Рудрик шел по коридорам Императорского дворца. Причина, по которой он примчался в столицу и предстал перед Императором, была проста. Всему виной этот проклятый слух.
[Черт бы всё побрал...]
С того самого момента, как он услышал слухи о помолвке Далии и Голдмана, Рудрик не находил себе места. Получив отчет в своем кабинете ещё днем, он долго пребывал в прострации. Впервые в жизни его охватило такое глубокое отчаяние от собственного бессилия. Он не мог придумать ни одного решения и почти погрузился в состояние полной беспомощности.
Однако прошло немного времени, его горячая голова остыла. В темноте кабинета он смотрел сквозь окно на луну, спокойно собирая мысли воедино. Лишь когда рассвет озарил комнату, он окончательно пришел к выводу:
[Я не поверю в это, пока не увижу своими глазами.]
[Кто-то мог назвать это бегством от реальности, но сейчас это был лучший выбор. Сначала нужно встретиться с Далией. И неважно, уловка это с ревностью или нет, он просто найдет её и спросит, что произошло. Только тогда он сможет принять решение: убить Голдмана или...смириться.] Он не верил ни единому слуху, пока не получал факты из первых рук.
Приняв решение, он обратился к Кассару:
«Как продвигается истребление?»
Рудрик вкратце обрисовал ситуацию на Севере. К счастью, ближайшие окрестности города и опасные зоны были зачищены, остальное же находилось либо на окраинах, либо глубоко в ядре.
[Сейчас самое время.]
Перед тем как углубляться в центр, рыцарям требовалась передышка и пополнение запасов. [Командиры дивизий справятся с зачисткой мелких участков и без него. А поскольку сам Император отдал приказ об уничтожении монстров, Рудрик решил, что обязан явиться с промежуточным докладом.]
[Отличный предлог.]
Дав Кассару инструкции и передав временное командование, он направился прямиком в зал с порталом. К счастью, та женщина научила его пользоваться им самостоятельно. Встав на платформу, сложными знаками, он влил в неё свою ауру. Миг колебания, и декорации перед глазами мгновенно сменились. Не тратя времени даже на приветствие дворецкого, он сразу отправился во дворец.
[Я задержусь в столице на какое-то время.] - подумал он.
Император был слегка удивлен его внезапным появлением, но быстро поверил, что герцог прибыл с отчетом. Рудрик посвятил его в детали похода: прогресс оказался быстрее ожидаемого, и теперь, перед решающим броском, нужно заново организовать силы.
Однако реакция Императора была странной.
«Хм, это проблема...»
Рудрик нахмурился. О походе Император почти не спрашивал, но стоило Рудрику сказать:
«Я останусь в столице на неопределенный срок.» - как монарх заметно занервничал.
И это было не всё. Император, прикрываясь заботой, выдал свои истинные намерения:
«Конечно, реорганизация, это хорошо, но я хочу, чтобы ты закончил истребление и стабилизировал Север как можно скорее.»
«...»
«Я не хочу, чтобы хозяин Севера отсутствовал слишком долго, мало ли что может случиться за это время.»
Короче говоря, его возвращали обратно на Север при первой же возможности. В итоге Рудрик ушел, не дав прямого ответа, но его лицо было мрачнее тучи.
[Что он замышляет?]
Помимо планов самого Рудрика остаться в столице, поведение Императора было явно подозрительным. [Он не спрашивал подробностей похода, словно его это не интересовало, но стоило Рудрику появиться здесь, как он тут же потребовал вернуться к мечу. Определенно, у него был козырь в рукаве, но сейчас трудно было сказать, какой именно. В конце концов, Рудрик давно не был в столице и не знал последних новостей.]
Он ускорил шаг. [Дел оказалось больше, чем он предполагал. Нужно увидеть Далию, услышать её версию, собрать информацию, выяснить планы Императора...]
«Да здравствует мой сын!»
Но он не смог пройти дальше. Внезапный шум заставил его обернуться, и он замер на месте. Там, за углом, были люди, которых он знал.
[Герцог Голдман и...]
Ривер Голдман.
Как только он понял, кто это, Рудрик спрятался за стеной. Те были поглощены разговором. Вернее, герцог Голдман вовсю расхваливал сына.
«Все эти годы ты был каким-то хлюпиком, но наконец-то повзрослел. Начинаешь вести себя как истинный Голдман.»
«Вы мне льстите.»
«Ничуть! Я правда удивлен. Когда ты начал вести эту игру? Даже когда ты уезжал на Север, ты и виду не подал, хотя я просил тебя соблазнить леди.»
[...Что?!] Рудрик был ошеломлен. Тем временем возбужденный голос герцога Голдмана продолжалcя:
«И всё же, ты облегчил мне задачу. Ходят слухи, что леди Аверин без ума от тебя. При таких темпах помолвка не за горами.»
«...»
«Конечно, Далия Аверин не унаследует герцогство, но как единственная дочь она получит огромное состояние. Ты ведь понимаешь, насколько важна твоя роль?»
«...»
«Ривер?»
После долгой паузы голос Ривера Голдмана дрогнул:
«...Я знаю.»
«Вот и славно. Если ты не такой умный, как твой брат, используй свою внешность. По крайней мере, тебе досталась красота матери.»
«...»
«Держись за неё крепче. Помни, всё богатство леди пойдет на благо нашего дома.»
