Онлайн чтение книги
Матриарх перевоплотилась в богатую госпожу
The Master Became a Wealthy Madam
Глава 88
Гу Сюэи уже достаточно давно жила в этом мире и, конечно, знала значение слова «содержать».
Она ошеломлённо смотрела на Янь Чао, и как бы ни анализировала ситуацию, не могла понять его мотивы и причины для такого поступка.
В комнате воцарилась тишина.
Янь Чао спокойно ждал её реакции, не выказывая нетерпения.
Не выдержала домработница:
— Т-там… там кастрюля ещё на огне стоит.
Янь Чао поднялся:
— Да, пойду посмотрю.
Гу Сюэи, словно очнувшись ото сна, тихо спросила:
— Почему?
Янь Чао сначала зашёл на кухню, выключил огонь, выложил еду из кастрюли, а затем медленно вернулся к столу.
Домработница по какой-то причине чувствовала себя всё более неловко, воздух словно сгустился, и она ощутила себя лишней.
Но сидевшие за столом люди были не из тех, кто обращает внимание на внешние обстоятельства, и никто не заметил присутствия или отсутствия домработницы.
Янь Чао снял крышку с глиняного горшочка и спокойно сказал:
— Ты такая умная, как же ты не можешь понять почему?
Гу Сюэи открыла рот.
— Естественно, потому что ты мне нравишься, — сказал Янь Чао. — Нравится та Гу Сюэи, что сидит сейчас передо мной.
Гу Сюэи замерла.
Для неё это был поистине новый опыт.
Кажется, никто никогда не говорил ей этого так прямо, да? Ах нет, всё же было…
Давние воспоминания всплыли в памяти Гу Сюэи.
Когда младшего сына первого министра вытащили из воды, он, выпятив шею, кричал в её сторону, что «влюблён в неё и хочет взять её в жёны».
А потом её старший и второй братья устроили ему «смешанную парную взбучку» (прим.: намёк на парную игру в теннисе/бадминтоне).
Тот юноша был незрел и лицом, и характером, и Гу Сюэи, естественно, не обращала на него внимания.
Она думала, что такие слова могут говорить только юнцы, охваченные порывом страсти.
Неужели Янь Чао тоже может говорить так прямо?
— Скоро остынет, сначала поужинай, — Янь Чао, однако, не собирался развивать успех. Он кивнул подбородком. — Я тоже не ел… Можно поесть вместе?
Он пришёл к ней сквозь ветер и снег и приготовил ей еду.
Как Гу Сюэи могла отказать?
Гу Сюэи кивнула.
За едой не разговаривают.
Они ужинали полчаса. Домработница наконец нашла возможность проявить себя и поспешила убрать посуду.
Янь Чао взглянул на часы и сказал:
— Уже поздно… Могу я остаться на ночь? Отсюда как раз ближе до здания «Яньши», а до виллы Янь слишком далеко.
Гу Сюэи прищурилась, подумала немного, повернулась к домработнице и спросила:
— Гостевая комната убрана?
— Д-да, убрана, — поспешно ответила та.
Гу Сюэи кивнула:
— Тогда, господин Янь, отдыхайте пораньше.
Она помедлила, но всё же указала на тёмные круги под его глазами:
— Господин Янь, кажется, очень устал.
Янь Чао слегка улыбнулся:
— Да.
Крошечная толика её заботы, пусть даже из вежливости, показалась ему сладкой.
После ужина Гу Сюэи несколько раз прошлась по саду на крыше. Вернувшись в гостиную, она увидела, что Янь Чао, прислонившись к дивану, уже спал.
Домработница, убрав посуду, вышла и растерянно замерла.
Гу Сюэи не ожидала, что он устал до такой степени. Она попросила домработницу принести одеяло и укрыть его.
Затем Гу Сюэи вернулась в свою комнату читать.
Янь Чао приоткрыл глаза, а затем снова закрыл их.
Младшие члены семьи Янь долго ждали, но старший брат так и не вернулся.
А далеко, в США, где была разница во времени.
Фэн Юй только что закончил чрезвычайно секретный телефонный разговор.
Он провёл рукой по лицу, всё ещё чувствуя себя немного ошеломлённым.
Он, психопат, занимающийся нехорошими делами,居然 однажды смог связаться с партией благодаря этой колоде карт! (прим.: кит. jūrán – вопреки ожиданиям, неожиданно)
Это было просто чертовски невероятно!
'Я, чёрт возьми, ещё и стал национальным героем?'
Фэн Юй и подумать не мог, что отбеливание репутации, о котором его отец мечтал всю жизнь и так и не добился до самой смерти, так легко осуществится в его руках.
Фэн Юй встал, походка его была немного неуверенной, он всё ещё пребывал в состоянии сильной нереальности происходящего.
Он толкнул дверь и спустился вниз. Хадис тут же поднял голову и почтительно произнёс:
— Господин Фэн.
Хадис не ожидал, что на смену мёртвым Пикам придут Бубны Фэн Юя. Фэн Юй был ещё более непредсказуемым и неуловимым, чем Пики. Но сожалеть было поздно, ему оставалось лишь продолжать выполнять приказы Фэн Юя.
Фэн Юй опустил взгляд и холодно посмотрел на него:
— Угу.
Он прекрасно помнил те сплетни о Хадисе и Гу Сюэи. 'Эта ничтожество, и он смеет?'
Рядом с Хадисом лежала стопка газет.
При виде этого Фэн Юй нахмурился, его лицо стало ещё мрачнее и неувереннее.
Он спросил:
— Что ты читаешь?
Хадис тихо вздохнул, в его голосе послышались странные нотки:
— …Вы знаете, что Янь и его жена развелись? Новости взорвали заголовки европейских изданий. Газеты и журналы раскуплены…
Хадис всегда трезво оценивал себя.
Та госпожа Гу, несомненно, была красива и очаровательна, но после инцидента на лайнере он ясно осознал, что он и эта пара — люди разного поля ягоды. Мгновенно все его мысли улетучились.
Фэн Юй же словно застыл на месте и несколько секунд молчал.
Прошло больше десяти секунд, и Хадис услышал мрачный голос Фэн Юя:
— Правда?
— Правда, — сказал Хадис.
Фэн Юй с трудом переварил эту практически невозможную новость.
В конце концов, то, что Гу Сюэи любила Янь Чао, было слишком хорошо известно в их кругу.
Прошло ещё несколько секунд.
Фэн Юй внезапно, без всякого предупреждения, закрыл лицо руками и разразился громким смехом.
— Я, чёрт возьми, возвращаюсь в Китай, — внезапно сказал Фэн Юй.
'Точно псих', — подумал Хадис.
