Онлайн чтение книги Кымнак Geumnak-ri
1 - 38

Глава 38

Взгляд Хён Су медленно опустился на документы, лежавшие на коленях Хи Джэ. Убедившись, что она изучает материалы по делу заброшенного завода, он нахмурился еще сильнее.

— Честно говоря, я тебя не понимаю. Хи Джэ.

— …

— То дело 11-летней давности… Не просто улики указывали на него. Ким Се Вон сам ходил и расспрашивал людей, как лучше убить человека.

При каждом слове Хён Су пачка бумаг в руках Хи Джэ мелко дрожала. Отпустив подлокотник, он осторожно накрыл её руку своей и продолжил:

— Если ты не веришь мне, узнай сама. Все, кто тусовался с Ким Се Воном в школе Донмён, знают эту историю.

— …

— Это Ким Се Вон.

Встретившись взглядом с Хи Джэ, Хён Су сжал её руку чуть крепче и добавил:

— Он вполне мог это сделать.

От его уверенного тона у Хи Джэ всё перевернулось внутри.

Мог это сделать? Ким Се Вон был способен на убийство? Тот Ким Се Вон, которого я знала до сих пор, действительно такой человек?

Хи Джэ тупо уставилась на пластырь, обмотанный вокруг её большого пальца.

Только потому, что его отец — бандит, только потому, что «Гымсон Групп» имеет такую репутацию, она тоже когда-то считала его просто бандитским отродьем.

Конечно, он порой совершал поступки, выходящие за рамки здравого смысла, но если спросить, способен ли он убить человека… она не знала.

Несмотря на всё, что он с ней сделал, она чувствовала себя глупо и беспомощно, признаваясь себе в этом. И всё же она не знала Ким Се Вона.

[Ты же просила убить его. Хи Джэ-я.]

Если то воспоминание верно… то отца убил не Ким Се Вон, а она сама.

[Наши отношения были не такими уж простыми, как ты думаешь. Мы даже такие вещи делали.]

Если они действительно были любовниками, и он просто выполнил просьбу своей несчастной девушки…

Можно ли тогда сказать, что Ким Се Вон «способен на такое»?

Хён Су хотел ударить по Се Вону, но на самом деле искромсал Хи Джэ. Зная теперь, что убийство произошло из-за её слов, она не смела, не смела винить Ким Се Вона.

Слезы вот-вот готовы были брызнуть из глаз. Хи Джэ высвободила руку из хватки Хён Су и прикрыла ею горящие глаза. С трудом подавив рыдания, она выдавила из себя охрипшим голосом:

— На этот раз это не он, Ким Се Вон…

— Почему ты так уверена?

Потому что в тот день Ким Се Вон был со мной.

Хи Джэ уснула почти без сознания, не выдержав бурной ночи, но она отчетливо помнила.

Ким Се Вон ни на миг не покидал её той ночью.

Ощущение влажного полотенца, которым он вытирал её тело, одеяло, которое он поправлял на её плечах каждый раз, когда оно сползало. Рука, которая снова и снова похлопывала её по спине, когда она ворочалась.

В ту спокойную ночь, когда ей даже не снились кошмары, эти мелкие детали были такими яркими. Как он, охранявший её сон, мог убить Джун Хвана?

Хи Джэ хотела спросить это вслух, но плотно сжала губы.

Хак Джу просил её молчать, да и Хён Су не тот человек, которому стоило бы об этом рассказывать…

— А ты? Почему ты так уверен, что это Ким Се Вон?

Она спросила не ради ответа. И тут же встала с места.

— Еще ничего не доказано. Так что не делай поспешных выводов.

— Хи Джэ.

Хён Су резко схватил её за запястье, останавливая. В тот же миг Хи Джэ, сама того не осознавая, грубо отдернула руку.

Она сама удивилась своей резкой реакции. Прикусив губу, она обхватила ноющее запястье другой рукой.

На мгновение, когда он схватил её, она почувствовала страх. Словно мелькнуло какое-то воспоминание, но слишком быстро, чтобы за него ухватиться.

Нет, осталось лишь неописуемое чувство гадливости. Только оно.

— Я пойду.

Поспешно отвернувшись, Хи Джэ так и не увидела, как окаменело лицо Хён Су у неё за спиной.

***

Лязг. Дверь камеры открылась.

Се Вон, прислонившийся спиной к холодной стене, искоса глянул вверх. Детектив До Хун, ведший дело, с недовольным видом кивнул ему на выход.

— Можете выходить.

Се Вон бросил взгляд на электронные часы на стене за решеткой. Увидев красные цифры, показывающие, что время только перевалило за 3 часа ночи, он усмехнулся с недоумением.

— Прямо сейчас?

И неудивительно: до истечения 48 часов экстренного задержания оставалось еще около 8 часов.

— Да, прямо сейчас. Ордер отклонили в такую рань. Раз вас выпускают тихо, пока нет журналистов, значит, кто-то сильно постарался.

