. После того как они повзрослели, госпожа Янь больше всего беспокоилась о проблемах их отношений. Каждый из них отклонял все её предложения, сказав, что им нужно работать над своей карьерой, и не позволяли ей назначать свидания вслепую, её слова влетали в одно ухо и вылетали из другого.

Всем им было за тридцать, и они были известны в столице как первоклассные холостяки. Госпожа Янь была невероятно встревожена, но это было бесполезно. Господин Янь был на той же стороне, что и парни, и считал, что наличие возможностей гораздо важнее всего остального.

Верно, это правда. Дело было в том, что хотя они теперь были способными и сильными, у них не было возлюбленных, которые молча поддерживали бы их за спиной. Женщина считала, что всё, что они делали, было безрезультатно.

Матушка Янь не могла выиграть против них, поэтому ей оставалось только вести себя угрюмо.

Она подумала и решила, что младший сын доставляет ей меньше всего беспокойства, так как он женился и остепенился.

Янь Чэну повезло, что он смог жениться на Чэнь Цзиньяо. Всё зависело от удачи. Кто-то входил в мирную семью, а кто-то — в беспорядочную.

— В прошлом месяце у Сяотин родился внук, — продолжила говорить мать Янь.

Гу Сяотин жила рядом с матушкой Янь и была её лучшей подругой.

Матушка Янь вздохнула.

— Я не могу полагаться на твоих братьев и сестёр. Не пытайся найти оправдание. Ты должен привести Яояо домой сегодня на ужин, — она сменила слабый тон на решительный.

Ей было неловко говорить Яояо об этом. Она также знала, что женщины обычно стесняются. Но она могла сказать Яояо, чтобы та пришла к ним домой, и дать ей несколько подсказок.

Госпожа Янь воскликнула:

— Я могу помочь вам присмотреть за детьми, так как сейчас я ещё здорова и ловка.

«...» Янь Чэн развязал галстук и слегка сузил глаза.

Он поднял голову и увидел, что Чэнь Цзиньяо вопросительно смотрела на него. Через некоторое время он пожал плечами и изобразил беспомощное выражение лица.

Затем мужчина закрыл динамик своего телефона, чтобы не слышать ворчание матери.

— Моя мама хочет, чтобы мы пришли домой на ужин.

Чэнь Цзиньяо подпёрла подбородок и улыбнулась:

— Конечно.

Она сделала паузу, а затем посмотрела вниз, чтобы навести порядок на своём столе, поместив информацию о пациенте в файл. Затем девушка выключила компьютер.

— Скажи маме, что мы придём после того, как я освобожусь.

Янь Чэн растерялся. Он ссутулился и хотел что-то сказать, но в итоге промолчал.

Матушка Янь выиграла первую битву.

— Если вы, ребята, возвращаетесь, то оставайтесь здесь на ночь.

После этого, прежде чем Янь Чэн успел ответить, она удовлетворённо положила трубку.

Полчаса назад он с радостью забронировал номер люкс посреди гор, а теперь ему пришлось отменить бронирование. Он явно собирался добиться своего, но тут произошёл этот инцидент. Мужчина был сильно недоволен.

Чэнь Цзиньяо сняла свой лабораторный халат и повесила его в шкаф. Она улыбнулась и утешила:

— Не расстраивайся. Такова жизнь. Бывают взлёты и падения.

Это было легче сказать, чем сделать. Янь Чэн посмотрел на Чэнь Цзиньяо, втайне проклиная за то, что всё это только звучало так просто. Конечно, он был недоволен не тем, что они не смогли воспользоваться люксом, а тем, что жалел глупую девушку, стоящую перед ним. В конце концов, мужчина не был таким уж извращенцем. Он немного помолчал, а затем поднял брови, делая вид, что ему доставляет удовольствие её несчастье.

Янь Чэн достал из кармана маленькую коробочку жвачки. Он медленно снял обёртку и сложил жвачку пополам, засунув её в рот. Пожевав её, он не забыл предупредить Чэнь Цзиньяо:

— Я просто боюсь, что потом ты станешь слишком замкнутой, — он добавил: — Я делаю это для тебя. Ты должна знать, с чем мы столкнёмся, если вернёмся сегодня на ужин!

Он произнёс это с серьёзным выражением лица, ведя себя так, будто жена была важнее матери. Он одновременно поддерживал свой имидж хорошего человека и сына-подонка.

— Я знаю, — Чэнь Цзиньяо красиво улыбнулась, ведя себя очень спокойно.

