Онлайн чтение книги Матриарх перевоплотилась в богатую госпожу The Master Became a Wealthy Madam
Глава 72

Сто миллионов, двести миллионов…

За предыдущие два месяца ажиотаж вокруг фильма достиг пика, и когда зрители и крупнейшие СМИ в один голос начали его хвалить, это быстро привлекло обычных людей, которые тоже решили купить билеты и посмотреть.

Весь интернет наблюдал, как кассовые сборы «Звезды» неуклонно росли.

По итогам первого дня на сайтах статистики кассовых сборов «Звезда» зафиксировала 206 миллионов.

«Треть любви» — 110 миллионов.

В ту ночь многие не могли уснуть.

Хэштег #КассаЗвездыДвестиМиллионов взлетел в топ горячих запросов, а сразу под ним был #ТретьЛюбвиПреодолелаСтоМиллионов.

Как ни посмотри, нижняя строчка выглядела довольно жалко.

Сто миллионов — это разве много? Да, раньше это было очень много, но по сравнению с двумястами миллионами — ничто.

【У-у-у, двести миллионов Брата Вэньцзя действительно заслужены! Надеюсь, сборы ещё вырастут! Вперёд, вперёд, вперёд!】

【Сестричка сверху, ты, видимо, не очень следишь за кассовыми сборами? Не нужно надеяться, они точно ещё вырастут. Завтра будет пик сборов, вот увидишь.】

【Почему никто не говорит про Хань Вэня?】

【…Не то чтобы никто не говорит, просто эммм… Хань Вэнь в этот раз действительно сильно сдал. Как будто тебя щекочут, заставляя смеяться. Актёрский состав провалился, измену и предательство выдают за настоящую любовь, очень сбивает с толку.】

【Хань Вэнь в этот раз так плох? А он ведь был так уверен в себе?】

【Вот поэтому это и сбивает с толку… Впрочем, Хань Вэнь в этот раз сделал и доброе дело: дал заработать куче авторов видеообзоров (прим.: UP主 — User Publisher, автор контента на видеоплатформах), которые наперебой его критикуют, лол】

…

Помощник слово в слово зачитал комментарии Хань Вэню.

Было полтретьего ночи.

Хань Вэня вытащили из постели. Сладкие сны о кассовом успехе развеялись, сменившись багровым от ярости лицом инвестора.

— Что режиссёр Хань говорил тогда? Что будет ещё больший взрыв, что соберёт ещё больше денег, чем раньше? — холодно спросил Сун У.

Хань Вэнь не совсем понял:— Разве… разве не сто миллионов? Мне же уже доложили об успехе!

Сун У пнул его:— Чёрта с два! У Сунь Цзюньи уже двести миллионов сборов! А ты радуешься своим ста миллионам, да?

Сун У когда-то чуть не вложился в Сунь Цзюньи, но потом услышал, что инвестировала Гу Сюэи, и тут же переметнулся к Хань Вэню, намеренно желая посоперничать с Гу Сюэи.

Заработок отошёл на второй план.

Он хотел лишь狠狠 растоптать лицо Гу Сюэи, чтобы она знала своё место.

Лицо Хань Вэня изменилось:— Двести миллионов? Невозможно!

Он слишком хорошо знал Сунь Цзюньи.

У Сунь Цзюньи были свои принципы и гордость, поэтому он и упорствовал на пути малопопулярных тем. Позже Сунь Цзюньи захотел сменить направление и написал два сценария для малобюджетных фильмов. Но Хань Вэнь снял свой фильм первым, и Сунь Цзюньи уже не стал бы снимать в том же жанре. На это Хань Вэнь и рассчитывал всё это время!

Разве мог Сунь Цзюньи переключиться на другой жанр и написать ещё один потрясающий сценарий?

Сун У злобно усмехнулся:— Невозможно? Почему ты так уверен, что невозможно?

— Я…

Сун У схватил его за воротник:— Говорю тебе, репутация твоего нового фильма в сети стремительно падает. Я нанял ботов, чтобы помочь тебе. Но если касса не удержится, и я опозорюсь…

Сун У указал на окно.

— Я выброшу тебя отсюда.

Хань Вэнь жил в этой элитной квартире на двадцать седьмом этаже.

Двадцать седьмой этаж…

Ноги Хань Вэня подкосились, он заикаясь пролепетал:— Не… невозможно. Господин Сун, вы же знаете, такие фильмы, которые вот-вот должны выстрелить, всегда пытаются утопить конкуренты перед выходом. То, что кто-то ругает, не значит, что касса будет плохой…

— Я верю тебе в последний раз, — холодно сказал Сун У.

Только после этого он с подчинёнными направился к двери.

По пути Сун У не мог удержаться от мыслей: 'Чёрт возьми, знал бы я раньше, что так обернётся, лучше бы, узнав об инвестициях Гу Сюэи, велел сбить Сунь Цзюньи машиной, чтобы он остался калекой'.

Теперь уже поздно что-либо делать.

