Когда О’Нил сказала, что оставила портал открытым, первым местом, о котором я подумала, был кабинет Рудрика.
[Хотя я не знала, как именно маги обычно открывают порталы, я рассудила, что они, скорее всего, настраивают их на те места, где бывали чаще всего.]
[Надеюсь, это окажется его кабинет.]
Так я думала в своей беспечности. [На самом деле мне было всё равно, окажусь ли я за дверью Овального кабинета, в гостиной, у входа в резиденцию или даже во внутреннем дворце. Лишь бы это было место, где я смогу найти Рудрика, и желательно быстро. Чем скорее я предстану перед ним и что-то предприму, тем лучше.]
Но такого я точно не ожидала.
«А?»
Когда свет, заливавший зрение, померк, я осторожно открыла глаза и недоверчиво заморгала.
[Я не узнаю этот потолок.]
Но это было полбеды. Моё тело, которое только что твердо стояло на полу, пока О’Нил творила магию, теперь лежало на спине. А подушки под поясницей и мягкая ткань в руках безошибочно подсказывали...
[Это что, кровать?]
«Ой!» - ахнула я, когда до меня дошло.
[Нет, О’Нил ведь должна была перенести меня туда, где Рудрик! Так почему я валяюсь в постели посреди незнакомой комнаты? Надеюсь, это мне не кажется?] В голове пронеслись сцены из всех романов «для взрослых», что я когда-либо читала. Я быстро осмотрела постель. [Так, никого нет. Затем, на свой наряд. Слава богу, я не в ночной сорочке.]
[Фух...!]
[Может, я просто приземлилась не в то место?] Смахнув пот со лба, я наконец подняла голову и огляделась. [Судя по всему, я была в одной из спален герцогского поместья, и сейчас мне нужно было как можно скорее найти Рудрика...]
[...?]
Впрочем, вскоре я поняла, что О’Нил отправила меня по адресу. В этом незнакомом месте, где я не была давно, но которое смутно помнила, находился один человек, слишком знакомый. Тот самый, кого я искала.
«Рудрик?»
Это определенно был Рудрик: его необычайно растрепанные черные волосы, бледная кожа и черты лица, которые не теряли своей красоты, даже когда глаза были закрыты. Но его состояние казалось странным. Обычно я ожидала бы, что он вздрогнет от звука моего голоса, но он не двигался, просто завалившись на диван с закрытыми глазами. [Выглядел он так, будто ему было плохо...]
Вздрогнув от внезапной зловещей мысли, я наклонилась ближе к нему и облегченно выдохнула.
[Всё не так.]
К моему облегчению, от него пахло спиртным.
[Ты что, пьян?]
Я с любопытством разглядывала его. [Это был первый раз, когда я видела Рудрика в пьяным. В детстве он вообще не притрагивался к алкоголю. Я как-то пыталась тайком подсунуть ему выпивку, но он упрямо отказывался. Даже став взрослым, на моих глазах он не подносил бокала к губам. Если подумать, на большинстве приемов я тоже этого не видела. Только я, будучи довольно крепкой к выпивке, позволяла себе вино, а он даже не смотрел в его сторону.]
[Но то, что он пьян сейчас, означает...]
[Даже не знаю, подобает ли это «главному герою» или нет...На первый взгляд картина напоминала сцену из романа, где герой после ссоры с героиней глушит вино как воду. Однако на столе ситуация была совсем иной: вместо груды пустых бутылок стояла одна-единственная, почти полная.]
[Он на удивление плохо переносит алкоголь?]
Я хихикнула про себя, думая, что это так в стиле Рудрика, но вдруг столкнулась с ним взглядом.
[...!]
Я не смогла сдержать крика, а мои глаза округлились. Не знаю, когда он проснулся, но он смотрел на меня в упор. Трезвым он не выглядел ни капли, поэтому я осторожно позвала его:
«Ру...Рудрик?»
«...»
Ответа не последовало. Озадаченная, я всматривалась в него и вдруг осознала.
