Прошло несколько дней с тех пор, как Рудрик пришел в себя.
Заверения врача о том, что он физически здоров и просто спит, оказались правдой, он быстро пошел на поправку.
Внезапный обморок герцога поверг поместье Боузеров в хаос. Кассар и другие командиры дивизий, едва услышав о нападении на Рудрика, в панике помчались в столицу. Они скрежетали зубами, требуя немедленно найти преступника, но Рудрик до самого конца хранил молчание. Он сдержал данное мне обещание.
[…В общем, заклятие было снято случайно, и всё закончилось хорошо. Она передумала накладывать печать и просто ушла…]
Когда Рудрик очнулся, я поспешила объясниться. Мне хотелось поскорее прервать неловкость, возникшую после моего внезапного признания. Он ничего не помнил с того момента, как потерял сознание во время активации печати О’Нил. Я понимала, что он захочет узнать подробности, но ограничилась лишь туманным пересказом, умолчав о том, что произошло в «белом пространстве.»
[Как я могла объяснить ему: «На самом деле, мои регрессии случились из-за того, что ты из прошлого мечтал спасти меня, а разрушить магию удалось, лишь ударив кинжалом в тебя, причину этого замкнутого круга»?]
«…Понятно.»
Рудрик молча кивнул. [Судя по отсутствию вопросов, он действительно ничего не помнил.]
[Вот и славно.]
Я мысленно похлопала себя по груди. [Пусть всё вокруг встало с ног на голову из-за его обморока, главное, что истина, пусть и фрагментарно, осталась между нами.]
Только вернувшись в поместье Аверин и убедившись, что Рудрик окончательно восстановился, я услышала новость:
«Дата уже назначена?»
«Назначена?! О чем ты?!»
Оказалось, речь шла о дне моего отъезда. Джерон Хейворд, принесший эту весть, посмотрел на меня с недоверием.
«Ты ведь сама говорила, что раз вассалы тебя признали, ты хочешь закрепить свои позиции и уехать на учебу как можно скорее?»
«А?»
«Я учитивал твои пожелания и выбрал ближайшую дату. К чему такая реакция? Что-то пошло не так?»
«Ох…»
«Ты ведь ходила к герцогу Боузеру.»
Джерон, который до этого тараторил без умолку, наконец попал в самую точку.
«Я думал, ты идешь сказать ему, что уезжаешь за границу?»
У меня отвисла челюсть.
[Точно!]
[Боже мой, я совсем забыла. Джерон был прав. Изначально я шла к Рудрику после финального совета, чтобы не только поблагодарить, но и объявить о своем решении. Или, если быть точнее, я собиралась обсудить планы на будущее после своего признания…сделать какой-то романтичный жест, проверить, готов ли он меня ждать…]
[Я об этом даже не вспомнила!]
Джерон, заметив выражение моего лица, угрюмо произнес:
«Забыла, да?»
«Ну…типа того…»
«Так зачем ты вообще поперлась к Боузеру и что ты там делала всё это время? Я слышал, что герцог был ранен, но ты будто закрылась там, а теперь вдруг ведешь себя так, будто тебя током ударило…»
Он на мгновение замолчал, словно отчитывая меня за нелепость ситуации. Затем, осознав что-то, он уставился на меня округлившимися глазами.
«Ты ведь не…не призналась ему в любви?!»
«Хе-хе. А мы не можем перенести дату отъезда?
«Эй!»
Видя мою глупую ухмылку, Джерон схватил меня за шиворот и закричал:
«Просто признайся во всём прямо сейчас и пошли!»
В итоге, вопреки желанию Джерона, мне пришлось снова вернуться в поместье Боузеров. Повторяя вчерашний путь, я лихорадочно соображала.
[Я должна что-то сказать.]
[Пусть то признание и было импульсивным, я всё ещё гордилась своими словами: я хотела быть с ним, хотела видеть его каждый день. Перед уходом я даже ляпнула что-то вроде: «Давай сходим на свидание позже?».] От этой фразы у командиров дивизий, ставших свидетелями сцены, едва челюсти не упали.
[У нас будет не свидание, а отношения на расстоянии!]
[Но, как и сказал Джерон, откладывать график было нельзя. Я знала, что должна объясниться, но не представляла, как его убедить.] Я начала обливаться холодным потом, думая: [Неужели это так важно, сколько дней прошло после признания?]
К моему удивлению, Рудрик сам решил проблему.
«Я понимаю.»
Его простой ответ на мое путаное объяснение стал неожиданностью. Я даже растерялась. Несколько раз оглядев его, я пробормотала, пораженная его невозмутимостью:
«И…это всё? Ты больше ничего не хочешь сказать?»
«А что ещё?»
«Как это что?! Мы не увидимся несколько месяцев, в лучшем случае - раз или два раза в год. И тебе совсем нечего сказать? Правда?
«Я этого ожидал.»
«Ожидал?»
На мой недоуменный взгляд Рудрик ответил совершенно спокойно:
«Ты сама говорила мне раньше, что для того, чтобы стать полноправным главой семьи, нужно пройти обучение за границей, не говоря уже о признании вассалов.»
«Я…Я говорила такое?»
«Когда мы были младше.»
Мои глаза расширились.
«Как только совет закончился, я понял, что рано или поздно ты уедешь.»
«И всё же…»
Несмотря на его спокойный голос, я колебалась.