Дверь захлопнулась.

Хань Вэнь рухнул на пол и в панике схватился за телефон, чтобы проверить Weibo.

— Невозможно… невозможно…

Хань Вэнь покрылся холодным потом.

Но чем невероятнее казалось событие, тем упорнее оно происходило.

Благодаря мощной рекламной кампании и сарафанному радио среди бесчисленных пользователей сети, кассовые сборы «Звезды» продолжали расти.

Второй день — 280 миллионов.

Третий день — 313 миллионов.

…

Сборы «Треть любви», напротив, падали.

Второй день — 50 миллионов.

Третий день — 12 миллионов.

…

«Инсайдеры индустрии», которые когда-то клятвенно заверяли, что «Звезда» провалится, что китайская научная фантастика никому не нужна, теперь, не смущаясь тем, что сами себя опровергают, переобулись в воздухе и начали трубить, что «Звезда», возможно, станет чудом индустрии.

【Не стоит так уж превозносить, преодолеть два миллиарда — это уже будет очень круто.】

【Плюсую, сестрёнка. Увидеть этот фильм моего Брата Вэньцзя при жизни — уже само по себе ценно!】

【Будьте увереннее, ребята! Можно и выше!】

На пятый день всё больше авторов видеообзоров начали делать разборы «Треть любви».

Именно тогда, когда все уже думали, что касса «Звезды» и так достаточно высока, и что новогодние каникулы — это действительно мощный период, многие обычные зрители начали ходить в кино «из мести».

Открываешь форум, и любой пост — это:

«Меня убил Хань Вэнь, пока, пойду промою глаза»

【ТС +1! Ходил с младшими братом и сестрой, блин, реально глаза сломал. Пошёл на „Звезду“】

【Вообще-то, „Шпион“, вышедший одновременно с фильмом Янь Вэньцзя, тоже неплох. Посмотрите его, а потом „Звезду“, и вы поймёте, что актёрская игра Янь Вэньцзя просто заоблачная! В этот раз, наоборот, под сомнение поставили игру признанного киноимператора Сяна… Хотя винить его нельзя. В съёмочную группу запихнули несколько айдолов, даже киноимператор Сян не смог их вытянуть!】

【Игра Су Фу особенно ужасна. В прошлый раз в интервью она хотя бы проявила самокритичность, признав, что она так себе.】

【Начинаю сомневаться в режиссёрском уровне Хань Вэня. Су Фу говорила, что на съёмочной площадке он часто хвалил актёров == Играют как дерьмо, а он хвалит? Неудивительно, что фильм — отстой.】

…

Кинотеатры тоже хотят зарабатывать. Видя, как сборы Хань Вэня продолжают падать, они соответственно сократили количество сеансов.

Если бы не поддержка семьи Сун за спиной, новый фильм Хань Вэня быстро исчез бы из поля зрения публики.

Напротив.

Число подписчиков Янь Вэньцзя на Weibo снова безумно выросло.

Его персонаж по профессии был звездой, и такой сеттинг позволял зрителям легко ассоциировать себя с ним, перенося чувства к персонажу на самого актёра.

Телефон агента Янь Вэньцзя буквально разрывался от звонков.

А что же сам Янь Вэньцзя?

Он стоял за кулисами во время промо-тура и смотрел на количество подписчиков на Weibo — девяносто миллионов.

Особых чувств Янь Вэньцзя не испытывал.

Он стал знаменитым сразу после дебюта, и слишком много фанатов кричали ему: «Янь Вэньцзя, ты мне нравишься!»

Янь Вэньцзя больше волновал другой вопрос: …сможет ли он теперь заработать больше денег? Сможет ли отдать Гу Сюэи много-много сотен миллионов?

Янь Вэньцзя сначала сделал скриншот числа подписчиков и тихонько отправил его Гу Сюэи.

Затем позвонил агенту.

Агент торопливо ответил, сначала отдышавшись:— Брат Вэньцзя, что случилось?

Он только что договорился о времени следующей встречи с группой людей.

— Сколько я сейчас стою? — Янь Вэньцзя помедлил и спросил: — Больше, чем Янь Чао?

Агент:— Э-э, это…

Услышав его замешательство, Янь Вэньцзя уныло повесил трубку.

'Ладно'.

'Он понял'.

— Брат Вэньцзя, нам пора идти, — подошёл позвать его начинающий актёр из съёмочной группы.

Янь Вэньцзя:— Ох.

Начинающий актёр, увидев его выражение лица, подумал: 'Почему Брат Вэньцзя выглядит не очень счастливым?'

Он задумался и тут же всё понял.

'Брат Вэньцзя не зря стал Братом Вэньцзя!'

'Его сегодняшняя игра, его достижения — всё это потому, что он никогда не гордился и не был самодовольным! Я только начал становиться известным, чем мне гордиться? Мне тоже нужно научиться твёрдо стоять на ногах, да!'

Закончив промо-тур в тот день, начинающий актёр тихонько опубликовал пост в Моментах WeChat.