Фэн Юй уже дошёл до дверей виллы, как вдруг резко остановился.
Выражение его лица менялось, пока не застыло в крайне раздосадованной гримасе.
'Бл*, дела здесь ещё не закончены'.
Гу Сюэи вызвала его сюда именно для того, чтобы он навёл порядок, подчистил хвосты.
Сейчас дела ещё не были завершены. Если он просто уедет в Китай, то, вероятно, даже не сможет увидеть Гу Сюэи, да ещё и нарвётся на насмешки… Он почти мог представить себе презрение в её глазах.
Фэн Юй потёр виски, резко обернулся и мрачно спросил:
— Ты вчера говорил, что вице-председатель «Общества Цзюньюй» заручился тайной поддержкой старого Малори и отказывается сотрудничать, так?
Хадис необъяснимо почувствовал холодок по спине и кивнул:
— А, да…
Фэн Юй язвительно усмехнулся:
— Тогда сначала прикончим его.
Хадиса не удивило, что он прибегает к таким методам. Его удивило то, что Фэн Юй остановился на полпути.
На этом человеке никогда не было написано слово «правила».
Но теперь на нём словно появился Золотой Обруч (прим.: отсылка к «Путешествию на Запад», волшебный обруч, который сжимался на голове Сунь Укуна, причиняя боль, когда монах Тан произносил заклинание).
И казалось, ему это даже в какой-то степени нравилось.
Пока Фэн Юй усердно работал здесь, Цзян Юэ там советовался с Цзян Цзином…
Незаметно наступило утро.
Гу Сюэи встала, умылась, переоделась и вышла из спальни.
Янь Чао уже сидел на диване.
Гу Сюэи спросила:
— Господин Янь хорошо спал прошлой ночью?
Янь Чао кивнул:
— Очень хорошо.
Гу Сюэи вспомнила, как за границей он явно не высыпался, когда спал на диване. Она нахмурилась, но ничего не сказала.
Янь Чао только что проснулся, его голос был немного хриплым. Он спросил:
— Могу я воспользоваться ванной, чтобы принять душ?
Гу Сюэи хотела было указать на ванную снаружи, но вдруг вспомнила, что здесь живёт и домработница, поэтому изменила направление и указала на свою спальню:
— Иди сам.
Янь Чао кивнул.
Домработница быстро приготовила завтрак. Попробовав еду, Гу Сюэи неосознанно нахмурилась.
Действительно, это было не то же самое, что готовил Янь Чао.
На круизном лайнере она привыкла к тому, что еда подавалась по первому требованию, одежда готовилась заранее, и всеми делами занимался Янь Чао. Теперь, когда «главная горничная» внезапно сменилась, Гу Сюэи действительно чувствовала себя немного непривычно.
Закончив завтракать, она взглянула на часы — было уже половина одиннадцатого.
Гу Сюэи замерла.
Янь Чао был в ванной почти час.
У неё была назначена встреча с Цзянь Чанмином на одиннадцать тридцать.
Гу Сюэи снова подумала о невыспавшемся виде Янь Чао… 'Неужели он ударился головой в ванной?'
Гу Сюэи быстро встала, толкнула дверь спальни и вошла.
Но войдя, она замерла.
Шторы в спальне были плотно задёрнуты, и из-за их хорошей светонепроницаемости в комнате царила полная темнота.
Гу Сюэи подняла руку и включила свет.
Янь Чао стоял как раз там, обёрнутый полотенцем ниже пояса, верхняя часть тела была обнажена. Рельефные мышцы живота снова предстали перед глазами Гу Сюэи.
И мужчины, и женщины от природы ценят красоту.
Взгляд Гу Сюэи метнулся.
Он тихо сказал:
— Забыл, что у меня нет сменной одежды.
Его волосы были мокрыми, лишённые укладки, они стали мягкими и пушистыми, а капли воды с кончиков волос стекали по его шее, оставляя влажные следы.
Последний след вежливости и обходительности исчез с его лица. Его чёрно-белые глаза словно наполнились звериным желанием, и весь он стал выглядеть агрессивно.
— Почему не позвонил мне?
— Телефон снаружи.
— Мог бы позвать меня у двери.
— Там домработница, не очень удобно…
Гу Сюэи повернулась, открыла шкаф, порылась там, нашла женский пиджак и протянула Янь Чао:
— Пока что так, господин Янь, не простудитесь.
Янь Чао взял пиджак, но надеть его так и не смог.
Гу Сюэи: …
Только сейчас она внезапно ясно осознала, какое высокое и сильное тело скрывается под мягкой внешностью этого мужчины.
— Я принесу тебе телефон, позвони своему помощнику, пусть привезёт одежду.
Янь Чао кивнул.
Гу Сюэи вышла, нашла на диване телефон Янь Чао и вернулась в спальню.
Домработница смотрела на это с широко раскрытыми глазами, думая про себя: 'Наверное, вчерашнее предложение этого мужчины возлечь на ложе увенчалось успехом?'
'Эх, этот мужчина довольно красив, и такой внушительный, похож на богача. Неужели в наши дни богачам тоже приходится так поступать? Кстати, он кажется мне знакомым'.
Янь Чао позвонил Чэнь Юйцзиню и назвал адрес.
Затем он огляделся в спальне и спросил:
— Могу я сесть?
— Конечно.
Янь Чао вальяжно уселся на диван.
Полотенце немного разошлось.
Гу Сюэи, бросив беглый взгляд, заметила более явную выпуклость.
Именно в этот момент Янь Чао с лёгкой усмешкой снова повторил вчерашнее предложение.
— Госпожа Гу действительно не хочет подумать о том, чтобы взять меня на содержание? Я очень неприхотлив.
Взгляд Гу Сюэи на мгновение встретился с его.
В его глазах словно зажёгся огонь, обжигая её.
Гу Сюэи бросила ему плед.
Янь Чао тихо вздохнул, но не торопился. Это было только начало.
Янь Чао накинул на себя яркий плед.
Прошло полчаса ожидания, и Чэнь Юйцзинь прибыл со свежей одеждой.
Гу Сюэи встала, чтобы открыть дверь.
— Янь… Госпожа Гу? — Чэнь Юйцзинь застыл в изумлении, едва не выронив вещи из рук.
Гу Сюэи спокойно приняла их:
— Спасибо за беспокойство, секретарь Чэнь.
Эти слова Гу Сюэи и раньше говорила не раз, но сейчас они прозвучали так, что у Чэнь Юйцзиня слегка закружилась голова.
'Янь Чао позвонил ему, чтобы он привёз одежду, но привёз он её сюда, к Гу Сюэи?'