А, юридический отдел, похоже, попотел. Поняв это, Се Вон кивнул и встал.

Как только он вышел из камеры, До Хун сунул ему небольшую коробку. В ней лежал телефон, изъятый при задержании.

Се Вон включил телефон, чтобы позвонить Хак Джу, когда До Хун, бросив пустую коробку на стол, произнес:

— Ваш адвокат ждет на парковке.

— Адвокат?

— Как там её… Адвокат Кан Хи Джэ из MK.

Се Вон, набиравший имя Хак Джу на экране, замер. Он поднял глаза на До Хуна, словно спрашивая: «О чем ты?».

До Хун, видя его искреннее непонимание, издал изумленный смешок:

— Вы не знаете? Это благодаря тому, что адвокат притащила запись с камеры наблюдения у ваших ворот и подтвердила ваше алиби, ордер отклонили так абсурдно быстро.

Опустив телефон, Се Вон стремительно вышел из полицейского участка. Под моросящим утренним дождем он шел к парковке, и лицо его было пугающе холодным.

Он же так просил держать рот на замке, а она, в конце концов, проигнорировала всё и выболтала, что была с ним в ту ночь. Кан Хи Джэ.

Несмотря на предупреждение, что дело 11-летней давности может всплыть снова, она все равно дала показания. Теперь Се Вон не мог не подозревать её.

— Кан Хи Джэ.

Остановившись перед машиной, Се Вон окликнул Хи Джэ, стоявшую с зонтом. Она говорила по телефону и, не прерывая разговора, обернулась.

Встретившись с ним взглядом, она ответила собеседнику:

— Да, мы встретились. Председатель.

Услышав слово «Председатель», Се Вон шагнул к ней.

Из-за этого зеленый зонт, который держала Хи Джэ, упал на мокрый асфальт, но Се Вон, не обращая внимания, выхватил телефон из её рук.

Поднеся его к уху, он услышал знакомый голос.

— Надо будет как-нибудь встретиться.

— Этого не будет, отец.

Собеседником был не кто иной, как отец Се Вона. С вздувшимися венами у висков, Се Вон грубо сбросил вызов и опустил руку.

Вместо этого первой заговорила Хи Джэ.

— Я сама связалась с председателем. Сказала, что могу подтвердить твое алиби.

— Кан Хи Джэ.

— Даже если дело 11-летней давности всплывет, я смогу с этим разобраться.

На уверенные слова Хи Джэ Се Вон резко повернул голову, оглядываясь по сторонам. К счастью, парковка была пуста.

И все же, опасаясь, что кто-то может услышать, он рывком притянул Хи Джэ к себе за руку и прошептал прямо ей в лицо:

— Как? Что ты можешь сделать, если ничего не помнишь?

Хи Джэ, не отводя широко раскрытых глаз, ответила:

— Нужно просто вспомнить.

Лицо Се Вона мгновенно побелело. Он сжал её руку так сильно, что стало больно.

— Ты… вернула память?

Его реакция была неожиданной, и Хи Джэ слегка нахмурилась. Если бы она вернула память, он должен был бы радоваться. Ведь тогда он мог бы винить её по праву.

Она не понимала, почему у него такое лицо. Его черные глаза метались, словно он боялся, что она узнает что-то, что он скрывал.

— Ты вспомнила? Память вернулась?

— …А что, нельзя?

На этот двусмысленный вопрос Се Вон с грохотом прижал её к задней двери машины. Его голос, ставший еще более свирепым, прорычал у самых её губ:

— Отвечай на вопрос. Не переспрашивай.

Она вспомнила не всё, но самое главное. Однако Хи Джэ не стала говорить всей правды.

Не потому, что хотела скрыть, что сама просила об убийстве, а потому, что не хотела делать Ким Се Вона убийцей.

Хи Джэ решила, что дело 11-летней давности навсегда останется непредумышленным убийством. Ради этого она и выступила вперед, вместо того чтобы сбежать.

— Нет. Не помню. Но это неважно. Достаточно сказать, что вспомнила.

— …

— В любом случае, на месте преступления 11 лет назад были только ты и я. Если я скажу, что это не так, что умысла на убийство не было, что это была явная случайность — дело не станут пересматривать.

— Ха, ты хочешь сказать, что пойдешь на лжесвидетельство?

Сквозь зубы Се Вона вырвался нелепый смешок. Наверное, он хотел спросить, может ли адвокат так поступать, но Хи Джэ это не волновало. Лжесвидетельство становится преступлением только тогда, когда доказана ложь.

— Вряд ли кто-то подумает, что я буду лгать по поводу смерти собственного отца, но даже если и подумают — ну и что? Никто не сможет доказать обратное, даже если вскроет мне череп.

— А если это я убил?

Вдруг спросил Се Вон. Отпустив её руку, он взял её за подбородок, на котором блестели капли дождя, и приподнял его.

— Если это была не случайность, а преднамеренное убийство?

— …

— Что ты тогда будешь делать?