Онлайн чтение книги Перерождение близняшек The Twin Siblings’ New Life
Глава 58

Арджен тихо пробормотал, и поскольку это было всего лишь его предположение, в моём сердце зазвучала тревога. Я не могла скрыть смятение, которое он вызвал. 

— Да, — с трудом ответила я. 

Образ волка и взрослого мужчины плотно закрепился в моей памяти и не покидал её. А теперь передо мной стоял этот мальчик, и его образ никак не отпускал. Я не могла оторвать от него взгляда. 

В этот момент Джейсон слегка приподнял свою верхнюю одежду и наклонил голову. 

— Мы ведь уже встречались. Ариен, не помнишь? 

— …Нет. Я… помню, — ответила я, сдерживая дрожь в голосе. 

Он улыбнулся, мягко взмахнув длинными ресницами, и спокойно продолжил: 

— Можешь не говорить со мной на «вы». Я живу только ради вас, полностью и целиком. 

Его слова звучали так искренне, что мне было трудно поверить в их правдивость. 

Он указал на свою грудь и сказал: 

— Я выбрал эту форму, потому что так мне проще подойти к вам. Не обращай на это особого внимания. 

Так ли это? Неужели он и вправду был нашим хранителем? Боль в груди, казалось, сдавливала меня, и я едва могла выдержать это ощущение. Моё сердце билось так сильно, что я могла услышать его стук. 

Я прижала ладони к груди, пытаясь совладать с эмоциями. 

— Почему… почему ты здесь? 

Арджен, схватив рукав Джейсона, который сделал шаг ко мне, задрожал от напряжения. Он посмотрел на Джейсона с подозрением. 

Джейсон, мягко взмахнув длинными ресницами, с благородным выражением на лице, открыл губы и произнёс: 

— Потому что вы позвали меня сюда. 

Его голос был мягким и добрым, как успокаивающий дождь. В отличие от поднятых уголков губ Арджена, Джейсон казался собранным и сосредоточенным — таким, которому можно было поверить в каждое его слово. 

— Мы… мы позвали тебя? 

— Арджен, ты. Почувствованная тобой свобода наконец-то призвала меня. 

Он выглядел как мальчик. Но в его глазах скрывалась мудрость и сила, которую не могла бы постичь наша душа. Мужчина с глазами, таким же алым, как у меня и у Арджена, улыбался спокойно. Эта улыбка, хотя и серьезная, дарила какую-то необыкновенную лёгкость, щекотала душу. 

— Арджен! Ариен! 

В момент, когда я собиралась что-то сказать, раздался голос императора. Он стоял у аккуратно выложенной дорожки, опираясь на дерево, и смотрел на нас с явным недоумением. 

— Чёрт… Что здесь вообще происходит… 

Император, с тревогой на лице, сначала заметил нас с Ардженом, а потом — стоящего перед нами Джейсона. Он шумно выдохнул, как будто не выспался или изнемог. 

Его зелёные глаза остро и хищно устремились на Джейсона. 

Джейсон безмолвно взглянул на него снизу вверх. Мы оказались между ними, как лишние — точнее, я одна почувствовала неловкость, мой лоб покрылся холодным потом. 

Арджен, с плотно сжатыми губами, дрожащим взглядом уставился на свою левую грудь и крепко сжал её ладонью. Он выглядел так, как будто что-то осознал, и я не осмелилась подойти к нему. 

Император широкими шагами подошёл к нам, преодолев тот путь, который мы с Ардженом прошли с таким трудом. Он первым подошёл ко мне и заключил в свои объятия. 

— …Куда ты пропала без предупреждения? 

Я послушно прильнула к нему, и он, посмотрев на Арджена, увидел, как тот, словно очнувшись, убрал руку с груди и замотал головой. 

— Арджен. 

— Да. 

— Что случилось? 

— Это странно. 

— Что именно? 

Я не отводила взгляд от Арджена, который, в отличие от своего прежнего состояния, теперь долго собирался с мыслями. Джейсон встал перед ним, словно защищая его, и в итоге я осталась одна в объятиях императора. 

Объятия императора были настолько широки, что он мог бы обнять нас обоих, и всё равно оставалось бы место. Но теперь, когда я была одна в них, мне было так уютно, что даже стало немного неловко. 

— Что-то... переполняет меня, — тихо произнёс Арджен. 

Я не знала, что ответить на эти непонятные слова. 

— Переполняет? Значит, раньше было пусто? 

— Нет, не так... Просто... 

Арджен несколько раз постучал указательным пальцем по своей груди. 

— Здесь... как будто всё стало полным. 

Я не понимала, что он имеет в виду, и, пока искала ответ, император уставился на Джейсона. 

