Контент удален!

— Раз слуги сейчас здесь не ходят, я пока прогуляюсь. Благодаря Вальтеру у меня наконец выдалась передышка.

Вивиан проводила Эдит к ветхому складу и ушла. Поделившись с ней пирожными, Эдит подошла к двери.

Та скрипнула.

Она только собиралась постучать, но дверь уже открыли изнутри.

— Не думал, что вы придёте так рано.

Сжимая платок с мадлен, Эдит подняла глаза. Когда они стояли так близко, особенно чувствовалось, насколько Вальтер выше других мужчин.

Он, как всегда, был красив и слегка высокомерен. Только теперь Эдит поняла подругу, которая говорила, что в плохом настроении ходит в таверну полюбоваться красивыми мужчинами.

Мрачные, запутанные мысли быстро отступили перед его открытым взглядом и тёмно-зелёными глазами.

Вальтер привычно чуть приподнял бровь, и Эдит тихо рассмеялась.

— Прости. Я немного раньше.

— Разве подобает госпоже смотреть на слугу снизу вверх?

— Если смотреть прямо, я вижу только твою грудь.

— Но если вы так быстро отводите взгляд, непонятно, ради чего я упражняюсь.

— …

Стоило услышать его обычную насмешку, как тщательно сдерживаемые чувства всколыхнулись.

Почему всего несколько слов, которыми они обменялись, помогли ей расслабиться?

Губы и подбородок Эдит на миг дрогнули. Вальтер заметил даже это едва уловимое движение.

— Говорят, мадлен неплохо подходят на закуску.

Он достал маленькую бутылку спиртного.

Вообще-то собирался выпить один, коротая время в ожидании Эдит, но охотно уступил бы ей.

В доме виконта сейчас был в разгаре ужин, а четвёртая госпожа, не нашедшая там себе места, пришла гораздо раньше условленного времени. И принесла даже не хлеб, а сладости.

Значит, София её выгнала, не дав как следует поесть.

Он протянул бутылку, но Эдит покачала головой.

— Нельзя. Если я выпью, София…

Однако на полуслове послушная Эдит вдруг резко нахмурилась и потянулась к бутылке.

— Да какое мне дело.

Вальтер слегка растерялся. Казалось, она готова разом выпить всё содержимое.

Всякий раз, когда Эдит делала что-то неожиданное, он почему-то не мог отвести глаз. Как тогда, когда она попросила помочь третьей жене.

Он снова отвёл руку с бутылкой и лукаво предложил:

— На улице не холодно. Может, сначала выйдем, госпожа?

— Если выпить перед выходом, будет ещё теплее.

— Кажется, вы голодны.

— …

Забрав мадлен, Эдит пошла следом. Вальтер так долго прожил в поместье, что не сбился с пути даже в сумерках.

Он привёл её к виноградным лозам за складом.

— Говорят, во времена расцвета Портрионов сад доходил до этого места. Сейчас, как видите… Слуги ухаживают за ним в своё удовольствие, — сказал он, вымыв для неё гроздь винограда.

Гроздь прекрасно созрела: была увесистой и источала густой сладкий аромат.

— Сразу видно: ты воруешь виноград не впервые.

С улыбкой поблагодарив его, Эдит отправила в рот ягоду. Сладкий, свежий вкус быстро поднял настроение.

Когда она немного насытилась виноградом и мадлен, Вальтер снова протянул бутылку.

— Это…

Эдит удивлённо приняла её. На горлышке висело что-то, чего раньше не было.

Ожерелье. Очень знакомое ожерелье.

— Оно же моё! Где ты его нашёл? Ходил к карете?

Она бережно взяла украшение. Может, Вальтер тщательно его почистил: поверхность блестела даже ярче, чем прежде.

На лице отразилась чистая радость. К ней вернулась вещь, хранившая дорогие воспоминания.

— Спасибо тебе, Вальтер.

Эдит просияла, прищурившись от улыбки. Поднявшийся ветер мягко шевельнул волосы, донёс их приятный запах.

Словно что-то невидимое сильно ударило в сердце. Вальтер чуть отвёл глаза.

— Обидно было остаться без ужина в такой день.

Эдит, гладившая ожерелье, посмотрела на него. Он говорил так, будто знал, что сегодня за день.