В отличие от Янь Чэна, она не предпочитала проживать свои дни в неведении и беззаботности. Девушка всё ещё думала о том, что ей нужно.

По нерешительному выражению лица Янь Чэна во время разговора Чэнь Цзиньяо догадалась, почему свекровь хотела, чтобы они ужинали у них дома. По правде говоря, мысли свекрови не были странными. На самом деле она подумала, что это случилось немного позже, чем она ожидала.

Чэнь Цзиньяо подошла к Янь Чэну и посмотрела на него сверху вниз.

Она задумалась и взяла его лицо двумя руками. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, а затем Чэнь Цзиньяо спокойно сказала, как будто ей было всё известно:

— Ты не знаешь, но моя мама писала мне смс каждые два дня.

Взгляд Янь Чэна слегка дрогнул, но он тут же спокойно посмотрел на неё, хорошо владея собой.

Казалось, мужчина молча говорит ей, чтобы она продолжала.

Её ресницы слегка дрогнули. Чэнь Цзиньяо скривила уголки губ и в итоге сказала всё на одном дыхании:

— Она продолжает присылать мне ссылки на случайные вещи. В них говорится о «золотом веке» для женщин, чтобы забеременеть, и всё такое. Там же там было написано, что дети, рождённые в год собаки, проживут успешную и спокойную жизнь, и всё такое.

— Так что, как видишь, моя мама хочет, чтобы я уже завтра родила пухленького внука! Мы уже давно женаты, и это неизбежно случится.

Чэнь Цзиньяо наклонила голову и слабо улыбнулась.

— Ты думаешь, что я не сталкивалась с этим раньше?

Янь Чэн задумался. В китайских браках всегда участвовали две семьи.

Это была не просто влюблённость пары друг в друга.

Пара могла планировать свою будущую совместную жизнь. Некоторое время они жили в гармонии в своём мире, пока две семьи молча не начинали давить на них. Родители считали, что пары могут создать счастливую семью только тогда, когда у них появится ребёнок. Вернее, у них была мысль о продолжении родовой линии семьи. В результате вскоре они вмешивались в брак своих детей, пытаясь подлить масла в огонь.

Это было частым явлением, настолько, что все считали это нормальным.

Сейчас Чэнь Цзиньяо не чувствовала никакого давления. Вместо этого она вела себя честно и открыто.

По правде говоря, если бы это давление появилось раньше, девушка могла бы почувствовать беспокойство и нетерпение. Но сейчас всё было иначе. Она считала Янь Чэна вполне надёжным. После того как её беспокойство исчезло, все остальные вопросы стали не так уж и важны. К тому же...

— Разве ты не начал бросать курить? — Чэнь Цзиньяо слегка ущипнула Янь Чэн за щёки, а затем потёрла их. — Это доказывает, что мы уже в процессе подготовки к рождению ребёнка. Поскольку мы уже воплощаем их мысли в жизнь, почему мы должны бояться, что они будут торопить нас?

— Это правда, — Янь Чэн осознал это, он поднял брови и кивнул.

Он подумал о милой и очаровательной маленькой дочери, о которой они говорили в прошлый раз. Мужчина вышел из тупика. В то же время он понимал, к чему клонила мать Янь.

С определённой точки зрения, у свекрови и невестки были прекрасные отношения.

В конце концов, он был слишком молод. Сейчас мужчина был ослеплён мыслью о том, что у него будет дочь. А раньше он ничего не делал, чтобы провести время вместе с женой. Да и как это сказать? Он привык быть свободным и никогда не думал, что однажды маленький предок залезет ему на голову и будет вести себя как тиран.

***

Им всё ещё нужно было противостоять всем препятствиям, которые могли возникнуть в будущем.

Однако они не оттягивали решение проблем. Им нужно было просто поддерживать друг друга.

Медленно темнело. Закат уже заслонили сплошные горы вдалеке. Солнце испускало последние лучи.

Огромный букет роз был аккуратно уложен на заднее сиденье внедорожника.

Чэнь Цзиньяо многозначительно сказала:

— Ты ничего не понимаешь.

В ответ Янь Чэн поднял брови и отвёл взгляд. Это было правдой, что мужчина не понимал. Но, несмотря на это, он не собирался с ней спорить.

— Раз уж мы едем туда, купи букет цветов и для своей мамы, — она улыбнулась, сказав это полушутя. — Мы не можем позволить твоей матери думать, что ты — пролитая вода после женитьбы.