— Что это за облик? 

— Хранитель всегда принимает форму, которую его хозяин желает больше всего. 

— Такой мелкий? 

— Именно в малом и заключается его ценность. 

Резкий тон императора заставил меня невольно обернуться. Как можно так дерзко разговаривать с самим императором? Вот теперь я начала верить, что он и правда Страж. 

— Не в этом странном месте ты должна это осознавать, — прошептал Джейсон, его слова казались проникновенными. 

— Эм?? Я что, сказала это вслух? 

— Нет, всё написано у тебя на лице, — заметил он с лёгкой усмешкой. 

Я поспешно привела своё выражение в порядок, внутренне ликуя, что ни император, ни Джейсон в этот момент не смотрели в мою сторону. Однако настойчивый, почти взволнованный взгляд Арджена не давал мне покоя. 

В отличие от него, я оставалась поразительно спокойной. 

На самом деле... даже стоя перед Джейсоном, легендарным Стражем, я всего лишь равнодушно отметила про себя: «А, вот он». Ни трепета, ни бурного восторга от долгожданной встречи — ничего. Я осознавала, насколько глубокие чувства испытывает Арджен, но сама… не ощущала ничего подобного. 

Внезапно одна из прядей волос скользнула по моей щеке, слегка щекоча кожу и возвращая меня к реальности. 

— …Хотя это произошло раньше, чем я ожидал, — тихо произнёс Джейсон. 

— Я и сам удивлён, — отозвался Арджен. — Что вот так… рано… 

На краткий миг алые глаза Джейсона померкли, словно в них отразилась тень сомнения, но уже в следующую секунду он вновь стал прежним. Император, не произнося ни слова, наблюдал за этим и едва заметно кивнул подбородком. 

— Тогда почему ты не стоишь, как и положено Стражу, в виде статуи во дворце — рядом с другими, охраняющими принцев? 

— Это не в моём духе, знаете ли, — с ленивой ухмылкой ответил Джейсон. 

Я легонько хлопнула императора по плечу — сама не зная зачем. Может, просто хотелось разрядить атмосферу, ставшую слишком напряжённой. Улыбнувшись шире, я перехватила его взгляд. 

— Что такое? — спросил он с интересом. 

— Знаете, мы... — начала я, но в голове прозвучал голос Арджена: 

«Скажи, что тебе холодно». 

И правда, пора бы уже возвращаться внутрь. Холодный воздух у озера приятно покалывал кожу, и я с благодарностью ухватилась за этот предлог. Посчитав момент подходящим, я расправила плечи и, улыбнувшись ещё шире, продолжила: 

— Нам немного прохладно… Можно ли вернуться внутрь? 

Я чуть склонила голову, будто прося разрешения, и уловила, как император переводит взгляд с одного на другого у меня за спиной. 

Хотя, скорее всего, он смотрел вовсе не на двоих, ведь один из них — не человек. Эта странная мысль почему-то настойчиво всплыла в голове, и я стала наблюдать за лицом императора с непонятным волнением. 

К счастью, он, похоже, тоже ощутил прохладу, потому что черты его лица едва заметно смягчились. 

— Арджен, — негромко сказал он. 

Когда император произнёс его имя, Арджен, до этого стоявший позади Джейсона и погружённый в собственные мысли, наконец опомнился. Собравшись, он неспешно подошёл ближе, с сосредоточенным выражением лица. 

Император, словно по привычке, протянул к нему руку — и Джейсон, не отставая, шагнул следом. 

— Ваше Величество, прошу вас, не делайте такое недовольное лицо, — мягко заметил он. — Стражу подобает быть рядом со своим хозяином. 

Джейсон не удостоил императора даже беглого взгляда. Вместо этого он встретился глазами с Ардженом и слабо, почти незаметно, улыбнулся. В его взгляде появилась неожиданная мягкость — она была столь непривычной и завораживающей, что я невольно удивилась. 

— Я думал, что встреча с вами займёт гораздо больше времени… — тихо признался он. 

И тут мне припомнились слова Киры: Страж не появится, пока вы по-настоящему не ощутите, что такое свобода. 

Если бы мы действительно оставались пятилетними детьми — такими, какими были тогда, — вряд ли сумели бы так быстро восстановиться. В этом я была уверена. 

Пусть королевская семья всё ещё оставалась где-то в стороне, но теперь мы знали: они не были злыми. И всё же — мы продолжали отталкивать их, упрямо выбирая трудный путь. Не потому, что не знали, как иначе, и не из-за глупости. 

Я недовольно надула щёки и пробурчала, глядя на Арджена: 

— Разве плохо, что мы встретились раньше? 

