— Спасти, да?
Я посмотрел на неё с презрением.
Ей было легко говорить. Но то, что она говорила, было абсурдно (и неправильно), и было слишком поздно что-либо с этим делать.
Теперь, когда жители деревни освобождены, бедная деревня как будто исчезла с карты. Ну, это ещё не было известно публично.
Если станет известно, что жители бедной деревни освобождены, начнётся настоящий ад.
— Я буду много учиться, совершенствовать свою магию и точно превращу бедную деревню в прекрасную!
Она посмотрела на меня свирепыми глазами.
Она всё ещё ничего не знала об этом. Однако было бы трудно создать хорошую деревню из деревни, которой не существовало. В любом случае, продолжай в том же духе, Лиз Кэтер.
— Сделать из неё светлое место, полное улыбок.
Однако теперь это была заброшенная деревня.
Меня не интересовало, что она хотела сказать, но Лиз Кэтер продолжала говорить, и я некоторое время прислушивался к её идеализму.
Она ходила справа налево, говоря, что не хочет, чтобы кто-то страдал, что она хочет построить деревню, где люди могли бы очистить свои сердца, и прочую подобную чушь.
Она была из тех людей, которые понимают ценность счастья, потому что сама страдала.
Чем больше я с ней разговаривал, тем больше не мог понять, как она могла быть такой невинной. В самом деле, как она могла быть такой оптимистичной?
И всё же, почему это меня так сильно раздражало?
— Хватит ли у тебя смелости в одиночку отправиться в деревню с самым высоким уровнем преступности?
Я прервал её и заговорил громче.
— Что?
— Если ты действительно заботишься о нашем счастье, можешь ли ты позволить себе это?
— Но я ещё не готова...
— Ты всегда так говоришь, но ничего не делаешь. Всё дело в твоём эго. Почему бы тебе не пойти в бедную деревню и прямо не спросить жителей, чего они хотят?
Я видел, как она вздрогнула от моих слов.
Возможно, я слишком сильно на неё надавил, но она была слишком безвольной, чтобы расстроиться из-за нескольких резких слов мальчика младше её.
Я не был убеждён, что Алисии не нравилась Лиз Кэтер. На самом деле, я думаю, что она была незаменима для неё.
Но для меня она была просто препятствием. Она может делать всё, что захочет, но она не должна стоять на пути человека, которого я обожаю.
Что ж, если Лиз Кэтер делала всё, что хотела, эта страна может быть уничтожена.
Кроме того, как уже говорил Дюк, она нужна им в качестве рычага давления. Так что я не должен заставлять её чувствовать себя из-за этого ещё хуже, чем она уже чувствует.
— Ну, знаешь, тебе не нужно беспокоиться об этом сейчас.
— ...Что ты имеешь в виду?
Лиз Кэтер уставилась на меня, приподняв брови.
— Потому что той деревни больше нет.
— Нет?
— Да, нет. Так что тебе больше не нужно беспокоиться об этом. ...У тебя на одну ношу меньше.
Я почувствовал дискомфорт, даже когда произнёс это. Но, ну, сейчас я должен, по крайней мере, быть чуть нежным.
— Тогда что случилось с жителями деревни? Где они сейчас?
Почему тебя так заинтересовала бедная деревня? Может быть, она проводила много исследований самостоятельно, без моего ведома.
Что ж, для этого было слишком поздно.
Если бы кто-то решил проблему первым, независимо от того, как усердно работали другие, результаты не были бы признаны. Это было бы похоже на то, как исследователь или учёный создаёт лекарство.
Конечно, только тот, кто первым изобрёл его, будет удостоен чести.