Янь Чэн посмотрел вниз на корзину с фруктами в своих руках и сказал в подобающей манере:

— Я не могу украсть внимание отца. Он снова будет меня ругать.

Чэнь Цзиньяо посмотрела на него с жалостью, словно на жалкого и слабого зверька. Через несколько секунд она разразилась смехом.

Матушка оглядела Янь Чэна с ног до головы. Заметив, что он сегодня был одет слишком вычурно, она посмотрела на него с презрением.

Но в присутствии невестки женщина не могла ничего сказать. Она сурово посмотрела на сына, а затем с энтузиазмом потянула Чэнь Цзиньяо в дом.

Янь Чэн был в недоумении, почему на него так смотрели.

Мужчина посмотрел вниз и пожал плечами, фыркнул и последовал за ними.

Матушка Янь сказала:

— Яояо, если он будет тебя обижать, скажи маме.

Янь Чэн воскликнул:

— Мама, ты говорила это бесчисленное количество раз.

С каких это пор матери так издеваются над своими сыновьями?

— Я говорила это, чтобы напомнить тебе, — мать хмыкнула.

Чэнь Цзиньяо застряла посередине. Она беспомощно сказала:

— Мама, не волнуйся. Он был очень хорошим.

Янь Чэн был ошеломлён.

Затем его сердце переполнилось счастьем. Её признание наполнило его чувством тщеславия. Он чувствовал себя так, словно собрался вознестись на небеса. Мужчина неохотно сохранял спокойствие. Он спустился на землю, но всё ещё чувствовал себя прекрасно. Янь Чэн гордо присвистнул и улыбнулся, желая притянуть Чэнь Цзиньяо к себе и обнять её.

— Слушай, слушай внимательно. Твой сын очень хороший и относится к невестке тоже очень хорошо. Не волнуйся без причины.

Ах, его жена умеет ласково говорить!

Чэнь Цзиньяо потеряла дар речи.

Мать Янь рассмеялась.

— Перестань вести себя так гордо. Яояо, не всегда уступай ему. Как только ты это сделаешь, он станет вести себя очень высокомерно.

Тётя Чжао всё ещё суетилась на кухне. Она хотела дождаться прихода гостей, прежде чем готовить блюда.

До начала ужина оставалось ещё некоторое время.

Госпожа Янь потянула Чэнь Цзиньяо к дивану.

— Я просто слишком его баловала. Теперь он отказывается кого-либо слушать. Даже после женитьбы он всё ещё ведёт себя незрело.

На этот раз Чэнь Цзиньяо не стала вставать на сторону Янь Чэна. Она закрыла глаза и задумалась, а затем кивнула:

— Это правда.

Услышав это, Янь Чэн нахмурил брови. Улыбка на его лице немного померкла, и он поджал губы.

Тч.

— По сравнению со зрелостью, ответственность важнее, — через некоторое время он ловко нашёл выход из ситуации.

Затем мужчина поднял подбородок и спросил у Чэнь Цзиньяо:

— Верно?

Чэнь Цзиньяо намеренно замолчала и изобразила вопросительное выражение лица.

Он знал, что она дразнит его, но всё равно молча стиснул зубы.

В гостиной ярко горел свет и раздавался тёплый смех.

Мать Янь могла высказать свои мысли в присутствии сына, но не знала, почему колебалась в присутствии невестки. Она чувствовала себя несколько неловко.

Особенно увидев глаза Чэнь Цзиньяо. госпожа Янь находилась под влиянием телепередач, и ей казалось, что она злая свекровь.

Она поджала губы и посмотрела на Янь Чэна. Кто бы мог подумать, что Янь Чэн будет вести себя так, будто ничего не видит, чтобы отомстить ей. Она действительно вырастила это неблагодарное отродье...

Чэнь Цзиньяо увидела нерешительность матери Янь.

Она улыбнулась и сдержала смех. Девушка собиралась заговорить, желая рассказать матери Янь об их плане. Таким образом, она утешится и не будет испытывать противоречий. Кто бы мог подумать, что прежде чем она успеет что-то сказать, её прервёт звонок телефона.

Чэнь Цзиньяо достала телефон из сумки и была немного шокирована, увидев звонившего.

В это время Янь Чэн лениво поднял голову и небрежно спросил:

— Кто там?

Чэнь Цзиньяо встала и потрясла телефоном.

— Мой однокурсник.