— В такой день?

— В день рождения. Кажется, вы сказали, что это ожерелье вам подарили к празднику урожая и ко дню рождения.

— А, тогда…

Он запомнил то, что я сказала между прочим.

Тронутая Эдит сжала ожерелье. Ей было горько, что в день рождения её прогнали в комнату, даже не накормив.

Но в доме оказался человек, помнивший о её дне рождения. Это утешало сильнее, чем она могла ожидать.

— И потом, головорезы таких вещей не делают.

От его шутливого замечания Эдит рассмеялась. Надо же, запомнил её слова.

— Я просто имела в виду… Ну… Ты высокий и крепкий, наверное, хорошо дерёшься. Это привлекательно.

— …

При словах о драке Вальтер слегка приподнял брови, будто и сам это знал, но слово «привлекательно» заставило его замереть секунды на три.

Эдит заметила, как у него чуть приподнялись уголки губ, когда он отвёл глаза и посмотрел вдаль. Обычно смущалась она, а теперь смутила его.

Испытав странное удовольствие, она сделала глоток. Спиртное пахло фруктами, но стоило проглотить, как пищевод словно обожгло.

— Ты пьёшь такую крепость?..

Эдит поморщилась и протянула бутылку обратно. В этот миг неподалёку раздалось:

— Джейн. Что ты здесь делаешь?

Это был голос Вивиан. Она говорила нарочито громко и неестественно, будто предупреждала о чьём-то приходе.

Вальтер с Эдит быстро вернулись на склад. Пронзительный голос Джейн хорошо доносился и сюда.

— Главный дворецкий велел проверить, как эта Эдит исполняет договор с госпожой Софией.

— Она на том складе. Под ноги смотри, тут камней много. Не спеши.

Вивиан бросила это небрежно, чтобы не выдать, что помогает Эдит, но внутри изводилась от страха: вдруг Джейн раскроет обман?

Хрустнула сухая ветка.

Наступая на сухие ветки, Джейн всё ближе подходила к складу.

Эдит поспешно взглянула на Вальтера. Она уже убедилась: он хорошо знает, что нужно делать, чтобы обмануть Софию и её приспешников.

Вальтер почувствовал привычно обращённый к нему взгляд. Всё поняв, он всё же спросил с невинным видом:

— Хотите что-нибудь приказать?

— Помоги обмануть Джейн. Кажется, у тебя в таких делах богатый опыт…

Неожиданно прослыв распутником, Вальтер тут же нахмурился. Это из-за того, как он вёл себя, обманывая дворецкого? Но тогда им управлял инстинкт, а вовсе не опыт.

— По-моему, на этом складе нет мужчин с богатым опытом в таких делах.

Впрочем, он тоже понимал, что времени мало, и, не став больше спорить, осмотрелся.

За складом никто не следил. Пол был грязным, в пыли и земле, а из вещей здесь стояла только ручная тележка, кое-как накрытая изношенной тканью.

В отличие от прошлого места, окон не было. Чтобы посмотреть, что происходит внутри, придётся открыть дверь, а это затрудняло обман.

— Может, пока сядем на пол? — торопливо спросила Эдит.

Видимо, она захмелела всего от одного глотка: лицо горело, а мысли путались.

Посмотрев на её покрасневшие щёки, Вальтер опустился прямо на пол.

— Нехорошо конюху усаживать хозяйку на голую землю.

Не обращая внимания на пыль, он лёг и посмотрел на низ своего живота. Эдит поняла, что он предлагает. Чтобы Джейн не разглядела лицо мужчины, лучше всего и правда сесть на него сверху.

Умом она это понимала, но решиться мешало одно обстоятельство.

А вдруг в такой позе Вальтер возбудится?

Она смотрела на лежащего мужчину, но мыслями завладел его член, тяжело теревшийся о её промежность. Ещё свежа была память о том, как от прикосновения горячего ствола покалывало низ живота. Она бранила себя за непристойные мысли, но не могла перестать думать о его плоти, напряжённой и пульсировавшей под одеждой.

Если сяду сверху, разве мы не соприкоснёмся?

Эдит не понимала, боится этого или хочет.

Заметив, как дрогнул её взгляд, Вальтер бесстрастно добавил:

— Кажется, времени на раздумья нет.

