Зачем возиться с этой, если есть временные линии и получше.
— Правда? С трудом представляю.
Он ответил безучастно. В конце концов, пусть это и разные моменты времени, но это был один и тот же он, поэтому он знал, что собирается делать его прошлая версия.
Выбрав на всём песчаном пляже самую лучшую песчинку, всё остальное он уничтожит. Словно этого никогда и не существовало. А значит, шестьдесят две тысячи пятьсот семьдесят первая временная линия, то есть он в настоящем, исчезнет. Ведь будущего, не выбранного прошлым, не может существовать.
Ему не было жаль. Он доверял решению другой своей версии. Однако его охватило любопытство.
— Каковы результаты?
Что ж… В двух тысячах двухстах тридцати восьми случаях рассудок Ю И Рэ не выдержал. В пятидесяти девяти тысячах восьмистах шестидесяти четырёх случаях она не сломалась, но и хорошего мало. Как в этой временной линии.
— А остальные четыреста шестьдесят девять?
Либо худшие, либо необычные.
«Худшие» он мог легко себе представить. Его заинтересовали необычные.
— Что значит «необычные»?
Есть «я», который стал её дворецким и служит ей как госпоже. Есть «я», для которого Ю И Рэ стала хозяйкой. Есть «я», который стал её домашним котом. И она даже не знает, что её любимый котик по ночам превращается в человека и вытворяет с ней всякое, пока она спит. А, есть и «я», которого убила Ю И Рэ.
— Я умер от руки Ю И Рэ?
Он представил себе свои другие версии.
Тот, кого Ю И Рэ любит; тот, кто ей служит; тот, кого она боится; тот, кто её топчет; тот, кто ей покоряется; тот, кто с ней враждует; тот, кто принимает смерть от её руки…
— Жаль, что не увижу.
Можно ли сказать, что это было досадно, как уходить с фестиваля, оставляя позади грандиозный фейерверк? В то же время ему было любопытно, какую же единственную песчинку его прошлое «я» в итоге зажмёт в кулаке, перерыв весь пляж.
— Что ж, успехов.
Он попрощался с глазом в ночном небе. Зрачок, круглый, как полная луна, начал сужаться. Эта картина, словно мир закрывал глаза, напоминала о конце света. И это действительно был конец света. Ведь временная линия, за которой не наблюдают, исчезнет.
Это станет тем, чего «не было».
Он подошёл к женщине, спавшей безмятежным сном, и обнял её маленькое тело. Когда они откроют глаза, они будут вместе. В той самой лучшей форме, которую он выбрал.
Эпилог
— Йо Хан?
От голоса, позвавшего его, он открыл глаза. Ю И Рэ с беспокойством махала ладонью у него перед лицом.
— Да, дорогая.
— Ты закрыл глаза, я уж подумала, ты уснул. Если устал, иди в кровать. Не спи сидя на диване, это неудобно.
— Я не спал. Просто кое-что из прошлого вспомнил.
— Из прошлого?
Ю И Рэ тут же проявила интерес. Но это было недолго — как только из телевизора раздался звук, она снова повернулась к нему. То, как она смотрела, широко раскрыв глаза и с серьёзным лицом сосредоточившись на экране, было очень мило.
— Так интересно?
— Поговорим потом. Сейчас важный момент.
Ю И Рэ решительно выставила руку, словно говоря, чтобы он не мешал.
Он послушно ждал. И только убедившись, что её профиль, полностью поглощённый экраном, расслабился, он заговорил:
— Теперь можно с тобой поговорить?
— Да. Прошло.
— О чём там было?
— Главная героиня наконец-то узнала истинную сущность своего парня. Оказалось, что он притворялся джентльменом, а за спиной поднимал на неё руку, мразь последняя!
— Похоже, парень — не главный герой.
— Конечно нет! Бить женщину. Он не годится на роль главного героя. И он не просто толкнул её, а ударил по щеке вот так, словно клюшкой для гольфа наотмашь!
