Слева бой кипит,
Справа — марш и строй.
В небо не гляди —
Умрёшь от страха!
Лезвие бритвы уже здесь!
AC/DC, «Razor's Edge»
…Говорят, люди мечтают о том, что им по силам. Но никто никогда не знает, в какой именно форме мечта воплотится.
Десять лет назад мальчик заговорил об этом с девочкой.
— Акико-тян, почему ты думаешь, что хочешь умереть?
— Потому что…! Все ко мне так жестоки! Папа, мама, учителя… Будто все меня ненавидят. Лучше бы меня вообще не было на свете!
Наверное, девочка что-то натворила или с кем-то поссорилась, и её за это крепко отругали — и родители в том числе. Она всхлипывала, глаза у неё распухли и покраснели от слёз.
— Понятно. Но как бы тебе это ни было ненавистно, ты родилась. И это уже не отменить. Никому не под силу.
— ………
Мальчик мягко отчитал её несколькими словами, и ни одно ей не пришлось по душе. Она не любила, когда её поучали. Наверное, это было написано у неё на лице, и мальчик переменил тактику.
— Ладно, тогда так. Если бы ты собиралась умереть — как бы ты это сделала? — спросил он.
— А?
— К такому нельзя подходить спустя рукава. Умереть — это тяжёлый труд.
— Почему?
— Потому что, Акико-тян, жить — получить дар жизни в этом мире… — само по себе чудо. Если ты говоришь, что хочешь пойти против этого, — ты должна явить в ответ другое чудо. Какое чудо тебе бы хотелось?
Девочка растерялась, но мальчик, невозмутимый, продолжал:
— Наверняка есть что-то, чего ты хочешь. Скажи мне. Иначе я не узнаю. У людей есть дурная привычка — проживать жизнь, даже не зная, чего они по-настоящему хотят. Вместо этого они прячут это глубоко в сердце. Если хочешь по-настоящему сказать себе, чего ты хочешь, — нужно произнести это вслух.
Хотя он говорил с ребёнком, он не смягчал своих слов ни на йоту.
— …Не знаю! Откуда мне знать что-то такое…?
Девочка совсем растерялась.
— Хорошо. Тогда, я полагаю, на самом деле ты чувствуешь, что тебе пока рано умирать. Подожди, пока найдёшь то чудо, которое хочешь сотворить. А потом уже будешь думать о смерти.
Мальчик улыбнулся. В округе он был популярен. Друзья обращались к нему за помощью, и он давал им всякие советы: «Я проложу тебе путь», «Я разобью твою скорлупу». Когда кто-нибудь чувствовал, что загнан в тупик и не знает, что делать, он всегда выводил их из уныния. Этим он и славился.
Но в нём самом всегда ощущалась какая-то хрупкость. Словно он мог просто перестать существовать, когда наступит завтра.
— …Хм.
Поначалу она смотрела на него недоверчиво, но теперь, кажется, забеспокоилась.
— А ты сам? — спросила она. — Это, ну… «чудо»… У тебя тоже есть что-то такое, Кё-нии-тян?
— Хороший вопрос. — Он посмотрел вдаль. — Похоже, особого выбора у меня нет… Но есть одна вещь, о которой я хотел бы тебя попросить. Одна просьба.
— Какая?
— Я хочу встретить бога смерти. Он придёт, чтобы убить меня, понимаешь. Это его работа. Его единственное назначение — убивать. В мире полно самых разных людей, и все они живут, неся в себе смятение, а у него ничего подобного нет. Он просто автомат. Мне бы хотелось встретить кого-то настолько чистого… Всю ту тревогу, что мы вынуждены прятать внутри, все наши метания… Если бы кто-то смог сказать мне наверняка, что всё это не имеет значения… Я бы умер от его руки без единого сожаления.
Он произнёс это хладнокровно.
— ………?
Не в силах уследить за ходом его мысли, девочка лишь растерянно моргала. Восемь лет спустя она услышит слух, поразительно похожий на эти слова. К тому времени она будет на третьем году средней школы, будет сдавать вступительные экзамены в старшую школу — но к тому моменту она уже потеряет себя и в итоге не заметит сходства с тем, что когда-то говорил мальчик. И никогда не вспомнит об этом разговоре.
…Несколько месяцев спустя мальчик лежал на земле и смотрел в плывущее небо. Тело его было неподвижно.
А над ним, возвышаясь, стоял человек, который каким-то образом нанёс ему смертельную рану, и смотрел на него пустым взглядом.
Да — мальчик умирал. Он не знал, что именно с ним сделали, но всё тело было парализовано; конечности онемели, словно их отрезали. Он был уверен, что удар оказался смертельным.
Всё из-за его странной способности — пробуждать ту силу, что дремлет в людях, заставлять её расцвести. Сочтя эту силу опасной, Система наконец привела убийство в исполнение. Это его не удивило. Он прекрасно понимал, на какой риск идёт, пользуясь своим даром.
Но…
Ну и ну…
Он был глубоко разочарован.
Тот, кого послали его убить, не был богом смерти — даже отдалённо. В глубине души у этого человека и вовсе были сомнения по поводу порученного задания. И это, наоборот, заставляло его держаться холодно и собранно, когда он делал своё дело. Короче говоря — совершенно обычный человек.¹
Мужчина прижал к голове мальчика какое-то устройство и что-то делал, пока тот лежал, умирая, не в силах пошевелиться. Кажется, записывал и копировал его мозговые волны. Какой-то особый паттерн, который был у него в голове, наверное. Забирал исследовательский материал. Точь-в-точь рядовой служащий, выполняющий приказ начальства до последней буквы.
Ну и ну, чёрт побери…
Мальчик пристально смотрел на мужчину, и в какой-то момент их взгляды встретились — и было видно, что мужчина глубоко потрясён. Встретиться глазами со своей жертвой — вряд ли это было приятно.
В свои последние мгновения мальчик решил сыграть с ним злую шутку.
Едва заметно он шевельнул губами. Звука не было, но он был уверен, что мужчина прочтёт по губам. И вот что он сказал:
«Внутри тебя жук. Ты можешь думать, что нет смысла об этом размышлять, но он питается тобой, пока ты пытаешься забыть, — и пожирает тебя изнутри. Твой жук однажды решит твою судьбу. И скорее всего, ты…»
Произнося это, он ощутил чувство, похожее на горькую усмешку.
Всё было просто. Богом смерти был он сам.
Именно он был тем богом смерти, что превзошёл все тревоги этого человека, что безмолвно возвестил его конец. Значит, его желание исполнилось — пусть и самым ироничным образом.
…Говорят, люди мечтают о том, что им по силам. Но никто никогда не знает, в какой именно форме мечта воплотится. Мальчик это понимал.
Ох, ну и ну… Хотя мне бы очень хотелось, чтобы все продолжали стараться. Правда хотелось бы…
Кто такие — «все»? Даже он сам, наверное, не знал.
…Но реальность никогда не бывает так проста, как людям кажется. Даже когда мечты сбываются, ничто не заканчивается столь прямолинейной развязкой.
Никто не знал. Даже те, кто был непосредственно вовлечён.
Но его мечта — встретить бога смерти — десять лет спустя осуществится, причём самым причудливым образом. К тому времени это уже не будет касаться ни его самого, ни даже бога смерти. Это станет лишь одной деталью в мозаике, которую складывает судьба. Его истинный центр лежал в ином месте. А именно — в поединке между Сильнейшим и Инадзумой. В поединке среди пламени…