Онлайн чтение книги Кымнак Geumnak-ri
1 - 25

Глава 25

<11:55>

Взглянув на время на экране, Хи Джэ заметила пропущенный вызов. Видимо, Ха Хён Су звонил, пока она спала.

Сжимая телефон в руке, Хи Джэ медленно перевернулась на спину и уставилась в потолок старого мотеля.

Несколько дней назад, после того как Ким Се Вон ушел из ее номера, она лежала в прострации, когда Хён Су перезвонил.

Поверив ее словам о том, что звонок сорвался случайно, Хён Су начал объяснять, почему он так враждебно отреагировал на Ким Се Вона на лестнице.

<Я не знаю, как ты, но я не считаю инцидент на фабрике несчастным случаем. Поэтому я так отреагировал. Увидев, что такой тип трогает тебя...>

«Такой тип». Он явно намекал, что считает Се Вона убийцей.

Он объяснил, что инстинктивно насторожился, увидев ее в его объятиях, и добавил, что обычно он не ведет себя так грубо.

<Будь осторожна с Ким Се Воном, Хи Джэ.>

Хи Джэ прервала его заботливые наставления, сказав, что устала, и повесила трубку.

Это не было ложью, но она не была настолько уставшей, чтобы не сказать простое «спасибо за заботу».

Она просто не могла этого сказать.

По той же причине, по которой она уже три дня не шла к Ким Се Вону, чтобы влепить ему еще одну пощечину за то унижение.

Из-за еще одного воспоминания, всплывшего, когда она смотрела на темный мост из окна машины Се Вона...

«Если ты бандит...»

Ким Се Вон, поймавший ее на мосту, когда она хотела прыгнуть. И слова, которые она сказала, вцепившись в его одежду...

Дзинь-дзинь, дзинь.

Телефон в руке громко зазвонил. Будильник.

У Хи Джэ была встреча, поэтому она с трудом подняла тяжелое тело, отгоняя навязчивые мысли.

Быстро собравшись, она спустилась на первый этаж, волоча ноги, которые казались тяжелее тела.

Когда она проходила мимо стойки, владелец мотеля, лениво развалившийся на стуле, хлопнул ладонью по столешнице.

Хи Джэ остановилась и посмотрела вниз. Морщинистая рука убралась, открывая коробку с пластырями.

Уже третий день подряд. Он вдруг начал давать ей пластыри, мази и прочее, называя это «сервисом для долгоживущих гостей».

Хи Джэ, чувствуя неладное, спросила:

— Это точно сервис? Зачем вы мне это даете?

— А я почем знаю? Сказали давать — я даю.

— Кто сказал?

Владелец, лениво тыкавший в карты ханафуда на экране телефона, вдруг понял, что сболтнул лишнего, и забегал глазами.

Поспешно перевернув телефон экраном вниз, он прищурил и без того маленькие глазки.

— Кстати, раз уж речь зашла... А вы кем приходитесь председателю Киму?

— Я не понимаю, о ком вы.

На ее спокойный ответ он дернул подбородком, мол, о ком же еще.

— О председателе «Гымсон D&C» Ким Се Воне.

— .......

— Сын говорит, недавно представитель Ким вас на плече притащил? Вы что, это самое... того?

Хи Джэ вспомнила сотрудника, который по одному слову Се Вона бросился парковать машину, проигнорировав ее крики. Значит, это был сын. Теперь, приглядевшись, она заметила сходство. Она слегка нахмурилась.

— Нет. Мы не в таких отношениях.

Владелец озадаченно склонил голову и щелкнул по коробке с пластырями.

— Если не любовница, с чего бы представителю Киму о таком беспокоиться.

«Это от Ким Се Вона?» — пробормотала Хи Джэ, беря коробку.

— Если бы я была любовницей, он бы сам позаботился.

— А, тоже верно. Значит, это представитель Ким за вами бегает? Хм-м, раз он весь мотель снял, значит, что-то тут нечисто.

— О чем вы? Ким Се Вон снял мотель?

Услышав совершенно новую информацию, Хи Джэ вскинула голову. Владелец, качаясь на стуле, посмотрел на нее как на дурочку.

— Не знали? Ну вы даете, такая недогадливая. Живете тут столько времени и не поняли? Людей-то нет, людей. — Я думала, просто клиентов нет.

На ее наивный ответ владелец расхохотался.

— Да быть того не может. Вон сколько рабочих сейчас здания сносят.

— .......

— Толку от этих ребят мало — только комнаты гадят да дерутся каждый день, надоели до чертиков. А тут представитель Ким предложил: позаботьтесь об одной девушке, и все...

