Контент удален!

Глава 39

 

 

 

Одиночество — на редкость паршивое чувство: оно подкрадывается без предупреждения и вонзается прямо в неподготовленное сердце.. Соль А сильнее прижала руки к коленям и беспомощно усмехнулась.

 

Каждый раз, когда ей становилось одиноко, этот мужчина оказывался рядом. Именно поэтому она не могла не думать о Тэ Шине.

 

С самой первой их встречи, когда он бросил её одну в лесу. И потом, когда они встретились вновь — в тот миг, когда он полностью заключил её в свои объятия, пока они падали, всё ниже и ниже.

 

«Ты спас меня? Или нет?»

 

«Единственный, кого ты спас... разве не ты сам?»

 

«А я тогда кто? Просто бонус, довесок, который ты прихватил заодно? И всё же, ничего этого не зная, я…»

 

Холодный ветер пронёсся мимо, и по спине Соль А пробежала внезапная дрожь. Похоже, приближалась зима. Безлюдная детская площадка поднимала в воздух бледные вихри пыли. От песка в глазах защипало.

 

Соль А уткнулась лицом в колени и пережидала порыв ветра.

 

— Юн Соль А!

 

Услышав своё имя, она подняла голову. Весь мир был залит багрянцем заходящего солнца. Сквозь косые лучи заката к ней быстрым шагом шёл Тэ Шин.

 

При их первой встрече закат окрасил лицо этого мужчины точно в такой же свет. Необыкновенно красивое, безъэмоциональное лицо, и  лишённые всяких чувств глаза. Багровый свет, падающий на его лицо, был пугающе прекрасен — цветом напоминая кровь.

 

Но сейчас выражение лица Тэ Шина было совсем другим, когда он уверенно приближался к ней. Он казался несколько удивлённым, может быть, даже немного злым. Его волосы растрепались, а на лбу блестели капли пота. Его глубокие серые глаза тревожно метались.

 

— Юн Соль А.

 

Называл ли он её когда-нибудь вот так? Ей так не казалось. Казалось, это впервые.

 

— ...Я думал, что потерял тебя.

 

Его голос, тяжёлый от подавленных эмоций, врезался ей в барабанные перепонки. Соль А не ответила. Тэ Шин с ног до головы окинул её взглядом, словно оценивая ее состояние. Затем, протянув руку, он рывком поднял её на ноги и произнес:

 

— Пойдём домой.

 

В голове промелькнула совершенно бесполезная мысль — похоже, она действительно не сможет возненавидеть этого мужчину, что бы ни случилось. Независимо от того, спас он её или нет.

 

                                                           ***

 

Вернувшись в отель, Соль А забралась в постель.

 

Из гостиной доносились голоса Тэ Шина и Чхи Ука — они о чём-то спорили. Мгновение спустя входная дверь закрылась, и в гостиной воцарилась абсолютная тишина.

 

Кто-то из них — или, возможно, оба — покинули отель. Соль А, надеясь на второе, отвернулась к стене и зажмурила глаза.

 

Вскоре после того, как она попыталась уснуть, дверь спальни тихо щёлкнула. Медленные шаги заставили её нервы натянуться до предела. Она затаила дыхание, беззвучно сдерживая его в горле.

 

Тэ Шин вошёл и присел рядом. Матрас с одной стороны заметно прогнулся. Соль А продолжала притворяться спящей.

 

— Ты спишь?

 

— ……

 

— Нет.

 

Откуда он знал? Тэ Шин звучал так уверенно. Затем он мягко коснулся плеча Соль А и развернул её к себе.

 

— Съешь что-нибудь перед сном.

 

— ...Оставь меня в покое. Меня это раздражает.

 

— Ты же ничего не ела весь день, верно?

 

Его крупная рука сдвинула одеяло и скользнула по её животу.

 

— Просто отстань. Я не голодна.

 

— У тебя живот к спине прилип.

 

Его широкая ладонь мягко погладила её плоский живот.

 

— Перестань. Я устала. Я просто хочу спать.

 

— Я сам тебя покормлю. Тебе нужно только поесть.

 

Это касание не было эротичным. В нём не было ни капли сексуального подтекста — лишь нежный жест, словно он действительно переживал, поела ли она. Невыносимое тепло от этого прикосновения  разлилось по её телу.

 

Соль А с силой оттолкнула руку Тэ Шина от своего живота и села. Их взгляды встретились.

 

"Сколько ещё женщин было у тебя, помимо меня?"

 

Она едва сдержала слова, чуть не сорвавшиеся с губ. Тот факт, что подобный вопрос вообще возник в её голове, означал лишь одно: она окончательно перешла точку невозврата.

 

Если бы она не закусила изнутри щёку до боли, она бы бросила ему эти жалкие, убогие слова. Буря  эмоций неконтролируемо поднималась внутри неё.