«Это хорошо», — ответил он, — «но это значит, что мы всё-таки… почувствовали свободу. А ведь могли бы никогда не узнать, что это такое.» 

Слово свобода неожиданно болезненно кольнуло, затронув что-то глубоко внутри, то, о чём я раньше не задумывалась. Свобода — та, что казалась нам абсолютно недостижимой мечтой. 

Я искренне верила, что у нас никогда не будет возможности делать то, что мы сами выберем. Смогу ли я когда-нибудь выйти за высокие стены этого замка? Такие мысли посещали меня часто. Мы жаждали свободы — той самой, что позволила бы просто однажды покинуть это место. 

И вот теперь мы стояли здесь — на открытом пространстве, где ничто не удерживало нас, под тёплым и ласковым солнцем. 

— Арджен… 

— Мм? 

— А может, это ты… а не я… на самом деле почувствовал свободу? 

Он удивлённо посмотрел на меня, и я на мгновение задумалась, подбирая слова. Затем, слегка смутившись, прошептала: 

— Просто… мне кажется, ты всегда хотел этого сильнее. По-настоящему. 

Я тоже всегда мечтала о свободе. Но, скорее, о той, что позволила бы мне есть то, что хочется, носить то, что нравится, жить по своим правилам. 

А вот Арджен… 

— Наверное… ты права, — прошептал он. 

Он жаждал иной свободы — свободы уйти за пределы известного мира, делать выбор, не оглядываясь, и идти туда, куда подскажет сердце. 

Да, мы всё ещё были слишком юны и не обладали нужной зрелостью, чтобы многого достичь. Но я верила: если мы продолжим идти вперёд, шаг за шагом, то однажды те кандалы, что сковывали нас, исчезнут. И мы сможем дышать полной грудью. 

*** 

Неделя пролетела так быстро, что её можно было пересчитать по пальцам. Половину времени мы провели в пути — что, конечно, было неизбежно. Но даже за эти короткие дни успело произойти много изменений. 

И, в отличие от того, как мы ехали туда, на обратном пути произошло нечто новое... 

Я украдкой взглянула на мальчика, сидевшего напротив Арджена. Он выглядел лет на десять, и я не могла не обращать на него внимания, хотя это раздражало меня. Я сидела на нервах, когда, наконец, Арджен заговорил: 

— Что с тобой, Ариен? 

— Просто... немного стесняюсь, — произнесла я, стараясь скрыть своё беспокойство. 

— Ты разве раньше была застенчивой? — спросил он, и его вопрос точно попал в цель. Я неуклюже почесала затылок, пытаясь найти слова. 

В этот момент Джейсон, который до этого подпер подбородок на подоконнике, повернулся. Наши взгляды встретились, и он улыбнулся, всё так же опираясь на ладонь, лежащую на колене. 

Джейсон внешне напоминал холодного аристократа, как и многие принцы, но в его улыбке было нечто необыкновенно тёплое, что не могло не зацепить. 

— Пора выдвигаться, — сказал император, вернувшийся после осмотра лошадей. 

Он забрался в карету, и мы вчетвером поехали в сторону столицы, оставляя позади чудесный загородный дом. Мне было немного грустно — всё-таки воспоминания остались тёплыми, но я старалась утешить себя тем, что в столице нас тоже ждёт много интересного. 

Точнее, много всего интересного, что император приготовил для нас, чтобы порадовать. 

Вчерашний вечер был последним, и, похоже, из-за того, что мы с Ардженом долго болтали, сон начал подкрадываться ко мне уже на полпути. Я чувствовала, как меня охватывает сонливость, и, теряя борьбу, начала тереть глаза тыльной стороной ладони, пытаясь не уснуть. 

Но ведь рядом и император, и Джейсон — как тут расслабишься? 

Пока я боролась с собой, император обратился к Джейсону: 

— Тебе обязательно было садиться в карету? 

— А мне обязательно было лететь? — с лёгкой усмешкой ответил Джейсон. 

Меня удивило, что император, похоже, не слишком жаловал Джейсона. Но я не успела удивиться, как его слова тут же развеяли остатки сна. Я резко выпрямилась, глаза загорелись: 

— Ты можешь летать? 

— Конечно. Для стража это не проблема, — с легкостью ответил Джейсон, пожав плечами. 

Я повернулась к Арджену, и на его лице отразилось такое же удивление. До этого я думала, что только Кира может летать, ведь его форма — зелёный сокол… Но оказывается, для полёта не обязательно быть птицей. 

— Тогда… Папин страж тоже умел летать? — спросила я, не удержавшись. 

— …Да, — коротко ответил император. 

У него был зелёный змей. 

Я пыталась представить себе это: зелёный змей, величественно летящий по небу... и на этом моя фантазия остановилась.