Контент удален!

1 - 23

— С Хан Чжи Хуном. Кто он вам?

От вопроса И Хона Тан А вздрогнула и отстранилась.

— Х-Хан… Чжи Хуна… откуда вы… знаете?

Знаю, знаю. Даже мне самой этот вопрос показался слишком подозрительным.

Но иначе она не могла.

Ведь Хан Чжи Хун — это вот кто.

«На самом деле мне нравился другой человек. Не вы, господин директор, а Хан Чжи Хун»

Тот самый Хан Чжи Хун, что играет в этом признании роль «Хан Чжи Хуна». (Признаться ему она, конечно, пыталась, но не вышло.)

Словом, первопричина всей нынешней заварушки.

— Я только что видел, как вы разговаривали в комнате отдыха. Вы дурачились — вы с ним близки?

— А, м-мы пришли в компанию в один год. Но у него есть невеста. Юн Со. Юн Со, она со мной в одной команде. Мы втроём пришли одновременно. А я так, камешек, который между ними затесался.

Чёрт. Объяснила как попало.

И чего я так разволновалась? Всё равно никто не знал, что у меня на душе, и выдать меня некому.

Сама себя и выдам, глупая.

— А, вот оно что. Слава богу. А я-то уж подумал.

Словно на самом деле его это и не интересовало, И Хон снова крепко её обнял.

Нет, ну что за человек. Вот так взять и обнять.

Но, слава богу, директор так увлёкся своими чувствами, что, похоже, совсем не заметил, как я запиналась.

Может, потому, что она успокоилась у него в объятиях.

Почему-то в его объятиях было так уютно и тепло.

Плечи у нашего директора широкие, грудь тёплая.

Когда она уже начала думать «а правильно ли вот так стоять?», возле запасного выхода послышались чьи-то шаги.

Ах да. Мы же на работе.

К тому же мне надо повстречаться с директором в меру и расстаться.

Что я вообще делаю?

Опомнившись, Тан А поспешно отступила.

— Ну, перерыв закончился, я пойду работать.

И Тан А умчалась.

Так и оставшись с раскрытыми для объятий руками, И Хон усмехнулся и сунул руки в карманы.

— …

Хан Чжи Хун.

У него есть невеста, а он так приветливо улыбается другой женщине?

Да ещё моей?

Не будь у Чжи Хуна невесты, И Хон бы досконально выяснил, не интересуется ли тот Тан А.

Моя маленькая, милая, драгоценная девушка.

Так жалко кому-то её показывать.

Всё-таки надо было сразу жениться.

— В карман ведь не положишь…

Стоп.

А почему нет?

* * *

— Итак, перед вами карман.

Карман — не просто место для хранения вещей.

Это граница, которая вмещает, защищает и отделяет внутреннее от внешнего.

Сложите ладони — и они тоже станут карманом.

Биологические структуры, например желудок, тоже работают как карманы.

Как и душа, которая хранит чувства и воспоминания.

Это понятие можно расширить.

Дом — карман, в котором умещается жизнь.

Город — карман, в котором живут человек и общество.

Государство — карман как структура, которая поддерживает порядок.

А вселенная!

Это в буквальном смысле карман карманов.

Она вмещает всё и ничего не отдаёт обратно.

Особенно чёрные дыры: они поглощают и форму, и имя, и время и так и хранят их в себе.

В конечном счёте карман — это граница, которая образуется там, где существую я.

То есть эта граница зависит от того, как именно её создаю я!

«Браво! Браво!» Речь И Хона встретили бурными аплодисментами, и на этом совещание руководства закончилось.

То Хён пошёл следом за И Хоном.

— Господин директор, вы сегодня прекрасно выступили.

— Хм. Правда?

— Только почему вы посреди анализа коэффициента задолженности и денежных потоков вдруг заговорили о карманах…

— Ну, видимо, хотел сказать, что суть кармана зависит от того, как я его определю.

— Так что это вообще значит, и зачем непременно на совещании такую демаго…

И Хон остановился, и То Хён вздрогнул.

— Д-демагогией — я вовсе не это хотел сказать…

— На сегодня всё, я ухожу.

— Что? Сейчас пять часов.

— Теперь я буду уходить в это время. Имейте в виду, секретарь Кан, и тоже уходите.

— Что-о? А как же работа?

Говоря так, То Хён тем не менее достал из ежедневника снимок из «Мгновения в четырёх кадрах» и протянул ему.

— Что это?

— Не могу не поощрить. Уйти с работы пораньше — высшая добродетель, разве нет? Скорее идите домой. Всё остальное я доделаю сам.

Теперь уж не до тревог за нашего трудного ребёнка.

Раз уж так вышло, надо, похоже, насладиться ранним уходом с работы.

То Хён тут же нажал кнопку лифта и поклонился И Хону.

Войдя в лифт, И Хон сверкнул глазами.

Отныне весь мир — мой огромный карман.

И я иду, Ли Тан А, чтобы положить тебя в свой карман.

И Хон горячо стиснул в руке фотографию Тан А.

* * *

— Господин директор!

Запыхавшись, Тан А остановилась перед И Хоном.

Глядя на И Хона, безупречного даже в конце рабочего дня, она не могла понять, отчего так колотится сердце: оттого ли, что она бежала от самого холла, оттого ли, что будто встретила на улице красавца, или оттого, что он ей нравится.

— Д-долго ждали?

— Оказывается, бывают дни, когда даже вы, госпожа Ли Тан А, не уходите ровно в шесть.

Он посмотрел на часы.

Об ужине они не договаривались, но директор прислал ей сообщение, что с шести будет ждать её, чтобы уйти вместе.

