Контент удален!

Вернувшись домой, затаив дыхание, Ю Ён принялась вспоминать всё, что произошло совсем недавно.

Когда в декорациях фильма ужасов Чха Му схватил её за руку, Ю Ён совершенно отчётливо почувствовала, как в голове всё начисто прояснилось. Пусть это длилось всего мгновение, но ощущение было в точности таким же, как при звоне бубенца.

И Чха Му...

Если уж пользуешься чужим телом, веди себя прилично.

Чужое тело.

Он совершенно точно так и сказал. Из уст обычного человека такие слова ни за что бы не прозвучали. Он определённо что-то знал.

От этой мысли сердце бешено заколотилось.

Её распирало от вопросов, но расспрашивать его на глазах у всех было нельзя, поэтому сунуть свой телефон ему в карман оказалось лучшим выходом.

Оказавшись дома, Ю Ён долго колебалась.

Хотелось набрать свой номер и всё разузнать, но что, если она выложит всё как на духу, а потом...

Что, если я ошиблась? Вдруг он на самом деле ничего не знает, а я сама всё себе напридумывала?..

Переодевшись и опустившись на большой диван, Ю Ён лишь нервно покусывала губы. И тут ей вспомнились слова бабушки.

О том, чтобы не причинять другим боль...

Слова, которыми та заклеймила её бессовестной девчонкой, разбивающей чужие сердца ради собственного счастья, вновь кольнули в самое сердце.

Она больше не хотела так жить.

С этой мыслью Ю Ён достала запасной телефон. Кончики пальцев, набиравших собственный номер, едва заметно дрожали.

[Да.]

— А...

[Говорите.]

Ответил определённо тот самый мужчина.

— Э-это... Ю, Ю Ён.

[Знаю.]

От его ледяного ответа Ю Ён тут же вспомнила лицо мужчины, с которым столкнулась совсем недавно. Холодное, совершенно бесстрастное.

Стоило представить его, как слова застряли в горле.

Может, сбросить звонок прямо сейчас и отправить сообщение? Сказать, что это вышло случайно, и попросить вернуть телефон?..

[Скиньте адрес.]

— Что?

[Диктуй адрес, говорю.]

— ……

[Не слышно? Тогда лад...]

— Нет! Нет! Я... я здесь, в Ёнхидоне...

Испугавшись его резкого тона, Ю Ён вскочила с места.

Словно школьница, сдающая домашнее задание строгому учителю, она, дрожа всем телом, выпалила свой адрес.

Ю Ён прекрасно понимала, что нельзя вот так раздавать свой адрес незнакомцам, но сейчас она была в полном отчаянии.

[Близко.]

Это было всё, что ответил мужчина.

Ни слова о том, что он приедет, ни просьбы подождать, ни времени прибытия. Он просто обошёлся этим кратким «близко», заменив им любые объяснения.

И его слова оказались чистой правдой.

Не прошло и десяти минут, как зазвонил домофон на первом этаже. Вскоре мужчина уже стоял у дверей её квартиры. При ярком свете его лицо казалось ещё более грозным и подавляющим.

Во взгляде, которым он сверху вниз окинул замявшуюся в дверях Ю Ён, не читалось никаких чувств. Точнее, единственным едва уловимым оттенком в нём было явное раздражение от свалившейся обузы. Поймав этот взгляд, Ю Ён поневоле заволновалась, не побеспокоила ли она человека понапрасну.

— Я, э-э...

— Войти можно?

Пока Ю Ён запиналась, пытаясь выдавить не то оправдание, не то объяснение, Чха Му сухо спросил её сам.

Позволит ли она войти. И в этом голосе ясно сквозило: покачай Ю Ён головой и скажи «нет», он тут же развернётся и уйдёт без тени сожаления.

— А, да, проходите!

Ю Ён торопливо посторонилась, пропуская его. Шагнув через порог, он замер в прихожей и медленно оглядел квартиру.

Он определённо что-то высматривал.

— ……

Пристально изучив квартиру — особенно углы, — Чха Му вытащил из кармана кожаный кисет размером с ладонь. Вещь, на которой даже с первого взгляда читались следы времени, была туго перевязана ремешком.

Чха Му без колебаний развязал ремешок. Из развернувшейся кожи показался талисман.

Ярко-жёлтый листок бумаги, расписанный кроваво-красной краской.

Чха Му прилепил талисман прямо на входную дверь Ю Ён.

— Ой.

Клея на бумаге не было, но тонкий трепещущий листок намертво прилип к двери. Поражённая Ю Ён ошеломлённо выдохнула, и Чха Му перевёл взгляд на неё.

— Если не наклеить, увяжутся следом.

— К-кто увяжется?..

Прекрасно же понимает, а всё равно спрашивает. Дура, что ли?

— А ты как думаешь?

С этими словами Чха Му едва заметно усмехнулся одними уголками губ. От этой леденящей улыбки Ю Ён мелко вздрогнула, будто и впрямь увидела призрака.

— В-в этой квартире... тоже есть призраки?