'Янь Чао провёл ночь у Гу Сюэи?'
'Поэтому он не вернулся в дом Янь?'
'Так что, чёрт возьми, здесь происходит?'
Секретарь Чэнь мысленно выругался.
Только что зародившийся росток надежды тут же был безжалостно вырван.
Дверь быстро закрылась.
Чэнь Юйцзинь повернулся и пошёл прочь, и внезапно у него возникла невероятная догадка…
'Может быть, Янь Чао вызвал его сюда, чтобы незаметно отбить у него всякую охоту?'
Это вполне соответствовало привычному стилю Янь Чао.
Действовать незаметно, но наносить смертельный удар.
'Но тогда… зачем было разводиться?'
'Неужели Янь Чао хочет после развода снова начать ухаживать за Гу Сюэи?'
Гу Сюэи положила одежду рядом с Янь Чао.
Если бы не нужно было идти на работу, Янь Чао подумал, что ему было бы неплохо и в этом ярком пледе.
Он опустил голову, уголки его губ непроизвольно приподнялись.
— Мне пора идти, — внезапно сказала Гу Сюэи.
— Куда?
— Пригласить Цзянь Чанмина на обед.
— … — Уголки губ Янь Чао мгновенно опустились, образуя довольно резкий изгиб.
Радость в сердце в одно мгновение разбилась вдребезги.
'Они развелись'.
'Его шанс настал'.
'Но и шансы других тоже настали…'
Гу Сюэи вышла за дверь. Костяшки пальцев Янь Чао сжались с хрустом.
Если бы не некоторые приятельские отношения с Цзянь Чанмином, Янь Чао уже бы распланировал для него расчленение на четыре тысячи кусков и захоронение в Атлантическом океане.
Гу Сюэи обедала с Цзянь Чанмином.
Цзянь Чанмин был человеком консервативным и не решался говорить много. Он окольными путями расспросил о причинах развода и, обнаружив, что между Гу Сюэи и Янь Чао нет никаких конфликтов, естественно, не нашёл повода утешать её.
Гу Сюэи была слишком сильной и не оставляла другим ни малейшей возможности проявить заботу.
Цзянь Чанмин проводил Гу Сюэи до двери. Не успела она сесть в машину, как зазвонил её телефон.
— Алло, господин Цзян?
— М? Кинотеатр?
— …Во сколько?
Цзянь Чанмин слышал голос Гу Сюэи, и в груди у него всё перемешалось.
'Цзян Юэ приглашает её?'
'Почему и Цзян Юэ здесь?'
В этот момент Цзянь Чанмин смутно заметил, как что-то быстро сверкнуло.
Тут Гу Сюэи закончила разговор и вежливо попрощалась с Цзянь Чанмином взмахом руки.
Цзянь Чанмин подавил возникшую было настороженность, вместо которой появилось непонятно откуда взявшееся чувство зависти.
— Тогда до встречи на твоём новоселье.
— Хорошо. До свидания.
Цзянь Чанмин открыл дверцу машины, проводил Гу Сюэи взглядом, пока её машина не скрылась из виду, и только потом уехал сам.
Гу Сюэи сразу после этого поехала на встречу с Цзян Юэ.
Хотя она и развелась с Янь Чао, это не означало, что она действительно выпала из этого круга.
Поэтому она не возражала против того, чтобы снова пообщаться с теми, с кем у неё сложились хорошие отношения, и укрепить дружбу.
Гу Сюэи мысленно прикинула, как можно будет обменяться с Цзян Юэ взаимными услугами.
Она вошла в кинотеатр, и Цзян Юэ тут же подошёл к ней.
Телохранители заранее очистили территорию вокруг, поэтому поблизости никого не было.
Гу Сюэи огляделась и подумала: 'Неудивительно, что он выбрал кинотеатр для разговора… Всё вокруг зачищено'.
— Янь… — Цзян Юэ по привычке открыл рот, но тут же осёкся и искренне улыбнулся: — Госпожа Гу, прошу сюда.
Сказав это, он взял у помощника напитки и попкорн.
Гу Сюэи кивнула и вместе с ним вошла в кинозал.
Зал был снят целиком, внутри не было ни души.
Они сели на лучшие места для просмотра.
Вскоре начался фильм.
Это была мелодрама, снятая кинокомпанией, принадлежащей корпорации «Цзянши».
Цзян Юэ сидел рядом с Гу Сюэи, испытывая совершенно иные чувства, чем раньше. Он несколько раз хотел заговорить, но каждый раз, повернув голову и увидев, что Гу Сюэи увлечённо смотрит, останавливался.
'Нужно дождаться подходящего момента'.
'С чего начать разговор?'
'В шутку спросить, не хочет ли она взяться за воспитание Цзян Цзина? Кажется, это не очень уместно, словно он нанимает её на работу…'
'Тогда сказать более прямо?'
Так Цзян Юэ прождал до самого конца фильма.
Гу Сюэи спросила:
— Это фильм, в который инвестировал господин Цзян?
— Да…
Гу Сюэи с сожалением сказала:
— Снято довольно паршиво.
— …
В зале зажёгся свет, сигнализируя о том, что можно выходить.
Гу Сюэи встала и снова спросила:
— Господин Цзян сегодня хотел поговорить со мной именно об этом фильме? Он настолько бессодержательный, что обсуждать тут решительно нечего.
Цзян Юэ открыл рот: …
'Пожалуй, ему стоит вернуться и прибить Цзян Цзина'.
'Что за бред про то, что в тёмном кинозале легче наладить отношения? Чушь собачья!'
— Я хотел поговорить с тобой о другом, — сказал Цзян Юэ, идя рядом с Гу Сюэи к выходу.
— М? — Гу Сюэи незаметно нахмурилась: — Почему раньше не сказал?
Столько времени потратили впустую.
Цзян Юэ вздохнул и с улыбкой сказал:
— Какие у госпожи Гу планы на будущее?
— Заняться инвестициями. А что? Господин Цзян хочет сотрудничать со мной?
Не успел Цзян Юэ ответить, как у Гу Сюэи зазвонил телефон.
На этот раз её хотел пригласить на ужин Сунь Цзюньи.
После успеха «Звезды» Сунь Цзюньи снова вернулся на пьедестал, вновь обретя ореол великого режиссёра. В одночасье несметное количество людей захотели инвестировать в его проекты, а звёзды и агентства — заискивать перед ним.
Сунь Цзюньи тоже видел обсуждения в интернете. Подумав, он решил, что должен что-то сделать, по крайней мере, показать всем, что даже после развода Гу Сюэи те, кому она помогла, не изменят своего отношения! Он, Сунь Цзюньи, безусловно, уважает её!
