Контент удален!

Что же это было?

Рассеянно размышляла Ка Он. Она думала, что весенние дожди полностью прекратились, когда погода прояснилась, но вот уже несколько дней дождь то начинался, то стихал. Для весеннего дождя он был слишком сильным и затяжным. Вполне в духе капризной погоды Пэгамдо. Весь день особняк стоял пропитанный сыростью.

Наверное, у него что-то лежало в кармане.

Ка Он изо всех сил старалась мыслить позитивно и успокаивать себя. Произошло нечто грандиозное, но при этом совершенно неизведанное, то, что она не могла до конца осмыслить. Это пугало и тревожило даже больше, чем находка дохлой крысы.

Ка Он рассеянным жестом скользнула рукой по цветам в саду. В последнее время, стоило дождю хоть ненадолго прекратиться, она обходила особняк и сад. Искала, не найдётся ли ещё один труп.

Чем больше улик она соберёт, тем лучше. Если доказательств накопится столько, что отпираться станет невозможно, даже благоволящий к Ким Чу Ён Пэк Чон Хак будет вынужден выгнать её из особняка.

Неизвестно, когда дядя снова уедет на материк, но ей хотелось довести это дело до конца, пока он оставался на Пэгамдо.

Длинный, твёрдый и огромный.

Конечно, хотя она и бродила по саду, в мыслях Ка Он раз за разом возвращалась к тому, как несколько дней назад оказалась в объятиях Чха Тхэ Гёна. Было бы славно, окажись это лишь обыденной случайностью: она на мгновение потеряла равновесие, а он просто её поймал.

Но ощущение от того, на что она оперлась поверх правого бедра мужчины, было слишком живым и неоспоримым.

— Мне-то, конечно, нравится.

Стоило в памяти всплыть низкому голосу этого наглеца, как Ка Он замерла на месте.

Воздух показался ещё более сырым и удушливым. Как было бы здорово, брось она прямо в эту наглую физиономию: А мне — нет! Но в следующее мгновение Ка Он, сама того не ожидая, от жуткого смущения поспешно оттолкнула мужчину. И в панике сбежала. Не нужно было никого спрашивать, чтобы понять, что её бледное лицо тогда запылало красным. Один только этот поступок показывал, что инцидент был далеко не рядовым.

Следующие несколько дней Ка Он с Чха Тхэ Гёном не пересекалась.

Она намеренно не попадалась ему на глаза, а он не искал с ней встреч, так что можно было смело считать, что они избегали друг друга.

Он был явно не обычным.

Ка Он попыталась прикинуть примерную толщину того, что ощутила, и обхватила пустоту рукой. Длины она не знала. Если бы она пошарила рукой ниже, чтобы измерить ещё и длину, Чха Тхэ Гён точно мог бы засудить её за сексуальные домогательства. Его словесные приставания по сравнению с этим показались бы сущей мелочью.

Судя по одной только толщине, Ка Он поняла, что между ног у Чха Тхэ Гёна болтается нечто колоссальное, далеко превосходящее любые «обычные размеры».

Как ветка?

Она обхватила рукой толстую ветку сосны. Кажется, он был даже толще этой ветки, едва помещавшейся в ладони.

Пэк Ка Он не была девственно-невежественна в вопросах секса. Девочке, запертой на острове с четырнадцати лет, было крайне сложно узнать что-либо о плотских утехах, однако она росла в весьма специфических условиях.

Пэк Чон Хак одно время увлекался старинными изданиями, и во внутренней библиотеке особняка скопились стопки редких фолиантов. Среди них внимание Ка Он больше всего привлекли причудливые книги об эстетизме конца девятнадцатого века. Те самые книги с истёртыми кожаными обложками, от которых исходил затхлый запах. Из них она и узнала обо всевозможных извращениях и девиантной сексуальной культуре.

Мужские члены в порнографии, которую она тогда читала, обычно были такой толщины, что помещались в кулаке, и Ка Он полагала, что всё, что толще — лишь художественное преувеличение. Поэтому ей не верилось, что мужской член, который она впервые в жизни нащупала вживую, оказался таким монстром.

Словно помешавшись, постоянно думать о теле Чха Тхэ Гёна было в высшей степени извращённо. Но разве любой другой, ощутив нечто подобное, не изнывал бы от такого же пошлого любопытства?

— Ка Он.

От внезапно раздавшегося голоса молодого мужчины Ка Он вздрогнула и резко выпрямилась. Сжимать в руке сосновую ветку не было преступлением, но её сердце всё равно испуганно ёкнуло.

Посреди сада высился мужчина в одежде гостя, только что прибывшего на остров. В строгом костюме, который совершенно не подходил этому месту.

Задыхаясь в душном, влажном воздухе, мужчина ослабил галстук и улыбнулся.

— Давно не виделись.

— Господин адвокат...

Ка Он, на мгновение решившая, что это Чха Тхэ Гён, с облегчением выдохнула. А потом нахмурилась от собственной нелепости.

— Чего так пугаешься? Я же говорил, что загляну в этом месяце.

Мужчина подошёл ближе, расплываясь в улыбке. Это был адвокат Хан Чжун Сок, один из тех, кто управлял имуществом их семьи.

— Не думала, что вы приедете так быстро.

