Контент удален!

В такой ситуации уже непонятно, радоваться или злиться.

Как ни крути, вдоль, поперёк или по диагонали — у пациента ведь острый аппендицит.

Но с какой стати вдруг всплыло ревматологическое отделение?

Ревматология занимается лечением заболеваний, вызванных нарушениями иммунной системы.

— Ты шутишь?

— Нет, я абсолютно серьёзен.

— И ты в здравом уме предлагаешь вызвать ревматолога?

— Да.

— Объясни так, чтобы я понял.

— Это несложно. — Чхве Сон У начал объяснять со своим типичным невозмутимым лицом.

— Пациентка жаловалась на боль в коленях.

— Учитывая её возраст, это вполне нормально.

— Я тоже так думаю. Однако она не страдает диабетом, но при этом упоминала, что у неё пенится моча.

— Ну и что с того? — Ким Хви Джин нахмурился.

Чхве Сон У, как и прежде, зациклился на какой-то мелочи.

Может, стоит этому порадоваться? Наконец-то появился повод к нему придраться?

— А если добавить к этому ещё вот это, у нас будут все основания вызвать ревматолога. — Чхве Сон У указал на голень пациентки.

Голень осмотрели с согласия пациентки.

На ней была кожная пурпура.

Это такое явление, когда кровеносные сосуды под кожей повреждаются, и она приобретает красный или фиолетовый оттенок.

— У пожилых людей часто бывает пурпура.

— Это не старческая пурпура. Это васкулитная пурпура. Если пощупать, она плотная на ощупь.

— ...!

И только тогда Ким Хви Джин понял, какой диагноз поставил Чхве Сон У.

Чхве Сон У был уверен, что у пациентки не острый аппендицит, а абдоминальный васкулит.

Абдоминальный васкулит.

Это аутоиммунное заболевание, которое не лечится хирургическим путём.

Значит, вызов ревматолога был абсолютно правильным решением.

В этот момент Ким Хви Джин почувствовал, как в нём зарождается тревога.

Ощущение, что Чхве Сон У его обвёл вокруг пальца.

Появилось неприятное предчувствие, что диагноз Чхве Сон У может оказаться верным.

Чтобы первогодка-ординатор заметил то, что упустил я...

Это же настоящий позор и унижение.

— Взгляните ещё раз на результаты анализов повнимательнее. — Взгляд Чхве Сон У устремился на монитор.

Ким Хви Джин тоже посмотрел туда.

— Если смотреть не с точки зрения аппендицита, а васкулита, то результаты анализов выглядят довольно спорно, не так ли?

— В самом деле... — Ким Хви Джин непроизвольно прикусил губу.

Если не зацикливаться на том, что пациентка жаловалась на боль в правой нижней части живота, то только по этим результатам ставить диагноз «аппендицит» было слишком поспешно.

Теперь, присмотревшись, и уровень воспаления казался неочевидным.

И тени на КТ брюшной полости были слабыми.

Ха... Неужели он снова нанёс мне ответный удар?

— Давай сначала проверим. Жди.

Ким Хви Джин отошёл в сторону и взял рабочий телефон.

Сначала он позвонил в отделение гастроэнтерологической хирургии.

Продиктовал номер пациента и доложил о ходе лечения.

— Похоже, это и правда васкулит.

— Но ведь это может быть и аппендицит.

На звонок ответил его однокурсник, поэтому разговор вышел непринуждённым.

Сможет ли он размазать Чхве Сон У, сейчас зависело от слов этого парня.

Надо попытаться вытянуть из него нужный ответ.

— Вероятность этого невелика. Ты же сам сказал, что у неё пурпура.

— Это может быть и старческая пурпура.

— Но ты же сказал, что при пальпации она плотная? Старческая пурпура не такая.

— А что насчёт КТ?

— Тени слишком бледные. Судя по нынешним показателям, должно быть увеличение хотя бы на 7 миллиметров.

Его друг продолжал.

Он сказал, что при таком уровне боли в животе на КТ должны быть более выраженные признаки воспаления.

Ким Хви Джину ничего не оставалось, кроме как позвонить в ревматологическое отделение.

На этот раз неожиданно трубку взял старший врач третьего года.

— Сейчас спущусь.

Наверное, он отдыхал.

Спустя десять минут после вызова старший врач спустился в приёмное отделение.

Ким Хви Джин вместе с Чхве Сон У с трепетом ждали его вердикта.

Неужели он снова потеряет лицо?

Нет. Этого нельзя допустить.

Он должен был продемонстрировать авторитет ординатора второго года перед новичком, который только-только вышел на работу.

Сонбэ, пожалуйста...

— Это точно абдоминальный васкулит. Отличная дифференциальная диагностика. Легко было спутать с аппендицитом. Если бы вы ошиблись, могла бы произойти врачебная ошибка.

Старший врач третьего года говорил тихо, учитывая присутствие пациентки.

Он с гордостью улыбнулся, довольный тем, как его младший коллега провёл осмотр.

— Первогодка на такое точно не способен, так что это, должно быть, твоя заслуга, Хви Джин?

— ...