— Сегодня вечером? — спросила Гу Сюэи.
— Да, как вам удобно? — спросил Сунь Цзюньи на том конце провода.
— Удобно, — у Гу Сюэи пока не было других планов.
Сунь Цзюньи вздохнул с облегчением и поспешно попросил помощника отправить адрес Гу Сюэи.
Цзян Юэ не удержался:
— Не поужинаем вместе вечером?
Гу Сюэи с недоумением посмотрела на него:
— Господин Цзян разве не занят?
Цзян Юэ открыл рот, оказавшись в затруднительном положении.
Сказать, что занят, или нет?
Если занят, то ужин отменяется. Если не занят, то покажется бездельником. У Янь Чао ведь была репутация трудоголика. Гу Сюэи раньше так его любила, возможно, именно за эти качества.
Цзян Юэ провёл рукой по лицу:
— Занят.
Гу Сюэи кивнула:
— Господин Цзян хочет сказать что-то ещё? Мы можем сначала сесть и поговорить.
У Цзян Юэ не было никакого опыта, кроме похода в кино, он не знал, что ещё делать.
'Почему Цзян Юэ тоже выглядит таким невыспавшимся и растерянным?'
Гу Сюэи беспомощно улыбнулась:
— Господин Цзян выглядит не очень хорошо. Может, вам стоит сначала как следует отдохнуть, а если потом возникнут какие-то дела, мы свяжемся по телефону?
Совместный просмотр фильма тоже можно считать налаживанием отношений.
Цзян Юэ ещё сильнее захотел свернуть шею Цзян Цзину.
'Что за идиотские идеи!'
Цзян Юэ:
— …А, а, хорошо.
Гу Сюэи съездила проверить галерею и фонд, который находился в процессе передачи дел.
Цзян Юэ не поехал в офис, а специально вернулся домой и первым делом избил младшего брата.
Наступил вечер.
Янь Чао уже успокоился и собирался снова явиться к Гу Сюэи, чтобы приготовить ей ужин.
Гу Сюэи же уже сидела в отдельном кабинете ресторана с Сунь Цзюньи, готовясь к ужину.
В то же время в интернете появилось несколько громких новостей.
《Гу Сюэи не потеряла влияния: обед с Цзянь Чанмином》
《Цзян Юэ снял для Гу Сюэи кинозал: совместный просмотр мелодрамы》
《Режиссёр Сунь ужинает с Гу Сюэи: оживлённая беседа》
【Ох-ох-ох, красные искорки повсюду, за госпожу Гу нам вообще не нужно беспокоиться】
【Это всё за один день??? Вот это да! Госпожа Гу действительно очень популярна】
【У господина Яня голова на месте?】
【Бл* хахахаха, что это, чёрт возьми, происходит? Все стоят в очереди с номерками любви?】
【? А чему тут радоваться? Просто куча мужиков бегает за ней. Вы видели, чтобы хоть одна женщина с ней общалась?】
【ПС (прим.: предыдущий собеседник), чего завидуешь? А те, кто насмехался над ней как над брошенкой, вылезайте теперь, получите по щам】
Сунь Цзюньи тоже увидел новости.
Он беспомощно улыбнулся.
Это он зря переживал. Гу Сюэи такая сильная, как она могла после развода скатиться на дно? Желающих подставить плечо в трудную минуту оказалось немало, не он один! Он терялся среди всех этих влиятельных людей…
Вернувшись, Цзян Юэ тоже увидел новости, прочитал, как маркетинговые аккаунты расписывают его отношения с Гу Сюэи, даже приплетая старые новости.
Только тогда Цзян Юэ почувствовал удовлетворение — поход в кино не прошёл даром.
Он повернулся к Цзян Цзину:
— От тебя всё-таки есть польза…
Цзян Цзин, всё это время дрожавший от страха, наконец вздохнул с облегчением:
— Ха-ха, я же говорил. Тебе нужно меня слушать…
Цзян Цзин надеялся, что период ухаживаний продлится подольше, и время, когда он, перевернувшийся раб, сможет петь песни свободы, тоже затянется.
Дом семьи Янь.
Янь Вэньшу, с трудом заставив себя дочитать ещё одну книгу, проверила телефон и тут же вскочила, с грохотом сбегая вниз по лестнице.
— Плохи дела!
— Мне кажется, старший брат действительно ни на что не годен…
Янь Вэньцзя и Янь Вэньхун подняли головы.
Янь Вэньшу сунула им телефон под нос и с тревогой спросила:
— Если мы наденем мешки на головы Цзян Юэ и Цзянь Чанмину и изобьём их, это ещё можно будет исправить?
Тем временем.
Янь Чао постучал в дверь Гу Сюэи, но открыла ему домработница.
— Госпожи Гу нет дома?
Домработница покачала головой:
— Она звонила, сказала, что вечером ужинает с друзьями.
'Друзьями?'
'Кем?'
'Неужели она собирается ужинать с Цзянь Чанмином второй раз?'
Выражение лица Янь Чао не изменилось, но складки, образовавшиеся в его душе, казалось, могли прищемить муху.
Он достал телефон и как раз увидел новостную рассылку от приложения.
Янь Чао пробежался глазами по заголовкам.
Один день.
Всего один день.
И уже трое мужчин по очереди пригласили Гу Сюэи на обед и в кино.
Грудь Янь Чао сдавило.
Это было предсказуемо, так что не стоило особо злиться.
Но проблема была в том, что о них написали маркетинговые аккаунты, а о нём? Папарацци такие бесполезные? Даже фото, как он входит к ней в дом, не смогли сделать? В новостях даже его имени не было?
Янь Чао мрачно посмотрел на комментарии.
В комментариях его всё же упомянули.
Он внимательно прочитал —
【Поставим для господина Яня песню «Зелёный свет» (прим.: намек на измену, отсылка к зелёной шляпе)】
Янь Чао: …
В груди сдавило ещё сильнее.
Домработница необъяснимо почувствовала озноб и поспешно спросила:
— В-вам… вам что-нибудь нужно?
Янь Чао слегка улыбнулся:
— Ничего.
Он улыбался, но домработница всё равно вздрогнула.
Янь Чао вошёл в дом и сказал:
— Я приготовлю ей суп.
Домработница не смогла его остановить и пробормотала:
— Н-но, но госпожи Гу нет дома, она не говорила, что вам можно входить, и это… это всё моя работа, вы, вы…
Янь Чао уже надел фартук, достал старую курицу и одним ударом отрубил ей голову.
Он обернулся к домработнице и со слабой улыбкой сказал:
— О, ничего страшного. Я её содержанец. Это моя работа.
