1 - 160
С того самого дня я стала частой гостьей в особняке Боузеров.
Поначалу я заходила лишь для того, чтобы проверить, всё ли у них в порядке, меня искренне беспокоила натянутость в их отношениях. Но, как оказалось, эта парочка уже отбыла на Север. Оставшись ни с чем, я в одиночестве выпивала чашку чая в гостиной и возвращалась домой.
На следующий день всё повторилось. Я снова пришла в особняк в надежде застать их, но ситуация не изменилась. И на следующий день, и через день…
Я продолжала курсировать между своим домом и поместьем Боузеров до тех пор, пока наконец не столкнулась с ними. Однако увиденное повергло меня в шок: как и в прошлый раз, они были неразлучны и не сводили друг с другом глаз.
[Больше я сюда ни ногой.]
Я твердо решила для себя: [Я уже видела достаточно, чтобы понять, к чему всё идет. Мне здесь делать нечего.]
Но, несмотря на всю решимость, мой запал быстро иссяк. Спустя день, вновь представив их наедине, я почувствовала непреодолимое желание немедленно во всём убедиться и снова направилась к Боузерам.
Я раз за разом становилась свидетелем их нежностей. [Более того, с каждым днем они вели себя всё более вызывающе. Поначалу О’Нил пыталась скромничать, будто смущаясь, но позже стала открыто обнимать Рудрика или прижиматься к его плечу.]
В довершение всего, на днях, рассказывая какую-то историю об их приключениях на Севере, О’Нил случайно назвала Рудрика «дорогим». Услышав это собственными ушами, я весь оставшийся день пребывала в прострации. Что бы я ни делала, в ушах звучал сладкий голос О’Нил: «Дорогой…»
«Нет, я правда больше не пойду!» - убеждала я себя.
Но не успела я опомниться, как снова оказалась в их гостиной.
[Эх…]
После нескольких таких заходов ежедневные визиты в особняк Боузеров стали для меня рутиной. Стоило мне выйти за порог, как слуги тут же интересовались: «Вы к Боузерам?», а родители и вовсе как-то вскользь спросили: «Далия, ты с кем-то встречаешься?». Это стало последней каплей.
[Какое там «встречаешься»!]
Но в отличие от просто любопытствующих, были и те, кого сложившаяся ситуация совсем не радовала. Например, Джерон.
«Чем это вы заняты в последнее время?»
Сегодня, в очередной раз вернувшись из особняка Боузеров совершенно без сил, я столкнулась с Джероном прямо у главных ворот.
«Джерон?»
Должно быть, он вернулся с Севера вместе с Хестией. По какой-то причине мне показалось, что мы не виделись вечность, и я радостно пошла ему навстречу. Но, увидев его гневное, застывшее лицо, я невольно отступила на шаг.
«Нам нужно серьезно поговорить.»
«Ой, я тут внезапно вспомнила об одном очень срочном деле…»
«Что? Я думал, что вы на сегодня закончили, раз уж вернулись от Боузеров.»
По его тону было ясно, он в бешенстве. Но поскольку я действительно при каждом удобном случае ускользала в особняк Рудрика, оправданий у меня не нашлось. Оставалось только надеяться, что его нравоучения закончатся быстро.
[Может, стоит всё ему рассказать?]
[Я уже порядком устала держать это в себе. А Джерон - не тот человек, который отступит, не докопавшись до сути.] Когда он бесцеремонно затащил меня в комнату и захлопнул дверь, я лишь прищурилась, готовясь к потоку ворчания.
«Вы ведь понимаете, что сейчас не время для прогулок? Мы понятия не имеем, что задумал Майерс, нам нужно срочно искать решение, понимаете?»
«Ну, я как раз пыталась выяснить его планы…»
«А как же отели? А продвижение в обществе? Вы хотите увеличивать количество одиночных номеров? Вы просчитали, как покрыть расходы? Где конкретные планы по реорганизации?»
«У меня их нет…»
«Вы просто невозможна!»
Джерон тяжело вздохнул, видя, как я отворачиваюсь. Подавив вспышку гнева и взъерошив волосы, он рухнул на диван и заговорил уже спокойнее:
«Ладно. Честно говоря, я не требую от вас отчетов прямо сейчас, но вы ведь понимаете, что ведете себя странно?»
«…»
«Стоит вам открыть глаза, как вы идете к Боузерам. Проводите там целый день, возвращаетесь измотанной, а если не можете дождаться встречи, находитесь там до самой ночи. Что вы вообще задумали? Почему вы так рассеянны?»
Слышать подробное описание своего поведения из чужих уст было невыносимо неловко. Я замялась, не зная, что ответить, и подумала про себя:
[Неужели…я зашла так далеко?]
[Да, определенно. Обычно я знала меру в своих делах, но последние дни была полностью поглощена Рудриком и О’Нил. Я вела себя как человек, который боится оказаться лишним между ними.]
[Всё это так. Но я и сама была в замешательстве. Зачем я постоянно хожу к ним? При встрече я не могу вымолвить ни слова, и каждый раз возвращаюсь расстроенная…]
После долгой паузы я наконец решилась. Я выложила Джерону всё как есть. Выслушав меня, он внезапно спросил в лоб:
«Вы что, ревнуете?»
«Кто?! Я?!» - я подскочила на месте. Джерон лишь невозмутимо скрестил руки на груди.
«Разве вы не сказали, что вас задевает их поведение?»
«Ой, да нет же! Просто…ну, О’Нил на Севере совершенно нечем заняться, так почему она постоянно там крутится?»