«...»
«А ведь когда-то ты был таким дураком, бегал за какой-то горничной...»
Герцог наговорил ещё много чего. Вся эта история была омерзительной. Как отец, растивший единственного наследника, по его мнению, герцог Голдман наставлял сына, что Далию нужно баловать, быть нежным, но доминировать, а иногда и «показать когти».
Чем дольше говорил герцог, тем сильнее сжимались кулаки Рудрика. Когда его терпение было на исходе, старший Голдман понизил голос:
«...Но ты должен быть уверен наверняка, ведь никогда не знаешь, когда эти торговцы снова передумают.»
«Отец, о чем вы...»
«Возьми это.»
Внезапно герцог вытащил что-то. Он вложил это в руку сына и прошептал:
«Приручи её побыстрее, чтобы она не вздумала сбежать.»
***
Вскоре герцог ушел. Ривер Голдман ещё долго не двигался с места. Он стоял, глядя на то, что отец вложил ему в руку, а затем медленно шел вперед. Он шел бесцельно, словно в трансе, всё глубже и глубже в пустынную часть дворца. Когда он наконец оказался в безлюдном месте...
Бам!
«Угх...!»
Рудрик напал сзади. Схватив Ривера Голдмана за шиворот, Рудрик с силой приложил его к стене. Голдман стиснул зубы от резкого удара, но прежде чем он успел среагировать, Рудрик перехватил его руку. Ту самую руку, в которую герцог вложил подарок.
Рудрик заглянул в разжатую ладонь Голдмана и скрипнул зубами. Там был маленький пузырек.
«Ты спятил. Ты совсем обезумел.»
«...»
«Я должен был понять это ещё тогда, когда ты угрожал мне Далией, но ты оказался ещё страшнее, чем я думал.»
«Я не...!»
Голдман попытался повернуть голову, чтобы защититься, но Рудрик лишь сильнее сжал его горло. Сквозь хрип Рудрик заговорил мрачно:
«Что ты собирался с этим делать? Хотел провернуть что-то грязное, как советовал твой отец?»
«Это недоразумение...»
«Какое ещеёнедоразумение?! Ты пытался опоить её наркотиком? Или это тебе приказали строить козни на Севере? Или это...твоя помолвка?»
«...!»
Увидев, как расширились глаза противника, Рудрик произнес с горькой усмешкой:
«Я был дураком, раз поверил тебе. Ты прикинулся честным, и я думал, что у меня есть время. Я и не подозревал, что за моей спиной ты плетешь такие интриги.»
«...Что?»
«Ну как, весело было смотреть, как я мечусь, обманутый твоей ложью?»
«Погоди, что за...»
«Удивительно, как тебе вообще удалось заставить её заговорить о помолвке. Откуда в тебе такая уверенность, что тебя не раскроют? Или ты настолько стал сыном своего отца, что лишился последней капли совести?»
«...!»
Голдман, до этого смотревший в замешательстве, внезапно застыл. Он мгновение сверлил Рудрика взглядом, а затем спросил низким голосом:
«Разве леди тебе ничего не сказала?»
«Что?»
Рудрик нахмурился, и вдруг в глазах Голдмана промелькнула тень издевки.
«...!»
Поймав момент, Голдман выскользнул из захвата. Он потер покрасневшее горло и заговорил с язвительной ухмылкой:
«Раз она тебе не сказала, значит, ты не достоин леди.»
«Ах ты подонок...»
«Давай признаем правду: она промолчала не потому, что доверяет тебе, верно? Ты опоздал, потому что только и делал, что терзался сомнениями.»
«...Что?»
Рудрик нахмурился, не понимая резкой смены поведения. Внезапно Голдман поднял руку. Рудрик инстинктивно схватился за меч, но Ривер сделал другое. Он швырнул пузырек в окно.
«Не знаю, насколько низким ты меня считаешь, но я знаю, что это неправильно. И я не собираюсь этого делать.»
«...»
«Но сколько бы я тебе ни твердил, ты слышишь только то, что хочешь. В этом ты очень похож на моего отца, не так ли? Никого не слушаешь, а когда ситуация выходит из-под контроля, просто машешь кулаками.»
«...»
«Я разочарован. Ты даже не пытаешься разобраться в ситуации, прежде чем нападать. Неужели ты настолько ограничен?»
Рудрик молча сверлил Голдмана взглядом, а тот стоял непоколебимо. На мгновение между ними вспыхнула яростная битва нервов. Но Голдман первым отвел взгляд, покачнувшись, словно от головокружения. Он схватился за голову и пробормотал с тяжелым вздохом:
«Мне действительно жаль леди. Она заслуживает гораздо большего...Я и раньше не мог быть с ней честен, а теперь она ввязалась в это...»
«...»
«В любом случае, я не собираюсь рассказывать тебе подробности. Если так хочешь знать, спроси у самой леди.»
«Что за чушь...»
«И если ты продолжишь в том же духе...»
Голдман замялся. Он открыл рот, словно сомневаясь, а затем бросил на ходу:
«Я могу передумать и действительно увести её у тебя.»
«Что?!»
Но он не ответил, просто ушел прочь. Рудрик в изумлении смотрел вслед быстро удаляющемуся Голдману. Не в силах осознать услышанное, он простоял ещё мгновение, прежде чем воскликнуть:
«Ты что, совсем с ума сошел?!»