Владелец, качавший головой, вдруг осекся. Он с опозданием понял, что она ничего не знает, а Се Вон, видимо, не хотел, чтобы она знала.

Он смущенно вскочил со стула.

— Э-э, то, что я сейчас сказал, вы представителю Киму не говорите, ладно?.. Эй, девушка!

Хи Джэ, не ответив, сунула коробку с пластырями в карман пиджака и поспешила на парковку.

Сев за руль, словно убегая от погони, она тут же завела двигатель.

Пока она ехала по знакомым улицам, вопросы в голове цеплялись один за другой.

Почему? Он же так хотел, чтобы она уехала. Издевался над ней, требуя убраться. Так зачем он делает это за ее спиной?

Проще всего было бы решить, что он просто следит за ней. Так было бы спокойнее. Честно говоря, ей очень хотелось так думать.

Она не хотела копать глубже. Хотела избежать этого, если возможно.

Но мысль, засевшая как заноза под ногтем, заставляла возвращаться к тому воспоминанию...

«Если ты бандит, то и людей тоже...»

Скри-и-ип. Услышав свой голос, эхом отдающийся в ушах, Хи Джэ резко ударила по тормозам.

Машина дернулась и остановилась перед синими воротами.

Это был дом старосты, цель ее поездки.

Вспомнив о встрече, Хи Джэ с усилием отогнала настойчивое воспоминание.

***

Подходя к синим воротам, Хи Джэ случайно посмотрела вниз, под холм. За узкой канавой и заросшим пустырем было шумно.

Крепкие парни выносили из двухэтажного здания вещи.

Взгляд Хи Джэ медленно переместился к черному седану, припаркованному неподалеку, а точнее — к мужчине, небрежно прислонившемуся к нему.

Нахмурившись от жары, с сигаретой в зубах, стоял Ким Се Вон.

— Что у него с лицом...

Назвав себя «бандитом», он не шутил. Вид у него был вполне соответствующий.

Взгляд Хи Джэ скользнул по большому пластырю на его лбу и разбитому уголку губ, но тут она резко отвернулась к синим воротам.

Потому что Се Вон, словно почувствовав ее взгляд, повернул голову в ее сторону.

Он был тем, кого она хотела избежать так же сильно, как и свои воспоминания, поэтому Хи Джэ, забыв позвонить в звонок, распахнула ворота и вошла.

Как раз в этот момент Джун Хван выносил на веранду (тэчхонмару) столик с едой.

— Пришла? Заходи. Еще не обедала?

— Нет, еще нет...

Хи Джэ нерешительно вошла во двор. Джун Хван со стуком поставил стол, сел сам и указал на место напротив.

— Чего стоишь? Поднимайся давай!

— А, да.

Испугавшись его громкого голоса, похожего на окрик, Хи Джэ поспешно разулась и села на край веранды.

Джун Хван повернул вентилятор в ее сторону и придвинул стол.

Вернувшись домой после того, как следствие перевели в режим без содержания под стражей, Джун Хван предложил Хи Джэ поесть вместе, пока она здесь.

Мол, как ты в мотеле готовишь, да и сколько можно есть покупное. Лишняя ложка не проблема, давай хоть раз пообедаем или поужинаем вместе.

Хи Джэ молча смотрела на суп с желудевым желе (묵밥), аппетитно сервированный на старом алюминиевом столике с синими и красными цветами.

Джун Хван первым взял ложку.

— Твой я сделал теплым. Жена говорит, женщинам холодное вредно.

— А тетушка не будет есть с нами?

На вопрос Хи Джэ Джун Хван покосился в сторону кухни и, понизив голос, ответил:

— Говорит, стыдно ей перед тобой, не выйдет. Слышал, натерпелась ты, пока я сидел.

— Ну, заслужила, наверное.

— Я хотел сразу сказать, что это ты мне адвоката нашла и помогла, но побоялся, что если Ха Хён Су узнает, тебе будет трудно. Не обижайся на нее.

— Вы все правильно сделали. Я правда в порядке.

Хи Джэ с запозданием взяла ложку, отломила кусочек желе и сунула в рот.

Она думала, что когда он ее позовет, то спросит, почему она связалась с Ха Хён Су, как она могла так поступить.

Лучше бы так и было, ей было бы легче. Но от мягкого кусочка желе в горле встал ком.

Вспомнилась мама, которая говорила, что почувствовала тепло в тарелке такого супа от старосты, и Хи Джэ, кажется, поняла, что это за чувство. Странные эмоции захлестнули ее, глаза защипало, и она положила ложку.

Вместо этого она достала из кармана пиджака сберегательную книжку и положила ее на стол.

Это и была причина, по которой она согласилась на этот неловкий обед.