Ноги домработницы так задрожали, что она едва могла стоять.
Где… где вы видели такого богатого и грозного содержанца?
Она ошеломлённо смотрела на Янь Чао, и как бы ни анализировала ситуацию, не могла понять его мотивы и причины для такого поступка.
В комнате воцарилась тишина.
Янь Чао спокойно ждал её реакции, не выказывая нетерпения.
Не выдержала домработница:
— Т-там… там кастрюля ещё на огне стоит.
Янь Чао поднялся:
— Да, пойду посмотрю.
Гу Сюэи, словно очнувшись ото сна, тихо спросила:
— Почему?
Янь Чао сначала зашёл на кухню, выключил огонь, выложил еду из кастрюли, а затем медленно вернулся к столу.
Домработница по какой-то причине чувствовала себя всё более неловко, воздух словно сгустился, и она ощутила себя лишней.
Но сидевшие за столом люди были не из тех, кто обращает внимание на внешние обстоятельства, и никто не заметил присутствия или отсутствия домработницы.
Янь Чао снял крышку с глиняного горшочка и спокойно сказал:
— Ты такая умная, как же ты не можешь понять почему?
Гу Сюэи открыла рот.
— Естественно, потому что ты мне нравишься, — сказал Янь Чао. — Нравится та Гу Сюэи, что сидит сейчас передо мной.
Гу Сюэи замерла.
Для неё это был поистине новый опыт.
Кажется, никто никогда не говорил ей этого так прямо, да? Ах нет, всё же было…
Давние воспоминания всплыли в памяти Гу Сюэи.
Когда младшего сына первого министра вытащили из воды, он, выпятив шею, кричал в её сторону, что «влюблён в неё и хочет взять её в жёны».
А потом её старший и второй братья устроили ему «смешанную парную взбучку» (прим.: намёк на парную игру в теннисе/бадминтоне).
Тот юноша был незрел и лицом, и характером, и Гу Сюэи, естественно, не обращала на него внимания.
Она думала, что такие слова могут говорить только юнцы, охваченные порывом страсти.
Неужели Янь Чао тоже может говорить так прямо?
— Скоро остынет, сначала поужинай, — Янь Чао, однако, не собирался развивать успех. Он кивнул подбородком. — Я тоже не ел… Можно поесть вместе?
Он пришёл к ней сквозь ветер и снег и приготовил ей еду.
Как Гу Сюэи могла отказать?
Гу Сюэи кивнула.
За едой не разговаривают.
Они ужинали полчаса. Домработница наконец нашла возможность проявить себя и поспешила убрать посуду.
Янь Чао взглянул на часы и сказал:
— Уже поздно… Могу я остаться на ночь? Отсюда как раз ближе до здания «Яньши», а до виллы Янь слишком далеко.
Гу Сюэи прищурилась, подумала немного, повернулась к домработнице и спросила:
— Гостевая комната убрана?
— Д-да, убрана, — поспешно ответила та.
Гу Сюэи кивнула:
— Тогда, господин Янь, отдыхайте пораньше.
Она помедлила, но всё же указала на тёмные круги под его глазами:
— Господин Янь, кажется, очень устал.
Янь Чао слегка улыбнулся:
— Да.
Крошечная толика её заботы, пусть даже из вежливости, показалась ему сладкой.
После ужина Гу Сюэи несколько раз прошлась по саду на крыше. Вернувшись в гостиную, она увидела, что Янь Чао, прислонившись к дивану, уже спал.
Домработница, убрав посуду, вышла и растерянно замерла.
Гу Сюэи не ожидала, что он устал до такой степени. Она попросила домработницу принести одеяло и укрыть его.
Затем Гу Сюэи вернулась в свою комнату читать.
Янь Чао приоткрыл глаза, а затем снова закрыл их.
Младшие члены семьи Янь долго ждали, но старший брат так и не вернулся.
А далеко, в США, где была разница во времени.
Фэн Юй только что закончил чрезвычайно секретный телефонный разговор.
Он провёл рукой по лицу, всё ещё чувствуя себя немного ошеломлённым.
Он, психопат, занимающийся нехорошими делами,居然 однажды смог связаться с партией благодаря этой колоде карт! (прим.: кит. jūrán – вопреки ожиданиям, неожиданно)
Это было просто чертовски невероятно!
'Я, чёрт возьми, ещё и стал национальным героем?'
Фэн Юй и подумать не мог, что отбеливание репутации, о котором его отец мечтал всю жизнь и так и не добился до самой смерти, так легко осуществится в его руках.
Фэн Юй встал, походка его была немного неуверенной, он всё ещё пребывал в состоянии сильной нереальности происходящего.
Он толкнул дверь и спустился вниз. Хадис тут же поднял голову и почтительно произнёс:
— Господин Фэн.
Хадис не ожидал, что на смену мёртвым Пикам придут Бубны Фэн Юя. Фэн Юй был ещё более непредсказуемым и неуловимым, чем Пики. Но сожалеть было поздно, ему оставалось лишь продолжать выполнять приказы Фэн Юя.
Фэн Юй опустил взгляд и холодно посмотрел на него:
— Угу.
Он прекрасно помнил те сплетни о Хадисе и Гу Сюэи. 'Эта ничтожество, и он смеет?'
Рядом с Хадисом лежала стопка газет.
При виде этого Фэн Юй нахмурился, его лицо стало ещё мрачнее и неувереннее.
Он спросил:
— Что ты читаешь?
Хадис тихо вздохнул, в его голосе послышались странные нотки:
— …Вы знаете, что Янь и его жена развелись? Новости взорвали заголовки европейских изданий. Газеты и журналы раскуплены…
Хадис всегда трезво оценивал себя.
Та госпожа Гу, несомненно, была красива и очаровательна, но после инцидента на лайнере он ясно осознал, что он и эта пара — люди разного поля ягоды. Мгновенно все его мысли улетучились.
Фэн Юй же словно застыл на месте и несколько секунд молчал.
Прошло больше десяти секунд, и Хадис услышал мрачный голос Фэн Юя:
— Правда?
— Правда, — сказал Хадис.
Фэн Юй с трудом переварил эту практически невозможную новость.
В конце концов, то, что Гу Сюэи любила Янь Чао, было слишком хорошо известно в их кругу.
Прошло ещё несколько секунд.
Фэн Юй внезапно, без всякого предупреждения, закрыл лицо руками и разразился громким смехом.
— Я, чёрт возьми, возвращаюсь в Китай, — внезапно сказал Фэн Юй.
'Точно псих', — подумал Хадис.
Фэн Юй уже дошёл до дверей виллы, как вдруг резко остановился.