【Брат Вэньцзя — самый скромный, самый талантливый и самый преданный своему делу человек, которого я когда-либо встречал!】

Чтобы его не обвинили в подхалимстве, он установил видимость «кроме Янь Вэньцзя».

В итоге этот пост тут же был опубликован на Weibo.

Пользователи сети снова разразились смехом.

'Разве у Янь Вэньцзя есть такие качества, как скромность, преданность делу и талант?'

Но, подумав о новом фильме, они замолчали. 'Возможно, они никогда не видели настоящего Янь Вэньцзя'.

На какое-то время весь интернет снова наполнился похвалами в адрес Янь Вэньцзя, и некоторые даже извинились за свои прошлые необдуманные и резкие высказывания из-за незнания.

Янь Вэньцзя совершенно не обращал внимания на то, хвалят его в сети или ругают.

Он получил ответное сообщение.

【Отлично.】

Хотя там было всего два слова, Янь Вэньцзя тут же нашёл повод и написал Гу Сюэи: 【Невестка, ты подписалась на мой Weibo? Подпишись для ровного счёта.】

Всё было так естественно.

Гу Сюэи ответила: 【Хорошо】.

Янь Вэньцзя тут же зашёл на Weibo.

И начал непрерывно обновлять страницу.

На форуме сплетен ещё некоторое время обсуждали, что Янь Вэньцзя делал онлайн: он не публиковал посты, никого не лайкал. Что же он делал?

Неужели любовался комплиментами в свой адрес в сети (прим.: 彩虹屁 - cǎihóngpì, букв. «радужные пуки» - чрезмерные, льстивые комплименты)?

Примерно через десять минут.

Гу Сюэи закончила свои дела, взяла телефон, нашла Weibo Янь Вэньцзя и подписалась.

В следующую секунду Янь Вэньцзя вышел из сети.

【???】

【Что делает Янь Вэньцзя?】

【Ой! Кажется, Гу Сюэи только что на него подписалась】

【Только сейчас подписалась? Я думал, они давно друг на друга подписаны, похоже, у меня проблемы с памятью】

【Ха-ха-ха, неужели Янь Вэньцзя всё это время ждал, пока Гу Сюэи на него подпишется?】

【…】

【Чёрт, я угадал?】

【Вообще-то, раньше уже были подозрения насчёт их отношений, но… это слишком невероятно, понимаете? Это дело действительно загадочное…】

Пользователи сети всё ещё вздыхали о том, что в эти новогодние каникулы они вдоволь насытились сплетнями.

Гу Сюэи сидела в кабинете, только что закончив упражняться в каллиграфии на одном листе.

Она некоторое время не практиковалась, и сейчас кисть в руке казалась немного непослушной.

В этот момент в дверь постучала Янь Вэньшу.

— Входи, дверь не заперта, — сказала Гу Сюэи, не поднимая головы.

Янь Вэньшу тут же проскользнула внутрь и сухо произнесла:— Невестка, касса превысила миллиард!

Гу Сюэи кивнула:— Угу.

Янь Вэньшу вытянула шею:— Невестка, тебя это совсем не волнует?

— Результат уже налицо, — равнодушно сказала Гу Сюэи, не прерывая движений руки.

Янь Вэньшу подошла ближе, посмотрела и удивлённо воскликнула:— Невестка, ты такая крутая! Ты и это умеешь писать!

Гу Сюэи кивнула.

Янь Вэньшу больше не стала мешать и послушно вышла.

Но снаружи, просидев всего полчаса, Янь Вэньшу не удержалась и снова пришла.

— Невестка, сегодня, возможно, сборы превысят один миллиард триста миллионов!

— Невестка, в сети многие хвалят фильм, и тебя тоже многие хвалят…

— Невестка…

Янь Вэньшу, как сурок, то и дело высовывала свою маленькую головку.

Она волновалась больше, чем сама Гу Сюэи.

Словно растущие кассовые сборы в сети принадлежали и ей тоже, и похвала пользователей в адрес Гу Сюэи была равносильна похвале в её адрес.

Янь Вэньбай, сидевший на диване внизу, нетерпеливо и холодно проворчал:— Больно болтливая.

У Янь Вэньшу был острый слух. Она тут же перегнулась через перила и громко крикнула:— Не твоё дело!

В огромном доме Янь голоса слегка отдавались эхом.

Выругавшись, Янь Вэньшу тут же прикрыла рот рукой.

'Невестка в кабинете, старший брат тоже в кабинете'.

'Если кто-нибудь из них услышит, её, скорее всего, накажут'.