— …

Другого выхода не было. Эдит опустилась на колени и села ему на низ живота. Сердце и без того учащённо билось от спиртного, а от близости его тела можно было сойти с ума.

Тело Вальтера было твёрдым, словно она сидела на деревянном табурете. По крайней мере, если не думать о его жаре. Напрягши ноги, Эдит приподнялась, чтобы устроиться удобнее, и заметила, как дрогнул его кадык.

Ничего особенного. Не надо думать о странных вещах.

Повторив это про себя, она поправила одежду. Юбка, окутывавшая её тело, накрыла и его, словно пряча тайну.

Дверь скрипнула.

Джейн как раз внезапно распахнула её, бесцеремонно оглядела склад и нахмурилась.

Боже. В такой грязи?

Тележка заслоняла лицо мужчины, но было совершенно ясно, что Эдит сидит на ком-то верхом.

И что лицо у неё раскраснелось, а взгляд затуманен.

Словно ещё не заметив Джейн, Эдит наклонилась, приближаясь к мужчине под ней.

Бесстыжая женщина.

Смутившись, Джейн не стала заходить дальше. Именно этого Эдит и добивалась.

А Вальтер, которому приходилось терпеть ещё и прикосновения её длинных золотистых волос, едва не сходил с ума. Он стиснул зубы и попытался думать о другом, но ощущения, которые дарила Эдит, становились лишь отчётливее.

Заметив, как слегка исказилось его лицо, Эдит повернула голову, словно только сейчас почувствовала чужой взгляд.

— Джейн?

— …

Хотя Джейн всего лишь выполняла приказ дворецкого, почему-то ей казалось, что это её застали за дурным делом.

Уловив её замешательство, Эдит нежно провела рукой вверх по груди Вальтера и, закрепляя впечатление, расстегнула пуговицу на его рубашке.

— Если ты не собираешься стоять здесь и мешать мне выполнять приказ Софии, уходи.

— …

Джейн пристально посмотрела на неё. Она ожидала увидеть бледную от страха женщину, но Эдит, напротив, бесстыдно выставляла её за дверь.

Я бы несколько дней плакала от одной мысли, что меня обесчестили.

Поведение вызывало подозрения. Джейн хотела что-то спросить, но Эдит опередила её:

— Главное — забеременеть, разве нет? София не ставила условия, что я не должна получать удовольствие с мужчиной, которого она присылает.

Она медленно погладила бедро Вальтера, придав голосу соблазнительные нотки. В нынешней позе вполне уместно было притворяться, что и она наслаждается ночью с мужчиной.

Эдит ещё раз резко спросила, что здесь не так. Подавив презрение, Джейн ушла, с грохотом захлопнув дверь. К счастью, она, похоже, была не так подозрительна, как дворецкий Уитмен.

Эдит прислушалась и лишь убедившись, что Джейн окончательно ушла, опустила взгляд.

Вальтер закрывал лицо предплечьем, на котором вздулись жилы. Что он пытался скрыть, было непонятно. Эдит аккуратно застегнула пуговицу и поспешила подняться.

Но стоило ей шевельнуться, как к ягодицам что-то прижалось. Обе руки Вальтера были у неё перед глазами… Додумав до этого, Эдит от неожиданности затаила дыхание.

Его член, ещё недавно спокойный, теперь стоял так напряжённо, словно вот-вот лопнет, и упирался в неё. Почувствовав твёрдость налившейся кровью плоти, Эдит мгновенно вспыхнула.

Что говорят в таких случаях? Она долго подбирала слова, но ничего подходящего не находилось.

— Прости, Вальтер.

Он невесело усмехнулся.

— За то, что возбуждаете и дразните всякий раз, когда вам нужно?

Эдит сглотнула. От слова «возбуждаете» происходящее стало ещё очевиднее. Странно, но ей не было неприятно слышать, что он возбудился из-за неё.

Она и без того замечала, что с тех пор, как её привезли к Портрионам, от хорошей еды немного поправилась. Воспользовавшись этим предлогом, Эдит сменила тему и встала.

— Я… я ведь тяжёлая. Тебе, наверное, было трудно…

— …

Трудно, потому что тяжёлая? Да мне и целого дня с ней сверху было бы мало, — подумал Вальтер.