Выражение его лица менялось, пока не застыло в крайне раздосадованной гримасе.
'Бл*, дела здесь ещё не закончены'.
Гу Сюэи вызвала его сюда именно для того, чтобы он навёл порядок, подчистил хвосты.
Сейчас дела ещё не были завершены. Если он просто уедет в Китай, то, вероятно, даже не сможет увидеть Гу Сюэи, да ещё и нарвётся на насмешки… Он почти мог представить себе презрение в её глазах.
Фэн Юй потёр виски, резко обернулся и мрачно спросил:
— Ты вчера говорил, что вице-председатель «Общества Цзюньюй» заручился тайной поддержкой старого Малори и отказывается сотрудничать, так?
Хадис необъяснимо почувствовал холодок по спине и кивнул:
— А, да…
Фэн Юй язвительно усмехнулся:
— Тогда сначала прикончим его.
Хадиса не удивило, что он прибегает к таким методам. Его удивило то, что Фэн Юй остановился на полпути.
На этом человеке никогда не было написано слово «правила».
Но теперь на нём словно появился Золотой Обруч (прим.: отсылка к «Путешествию на Запад», волшебный обруч, который сжимался на голове Сунь Укуна, причиняя боль, когда монах Тан произносил заклинание).
И казалось, ему это даже в какой-то степени нравилось.
Пока Фэн Юй усердно работал здесь, Цзян Юэ там советовался с Цзян Цзином…
Незаметно наступило утро.
Гу Сюэи встала, умылась, переоделась и вышла из спальни.
Янь Чао уже сидел на диване.
Гу Сюэи спросила:
— Господин Янь хорошо спал прошлой ночью?
Янь Чао кивнул:
— Очень хорошо.
Гу Сюэи вспомнила, как за границей он явно не высыпался, когда спал на диване. Она нахмурилась, но ничего не сказала.
Янь Чао только что проснулся, его голос был немного хриплым. Он спросил:
— Могу я воспользоваться ванной, чтобы принять душ?
Гу Сюэи хотела было указать на ванную снаружи, но вдруг вспомнила, что здесь живёт и домработница, поэтому изменила направление и указала на свою спальню:
— Иди сам.
Янь Чао кивнул.
Домработница быстро приготовила завтрак. Попробовав еду, Гу Сюэи неосознанно нахмурилась.
Действительно, это было не то же самое, что готовил Янь Чао.
На круизном лайнере она привыкла к тому, что еда подавалась по первому требованию, одежда готовилась заранее, и всеми делами занимался Янь Чао. Теперь, когда «главная горничная» внезапно сменилась, Гу Сюэи действительно чувствовала себя немного непривычно.
Закончив завтракать, она взглянула на часы — было уже половина одиннадцатого.
Гу Сюэи замерла.
Янь Чао был в ванной почти час.
У неё была назначена встреча с Цзянь Чанмином на одиннадцать тридцать.
Гу Сюэи снова подумала о невыспавшемся виде Янь Чао… 'Неужели он ударился головой в ванной?'
Гу Сюэи быстро встала, толкнула дверь спальни и вошла.
Но войдя, она замерла.
Шторы в спальне были плотно задёрнуты, и из-за их хорошей светонепроницаемости в комнате царила полная темнота.
Гу Сюэи подняла руку и включила свет.
Янь Чао стоял как раз там, обёрнутый полотенцем ниже пояса, верхняя часть тела была обнажена. Рельефные мышцы живота снова предстали перед глазами Гу Сюэи.
И мужчины, и женщины от природы ценят красоту.
Взгляд Гу Сюэи метнулся.
Он тихо сказал:
— Забыл, что у меня нет сменной одежды.
Его волосы были мокрыми, лишённые укладки, они стали мягкими и пушистыми, а капли воды с кончиков волос стекали по его шее, оставляя влажные следы.
Последний след вежливости и обходительности исчез с его лица. Его чёрно-белые глаза словно наполнились звериным желанием, и весь он стал выглядеть агрессивно.
— Почему не позвонил мне?
— Телефон снаружи.
— Мог бы позвать меня у двери.
— Там домработница, не очень удобно…
Гу Сюэи повернулась, открыла шкаф, порылась там, нашла женский пиджак и протянула Янь Чао:
— Пока что так, господин Янь, не простудитесь.
Янь Чао взял пиджак, но надеть его так и не смог.
Гу Сюэи: …
Только сейчас она внезапно ясно осознала, какое высокое и сильное тело скрывается под мягкой внешностью этого мужчины.
— Я принесу тебе телефон, позвони своему помощнику, пусть привезёт одежду.
Янь Чао кивнул.
Гу Сюэи вышла, нашла на диване телефон Янь Чао и вернулась в спальню.
Домработница смотрела на это с широко раскрытыми глазами, думая про себя: 'Наверное, вчерашнее предложение этого мужчины возлечь на ложе увенчалось успехом?'
'Эх, этот мужчина довольно красив, и такой внушительный, похож на богача. Неужели в наши дни богачам тоже приходится так поступать? Кстати, он кажется мне знакомым'.
Янь Чао позвонил Чэнь Юйцзиню и назвал адрес.
Затем он огляделся в спальне и спросил:
— Могу я сесть?
— Конечно.
Янь Чао вальяжно уселся на диван.
Полотенце немного разошлось.
Гу Сюэи, бросив беглый взгляд, заметила более явную выпуклость.
Именно в этот момент Янь Чао с лёгкой усмешкой снова повторил вчерашнее предложение.
— Госпожа Гу действительно не хочет подумать о том, чтобы взять меня на содержание? Я очень неприхотлив.
Взгляд Гу Сюэи на мгновение встретился с его.
В его глазах словно зажёгся огонь, обжигая её.
Гу Сюэи бросила ему плед.
Янь Чао тихо вздохнул, но не торопился. Это было только начало.
Янь Чао накинул на себя яркий плед.
Прошло полчаса ожидания, и Чэнь Юйцзинь прибыл со свежей одеждой.
Гу Сюэи встала, чтобы открыть дверь.
— Янь… Госпожа Гу? — Чэнь Юйцзинь застыл в изумлении, едва не выронив вещи из рук.
Гу Сюэи спокойно приняла их:
— Спасибо за беспокойство, секретарь Чэнь.
Эти слова Гу Сюэи и раньше говорила не раз, но сейчас они прозвучали так, что у Чэнь Юйцзиня слегка закружилась голова.
'Янь Чао позвонил ему, чтобы он привёз одежду, но привёз он её сюда, к Гу Сюэи?'
'Янь Чао провёл ночь у Гу Сюэи?'
'Поэтому он не вернулся в дом Янь?'