Янь Вэньбай прижал к себе учебные материалы. Взгляд его оставался холодным, но уши его дрогнули и тут же навострились, продолжая тайно прислушиваться к громкой болтовне Янь Вэньшу наверху.
Только Янь Вэньхун сидел на диване в оцепенении.
'Она очень сильная'.
'И те пятьсот миллионов, что он ей отдал, ей не нужны'.
Янь Вэньхун закусил губу, остро ощущая свою ненужность и бесполезность. Хотя Гу Сюэи уже говорила ему, что любящие его люди не перестанут любить из-за этого… но стремление стать ценным уже глубоко въелось в его кости.
'Я хочу отпраздновать ещё и девятнадцатилетие, и двадцатилетие, и двадцать первый день рождения… долгие-долгие годы'.
Янь Вэньхун резко вскочил.
Янь Вэньшу, увидев его движение, перегнулась через перила и спросила:— Янь Вэньхун, ты куда?
Янь Вэньхун:— Решать задачи, готовиться к олимпиаде.
Янь Вэньшу запаниковала:— Ты… почему ты так рано начал заниматься?
Она ещё не сделала домашнее задание, которое дал репетитор.
Янь Вэньхун больше ничего не ответил.
Янь Вэньшу стиснула зубы и топнула ногой:— Я… я тоже буду решать задачи! Я пошла решать задачи и читать книги, невестка! — Последнюю фразу Янь Вэньшу выкрикнула особенно громко.
Янь Вэньшу ускорила шаг и тоже вернулась в свою комнату.
Одинокий Янь Вэньбай:— …
Янь Вэньбай просидел там полчаса и в конце концов всё же взял телефон.
'Лучше сам посмотрю'.
'Хвалят Янь Вэньцзя?'
'Пропустить'.
【Рациональный анализ, сколько на этот раз заработает госпожа Янь?】
【Кажется, не так уж и много, нужно же ещё отдать долю дистрибьюторам, кинотеатрам и т.д.】
【Но это не отменяет того факта, что госпожа Гу Сюэи — крутая!】
【Эх, был бы я мужчиной, у-у-у, я бы мог на ней жениться!】
Уголки губ Янь Вэньбая скривились, и он швырнул телефон экраном вниз.
'Бесстыдники!'
Шея Янь Вэньбая покраснела от злости.
Гу Сюэи дописала ещё один лист.
Ей позвонили.
На том конце провода раздался голос одной из жён богачей. Кто именно — она не могла вспомнить, слишком со многими разговаривала.
— Госпожа Янь! Поздравляю! — Голос на том конце был немного возбуждённым и немного смущённым. — Госпожа Янь, если у вас будет время, может, поужинаем вместе? Отпразднуем ваш успех?
Гу Сюэи не удержалась и тихо рассмеялась.
Услышав этот смешок, собеседница невольно подумала: 'Гу Сюэи действительно красива, даже смех у неё приятный'.
— Ужинать не обязательно. По какому делу вы ко мне? — спросила Гу Сюэи.
Вообще-то, она примерно догадывалась.
Та, что позвонила, оказалась довольно сообразительной, опередив остальных.
— Я хотела бы попросить госпожу Янь дать совет. Что на самом деле происходит с теми проектами, в которые я раньше инвестировала? — осторожно спросила собеседница, словно боясь отказа.
Гу Сюэи тогда спросила:— Жена кого вы?
Собеседница запнулась.
Впрочем, обижаться было не на что.
Статус госпожи Янь отличался от их статуса. Она была не просто женой Янь Чао, она и сама была способной!
Среди жён богачей, с которыми она общалась, наверняка были и другие…
К тому же, она сама подлизывалась, увидев взлёт кассовых сборов.
Поняв это, собеседница быстро сказала:— Госпожа Янь, я жена Ван Цзысюна. Моя фамилия Ли.
— Госпожа Ван, почему бы вам не спросить у своих домашних? — неторопливо поинтересовалась Гу Сюэи.
Госпожа Ван на мгновение смутилась.
Но раз уж позвонила, придётся набраться наглости.
Госпожа Ван вздохнула:— Когда я жила у родителей, я училась музыке. Потом вышла замуж и тем более не изучала финансы. Такие, как я, просто для вида, госпожа Янь понимает? Ой, госпожа Янь не понимает. Вы точно не такая, как я, вы такая способная… В общем, домашние мне в этом не помогут и со мной об этом не поговорят. У меня с мужем и так отношения не очень, а если я начну расспрашивать, он подумает, что я лезу не в своё дело, хочу вмешаться в его бизнес…
— Тогда привозите проектные предложения, подробные материалы ко мне, — сказала Гу Сюэи. — Я сама не так уж много понимаю, но у меня есть люди, которые разбираются лучше.
Гу Сюэи никогда не брала на себя непосильные задачи.
Если она чего-то не умела, то немедленно поручала это своим подчинённым.
Например, ресурсами корпорации «Яньши» она пользовалась без малейших колебаний.