— Молодец, отлично сработано. Ты уже стал настоящим специалистом неотложной медицины.

Старший врач выписал направления на госпитализацию и процедуры и покинул приёмное отделение.

Похвала улетела не по адресу.

И от этого нахлынули неловкость и стыд.

Лицо Ким Хви Джина покраснело как помидор.

— Доктор. Мне правда не нужно делать операцию? — пациентка спросила с тревогой в глазах.

Сопровождающий её сын тоже выглядел обеспокоенным.

— Да. Если сделать операцию, вам станет только хуже.

— А в местной больнице сказали, что лучше прооперировать...

— Скорее всего, они сказали, что операция может понадобиться.

Я спокойно отвечал пациентке.

В её случае это был васкулит, который очень легко перепутать с острым аппендицитом.

Боль как назло локализовалась в правой нижней части живота.

В анализах крови были признаки воспаления, а на КТ присутствовали тени.

Однако компетентный врач скорой помощи...

Не должен зацикливаться на одном диагнозе и упускать из виду другие возможности.

Боль в коленях, пена в моче, васкулитная пурпура.

Собрав воедино эти три фактора, я заподозрил васкулит.

И мои подозрения полностью подтвердились.

«Сонбэ Ён У?»

Я посмотрел на ординатора, который вводил данные в карту.

Ординатор 3-го года Сон Ён У.

Очень наблюдательный врач, который в прошлой жизни был для меня примером для подражания.

В прошлой жизни эта пациентка тоже наверняка поступала в приёмное отделение, но раз я этого не помню...

Значит, кто-то другой правильно её осмотрел.

Кто-то разглядел у неё васкулит.

И единственным человеком, кто мог это сделать, был Сон Ён У.

«Даже после возвращения в прошлое надёжные люди остаются надёжными».

На моих губах появилась лёгкая улыбка.

Как бы то ни было, пациентка с васкулитом отлично продемонстрировала роль отделения неотложной помощи.

А суть нашей работы заключается в...

Распределении потоков.

В том, чтобы управлять множеством пациентов и направлять их в профильные отделения.

Что было бы, если бы пациентку, которую нужно было направить в ревматологию с васкулитом, отправили бы в гастроэнтерологическую хирургию с аппендицитом?

Проблемы возникли бы у обоих отделений.

А хуже всего, если бы и хирурги упустили диагноз — тогда произошла бы врачебная ошибка, и прооперировали бы человека, который в операции не нуждался.

Вскоре после этого пациентку с васкулитом госпитализировали в ревматологическое отделение.

Моя работа была закончена.

Чем быстрее отделение скорой помощи расстаётся со своими пациентами, тем лучше.

И вот так...

Как тикают армейские часы, так же тикали и часы в приёмном покое.

Время летело незаметно.

Осмотр пациентов.

Обучение различным процедурам.

Заполнение карт.

Три главные задачи отделения неотложной помощи накатывали непрерывной волной.

В приёмном отделении один за другим стали появляться пациенты с алкогольным опьянением, отсутствие которых всегда было лучшей новостью.

Они буянили и орали во всё горло.

Ву-у-у-у.

Тревожный звук сирен.

Как по расписанию, начали поступать и пострадавшие в ДТП, которым требовалась СЛР.

И тем не менее, это не было проблемой.

В прошлой жизни в этот момент я был бы напряжён как струна и тратил бы лишние силы, но теперь в этом не было нужды.

Это была жизнь, в которую я вернулся, чтобы прожить её ещё раз.

Жизнь, в которой я начал всё сначала, зная гораздо больше, чем прежде.

Хоть они и были злодеями по своей природе...

Ли Ган Джин и Ким Хви Джин, которые из-за зависти и ревности стали ещё злее, в часы пиковой загруженности вели себя тихо.

Тем временем... У меня выдалась свободная минутка, и я смог наконец-то пообедать с Чан Сон Воном.

Мы устроились на скамейке у входа в приёмное отделение.

Стоило отойти всего на три минуты, как мир вокруг словно по волшебству стал умиротворённым.

Солнце грело, дул прохладный ветерок.

Нос щекотал запах свежей травы и ярких цветов.

Стояла идеальная весенняя погода.

— Если пройти ординатуру в Америке, все становятся такими, как ты? Всегда спокойными и так ловко проводят процедуры?

— Ну, не знаю. Вряд ли.

— В любом случае, завидую тебе белой завистью.

Чан Сон Вон завидовал мне.

Хотя, знай он правду о моей ситуации, понял бы, что тут нечему завидовать — всё вполне закономерно.

Как бы там ни было.

Благодаря тому, что я предотвратил его травму с цуцугамуши в прошлой жизни, Чан Сон Вон, скорее всего, останется таким же жизнерадостным.

Мысль о том, что я вернул хотя бы один долг, приносила мне душевный покой.

В прошлой жизни Чан Сон Вон мне очень помогал.

Он всегда был общительным и невероятно ответственным парнем.

Я обязательно верну ему долг, да ещё и с процентами.

— Держи. Там была акция, вот и купил.

— Банановое молоко? Откуда ты знаешь, что я его люблю...