«С чего вы взяли, что ей нечем заняться? Я слышал, что вы просили её разработать новый источник энергии.»
«А?»
Я тупо уставилась на Джерона, а затем моё лицо исказилось от досады.
«Точно!»
[Боже мой. Я совсем забыла. До того как стать главной героиней романа, О’Нил была магом, обратившимся в Магическую башню с запросом.]
«Да, я просила её об этом.»
Очевидно, ещё на Севере я сразу перешла к делу при встрече с О’Нил. Я сказала ей, что ищу новый источник энергии, спросила, возможно ли извлекать магическую силу из монстров, и мы даже обсудили направление исследований. Конечно, спустя четыре месяца я забросила это дело и даже выкинула из головы, но О’Нил всё помнила и продолжала исследования на Севере.
[Казалось бы, нужно радоваться, что вопрос решился. Но вместо облегчения я почувствовала…]
[Это беспокоит меня еще больше!]
[Так вот почему она там осталась? Чтобы объяснять ситуацию Рудрику и получать туши монстров для экспериментов. Значит, им придется быть вместе, пока исследование не закончится? Они будут постоянно видеться из-за рабочих материалов?]
Джерон, наблюдавший за тем, как я снова в агонии обхватила голову руками, прищурился.
«Вы же говорили, что вам всё равно?»
«Мне всё равно!»
«Тогда ведите себя как обычно. Вы ведь знали, что рано или поздно это произойдет?»
Я вздрогнула. По телу пробежал холодок.
«Что в этом такого? Вы раньше говорили, что поддерживать отношения между нашими семьями сложно, это чистый расчет.»
«Ну, это так…»
«Вы ведь уверенно заявляли, что у вас будет супруг, верно? Тогда разве не естественно, что и у него появится пара?»
«…»
«Напротив, вы должны поздравить его, если у него появилась девушка, которая ему интересна. Он ведь ваш друг, не так ли?»
Я отпустила голову под его болезненно точными словами.
«Да…ты прав…»
[Честно говоря, Джерон не ошибся ни в одном слове. Я предвидела эту ситуацию очень давно, ещё с тех пор, как осознала, что живу в мире книги. В то время я даже ждала этого. Это была судьбоносная встреча главных героев.]
[Мне всё равно на Рудрика в романтическом плане, так что я просто отойду в сторону и понаблюдаю со стороны, когда придет время.]
[Я уверена, что именно это я себе и обещала…]
«Но вы ведь совсем не хотите его поздравлять, верно?»
«…»
«Ох, мне следовало догадаться об этом ещё тогда, когда вы упрямо твердили, что никогда этого не сделаете.»
«Нет, я правда не это имела в виду…»
«Далия.»
Он пробормотал это как окончательный аргумент, но я замолчала, услышав в его голосе серьезные нотки, и подняла глаза. Джерон смотрел на меня с едва заметной улыбкой.
«Разберись в себе…» - он снова спросил: «Чего ты хочешь на самом деле?»
***
[Чего я хочу…?]
После того разговора с Джероном, вернее, допроса, я наконец перестала приходить к особняку Боузеров. [Джерон был прав: сейчас не время бездельничать, да и причин находиться там у меня больше не осталось.]
Я начала понимать, почему так отчаянно стремилась их видеть.
[Может быть, это…]
[Если быть честной, у меня и раньше были подозрения. Объективно говоря, я слишком сильно о них заботилась. Я каждый день ходила в тот особняк и сидела там, сгорая от чего-то, подозрительно похожего на ревность…Видимо, так оно и было. Это чувство определенно выходило за рамки простой дружбы.]
[Так значит…может быть…мне…нравится…Рудрик?]
[Правда?]
Сидя за столом и просматривая бумаги, я глубоко вздохнула, в который раз за день, я уже и сама сбилась со счета. [Сколько бы я ни думала об этом, я не могла найти рационального объяснения. Ещё несколько дней назад я и близко не чувствовала к Рудрику ничего подобного. Напротив, он был для меня как член семьи, добрый друг…]
[Неужели этого чувства действительно не было раньше?]
[…Что ж, я не могу сказать, что оно отсутствовало полностью. Но я всё равно не чувствовала, что безумно влюблена, или что не смогу без него жить, или что я на грани потери рассудка от любви.]
[Скорее, чувство, которое возникало при мысли о Рудрике, это комфорт. С ним я чувствую себя в безопасности, будто за моей спиной каменная стена; я чувствую, что могу ему доверять и хочу, чтобы он был рядом всегда…]
[Ах…]
Внезапно меня осенило.
[Я поняла, что именно я была той, кто воображал будущее, где мы будем вместе до конца жизни. Точно так же, как Рудрик говорил, что хочет оставаться со мной, пусть даже другом, я никогда не представляла своего будущего без него.]
[Я вешала на это ярлык «дружбы», но если под «тем самым чувством» подразумевается именно это, то я всё поняла.]
[И что мне теперь делать…]
В конце концов, я зарыла лицо в ладони, чувствуя, что запуталась ещё сильнее, чем прежде. Будто пытаясь прервать мои тягостные раздумья, в дверь вскоре постучали. Получив разрешение, в комнату вошла горничная с неожиданной вестью.
«Леди, к вам посетитель.»
«Посетитель?»
Я удивленно подняла глаза. [Мало кто мог прийти ко мне вот так, без предупреждения. Если это был кто-то из близких, то это мог быть…]
«Она просила передать, что её имя - О’Нил.»