1 - 10
«С ума сойти . Серьезно . Разве это нормально?»
Ли Ин У был так зол, что его аж трясло от бешенства .
Он выслушал всю ситуацию, но верилось в это с огромным трудом .
Да, пусть у него и есть лицензия торакального хирурга, но сходу доверить экстренную операцию ординатору первого года из
неотложки
Разве это вообще укладывается в рамки здравого смысла?
Правда, в начале операции всё шло неплохо .
Чхве Сон У действовал настолько уверенно, будто оперировал сам чиф .
Даже блеснула надежда, что пациента удастся спасти .
Проблема была лишь в том, что продлилась она недолго ... Во время самого критического этапа — вскрытия перикарда . Тут-то и вылезла наружу вся его «квалификация» .
В тот самый момент, когда он надрезал сердечную сумку. Кровь хлынула наружу, словно из прорванной трубы .
Пш-ш-ш!
Пш-ш-ш!
Сейчас Ли Ин У и Хан Джи Хун как сумасшедшие откачивали жидкость из плевральной полости отсосом .
Крови было столько, что пакеты для переливания приходилось менять один за другим .
И при всём этом, что он там бормочет? Что это нормально и так и должно быть?
Да и вообще, даже если он приехал из Америки, раз уж он в Корее — изволь соблюдать субординацию по возрасту и
должности!
А он ведет себя как вздумается, тыкает всем подряд . От самых мелочей до серьезных вещей .
Ли Ин У ненавидел в Чхве Сон У абсолютно всё .
— Такое часто случается при вскрытии перикарда . Нет причин для паники .
— Ну да, ну да . Конечно .
— Остановка сердца!
Как раз в этот момент из-за ширмы истерично заорал анестезиолог.
Линия кардиограммы, которая до этого с трудом карабкалась вверх-вниз по крутым склонам, окончательно рухнула на дно .
П-и-и-и—
П-и-и-и—
Сухой механический писк заполнил операционную .
Звук, который страшнее любой сирены .
Звук умирающего пациента .
Несмотря на это, Чхве Сон У оставался совершенно невозмутимым .
— Джи Хун, готовь дефибриллятор . Ин У, готовь и вводи препараты .
— Адреналин: 1 мг внутривенно, повторять каждые 3–5 минут.
— Лидокаин: 1–1.5 мг/кг внутривенно .
— Амиодарон: 300 мг внутривенно болюсно .
«А лекарства-то он назначать умеет», — Ли Ин У кивнул, продолжая про себя ворчать .
Возможно, всё дело было в том, что Чхве Сон У оставался настолько хладнокровным .
Даже клиническая смерть пациента вдруг показалась чем-то не таким уж и страшным .
Появилось обманчивое спокойствие, что всё как-нибудь да образуется .
О том, что это тоже часть таланта оперирующего хирурга, Ли Ин У пока не догадывался .
Кривая на мониторе вытянулась в прямую линию, но я ничуть не дрогнул .
Я был спокоен, как глаз бури .
Разрез перикарда не был ошибкой .
Я держал лезвие под правильным углом и свел область разреза к минимуму.
Я не стал протыкать сердечную сумку сразу, а медленно продвигался снаружи внутрь .
Диафрагму я не задел .
Диафрагмальный нерв — тоже .
Так почему же случилась эта катастрофа с массивным кровотечением и остановкой сердца?
Всё из-за того, что в перикарде скопилось слишком много крови и экссудата .
Функция сердца была слишком сильно нарушена .
«Всё еще можно исправить» .
Я без колебаний погрузил обе руки в грудную клетку пациента . И обхватил его сердце так, словно это был бейсбольный мяч . Сердце было теплым и влажным .
На ощупь оно казалось плотным и упругим — всё-таки это мышца .
Сейчас я начну прямой массаж сердца .
При вскрытой грудной клетке массировать сердце прямо
руками куда эффективнее, чем просто давить на него ладонью .
— Вы собираетесь делать массаж двумя руками? Разве обычно
не делают одной? Если что-то пойдет не так ...
Хан Джи Хун замялся на полуслове .
Но я прекрасно понял, что именно он хотел сказать .
Стандартом для прямого массажа при торакотомии считалась одна рука .
Если использовать обе и переборщить с силой давления ...
Можно нанести серьезный урон тканям сердца и окружающим структурам .
Например, спровоцировать разрыв сердечной мышцы или вызвать аритмию ...
Но для меня это было исключением .
Я всегда и везде стремился к лучшему результату, и сейчас знал, что массаж двумя руками — это оптимальный вариант.