Чувствуя себя виноватой за то, что заставила его ждать, Тан А невольно сложила ладони.

— Простите. Знаменитость, которая снимается в рекламе нашей компании, натворила дел, и мы разгребали последствия.

— Ничего страшного.

Как это ничего страшного, если вы прождали два часа? Я бы на вашем месте давно поехала домой, уплетала бы жареную курочку и почти досмотрела бы серию дорамы на «Нетфликсе».

Но в том, что он так долго ждал, была виновата всё-таки она.

«Господин директор, я, кажется, задержусь минут на тридцать». «Задержусь минут на двадцать». «Минут на десять». В итоге она так его и не отпустила.

Кто же знал, что я задержусь на два часа.

С самого начала надо было сказать, чтобы он ехал.

Сказать директору «я сегодня задержусь, поезжайте без меня» у неё пока не хватало смелости.

Видно, он подумал ровно о том же: посмотрел на неё и улыбнулся.

— Вам жаль?

— А мне-то за что? Я же вашей семье работу делала.

Вдруг взгляд И Хона стал каким-то недобрым.

Перегнула палку.

— Ш-шучу.

— Мне и ваш юмор нравится — потому я с вами и встречаюсь. Даже если вам не жаль, что опоздали, сделайте вид, что жаль.

— Ну, тогда, может, немножко извиниться… Это тоже шутка…

— Не надо каждый раз пояснять.

Но шутить так нагло с директором — у меня же поджилки трясутся. Кажется, он вот-вот переменится, понимаете?

Но она должна была справиться.

Нужно поскорее освоиться, чтобы прямиком дойти до расставания.

Беда была в том, что ей до сих пор не верилось, что директор — её парень.

— Ну что ж.

Он раскрыл руки, словно приглашая её в объятия.

— Вы же сказали, что вам жаль. Надо наградить парня, который ждал без единого слова упрёка.

Она, как заворожённая, уже было потянулась к нему, но вовремя опомнилась.

Странное чувство, будто мы слишком быстро продвигаемся.

Но до какого предела заходить?

Я рассчитала только, как повстречаться в меру и расстаться. О том, как далеко заходить, даже не подумала.

Если так и дальше пойдёт, план сорвётся.

Я, как убеждённая «J» 1, которая всё планирует (по собственному заявлению), если план рушится, потом долго не могу прийти в себя.

1 J — в типологии личности MBTI тип, склонный всё планировать заранее и держаться плана.

— Э-это, мы ведь уже… это сделали? — уклончиво протянула она.

— А что мы сделали?

— Ну, это, обнимались…

— Мы? Когда это было?

— Ну как, только что, у запасного выхода…

— Чтобы вспомнить, надо бы воспроизвести.

— Ха, такой избитый приём на меня не действует.

— Не действует? А я думал, что действую на вас.

И Хон приуныл.

Нельзя поддаваться, когда у него такое лицо.

(Демон: Не поддавайся. Это же просто игра. Пни его по голени и уходи. Покажи ему средний палец, говорю.)

(Ангел: Как можно не поддаться такому лицу? Обними его немедленно. Прижми, обними, пощупай, почувствуй, распробуй. Ускорь события и забери директора себе!)

Кажется, ангел и демон поменялись ролями, нет?

— Господин директор, держите себя в руках. Мы перед офисом.

— Почему? Вам за меня стыдно?

Да разве такое возможно?

— А тогда вообще в офисе было.

— Т-там никто не видел…

— Значит, там, где никто не видит, можно?

— Н-ну, выходит, так…

— Садитесь.

— А, есть…

Она повернула голову — а там стоит «Роллс-Ройс»!

На миг ей захотелось спросить, сколько же у него машин, но желание тут же унеслось, как ветер.

Потому что, едва они сели в машину, он раскрыл руки, словно прося поскорее его обнять.

Такой здоровяк — а канючит.

Но он всё-таки два часа ждал — сделать вид, что не замечаешь, было бы бесчеловечно.

— Кхм. Тогда воспроизведём чуть-чуть.

Его лицо мгновенно просияло. Милый.

— Э-э, нет, вам самому подходить нельзя. Я же сказала — чуть-чуть.

— Тогда так.

И Хон заложил руки за спину, встав по стойке «вольно».

— Так годится?

Ну-ну, так хочет со мной обниматься, что старается изо всех сил.

Она подошла и легонько прислонилась головой к его груди. Когда она обвила его руками, И Хон взял её за руку, притянул ещё ближе и крепко прижал её голову к себе.

— Это нечестно.

— Чего только я сейчас не сделаю.

Она рассмеялась, и он ласково похлопал её по спине.

— Вы сегодня хорошо потрудились.

Не отсюда ли пошла поговорка о том, что за трудами всегда приходит радость?

Дневная усталость растаяла, как снег, у его тёплой груди.

1 - 1 29.10.26
1 - 2 29.10.26
1 - 3 29.10.26
1 - 4 29.10.26
1 - 5 29.10.26
1 - 6 29.10.26
1 - 7 29.10.26
1 - 8 29.10.26
1 - 9 29.10.26
1 - 10 29.10.26
1 - 11 05.11.26
1 - 12 05.11.26
1 - 13 05.11.26
1 - 14 05.11.26
1 - 15 05.11.26
1 - 16 12.11.26
1 - 17 12.11.26
1 - 18 12.11.26
1 - 19 12.11.26
1 - 20 12.11.26
1 - 21 новое 19.11.26
1 - 22 новое 19.11.26
1 - 23 новое 19.11.26
1 - 24 новое 19.11.26
1 - 25 новое 19.11.26