Госпожа Ван решила, что та скромничает, и рассыпалась в благодарностях по телефону.
Затем, не мешкая, она собрала все документы, тщательно выбрала из своих вещей что-то нераспечатанное в качестве подарка и отправилась в путь.
Домашние, увидев её сборы, мимоходом спросили:— Куда собралась?
Спросив, они не стали слушать ответ.
Всё равно либо на косметологические процедуры, либо за сумками и туфлями, либо на очередной салон или вечеринку с другими жёнами богачей… Что ещё?
Госпожа Ван, полная радостных ожиданий, не оборачиваясь, бросила:— В дом Янь.
Все тут же замерли и удивлённо переспросили:— Куда?
Они подумали, что ослышались.
— В дом Янь.
— Ты едешь поздравить госпожу Янь? Хм, поздравить нужно. Но тебя же не пустят в дом Янь! — нахмурился её муж Ван Цзысюн. — Столько лет прошло, кроме того раза, когда господин Янь пропал, и кто-то смог войти, ты видела, чтобы кто-то переступал порог дома Янь?
Госпожа Ван ошеломлённо ответила:— Но госпожа Янь пригласила меня.
Ван Цзысюн пренебрежительно махнул рукой:— Она всего лишь жена господина Яня, разве она может что-то решать в доме Янь? Не ищи себе унижений. Госпожа Сун наверняка скоро организует встречу, вот тогда и присоединишься к толпе.
Госпожа Ван подумала о себе.
Она тоже ничего не решала в доме Ван.
Кажется… кажется, в этом есть смысл.
Но потом госпожа Ван подумала, что уже сказала госпоже Янь по телефону, что приедет. Если она сейчас не поедет, разве это не оскорбит госпожу Янь?
Ведь это она сама напросилась.
Госпожа Ван всё же решительно вышла.
Лицо Ван Цзысюна вытянулось:— Её сейчас остановят у ворот дома Янь, а стыдно будет мне!
Госпожа Ван села в машину и поехала прямо к воротам дома Янь.
Тяжёлые железные ворота были плотно закрыты и выглядели холодно, но госпожа Ван подняла голову и увидела…
Два красных фонаря, висящих слева и справа, создавали необъяснимо праздничное настроение.
Госпожа Ван на мгновение замерла, затем вышла из машины и нажала на звонок.
Вскоре подошёл охранник и через закрытые ворота тихо спросил:— Чем могу помочь?
'В доме Янь действительно строгие правила'. Госпожа Ван почувствовала неуверенность.
Она ведь тоже слышала слухи.
Говорили, что даже такие семьи, как Цзян и Сун, когда-то останавливали у ворот дома Янь.
Госпожа Ван поспешно улыбнулась:— Я к госпоже Янь.
Охранник удивился:— Хорошо, подождите, пожалуйста.
Он тут же повернулся и позвонил по внутренней линии в особняк.
Раньше, когда господина не было, домом, естественно, распоряжалась госпожа. Но теперь всё изменилось. Господин не любил гостей…
Янь Чао только что закончил очередное удалённое совещание.
Внутренний телефон зазвонил у него.
Янь Чао поднял трубку.
На том конце раздался голос охранника:— Господин, приехала некая госпожа Ван, говорит, что пришла по приглашению госпожи.
Янь Чао порылся в памяти, но не смог вспомнить никакой госпожи Ван.
— Госпожа её пригласила? — тихо спросил Янь Чао.
— Да, так она сказала.
— Пусть войдёт.
— …Да.
Госпожа Ван, конечно, не могла въехать на машине. Ей пришлось идти за охранником по дорожке, мимо переднего сада и фонтана, к главному входу.
Когда она действительно ступила на порог дома Янь, госпожа Ван всё ещё не могла поверить в реальность происходящего.
'Её… её не остановили?'
Служанка пригласила её сесть, налила чаю, а затем кто-то поднялся наверх, чтобы позвать Гу Сюэи.
Госпожа Ван сидела там, оглядываясь по сторонам. Она обнаружила, что в особняке висят не только фонари, но и наклеены иероглифы «счастье» (фу), и бумажные узоры на окнах… Так… так просто и по-домашнему.
В этот момент послышались шаги.
Гу Сюэи спускалась вниз.
Госпожа Ван подняла голову.
Наряд госпожи Янь был простым, не таким внушительным, как на банкетах, и это немного сняло напряжение.
Гу Сюэи тоже оглядела госпожу Ван.
Мягкие черты лица, исполненная достоинства поза, завитые волосы.
Кажется, на прошлом салоне она тоже была.
Гу Сюэи сказала:— Адвокат ещё в пути.
— Адвокат?
— Да, для некоторых лазеек в договорах нужен специалист.
Госпожа Ван тут же напряглась. Она вспомнила тот салон, лёгкую усмешку Гу Сюэи, её холодное выражение лица, вспомнила её слова.
'Те проекты… с ними проблемы?!'