Он почистил мандарин и вложил его в рот разгорячённо объясняющей Ю И Рэ. Она, жуя маленьким ротиком, продолжала щебетать о том, какой плохой этот парень, который был всего лишь вымышленным персонажем, а не реальным человеком.
— Йо Хан, ты никогда не должен так поступать. Понял?
— Угу. Хочешь ещё одну?
Когда он протянул ей почищенный мандарин, Ю И Рэ кивнула. При этом она, глядя на мандарин, который он почистил, высказала своё мнение:
— Мог бы и убрать эти белые штучки.
— Но говорят, что в этих сетчатых волокнах много питательных веществ, их надо есть.
— Они невкусные.
Ю И Рэ всё-таки сняла альбедо и засунула в рот одну лишь мякоть.
— Правда, не становись похожим на того парня. Если я замечу хоть малейший намёк, я сбегу.
— Хорошо. Я ведь обещал, что больше никогда не буду тебя мучить.
Добившись от него твёрдого ответа, Ю И Рэ расслабилась и снова начала смотреть дораму. В дораме появился уже другой актёр, который ссорился с главной героиней.
— Это главный герой?
— Да. Но он тоже, хоть и не так, как её парень, но какой-то жутковатый.
— Почему?
— Ну, если вкратце, то главный герой и главная героиня в прошлой жизни были врагами. Они сражались, чтобы защитить свои страны, и в итоге погибли вместе, совершив что-то вроде двойного самоубийства. И, кажется, главная героиня скоро вспомнит свою прошлую жизнь и узнает об этом.
— Хм-м. Двойное самоубийство. Ностальгия.
— О чём вы?
— Мы с тобой тоже когда-то совершили двойное самоубийство.
Ю И Рэ, положив в рот дольку мандарина, посмотрела на него взглядом, который говорил: «Опять начинается этот бред». И всё же она подыграла ему.
— Почему? Чтобы защитить свои страны, как главные герои той дорамы?
— Это я оставлю на твоё воображение.
— А не потому, что вы ляпнули, не подумав, и теперь не можете выкрутиться? Пытаетесь на ходу что-то придумать, а мозг не работает и ничего не приходит в голову. На, господин Йо Хан, тоже съешь.
Разминая в маленьких ручках новый мандарин, Ю И Рэ почистила его и протянула ему. Это была её привычка — она говорила, что чем больше мучить мандарин, тем слаще он становится. Хотя он был уже полностью созревшим и его сладость была предопределена, и от простого разминания химический состав вряд ли изменится, он и сам с некоторых пор стал подражать ей в этом бессмысленном занятии.
— Спасибо, вкусно.
— Кажется, Ниа хорошо выбирает мандарины. Эти очень вкусные. Так каковы были ваши впечатления от двойного самоубийства с Ю И Рэ в прошлой жизни, господин Го Йо Хан?
Ю И Рэ, взяв в руку ещё один мандарин, видимо, собираясь съесть и его, внезапно задала вопрос, как журналист на интервью. Он проглотил мякоть во рту и охотно ответил:
— Мне не не понравилось.
— Почему же?
— Потому что перед смертью ты меня обняла.
— Что ещё за выдумки.
Нахмурившись, Ю И Рэ отвернулась к телевизору с таким видом, будто всё веселье испарилось. Но дорама уже закончилась, и на экране шли финальные титры с нарезкой сцен. Он взял пульт.
— А теперь поиграй со мной.
— Эм-м… скоро начнётся моё любимое развлекательное шоу…
— Играть со мной будет веселее, чем смотреть это шоу.
— А что мы будем делать?..
— Ты же знаешь.
Лицо Ю И Рэ покраснело. Он улыбнулся и поднял её на руки.
Наконец-то в его руках оказался лучший из вариантов. Та самая, единственная песчинка, которую он нашёл, перерыв весь песчаный пляж.
Они будут жить счастливо. Вечно.