«Ты уверен, что…что ты в порядке? Мы впервые расстаемся надолго…я боюсь, что будет тяжело…»
«Ты ведь не навсегда уезжаешь, верно?»
«Ну да, но…»
«Тогда это не имеет значения. Мы ведь не расстаемся навечно. Я уже говорил тебе это раньше.»
Рудрик добавил негромко:
«Делай то, что должна.»
Внезапно я вспомнила его слова: [Ты нравишься мне больше всего, когда идешь по своему собственному пути]. Рудрик больше ничего не добавил, но я поняла всё, что осталось недосказанным. Стиснув зубы, я не выдержала и крепко обняла его. Я почувствовала, как он вздрогнул, но затем он лишь крепче прижал меня к себе.
«Хватит говорить такие приятные вещи. Прекрати, иначе я снова в тебя влюблюсь.»
«…»
«Спасибо.»
Я подняла на него взгляд и виновато улыбнулась. Рудрик смотрел на меня, ошеломленный. Наши взгляды встретились. В тишине между нами возникла та самая странная атмосфера. Я невольно вздохнула и закрыла глаза.
[Эта атмосфера, этот момент…]
[Это должен быть поцелуй.]
[Поцелуй.] Я изобразила свою самую очаровательную улыбку, не забыв надуть губи. После паузы раздался недоуменный голос Рудрика:
«Что ты делаешь?»
«…»
Я резко открыла глаза, поморщившись от раздражения.
«Ты совсем не умеешь читать обстановку?»
«Что?»
«Ну, момент же был идеальный для поцелуя! Это называется «проявление», чувства…»
«Ха-а…»
Рудрик рассмеялся, но мне было всё равно.
«А теперь давай ещё раз.»
«Далия.»
«Быстрее!»
Он смотрел на меня в замешательстве, а затем, когда я настояла, отвел взгляд. Какое-то время он стоял неподвижно, будто раздумывая, а затем медленно склонил голову.
Чмок.
Он поцеловал меня в щеку. Я скосила глаза и заметила, что кончики его ушей стали ярко-алыми.
«А теперь иди.»
«Не хочу.
«Иди.»
«А может, пойдем приляжем? »
Глядя, как он начинает краснеть уже по-настоящему, я хихикнула. Чем больше он пытался отстраниться, тем сильнее я липла к нему. Мы дурачились, окутанные этой нежной розовой романтики.
Джерон, наблюдавший за этим издалека, лишь пробормотал:
«Вы оба - ходячая катастрофа…»
***
Время пролетело незаметно.
День моего отъезда наступил быстрее, чем я думала. За это короткое время произошло множество событий.
В светских кругах обсуждали развод маркиза Майерса. Я до сих пор не знала, как именно отцу удалось «наказать» моего дядю, но маркиза Майерс лично подала документы на развод. Когда я удивилась этой новости, горничная добавила шепотом:
«Она поймала его на измене.»
«Серьезно?»
«Да. Оказалось, у него есть ребенок от любовницы, и он жил на две семьи.»
[Я всегда знала, что он подлец, но не думала, что настолько грязный. Несмотря на праведное возмущение, в глубине души я была благодарна судьбе. Маркиз сам был виноват в разводе, и теперь Аверин могли со спокойной совестью прекратить любую поддержку его дома.]
[Но отцу, видимо, и этого было мало]. Глядя в бумаги, он мрачно пробормотал:
«Это только начало…»
Я побоялась спрашивать, началом чего именно это было.
В Имперской политике всё шло своим чередом. [Ходили слухи, что здоровье Императора сильно пошатнулось, хотя никто не знал наверняка, правда ли это. Время покажет.]
[И, наконец, о личном.]
«О боже мой!»
Родители узнали о наших отношениях. В последнее время я часто виделась с Рудриком, и среди прислуги неизбежно поползли слухи. Родители засыпали меня вопросами, заглядывая к нам, когда мы были вместе. В конце концов, я решилась. Я взяла Рудрика за руку и объявила:
«Вот так оно и есть.»
А затем, притворно-застенчиво, выпалила:
«Я подарю вам прекрасного внука.»
«О боже!»
«Далия…!»
Испуганный голос Рудрика заставил маму широко улыбнуться.
«Твоя мама тоже хочет внучку, похожую на тебя.»
Рудрик зажмурился, не в силах вымолвить ни слова, а отец лишь сочувственно посмотрел на него.
«Красота - в глазах смотрящего.» - добавил он. «К этому привыкаешь, когда начинаете жить вместе. Оно того стоит.»
[Не знаю, было ли это утешением.] После этого родители продолжали суетиться. Они гадали, когда же мы стали такой парой, почему не обручились раньше и где нам стоит жить после свадьбы. Рудрик был совершенно сбит с толку всем этим восторгом. Для него это было в новинку, но он явно не испытывал неприязни.
«Было ведь неплохо, правда?» - спросила я, когда мы наконец вырвались из цепких объятий моих родителей.
«Ну, в каком-то смысле…»
«Может, повторим как-нибудь?»
«…»
Заметив, как он медленно отводит взгляд, я криво усмехнулась.
«Ладно. Может быть, позже…»
«…?»
«Тогда пойдем вместе поговорим с твоей матерью.»
Рудрик на мгновение замер, его выражение лица было неопределенным, но в конце концов он слабо улыбнулся.
«Давай так и сделаем.»