[У него ведь глаза открыты?]
Поняв, что он всё ещё в беспамятстве от хмеля. И вскоре последовало новое доказательство. Он не сводил с меня взгляда и вдруг заговорил:
«Далия?»
Я вздрогнула от странно тягучего, томного звука его голоса.
«А?»
«Далия...»
«Да?»
[Ох, неужели мой голос прозвучал так странно?] Я неловко покосилась на него, и тут Рудрик поймал мой взгляд. Он слегка ухмыльнулся, и я сглотнула, пораженная тем, насколько соблазнительно он сейчас выглядел.
[Ты совсем невменяемый.]
[Лучше уложить его в кровать прямо сейчас. В таком состоянии он всё равно не сможет вести нормальный разговор, так что лучше дать ему проспаться, а завтра, когда он протрезвеет, мы всё обсудим.] С этим решением я уже собиралась помочь ему подняться, если бы он не настоял на продолжении.
«Почему ты здесь?»
«А?»
«Почему ты здесь...Когда тебя не должно быть...»
«О чем ты вообще бормочешь...»
Я нахмурилась от этого невнятного лепета, но тут же замерла. Немного подумав, я ласково спросила его:
«Разве мне нельзя здесь остаться?»
«Да...»
«Почему? Почему мне нельзя здесь быть?»
«Потому что...»
Сонно и медленно моргая, Рудрик произнес:
«Потому что...я сказал, что больше не хочу тебя видеть.»
«А?»
«Потому что я ушел...так что тебя здесь быть не может.»
«...»
Я пристально посмотрела на него, затем горько рассмеялась и сказала:
«Пожалуйста, прибереги это на завтра, когда протрезвеешь.»
«...?»
«Давай же, вставай. Иди поспи хорошенько, а завтра мы сможем поговорить обо всем, о чем не успели...»
«Идти?»
Я тут же схватила его за руку, собираясь потянуть за собой, но не заметила, как в ответ на мои слова его взгляд внезапно изменился. Вместо того чтобы отстраниться, он вцепился в мою руку, а в его глазах вспыхнул опасный огонек.
«Куда?»
«А?»
«К Голдману?»
[Это ещё что за новости?]
[Что с тобой, черт возьми, не так?] С видом полнейшего недоумения я попыталась снова высвободить руку.
«Ах!»
Внезапно он дергает меня за руку, затем перехватывает за плечо...
Рывок.
И не успела я опомниться, как оказалась в его объятиях. Я в замешательстве открыла рот.
[Что, эй, эй, какого черта!]
[Нет, я знала, что он пьян и не в себе, но не ожидала от него такой перемены. Куда делся робкий, кроткий кот? Передо мной был агрессивный зверь.]
[Интересно, это алкоголь так на него влияет?]
[Мне следовало догадаться об этом, как он исподтишка огрызался, то внезапно становился ласковым, то едва заметно изливал свои желания...]
«Не уходи.»
«А?» - спросила я, опешив от голоса, раздавшегося из ниоткуда.
Но вместо ответа он крепко обнял меня, уткнувшись лицом в моё плечо. От его влажного дыхания на моей коже побежали мурашки.
«Нет, просто отпусти меня, давай поговорим...»
«Не уходи.»
«Ладно, ладно, только убери лицо...»
«Не уходи.»
«Да не ухожу я, не бросаю тебя! Просто приди в себя!»
«Правда?»
Он слегка приподнял голову и посмотрел на меня. Было странно и трогательно видеть его взгляд, необычно влажные глаза смотрели с такой надеждой, что у меня дернулись уголки губ.
[Не смотри на меня так, а то я тебя поцелую...]
[Конечно, мне пришлось подавить это желание, ведь если я это сделаю, Рудрик, протрезвев, наверняка будет избегать меня вечно.] Но в то же время я чувствовала легкое разочарование и прочистила горло.
[Какого черта, я что, тоже сейчас пить начну?]