Сдавливая сердце двумя руками, можно поддерживать более высокое артериальное давление и эффективнее снабжать
кровью аорту, мозг и другие жизненно важные органы .
Жамк . Жамк .
Усилие, передающееся от пальцев .
Сердце, отзывающееся на это усилие .
Я внимательно следил за динамикой этих двух факторов, ритмично повторяя двуручный массаж .
В какой-то момент морщинки на моем лбу разгладились .
«Вот оно ... »
Я нащупал идеальную силу давления .
И с этого момента массаж пошел как по маслу.
Одна рука мягко поддерживает верхушку сердца . Другая — основание .
Плавное движение от верхушки к аорте выглядело абсолютно естественно .
— Дефибриллятор готов!
Вовремя отчитался Хан Джи Хун .
Шмяк!
Электроды дефибриллятора легли прямо на сердце .
Поскольку разряд нужно было давать на открытом органе, мы использовали небольшие ложки-электроды, предварительно обернув их стерильными чехлами .
— Заряд 20 Джоулей, всем отойти! Мы с Ли Ин У отступили назад .
Разряд!
Бум!
Сердце коротко, но сильно дернулось .
Так как ток шел напрямую, мощность разряда была слабее, чем при обычной реанимации .
— 20 Джоулей, чисто!
— Ожидание . Готовим 30 Джоулей .
— Да .
Я вернулся к операционному столу и снова начал массаж . Сердце пациента всё еще стояло .
Но бояться было нечего .
Я делал всё, что в моих силах .
Так чего мне бояться и чего стыдиться?
Я краем глаза взглянул на монитор .
Мои отчаянные, упорные усилия не пропали даром .
На кардиограмме появились слабые, но всё же изменения . Зарождалась пульсация жизни .
Я не терял концентрации и продолжал разминать сердце пациента .
Не слишком сильно .
Но и не слишком слабо .
— Заряд 30 Джоулей, всем отойти! Разряд!
Бум!
— 30 Джоулей, чисто! — звонко доложил Хан Джи Хун .
— Ритм восстановлен! — радостно возвестил анестезиолог.
Операция еще не закончилась, и кризис не миновал, но атмосфера в операционной мгновенно потеплела .
Давление: 100 на 50.
Тахикардия: 120 ударов в минуту.
Частое, поверхностное дыхание: 27 вдохов .
Сатурация: 93 процента .
По сравнению с тем, что было до операции, показатели заметно улучшились .
Несмотря на пережитую клиническую смерть, после выхода из нее состояние казалось даже лучше, чем было до инцидента .
Двуручный прямой массаж .
Применение дефибриллятора .
Введение всех необходимых препаратов .
Всё это сработало благодаря быстрым, слаженным и
молниеносным действиям .
«Самый сложный этап позади . Осталось преодолеть только
одно препятствие» .
Я не нервничал, но и не терял бдительности . Мой взгляд оставался ясным .
С холодной головой я обдумывал следующий лучший шаг.
— Дренаж, грудную трубку на 20F.
— Разве не катетер пигтейл?
— Так будет лучше всего .
Мой ответ оставался неизменным .
— Фу-у-ух . Чуть коньки не отбросил .
Ординатор третьего года из отделения неотложной помощи Пак Дон Хён с облегчением выдохнул .
Он насквозь промок от пота и чувствовал себя отвратительно .
Ломило плечи, руки — вообще всё тело .
Двадцать минут назад скорая привезла пациента, с которым Пак Дон Хён вымотался до последней капли сил .
ДТП .
Мужчина, 30 лет, в заднюю часть его машины влетел огромный грузовик .
Поскольку его привезли уже с остановкой сердца, Пак Дон Хён как ненормальный качал его, делая СЛР.
И только после того, как ритм восстановился, удалось провести нормальный осмотр .
«Дело дрянь . Полная дрянь» .
Лицо Пак Дон Хёна исказилось .
На ЭКГ наблюдался типичный низкий вольтаж комплекса QRS.
Яремные вены на шее набухли, а тоны сердца при прослушивании были едва различимы .
Диагноз
Скорее всего, тампонада сердца .
Супер-экстренная ситуация, при которой перикард,
заполненный кровью или жидкостью, расширяется и критически сдавливает сердце .
— Капельницу на полную! Готовьте норадреналин!
— Да, доктор .
Потушив первоочередной пожар, он в спешке набрал торакальную хирургию .
На дежурстве сидел зеленый, как весенний листик, ординатор первого года .