Он стал адвокатом Пэк Чон Хака не так давно, будучи ещё совсем молодым для этого — в тридцать пять лет. Тем не менее, он сблизился с Ка Он куда быстрее предыдущих адвокатов. Настолько он был общительным и пронырливым.

А главное, он проявлял к Ка Он большой интерес. Похожий на тот интерес, который исходил от Чха Тхэ Гёна.

И взгляды, которые он на неё бросал, были донельзя нечистыми. В тот день, когда Чха Тхэ Гён проявил к ней внимание, Ка Он вдруг вспомнила про Хан Чжун Сока. Как раз тогда она придумала, о чём его попросить, и позвонила по домашнему телефону особняка. Чжун Сок с радостью согласился выполнить просьбу.

— О чём ты так глубоко задумалась, что не слышала, как я тебя зову?

— Вы меня звали?

— Ага. Ещё от самого входа в сад.

Чжун Сок оглядел особняк и сделал глоток спортивного напитка. Видимо, подъём в гору дался ему нелегко — дыхание слегка сбилось.

— Здесь всё так же без изменений.

Глядя на пластиковую бутылку в большой руке мужчины, Ка Он вдруг поняла, что наконец нашла подходящую толщину. Кажется, он был примерно таким. Член Чха Тхэ Гёна. Круглая бутылка из-под спортивного напитка. Такую не обхватить целиком даже мужской ладонью.

— Бутылка...

— М?

— Да так, ничего.

Ка Он проигнорировала удивлённый взгляд Хан Чжун Сока и зашагала вперёд.

— Я так удивился, что Пэк Ка Он сама о чём-то меня попросила, что готов был примчаться сразу же, но накопилось слишком много дел. И всё-таки я закончил их как можно быстрее и приехал, надеюсь, ты это оценишь.

Его лицо сияло, когда он с пронырливой улыбкой шёл следом за Ка Он.

— Вы правда приехали сюда только из-за этой просьбы?

Она ведь чётко попросила купить эту вещь и привезти заодно, когда у него появятся здесь дела.

— Ну, совместил одно с другим. Будем считать, что приехал ради твоей просьбы.

Хан Чжун Сок рассмеялся. Он вообще легко смеялся. В отличие от жутковатой усмешки Чха Тхэ Гёна — открыто и беззаботно. Если Чха Тхэ Гён обладал яркой красотой, то Хан Чжун Сок отличался приятной наружностью и общительностью, способной растопить кого угодно. Наверняка на материке он пользовался бешеной популярностью у женщин. Почему такой мужчина проявлял столько интереса к Пэк Ка Он, оставалось для неё загадкой. Впрочем, как она уже размышляла ранее, сексуальные вкусы — штука крайне разнообразная и непостижимая.

— Что насчёт моей просьбы?

— Ого. Переходишь к делу, даже не дав передохнуть с дороги.

— Ситуация просто срочная.

— Привёз. Но зачем тебе камеры наблюдения?

Ка Он попросила у Хан Чжун Сока камеры. Она планировала установить видеонаблюдение в нескольких местах особняка. Ничего грандиозного не требовалось — хватило бы обычных домашних камер.

Она не собиралась выкладывать Хан Чжун Соку всю подоплёку. Пэк Чон Хак сейчас тоже был подозреваемым. А раз уж дядя сам нанял Чжун Сока, доверять ему Ка Он не могла. Тем не менее, он лучше всех выполнял её поручения. По сути, он был едва ли не единственным, к кому она могла обратиться. К тому же для Ка Он сейчас был важен каждый, кто имел связь с материком.

— Хочу присматривать за Ка Ён.

Скрыв свои истинные намерения, Ка Он мило улыбнулась.

— А, вот как. Понятно. Как там Ка Ён?

— С заменой лекарств ей стало намного лучше.

— Мм, вот и славно.

Чжун Сок кивнул.

— Тебе всё так же достаётся. Тебе ведь тяжелее всех, так что береги здоровье и держись.

Чжун Сок утешил Ка Он тёплым взглядом. Внутри особняка их дожидался местный житель, который принёс вещи Чжун Сока от самой пристани. Ка Он уже пару раз видела его. Рыбак за шестьдесят, кажется, живёт с престарелой матерью. Мужчина с простодушным лицом вежливо поклонился и Ка Он.

— Спасибо.

Чжун Сок с дежурной улыбкой всучил ему немного денег.

— Ах да, я же привёз Ка Ён подарок.

Как только рыбак ушёл, Чжун Сок покатил чемодан в гостиную, словно только что вспомнил о нём. В правом коридоре, тянувшемся от холла, находились несколько гостевых комнат и гостиная. В самом конце располагались спальни и кабинеты Чха Киль Хо и Чха Тхэ Гёна.

Увидев вдалеке кабинет для консультаций, Ка Он снова вспомнила о Чха Тхэ Гёне. Точнее, о его бутылке.

— Вот.

Чжун Сок протянул Ка Он запакованный подарок. Каждый раз, приезжая на Пэгамдо, он привозил всякие подарки. Особенно для Ка Ён.

— Ка Ён ведь любит пазлы.

Мужчина улыбался так тепло, что сердце Ка Он невольно смягчалось.

Она была слаба перед подобной заботой. Точнее, чувствовала себя неловко. Ей редко доводилось помнить, чтобы с ней обращались по-доброму.

— Спасибо.

И всё же от любезности Хан Чжун Сока было много проку.

Ка Он с готовностью улыбнулась и забрала пазл.