— Как вас зовут? — спросила Гу Сюэи, садясь на главное место и принимая чашку чая из рук служанки.
Госпожа Ван не обиделась и поспешно повторила:— Я жена Ван Цзысюна, моя фамилия Ли…
— Я спрашиваю ваше имя, — терпеливо повторила Гу Сюэи.
— Меня? — Госпожа Ван помедлила и наконец сказала: — Ли Синьмэй.
Она положила перед собой проектные предложения и договоры, указав на подпись.
Гу Сюэи взглянула и кивнула:— Угу, расскажите мне вкратце для начала.
Ли Синьмэй поспешно начала рассказывать.
Адвокат прибыл в дом Янь примерно через полчаса.
Внутренний телефон снова зазвонил у Янь Чао.
— Адвокат? — Янь Чао встал. — Пусть войдёт.
Когда адвокат вошёл в гостиную, Янь Чао тоже открыл дверь кабинета, запер её за собой и медленно начал спускаться вниз.
Ли Синьмэй увидела адвоката корпорации «Яньши».
Адвокатская команда «Яньши» была слишком известна, Ли Синьмэй, конечно, о ней слышала. 'Наверное, они сильнее адвокатской команды «Красного Абрикоса»? Адвокаты, которых использовал «Красный Абрикос», были не из основной команды семьи Сун'.
У Ли Синьмэй возникло сложное чувство.
'Неужели госпожа Янь так серьёзно отнеслась к этому?'
Пока она думала, Ли Синьмэй увидела, как адвокат резко вскочил и воскликнул:— Господин Янь.
Ли Синьмэй застыла и неловко встала:— Господин Янь.
Хотя Янь Чао и не выглядел труднодоступным, мало кто его не боялся.
Ли Синьмэй инстинктивно повернулась к Гу Сюэи.
'Госпожа Янь впустила её, господин Янь знает об этом?'
'Разве адвокатами „Яньши“ можно пользоваться по своему усмотрению?'
Затем Ли Синьмэй увидела, что Гу Сюэи даже не встала, а лишь подняла голову и равнодушно спросила:— Господин Янь закончил дела?
Янь Чао ответил:— Угу.
Гу Сюэи помедлила и спросила:— Сегодня вечером приготовим фунчозу в горшочке?
Янь Чао странно замолчал.
Ли Синьмэй:— ?
'Даже о том, что приготовить на ужин, госпожа Янь должна спрашивать господина Яня?'
Янь Чао:— …Тогда фунчозу в горшочке.
Гу Сюэи опустила голову и отпила глоток чая. Когда она снова подняла голову, уголки её губ изогнулись в улыбке, а глаза засияли.
Взгляд Янь Чао стал глубже. Он подошёл к Гу Сюэи и сел рядом с ней.
Ли Синьмэй сразу почувствовала себя неловко.
Не только она, даже адвокат почувствовал давление.
Он не входил в основную команду адвокатов «Яньши», поэтому при виде Янь Чао испытывал и уважение, и страх.
Гу Сюэи кивком указала Ли Синьмэй:— Продолжайте.
Закончив, она повернулась к адвокату:— Пожалуйста, сначала посмотрите договор.
— Не беспокойтесь, не беспокойтесь, — адвокат поспешно схватил договор.
Гу Сюэи дала указание, и Ли Синьмэй, запинаясь, продолжила:— Руководитель этого проекта сказал мне, что такой технологии в стране ещё нет…
— В стране уже есть, — невозмутимо вставил Янь Чао. — И это не такая уж редкость.
Словам Янь Чао Ли Синьмэй, конечно, не могла не поверить.
Ли Синьмэй почувствовала тревогу. Она нахмурилась так, что вокруг глаз собрались морщинки.
Она перешла к другому проекту.
— В этот проект вы вложили миллион? — спросила Гу Сюэи.
Ли Синьмэй кивнула:— Да, я думаю, с этим проблем быть не должно?
Янь Чао снова вмешался:— В этот проект и десять тысяч вкладывать жалко.
У Ли Синьмэй перехватило дыхание, и паника в душе усилилась.
— Тогда… тогда этот? — Ли Синьмэй пододвинула к себе ещё одно проектное предложение.
Янь Чао:— Это тоже называется проектом?
Ли Синьмэй ошеломлённо застыла. Никогда прежде она не сталкивалась с таким сильным ударом.
Раньше руководители тех проектов и другие люди из «Красного Абрикоса» говорили ей, что инвестиции — это так, невозможно сразу увидеть краткосрочную прибыль. Кроме собственных проектов «Красного Абрикоса», за которыми стояла семья Сун, другие небольшие стартап-команды вернут деньги как минимум через год-два.
Ли Синьмэй подумала, что год-два — это нормально, и терпеливо ждала.
Тогда денег было немного, но она видела надежду.
А теперь…
Ли Синьмэй не могла усидеть на месте:— Эти… эти…
Адвокат наконец поднял голову и беспомощно сказал:— Договор полон лазеек. Если я не ошибаюсь, вы столкнулись с мошенниками…
Лицо Ли Синьмэй резко изменилось:— Я в общей сложности вложила… вложила больше семнадцати миллионов…
Сказав это, Ли Синьмэй уже не заботилась о том, посмеются над ней или нет.