— Просто догадался.

Я с улыбкой протянул Чан Сон Вону банановое молоко, которое купил в круглосуточном магазине.

Это был его любимый напиток.

Попивая банановое молоко, Чан Сон Вон выглядел абсолютно счастливым.

— У тебя есть планы на вечер? Мы с Ган Джином собирались выпить пива.

— Я не пью.

— Не умеешь пить? Или мы тебе не нравимся?

— Первое.

— Если первое, тогда можешь попить безалкогольное или газировку, — уговаривал меня Чан Сон Вон.

Вообще-то, в прошлой жизни мы часто выпивали вместе после работы. Мы были однокурсниками по университету и близкими друзьями.

Но в этой жизни всё должно быть иначе.

Мне предстояло пойти другим путём.

— Мне ещё нужно дать интервью, да и вообще дел полно.

— А... Из-за того случая в парке, когда ты делал СЛР?

— Ага.

— Да уж, это было просто невероятно. Даже в новостях раструбили. Ну ладно, тогда как-нибудь в другой раз выпьем.

На этом наш разговор завершился.

Обедняя смена пролетела как пуля, и наступило время уходить домой.

Дневная смена переоделась в гражданскую одежду и покинула больницу.

Только я один остался стоять перед приёмным отделением в халате, давая интервью для новостей.

В прошлой жизни мне тоже приходилось часто давать интервью.

И, хоть мне и неловко об этом говорить, язык у меня был подвешен отлично.

Лишь покончив с интервью, я смог уйти с работы. Но завтра у меня был выходной, так что я не сильно переживал.

Но в этот самый момент...

Когда я подыскивал себе жильё недалеко от больницы.

Вз-з-з.

Я проверил вибрирующий рабочий телефон и увидел незнакомый номер.

Давление: 60/40 мм рт. ст.

Тахикардия: 120–150 ударов в минуту.

Учащённое, поверхностное дыхание — 40 вдохов в минуту.

Сатурация кислорода (SpO₂) — 70%.

— Пульс нитевидный, на вдохе резкое падение артериального давления.

— Набухание яремных вен, кровь не поступает в сердце, из-за чего шея выглядит отёчной и бугристой.

— При аускультации тоны сердца сильно приглушены (muffled heart sounds) → Триада Бека (Beck's triad).

Таково было состояние пациента после ДТП, о котором мне только что сообщили из приёмного покоя.

Даже просто слышать об этом было страшно — настолько экстренной была ситуация.

«Что же делать... Что делать...»

Дежурный ординатор 1-го года из отделения торакальной хирургии, Хан Джи Хун, не находил себе места.

Он лишь нервно дёргал ногой.

Отделение неотложной помощи успело потушить самый сильный пожар.

Тампонада сердца.

Опасное состояние, при котором сердце сдавливается скопившейся в перикарде жидкостью или кровью.

У пациента, пострадавшего в ДТП, было именно это, и ему провели пункцию перикарда, чтобы выиграть время.

Но что потом?

«Дежурный профессор и старший ординатор уже на экстренной операции... Чёрт, больше некому звонить!»

Несмотря на то, что в ординаторской горел свет, перед глазами всё плыло.

Он не мог найти ни одного свободного хирурга для операции.

Может, перевести его в другую больницу?

Но он чувствовал, что пациент может просто не пережить транспортировку...

Именно в этот момент.

— А? А это кто?

Среди имён в списке экстренных контактов он заметил имя «Чхве Сон У».

Оно показалось ему знакомым.

Когда он был интерном, ему довелось поработать с одним парнем, который стажировался в клинике Джеймса Хопкинса.

Но это никак не мог быть тот самый Чхве Сон У.

Как первогодка-ординатор из скорой помощи мог провести торакальную операцию?

Наверное, это какой-то старший врач или стипендиат, с которым его забыли познакомить на сегодняшней ориентации.

— Да, заведующий.

— ...

— Могу я поступить таким образом?

— ...

— Да. Спасибо.

Получив разрешение заведующего, он назначил Чхве Сон У оперирующим хирургом и связался с ним.

Чхве Сон У согласился без лишних вопросов.

Он позвонил анестезиологам, забронировал операционную и попросил поднять пациента из приёмного покоя.

Теперь оставалась только сама операция.

Топ-топ-топ.

Он спешно побежал в операционную на третьем этаже.

Времени, чтобы подготовить всё в одиночку, катастрофически не хватало.

Старший врач второго года был занят в отделении интенсивной терапии и пообещал присоединиться позже.

— Ты ведь Чхве Сон У?

Заметив подошедшего Чхве Сон У, Хан Джи Хун радостно поздоровался.

Они не были близкими друзьями, но он всё равно обрадовался знакомому лицу.

— Да, я.

— А что врач из приёмного делает в операционной?

— У меня назначена операция. Торакальная хирургия.

— Ты о чём вообще? С ума сошёл? Как ты можешь делать торакальную операцию?

Хан Джи Хун усмехнулся, но лицо Чхве Сон У оставалось каменным.

И тут прозвучало шокирующее заявление:

— Оперировать буду я.