'Так что, чёрт возьми, здесь происходит?'
Секретарь Чэнь мысленно выругался.
Только что зародившийся росток надежды тут же был безжалостно вырван.
Дверь быстро закрылась.
Чэнь Юйцзинь повернулся и пошёл прочь, и внезапно у него возникла невероятная догадка…
'Может быть, Янь Чао вызвал его сюда, чтобы незаметно отбить у него всякую охоту?'
Это вполне соответствовало привычному стилю Янь Чао.
Действовать незаметно, но наносить смертельный удар.
'Но тогда… зачем было разводиться?'
'Неужели Янь Чао хочет после развода снова начать ухаживать за Гу Сюэи?'
Гу Сюэи положила одежду рядом с Янь Чао.
Если бы не нужно было идти на работу, Янь Чао подумал, что ему было бы неплохо и в этом ярком пледе.
Он опустил голову, уголки его губ непроизвольно приподнялись.
— Мне пора идти, — внезапно сказала Гу Сюэи.
— Куда?
— Пригласить Цзянь Чанмина на обед.
— … — Уголки губ Янь Чао мгновенно опустились, образуя довольно резкий изгиб.
Радость в сердце в одно мгновение разбилась вдребезги.
'Они развелись'.
'Его шанс настал'.
'Но и шансы других тоже настали…'
Гу Сюэи вышла за дверь. Костяшки пальцев Янь Чао сжались с хрустом.
Если бы не некоторые приятельские отношения с Цзянь Чанмином, Янь Чао уже бы распланировал для него расчленение на четыре тысячи кусков и захоронение в Атлантическом океане.
Гу Сюэи обедала с Цзянь Чанмином.
Цзянь Чанмин был человеком консервативным и не решался говорить много. Он окольными путями расспросил о причинах развода и, обнаружив, что между Гу Сюэи и Янь Чао нет никаких конфликтов, естественно, не нашёл повода утешать её.
Гу Сюэи была слишком сильной и не оставляла другим ни малейшей возможности проявить заботу.
Цзянь Чанмин проводил Гу Сюэи до двери. Не успела она сесть в машину, как зазвонил её телефон.
— Алло, господин Цзян?
— М? Кинотеатр?
— …Во сколько?
Цзянь Чанмин слышал голос Гу Сюэи, и в груди у него всё перемешалось.
'Цзян Юэ приглашает её?'
'Почему и Цзян Юэ здесь?'
В этот момент Цзянь Чанмин смутно заметил, как что-то быстро сверкнуло.
Тут Гу Сюэи закончила разговор и вежливо попрощалась с Цзянь Чанмином взмахом руки.
Цзянь Чанмин подавил возникшую было настороженность, вместо которой появилось непонятно откуда взявшееся чувство зависти.
— Тогда до встречи на твоём новоселье.
— Хорошо. До свидания.
Цзянь Чанмин открыл дверцу машины, проводил Гу Сюэи взглядом, пока её машина не скрылась из виду, и только потом уехал сам.
Гу Сюэи сразу после этого поехала на встречу с Цзян Юэ.
Хотя она и развелась с Янь Чао, это не означало, что она действительно выпала из этого круга.
Поэтому она не возражала против того, чтобы снова пообщаться с теми, с кем у неё сложились хорошие отношения, и укрепить дружбу.
Гу Сюэи мысленно прикинула, как можно будет обменяться с Цзян Юэ взаимными услугами.
Она вошла в кинотеатр, и Цзян Юэ тут же подошёл к ней.
Телохранители заранее очистили территорию вокруг, поэтому поблизости никого не было.
Гу Сюэи огляделась и подумала: 'Неудивительно, что он выбрал кинотеатр для разговора… Всё вокруг зачищено'.
— Янь… — Цзян Юэ по привычке открыл рот, но тут же осёкся и искренне улыбнулся: — Госпожа Гу, прошу сюда.
Сказав это, он взял у помощника напитки и попкорн.
Гу Сюэи кивнула и вместе с ним вошла в кинозал.
Зал был снят целиком, внутри не было ни души.
Они сели на лучшие места для просмотра.
Вскоре начался фильм.
Это была мелодрама, снятая кинокомпанией, принадлежащей корпорации «Цзянши».
Цзян Юэ сидел рядом с Гу Сюэи, испытывая совершенно иные чувства, чем раньше. Он несколько раз хотел заговорить, но каждый раз, повернув голову и увидев, что Гу Сюэи увлечённо смотрит, останавливался.
'Нужно дождаться подходящего момента'.
'С чего начать разговор?'
'В шутку спросить, не хочет ли она взяться за воспитание Цзян Цзина? Кажется, это не очень уместно, словно он нанимает её на работу…'
'Тогда сказать более прямо?'
Так Цзян Юэ прождал до самого конца фильма.
Гу Сюэи спросила:
— Это фильм, в который инвестировал господин Цзян?
— Да…
Гу Сюэи с сожалением сказала:
— Снято довольно паршиво.
— …
В зале зажёгся свет, сигнализируя о том, что можно выходить.
Гу Сюэи встала и снова спросила:
— Господин Цзян сегодня хотел поговорить со мной именно об этом фильме? Он настолько бессодержательный, что обсуждать тут решительно нечего.
Цзян Юэ открыл рот: …
'Пожалуй, ему стоит вернуться и прибить Цзян Цзина'.
'Что за бред про то, что в тёмном кинозале легче наладить отношения? Чушь собачья!'
— Я хотел поговорить с тобой о другом, — сказал Цзян Юэ, идя рядом с Гу Сюэи к выходу.
— М? — Гу Сюэи незаметно нахмурилась: — Почему раньше не сказал?
Столько времени потратили впустую.
Цзян Юэ вздохнул и с улыбкой сказал:
— Какие у госпожи Гу планы на будущее?
— Заняться инвестициями. А что? Господин Цзян хочет сотрудничать со мной?
Не успел Цзян Юэ ответить, как у Гу Сюэи зазвонил телефон.
На этот раз её хотел пригласить на ужин Сунь Цзюньи.
После успеха «Звезды» Сунь Цзюньи снова вернулся на пьедестал, вновь обретя ореол великого режиссёра. В одночасье несметное количество людей захотели инвестировать в его проекты, а звёзды и агентства — заискивать перед ним.
Сунь Цзюньи тоже видел обсуждения в интернете. Подумав, он решил, что должен что-то сделать, по крайней мере, показать всем, что даже после развода Гу Сюэи те, кому она помогла, не изменят своего отношения! Он, Сунь Цзюньи, безусловно, уважает её!
— Сегодня вечером? — спросила Гу Сюэи.
— Да, как вам удобно? — спросил Сунь Цзюньи на том конце провода.