Для семьи Янь эта сумма была незначительной, но для таких, как она, это были огромные деньги.
Ли Синьмэй растерянно подняла голову.
'Господин Янь с первого взгляда понял, что это ненадёжно…'
'Нет, ещё круче Гу Сюэи'.
Ли Синьмэй снова и снова вспоминала слова Гу Сюэи на том салоне. 'Она знала с самого начала! Она знала не только это! Она намекнула… намекнула, что почти все инвестиции проблемные!'
— Инвестиции других людей, неужели тоже… — с трудом выдавила Ли Синьмэй.
Гу Сюэи кивнула:— Да.
— Вы знали с самого начала?
— Да, — Гу Сюэи помедлила и равнодушно добавила: — Использовать благотворительные собрания как прикрытие, а тайно проводить инвестиционные встречи — что хорошего может из этого выйти?
— Я должна рассказать остальным… — Среди них было несколько жён, с которыми у Ли Синьмэй были очень хорошие отношения.
Она поспешно встала, её лицо становилось всё мрачнее.
— Они не обязательно поверят, — равнодушно сказала Гу Сюэи.
Ли Синьмэй замерла:— Тогда что делать? — Она уже невольно смотрела на Гу Сюэи с мольбой о помощи.
Гу Сюэи посмотрела на адвоката:— Выделите все места с лазейками, сделайте правильные пометки. — Она снова повернулась к Ли Синьмэй: — Возьмите договор с собой.
Ли Синьмэй торопливо закивала.
'Госпожа Янь всё так хорошо продумала!'
'Так и доказательства будут!'
Только тут Янь Чао снова заговорил:— Есть ещё один, более быстрый способ.
Ли Синьмэй повернулась к нему.
Янь Чао равнодушно сказал:— Передайте им мои слова. Скажите, что это я сказал.
Янь Чао прославился в деловом мире ещё в юности, а теперь возглавлял огромную бизнес-империю «Яньши». Его слова, конечно, ценились на вес золота.
— Зачем втягивать в это „Яньши“? — Гу Сюэи покачала головой. — Этого достаточно, идите. С этим договором и делом фонда „Красный Абрикос“ они поверят, даже если не захотят.
— Какое дело фонда „Красный Абрикос“? — Ли Синьмэй была немного сбита с толку.
— Самое позднее завтра вы узнаете, — сказала Гу Сюэи. — О, кстати. Не забудьте заявить в полицию.
— За… заявить в полицию? — Ли Синьмэй снова замерла. Когда у таких богатых семей случались неприятности, кто из них обращался в полицию? Все решали дела тайно.
Но потом она вспомнила, что госпожа Янь перед ней всегда была сторонницей сотрудничества с полицией, примерной гражданкой.
Ли Синьмэй кивнула:— Хорошо, я заявлю в полицию.
— Идите, — сказала Гу Сюэи.
Ли Синьмэй тихо сказала:— Спасибо, госпожа Янь. — Спасибо, господин Янь.
Сказав это, она повернулась и пошла к выходу.
В этот момент она услышала за спиной голос Гу Сюэи.
Гу Сюэи тихо спросила:— Господин Янь не идёт?
Янь Чао:— …
Ли Синьмэй подумала: 'Куда идти?'
'Почему госпожа Янь выгоняет господина Яня?'
'Разве снаружи не говорят, что госпожа Янь безумно любит господина Яня, а он её нет?'
Янь Чао равнодушно сказал:— Не спешу.
Гу Сюэи:— Половина шестого.
Янь Чао:— …
Янь Чао:— Принесите фартук.
Ли Синьмэй:— ???
Теперь Ли Синьмэй была по-настоящему сбита с толку.
'Зачем фартук?'
'И какое отношение это имеет к половине шестого?'
Ли Синьмэй шла вперёд, и в её голове молнией пронеслась мысль…
'Сегодня вечером приготовим фунчозу в горшочке?'
'Это не Гу Сюэи спрашивала у Янь Чао!'
'Это Гу Сюэи заказывала блюдо!'
Ли Синьмэй застыла от изумления. Выйдя из дома Янь, она обнаружила, что идёт не в ногу.
И подарок забыла оставить.
Ли Синьмэй посмотрела на подарок в руках.
'Ладно'.
'В этот раз госпожа Янь ей очень помогла! Даже господин Янь вмешался! В следующий раз ей точно нужно приготовить подарок подороже!'
Ли Синьмэй села в машину.
Шофёр, увидев её растерянное лицо, поспешно спросил:— Госпожа, что случилось?
Ли Синьмэй покачала головой.
Сегодня она узнала слишком много секретов.
Об инвестиционных встречах, о господине и госпоже Янь…
Шофёр больше не стал расспрашивать и нажал на газ.
Когда Ли Синьмэй вернулась домой.
Ван Цзысюн, увидев, что она всё ещё держит подарок в руках, в том же виде, в каком уходила, холодно усмехнулся:— Ну что? Не пустили, да? Где ты так долго гуляла? Опять по торговым центрам?
Мать Ван Цзысюна тоже не удержалась и нахмурилась:— У тебя в комнате уже горы бриллиантов и драгоценностей, а ты всё скупаешь? Почему бы тебе не поучиться у госпожи Цзинь?