Осознал ли он ту бурю, что бушевала в моей душе, или нет, но Рудрик, не отрывая взгляда, вдруг снова сильно прижал меня к себе. Словно этого было мало, он повалил меня на диван.
«Уф!»
Я издала короткий вскрик. [Эй ты, требовательный зверь! Ты собираешься воспользоваться моей слабостью и подкрасться незаметно? Разве это не самое настоящее пьяное соблазнение? А?! Нет, мы не должны этого делать. Мы всё ещё просто друзья, в конце концов. Что, по-твоему, будет, если такое случится прежде, чем я признаюсь? Конечно, виноват будет Рудрик...хотя дети, похожие на него, были бы очень симпатичными...]
[Может, просто сделать это сегодня...?!]
Когда я уже успела представить наших детей и морально подготовиться, на что ушло меньше трех секунд, внезапно сверху раздался низкий шепот:
«Не встречайся с ним.»
«Э-э, что?»
«Не встречайся с Голдманом и...»
«А?»
Я заикнулась, и Рудрик сжал мою руку. Прежде чем он успел раздавить мне кости, я поспешно закричала:
«Я не буду встречаюсь с ним!»
«... Не надо.»
«Что ещё...»
«Не вступай в помолвку.»
«Ха...»
«...»
«Нет! Не буду! Пожалуйста, перестань! Эй, мне больно!»
Я поморщилась, глядя, как он, услышав мой ответ, медленно разжимает руки. [Поверь мне, Рудрик, сжалься надо мной.]
«Хорошо, я сделаю всё, как ты скажешь. Что ещё ты хочешь, а? Я сделаю для тебя всё, так что почему бы тебе не лечь спать? Может, завтра я что-нибудь придумаю для тебя...»
«Не делай этого.»
«Да, конечно, что-то ещё?»
Поколебавшись, Рудрик снова уронил голову мне на плечи. После долгого молчания он пробормотал надтреснутым голосом:
«...Не люби его.»
Я прикусила язык. Рудрик повторил снова, хрипло:
«Не люби его, пожалуйста.»
«...»
«Далия, я больше не могу видеть, как ты...становишься такой.»
«...»
«Я схожу с ума от одной мысли об этом. Я пытался сдаться, но не могу. Ты в итоге будешь плакать, а я не знаю, как...я смогу...»
«...»
«Что мне делать? Что мне сделать, чтобы ты остановилась? Что мне сделать, чтобы...тебя...»
Голос Рудрика затих. Вскоре воцарилась тишина. Какое-то время мы не разговаривали. Рудрик замер, опустив голову, а я мгновение смотрела в потолок. Внезапно я протянула руку и приподняла его лицо. Оно всё ещё казалось изможденным, а глаза были необычайно красными. Я слабо улыбнулась и промокнула уголки его глаз.
«Ты всё такой же плакса, как и раньше.»
«...»
«Почему ты вечно пытаешься что-то предпринять в одиночку, ещё с самого детства?»
«...»
«Тебе не обязательно это делать.»
«Но...»
Я легонько ущипнула его за щеку.
«Ты не хочешь, чтобы он мне нравился?»
«...»
«Тогда кто, по-твоему, должен мне нравиться?»
«...»
«Ты не можешь мне сказать, и я тоже.»
Рудрик смотрел на меня, всё ещё не понимая, к чему я клоню. Я повернулась к нему и со вздохом рассмеялась.
«Я уже давно твержу: давай сделаем это вместе.»
«...»
«Тебе не нужно справляться одному. Мы можем пройти через это вдвоем.»
«...»
«Давай действовать сообща. Станем чуть смелее и сделаем маленькие шаги навстречу друг другу, и тогда мы оба будем счастливы.»
«...»
«Так что...»
Я вытерла слезы, катившиеся по его щекам.
«Не плачь.»
В то же время я притянула его лицо ближе. А затем легонько поцеловала в открытый лоб. И прошептала, немного грустно, словно обращаясь к самой себе:
«Если ты будешь так плакать, я уже не буду знать, что мне делать.»