Он даже не смог сходу въехать в то, что ему говорят. От такого тугодумия Пак Дон Хёну захотелось пробить ему грудную
клетку прямо через телефонную трубку.
— Давайте проще . Вы можете взять его на стол или нет?
— Я ... я уточню и перезвоню .
— Если не можете, так и скажите прямо . У нас пациент, с которым время тянуть нельзя, — Пак Дон Хён горько
усмехнулся .
Он прекрасно знал, как обстоят дела у торакальщиков .
Работая в неотложке, волей-неволей становишься в курсе всех сплетен и проблем других отделений .
Они уже взяли одну экстренную операцию два часа назад ...
Найти свободного хирурга сейчас — всё равно что звезду с
неба достать . Кому-то придется сломя голову нестись из дома или общаги .
Или же придется оформлять перевод в другую больницу.
— Доктор . УЗИ готово .
— Ага, сейчас посмотрю .
Пак Дон Хён вернулся к койке .
Нанес гель на грудь пациента и провел датчиком .
На мониторе заплескалась черная жидкость, скопившаяся в сердечной сумке .
Состояние было куда хуже, чем он ожидал .
Требовались немедленные действия .
— Нужно действовать самим, не дожидаясь отмашки от хирургов .
— Готовьте набор для перикардиоцентеза .
— Да, доктор .
Пак Дон Хён, как и подобает ординатору третьего года, уверенно руководил процессом, не поддаваясь панике .
Главное правило: какой бы экстренной ни была ситуация — нельзя суетиться самому.
Вжух!
Никаких колебаний .
Как только закончили подготовку, он решительно ввел толстую иглу прямо под мечевидный отросток пациента . В ту же секунду шприц наполнился темной кровью .
Успешный прокол перикарда с первой попытки .
Ужасающее кровоизлияние, которое они видели на УЗИ, немного уменьшилось .
Жизненные показатели, пусть и ненамного, но стабилизировались .
— Доктор . Мы можем оперировать . Поднимайте пациента во вторую операционную .
Как раз вовремя отзвонились из хирургии .
То ли из-за того, что это был первогодка, его голос звучал как писк перепуганного цыпленка .
— Да . Уже поднимаем . Спасибо .
Пак Дон Хён тут же пожалел, что положил трубку.
Ему стало жутко интересно, кто именно будет оперировать . Ведь свободных хирургов быть не должно ...
— Со Юн .
— Да .
— Будешь поднимать пациента — узнай заодно, кто у них там за хирурга .
— Поняла .
Так как пациент был тяжелым, в лифт с ним отправили одного первогодку из неотложки . Мало ли что может случиться по
дороге .
Через некоторое время:
— Пациент с тампонадой, оперировать будет... говорят, Чхве Сон У.
— А? Чхве Сон У? Тот самый, что сегодня в дневную смену дежурил?
Пак Дон Хён аж подпрыгнул от неожиданности . Что за бред он сейчас услышал?
— Да нет, наверное, просто однофамилец . Тот Чхве Сон У вроде уже домой ушел .
— Ну да ... логично . У хирургов появился свой Чхве Сон У? Или это новый феллоу?
Пак Дон Хёну это показалось странным, но он всё же принял эту версию .
Ведь та дикая мысль, что промелькнула у него в голове, просто не могла быть правдой .
Чтобы первогодка из неотложки делал операцию на открытом сердце ...
Да еще и проводил вскрытие перикарда ... В это просто невозможно было поверить .
Щелк .
Светодиодное табло над дверью сменило цвет с красного на зеленый .
Из второй операционной вышла бригада .
Они сняли хирургические костюмы, выбросили загрязненные расходники, тщательно продезинфицировали руки по локоть и только потом покинули блок .
Впереди шел Чхве Сон У.
Хан Джи Хун и Ли Ин У шли чуть позади, словно два крыла . Вжи-и-ик .
Санитар из торакального отделения покатил каталку.
Топ . Топ .
По коридору шли всего трое, поэтому звук их шагов казался особенно тяжелым и четким .
— Доктор!
Женщина, всё это время как на иголках сидевшая в зале
ожидания, вскочила на ноги и бросилась навстречу врачам .
Следы слез на ее лице еще не высохли .
— Доктор ... Наш Су Хён ... с ним всё в порядке?
Её взгляд был полон отчаяния и мольбы .
Чхве Сон У, спокойно выдержав на себе взгляды Хан Джи Хуна и Ли Ин У, медленно открыл рот:
— Мы сделали всё возможное . И пациент...
