1 - 75
[Какой милашка...]
[Его реакция была слишком очаровательной, чтобы оставить женское сердце равнодушным: он смутился, стоило ему лишь произнести моё имя. Даже будучи второстепенным героем, он обладал врожденным талантом притягивать к себе людей.]
[Ох, это вообще законно?]
Я лучезарно улыбнулась ему в ответ. [Красив, из хорошей семьи, дружелюбен, добр и к тому же мил. И он второй сын, значит, титул и обязанности всё равно перейдут старшему. Конечно, за боевые заслуги ему могут даровать собственные земли, но разве статус супруга герцогини - не более заманчивая перспектива, чем какой-нибудь сухой титул?]
[Хм, а я ведь не уверена...]
Пока я снова витала в облаках, сэра Ривера кто-то окликнул. Он замялся, еще раз поцеловал мне руку, мягко улыбнулся и прошептал:
«Далия, до следующей встречи...»
Я слегка склонила голову и с теплотой наблюдала, как сэр Ривер быстро удаляется.
[Как же это приятно.]
[Буду радовать глаз обществом красавцев. Конечно, самый прекрасный мужчина в мире стоит прямо здесь, рядом со мной, но он ведь мой маленький друг. Было бы невежливо испытывать к другу подобные чувства.]
Однако мой «друг» тем временем выглядел так, будто проглотил лимон.
«Ой, ты в порядке?» - спросила я.
[Мы не виделись вечность, но вместо трепетного воссоединения он, кажется, был крайне недоволен тем, что я уделила внимание кому-то другому.]
[Совсем как в детстве. Ты и раньше так себя вел в подобных местах.]
[Маленький Рудрик был ревнив и всегда начинал скромничать или дуться, если я с кем-то весело болтала.] Я тепло улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям и попыталась его успокоить.
«Ну что, давай закончим наш разговор? Мне нужно кое-что тебе сказать...»
«Слюнки не потекли?»
[Мне показалось, или я ослышалась?]
«А? Что?» - переспросила я в замешательстве.
«Неужели он настолько хорош?»
Я в изумлении уставилась на Рудрика. На его губах играла едкая, раздраженная усмешка.
«Похоже, у "ястребиного ока", которое долго никого не видело, сильно упали стандарты, леди Аверин.» - выдал он.
Я едва не закричала: [Да кто ты вообще такой?!]
***
[Прошло немало времени с тех пор, как я видела Рудрика в последний раз. И за эти годы он превратился в невероятно дерзкого парня.]
[Невероятно.]
[Я словно наблюдала за незнакомцем, он стоял, скрестив руки на груди, и всем видом выражал недовольство. Для других это было просто его обычное холодное лицо, но я-то знала...]
Сверяясь со своими воспоминаниями о прежнем Рудрике, я отчетливо видела: он вне себя.
[Ну еще бы, ведь он ни разу не встретился со мной взглядом с того самого момента, как я увела его из зала на террасу. Даже когда я пыталась разрядить обстановку, притворяясь веселой, он и бровью не вел, лишь крепче сжимая локти. В итоге я сама начала зацикливаться на его поведении...]
[Да что я сделала не так?]
[Почему я чувствую себя так, будто меня поймали на измене? Или это потому, что я так увлеклась новым знакомым, что совсем забыла о «друге», которого не видела десять лет?]
[...Это моя вина.]
Признавать это было горько, но отрицать бессмысленно, в тот [момент я действительно была ослеплена обаянием Ривера. Но и Рудрик хорош! Я ведь не флиртовали в открытую, а просто вежливо поприветствовала сына другого герцога. Как можно так ревновать на пустом месте?]
[Неужели это та самая «ревность главного героя»?]
[Странно, что ревность, которая должна быть направлена на героиню романа О’Нил, досталась мне, но что поделать? Если я его чем-то обидела, нужно загладить вину.]
[Ничего серьезного. Это просто вежливость, издержки положения!]
«...»
«Дело не в том, что он красавчик, я просто улыбнулась, не подумав. Мы ведь только встретились, а ты даже не смотришь на меня.»
«...»
Я попыталась опровергнуть слова Рудрика и мягко его утешить. Но он по-прежнему избегал моего взгляда. По какой-то причине я начала нервничать, казалось, Рудрик не собирается так просто идти на мировую. [Сейчас было не время для обид. Мне нужно было вернуть наши прежние доверительные отношения, чтобы расспросить его о многом, но прежде всего, я должна была сообщить ему важную новость.]
Я лихорадочно соображала, вспоминая все способы, которыми раньше задабривала людей. И вдруг слова сами сорвались с моих губ:
«Как я могу смотреть на кого-то другого, когда рядом ты?»