— Удобно, — у Гу Сюэи пока не было других планов.
Сунь Цзюньи вздохнул с облегчением и поспешно попросил помощника отправить адрес Гу Сюэи.
Цзян Юэ не удержался:
— Не поужинаем вместе вечером?
Гу Сюэи с недоумением посмотрела на него:
— Господин Цзян разве не занят?
Цзян Юэ открыл рот, оказавшись в затруднительном положении.
Сказать, что занят, или нет?
Если занят, то ужин отменяется. Если не занят, то покажется бездельником. У Янь Чао ведь была репутация трудоголика. Гу Сюэи раньше так его любила, возможно, именно за эти качества.
Цзян Юэ провёл рукой по лицу:
— Занят.
Гу Сюэи кивнула:
— Господин Цзян хочет сказать что-то ещё? Мы можем сначала сесть и поговорить.
У Цзян Юэ не было никакого опыта, кроме похода в кино, он не знал, что ещё делать.
'Почему Цзян Юэ тоже выглядит таким невыспавшимся и растерянным?'
Гу Сюэи беспомощно улыбнулась:
— Господин Цзян выглядит не очень хорошо. Может, вам стоит сначала как следует отдохнуть, а если потом возникнут какие-то дела, мы свяжемся по телефону?
Совместный просмотр фильма тоже можно считать налаживанием отношений.
Цзян Юэ ещё сильнее захотел свернуть шею Цзян Цзину.
'Что за идиотские идеи!'
Цзян Юэ:
— …А, а, хорошо.
Гу Сюэи съездила проверить галерею и фонд, который находился в процессе передачи дел.
Цзян Юэ не поехал в офис, а специально вернулся домой и первым делом избил младшего брата.
Наступил вечер.
Янь Чао уже успокоился и собирался снова явиться к Гу Сюэи, чтобы приготовить ей ужин.
Гу Сюэи же уже сидела в отдельном кабинете ресторана с Сунь Цзюньи, готовясь к ужину.
В то же время в интернете появилось несколько громких новостей.
《Гу Сюэи не потеряла влияния: обед с Цзянь Чанмином》
《Цзян Юэ снял для Гу Сюэи кинозал: совместный просмотр мелодрамы》
《Режиссёр Сунь ужинает с Гу Сюэи: оживлённая беседа》
【Ох-ох-ох, красные искорки повсюду, за госпожу Гу нам вообще не нужно беспокоиться】
【Это всё за один день??? Вот это да! Госпожа Гу действительно очень популярна】
【У господина Яня голова на месте?】
【Бл* хахахаха, что это, чёрт возьми, происходит? Все стоят в очереди с номерками любви?】
【? А чему тут радоваться? Просто куча мужиков бегает за ней. Вы видели, чтобы хоть одна женщина с ней общалась?】
【ПС (прим.: предыдущий собеседник), чего завидуешь? А те, кто насмехался над ней как над брошенкой, вылезайте теперь, получите по щам】
Сунь Цзюньи тоже увидел новости.
Он беспомощно улыбнулся.
Это он зря переживал. Гу Сюэи такая сильная, как она могла после развода скатиться на дно? Желающих подставить плечо в трудную минуту оказалось немало, не он один! Он терялся среди всех этих влиятельных людей…
Вернувшись, Цзян Юэ тоже увидел новости, прочитал, как маркетинговые аккаунты расписывают его отношения с Гу Сюэи, даже приплетая старые новости.
Только тогда Цзян Юэ почувствовал удовлетворение — поход в кино не прошёл даром.
Он повернулся к Цзян Цзину:
— От тебя всё-таки есть польза…
Цзян Цзин, всё это время дрожавший от страха, наконец вздохнул с облегчением:
— Ха-ха, я же говорил. Тебе нужно меня слушать…
Цзян Цзин надеялся, что период ухаживаний продлится подольше, и время, когда он, перевернувшийся раб, сможет петь песни свободы, тоже затянется.
Дом семьи Янь.
Янь Вэньшу, с трудом заставив себя дочитать ещё одну книгу, проверила телефон и тут же вскочила, с грохотом сбегая вниз по лестнице.
— Плохи дела!
— Мне кажется, старший брат действительно ни на что не годен…
Янь Вэньцзя и Янь Вэньхун подняли головы.
Янь Вэньшу сунула им телефон под нос и с тревогой спросила:
— Если мы наденем мешки на головы Цзян Юэ и Цзянь Чанмину и изобьём их, это ещё можно будет исправить?
Тем временем.
Янь Чао постучал в дверь Гу Сюэи, но открыла ему домработница.
— Госпожи Гу нет дома?
Домработница покачала головой:
— Она звонила, сказала, что вечером ужинает с друзьями.
'Друзьями?'
'Кем?'
'Неужели она собирается ужинать с Цзянь Чанмином второй раз?'
Выражение лица Янь Чао не изменилось, но складки, образовавшиеся в его душе, казалось, могли прищемить муху.
Он достал телефон и как раз увидел новостную рассылку от приложения.
Янь Чао пробежался глазами по заголовкам.
Один день.
Всего один день.
И уже трое мужчин по очереди пригласили Гу Сюэи на обед и в кино.
Грудь Янь Чао сдавило.
Это было предсказуемо, так что не стоило особо злиться.
Но проблема была в том, что о них написали маркетинговые аккаунты, а о нём? Папарацци такие бесполезные? Даже фото, как он входит к ней в дом, не смогли сделать? В новостях даже его имени не было?
Янь Чао мрачно посмотрел на комментарии.
В комментариях его всё же упомянули.
Он внимательно прочитал —
【Поставим для господина Яня песню «Зелёный свет» (прим.: намек на измену, отсылка к зелёной шляпе)】
Янь Чао: …
В груди сдавило ещё сильнее.
Домработница необъяснимо почувствовала озноб и поспешно спросила:
— В-вам… вам что-нибудь нужно?
Янь Чао слегка улыбнулся:
— Ничего.
Он улыбался, но домработница всё равно вздрогнула.
Янь Чао вошёл в дом и сказал:
— Я приготовлю ей суп.
Домработница не смогла его остановить и пробормотала:
— Н-но, но госпожи Гу нет дома, она не говорила, что вам можно входить, и это… это всё моя работа, вы, вы…
Янь Чао уже надел фартук, достал старую курицу и одним ударом отрубил ей голову.
Он обернулся к домработнице и со слабой улыбкой сказал:
— О, ничего страшного. Я её содержанец. Это моя работа.
Ноги домработницы так задрожали, что она едва могла стоять.
Где… где вы видели такого богатого и грозного содержанца?
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления
закрыть