— А что, думаете, нет?

— Ах...

От его поразительно равнодушного ответа Ю Ён слегка приоткрыла рот.

До сих пор Ю Ён была уверена, что уж в её-то доме призраков точно нет. Она ведь ни разу их здесь не видела. Однако судя по реакции мужчины...

— Если их не видно, это ещё не значит, что их нет.

— ……

— Кому, как не вам, знать, что видимым мир не ограничивается.

На слова Чха Му Ю Ён лишь едва заметно кивнула и прошла в глубь квартиры.

Чха Му последовал за ней, подстраиваясь под её шаг.

Оказавшись в гостиной, Чха Му усмехнулся себе под нос, глядя на огромный снимок, водружённый прямо по центру стены.

— Впечатляет.

Судя по всему, фото было сделано в день вручения какой-то награды: сияющая улыбка и кубок в руках.

Взгляд Чха Му на миг метнулся к Ю Ён.

На нарцисску она не походила — скорее уж это было делом рук твари, свернувшейся клубком глубоко внутри неё.

Чха Му бегло огляделся по сторонам и достал из кармана бубенец.

Тот самый, что несколько дней назад выкатился прямо к ногам Ю Ён.

Дзинь.

Дзинь.

Дзинь.

Бубенец прозвенел трижды, и поражённая Ю Ён округлившимися глазами уставилась на него.

Тот самый звон, который она слышала в тот день.

— Это...

Ю Ён попыталась заговорить, но Чха Му лишь продолжал звенеть бубенцом. Смутившись, она с поникшим видом замолчала, не сводя с него глаз.

Обойдя со звенящим бубенцом каждый угол гостиной, Чха Му подошёл вплотную к Ю Ён и тряхнул им прямо перед её глазами.

— Ну как?

— Что?

— В голове прояснилось, как тогда?

На его вопрос Ю Ён растерянно моргнула, прислушалась к собственным ощущениям и кивнула.

И правда...

— Голос пропал. То есть... я больше его не слышу...

— Плач ребёнка больше не слышишь?

Она опешила от внезапного перехода на «ты», но всё же послушно кивнула.

С каких-то пор у неё в ушах постоянно стоял детский плач. Не младенца, а ребёнка постарше. Она думала, это просто капризничает соседский малыш, но...

— Я думала, у соседей...

— Ты ведь слышала его ещё на съёмках. Какие соседи?

Чха Му смерил Ю Ён взглядом, полным досады на её бестолковость, и отрезал. Только теперь до неё дошло, что детский плач начался ровно в ту секунду, когда закончились съёмки.

— Она ревела от обиды, что ты бросила её и ушла.

— Кто?..

— Та, что залезла в твоё тело.

Буднично бросив эти слова, Чха Му пристально посмотрел на неё.

Вблизи, когда удалось рассмотреть её как следует, состояние Ю Ён читалось ещё отчётливее.

Треснувший сосуд. Ю Ён была сосудом. И мало того что разбитым — где-то потерялся целый осколок, и через зияющую дыру внутрь свободно шастала всякая дрянь без разбору. Вот каким сосудом она была.

Этому наверняка что-то предшествовало.

Событие, расколовшее сосуд окончательно.

— И как ты до такого докатилась?

— Ч-что?

— Я спрашиваю, как ты до такого докатилась.

— ……

— С каких пор это у вас?

Ю Ён окончательно растерялась от того, как легко Чха Му перескакивал с «ты» на «вы».

Честно говоря, с тех пор как она утвердилась в статусе актрисы, так с ней не обращался... вообще никто.

За глаза её могли поливать грязью, но в лицо каждый рассыпался в комплиментах её красоте. Чха Му же, казалось, было глубоко плевать, знаменитость она или актриса.

Он вёл себя так, словно перед ним была просто очередная досадная головная боль.

— П-присядьте...

Ю Ён неловко опустилась на диван. Чха Му ещё раз окинул взглядом комнату и сел напротив неё.

— Скажите... вы...

— ……

— В-вы видите... в каком я состоянии?

Вместо ответа Чха Му кивнул. Видно было настолько отчётливо, что это даже раздражало.

Не видь он этого, мог бы просто пройти мимо. Но сидеть напротив женщины с зияющей дырой внутри было чертовски неприятно.

Возникало чувство, будто смотришь на захламлённую комнату.

Это было то самое раздражение человека с манией чистоты и порядка, который физически не выносит разбросанных вещей.

— Вижу, потому и спрашиваю.

— ……

Голос его звучал безразлично. Но в сочетании с мертвенно-бледной кожей и холодным, острым разрезом глаз эта небрежная интонация полоснула Ю Ён прямо по сердцу.

— С каких пор с вами такое?

— ...С шестнадцати лет.

— Почему?

Почему?

Услышав этот вопрос, Ю Ён замолчала. Почему?.. Почему?..

— Я не помню.

— ……

— Бабушка говорила, я попала в аварию. Пролежала в коме несколько месяцев, а когда очнулась... моё тело уже стало таким.