Рудрик заметно вздрогнул.
«Ты же знаешь, у меня высокие стандарты. Разве кто-то может сравниться с моим самым красивым другом на свете?»
«...»
«И посмотри на себя. Ты талантлив, знатен, у тебя такой характер...В общем, ты лучше во всех отношениях. Нет никакой возможности, что я легко переключусь на кого-то еще, понимаешь?»
[Должно быть, в прошлой жизни я была великой актрисой.] Пытаясь убедить Рудрика сладкими речами, я снова украдкой взглянула на него.
И тогда я это увидела...Тень удовлетворенной улыбки на его губах.
[Боже, куда же делся мой чистый и милый Рудрик?] - сокрушалась я про себя.
Пока я мысленно обливалась горючими слезами, Рудрик, хранивший молчание, внезапно вздохнул.
«Так что ты хотела мне сказать?» - спросил он вслух.
[Похоже, он раскусил мой маневр и хотел, чтобы я перешла сразу к делу.] Я горько усмехнулась. [Мне хотелось начать этот разговор, когда между нами воцарится мир, или, когда мы станем достаточно близки, чтобы обсуждать мрачное прошлое. Но это нужно было сказать в любом случае.] Глубоко вздохнув, я наконец выпалила:
«Герцогиня Боузер.»
Лицо Рудрика дрогнуло. Я продолжала, глядя ему прямо в глаза:
«Твоя мать. Она у нас.»
***
Подробности ситуации Рудрика я узнала только после того, как моя семья решила помочь дому Боузер. Всё началось, когда люди Аверинов всерьез занялись делами на Севере. До этого двери герцогского особняка были наглухо закрыты отцом Рудрика.
[Мы, не имея никаких вестей, бросились на помощь и неизбежно узнали о том, что там творилось. Я до сих пор помню шокированные лица родителей и то, как моё сердце обливалось кровью. Конечно, я догадывалась, что Рудрик, вернувшись на Север, столкнется с бедами, но реальность оказалась куда страшнее моих предположений.]
[Я думала, что герцог Боузер просто приведет беременную любовницу в дом, заведет новых детей и будет жить припеваючи. Я знала, что герцог нарушит обещание жить счастливо с женой, что герцогиня лишится рассудка и в итоге окажется в отдельном заброшенном флигеле, не в силах принять трагедию. Вот и всё, что мне было известно из сюжета.]
[Но действительность была иной.]
[Герцогиня не просто жила во флигеле по своей воле. Она была буквально заперта, а точнее - заточена. Позже, из разговоров с горничными Боузеров, выяснилось, что герцог и его любовница вовсе не жили долго и счастливо после её выкидыша. Потеря ребенка стала для любовницы рычагом давления: она сделала герцога виноватым, заставляя его потакать каждой своей прихоти.]
[А то, что последовало за этим, было еще «красочнее».]
[В то время все верили, что герцогиня, ослепленная ревностью, подсыпала любовнице яд. Его Светлость герцог был в ярости и велел запереть жену в заброшенной пристройке...]
Когда я спросила почему, горничная ответила: [В комнате герцогини нашли флакон с ядом.]
Я только недоуменно покачала головой.
«И вы в это поверили?»
[Как ни посмотри, это было шито белыми нитками. Кто станет прятать опасные улики в таком очевидном месте? Я не понимала, как можно было довести герцогиню до такого состояния, поверив лишь одной служанке. Особенно такому циничному и подозрительному человеку, как герцог Боузер. Неужели любовь настолько ослепила его, что он так поступил с собственной женой?]
[Или...он сделал это намеренно?]
[Как бы то ни было, это было безумием. Но его подлость на этом не закончилась. Говорили, что Рудрик пытался убедить отца освободить мать, но герцог лишь запер сына, заявив: [Мальчишка просто бунтует, это возрастное.]
[Я не знаю, где он был. Просто с того момента хозяин как-то странно изменился...] - шептались слуги.
Тогда я горько пожалела о своем бездействии. [Если бы я не оставила попыток навестить их, если бы пробралась в дом Боузеров, наплевав на все запреты герцога, всё могло бы сложиться иначе. Но прошлое не вернуть, и единственное, чего я хотела, чтобы герцог Боузер заплатил за содеянное.]
[Впрочем, говорят, что конец злодеев всегда жалкий. Герцог Боузер нашел свою погибель в самом неожиданном месте, закончив жизнь нелепо и бесславно.]
Рудрик же, оставшись один, в юном возрасте отправился на подавление монстров и вернулся оттуда прославленным командиром.
[Конечно, история на этом не закончилась...]