Ли Синьмэй:— Меня пустили.
— Что?
— Я была в доме Янь, господин Янь тоже был там, поговорили немного, и я вернулась.
Ли Синьмэй, не обращая внимания на их лица, поспешно поднялась наверх, чтобы позвонить.
'Да, сначала нужно заявить в полицию'.
'На том салоне им стоило послушать госпожу Янь! Но они не послушали!'
'В этот раз она должна послушать!'
Дом Янь.
Янь Чао надел фартук. Адвокат, увидев эту сцену, немного задрожал и даже на мгновение усомнился, доживёт ли он до завтра. Ведь он увидел господина Яня в фартуке! Господина Яня в фартуке???
— Господин Янь, госпожа Янь… я, я пойду… — поспешно попрощался адвокат.
Гу Сюэи кивнула:— Угу, спасибо за труд.
— Не стоит, не стоит, — ответил адвокат и вышел.
Янь Чао обернулся и только тогда сказал:— Госпожа занимается даже такими мелочами?
Гу Сюэи слегка приподняла бровь:— Великое познаётся в малом, и муравьи могут загрызть слона. Сколько людей, сколько дел были погублены из-за „мелочи“?
Янь Чао пристально посмотрел на неё и неторопливо сказал:— Я понимаю намерения госпожи.
Но то, что она, не считая это хлопотным, мимоходом спасла госпожу Ван, всё же его удивило.
Она редко выставляла имя «Яньши» на передний план, но сама была храброй и бесстрашной, и, что редкость, обладала состраданием.
Янь Чао поджал губы и спросил:— Фунчозу с креветками или с крабовым мясом?
Гу Сюэи улыбнулась:— С крабом.
Янь Чао запечатлел её улыбку в своей памяти, затем двинулся и повернулся в сторону кухни.
У Гу Сюэи было отличное настроение.
Кто бы мог подумать?
Оказывается, главный герой той книги так хорошо готовит!
Это же просто прекрасно!
Этот брак можно продлить ещё на пару дней… нет, пожалуй, на пару месяцев.
…
Кассовые сборы «Звезды» продолжали бить рекорды, а на форуме сплетен треды про фальшивую благотворительность Су Фу удаляли один за другим, но они появлялись снова.
Су Фу сидела перед экраном, вся в холодном поту.
'Как это могло случиться?'
Её актёрскую игру разнесли в пух и прах, не только её — всю съёмочную группу, даже киноимператор Сян был вынужден временно скрыться от критики.
Она наблюдала, как кассовые сборы падали день ото дня.
Но это было бы ещё полбеды.
Эти сплетники в интернете всё ещё обсуждали её фальшивую благотворительность! 'Что делать? Что делать? Если Ши Хуа увидит, что ей тогда делать?'
— Чья студия делала мои фотографии для благотворительной акции в тот день? — позвонила Су Фу агенту. Её голос дрожал от паники.
— Студия «Цзиньцзинь».
— Как опять они! Та журналистка случайно не Юй Сяосяо?
— Я… я проверю… кажется… кажется, да.
Су Фу в ярости разбила стакан.
— И что теперь делать? Все обвиняют меня в фальшивой благотворительности!
Весь экран был заполнен…
【Образ богатой и красивой леди рухнул】
【Потрясающе, раньше она ещё свои картины на аукцион выставляла, хотя они ужасны, а фанаты упорно нахваливали. Подозреваю, уже тогда были проблемы】
【Не понимаю, Су Фу играет плохо, выглядит не особо красиво, как она вообще стала популярной?】
…
Каждая фраза била Су Фу по самому больному.
— Может, расскажешь семье Сун? Если не скажешь сейчас, боюсь, потом дело разрастётся, и ты не сможешь его замять… — предложил агент на том конце провода.
Как Су Фу осмелится?
'Юй Сяосяо, возможно, намеренно мстит ей!'
'Семье Сун достаточно спросить Сун Цзина, и они узнают, что она на том банкете унизила Юй Сяосяо, навлекла на себя эту проблему, да ещё и втянула „Красный Абрикос“'.
'…Если семья Сун узнает об этом, разве ей будет хорошо?'
'Ей нужно притвориться мёртвой, да, нужно притвориться мёртвой'.
Су Фу повесила трубку и снова обновила страницу.
'Почему пост до сих пор не удалили?'
Она зашла в него и увидела последний ответ…
【Уже сообщили в Пекинское управление по гражданским делам】
【Сообщил +1】
【В почтовый ящик мэра, в дисциплинарный комитет партии — везде сообщили】
У Су Фу потемнело в глазах.
Тем временем, новость о мошенничестве с инвестициями постепенно распространилась среди жён богачей.
В этот день, пятнадцатый день первого лунного месяца (Праздник фонарей).
Кассовые сборы «Звезды» превысили 3,9 миллиарда!
Примечание автора:Гу Сюэи: Сегодня вечером приготовим фунчозу в горшочке?Господин Янь: Хорошо, я понял.