 

— Я ухожу.

 

Соль А свесила ноги с кровати. Именно поэтому она так хотела остаться одна. Находиться рядом с этим мужчиной сейчас было опасно. Она не знала, какие слова сорвутся с её языка дальше, и была не уверена, что сможет их остановить.

 

— Куда ты собралась?

 

Когда она встала и попыталась уйти, он внезапно схватил её за запястье.

 

— Не твоё дело. Не будь назойливым. Тебе это не идет.

 

— Куда ты вообще можешь пойти? Тебе разве есть куда идти?

 

Голос Тэ Шина звучал ровно, без сарказма или насмешки — так, будто ему действительно было любопытно. Соль А сбросила его большую руку со своего запястья и бросила в ответ:

 

— Если ты забыл, у меня есть дом.

 

— Тебе нельзя туда.

 

— Почему?

 

— Это опасно.

 

"Опасно? Почему? Из-за репортеров?"

 

Соль А прикусила губу. Разочарование сжигало её изнутри.

 

Слова, которые Со Гё Джин с такой злобой выплеснул на неё, продолжали звучать в голове, и её бесило, насколько сильно они на неё повлияли. Но выбросить их из головы она не могла. Мысли неслись вперед сами по себе.

 

"Сколько из того, что сказал Со Гё Джин, было правдой? Ты и вправду такой?"

 

Она достигла своего предела.

 

— Просто прекрати.

 

Голос Соль А был еле слышным от усталости. Лицо Тэ Шина на мгновение похолодело.

 

— Прекратить?

 

Это изменение длилось лишь мгновение, но Соль А отчетливо его заметила.

 

— Что именно я должен прекратить?

 

Соль А прикусила губу изнутри, сдерживая себя.

 

— Что конкретно мне прекратить?

 

Она пыталась не произносить ни слова. Горло спазматически сжалось. Это было опасно близко к тошноте — подступало что-то обжигающее. Она пыталась проглотить это обратно. Но в конце концов Соль А не выдержала.

 

— С меня хватит. Я хочу остановиться.

 

— Юн Соль А.

 

Тэ Шин произнес её имя незнакомым голосом. Мужчина, который всегда звал её «малышка» или «моя малышка», теперь смотрел на неё заметно похолодевшими глазами.

 

— Чего тебе  «хватит»? И что именно ты хочешь прекратить? Выражайся точнее.

 

— ……

 

— Твои расплывчатые фразы меня жутко бесят.

 

— ……

 

— Если это просто капризы, мне плевать. Но тебе стоило бы прикусить язык, прежде чем говорить о том, что ты хочешь остановиться.

 

Тэ Шин заговорил низким голосом, похожим на выдох. Этот мягкий упрёк заставил Соль А выдать слабую, горькую усмешку.

 

— Тебе легко говорить. 

 

— ……

 

— В отличие от тебя, у меня нет такой роскоши — оставаться хладнокровной. Я пыталась игнорировать это, избегать, делала всё возможное, чтобы защитить себя. Но сегодня я снова это осознала. То, что произошло между мной и твоим братом, останется со мной навсегда.

 

Сколько бы она ни пыталась сбежать или притвориться, что всё в порядке, душевные раны от того кошмара не исчезнут никогда. Если она не запрёт себя в этом  номере отеля навсегда, то любая случайная мелочь будет снова и снова причинять ей боль, заставляя переживать всё заново. Точно так же, как это случилось сегодня.

 

— То, что у вас с Со Гё Джином течёт одна кровь, никогда не изменится. Но разве это... то, что мы делаем — вообще правильно? Разве это не абсурд?

 

От её слов Тэ Шин на секунду потерял самообладание, и его взгляд едва заметно ожесточился.

 

— Сейчас я чувствую себя такой дурой. Я же говорила тебе, всё в твоей семье вызывает у меня тошноту. Твоя фамилия, твой братец, твоя компания — всё это мерзко.

 

— Но тебе  не было мерзко, когда ты раздвигала передо мной ноги?

 

Его спокойные, но леденящие душу слова полоснули по сердцу.

 

— Тогда и сейчас — в моих венах ничего не изменилось. По ним течет та же самая грязная кровь.

 

Соль А почувствовала, как от внезапного жара защипало в глазах. Она не хотела плакать. Она не хотела  выглядеть ещё более жалкой. Закусив до боли губы, она попыталась придать голосу презрительный оттенок:

 

— Наверное, я тогда была не в своем уме. Ты ведь прекрасно это знаешь, да? Ты вечно шушукался с доктором за моей спиной.

 

— Ты хочешь сказать, что была не в своем уме, когда добровольно позволяла мне войти в тебя?

 

 

Голос Тэ Шина понизился до опасной хрипоты. Его лицо было совершенно бесстрастным — как никогда прежде. Соль А ненавидела это.

 

Если честно, ей хотелось причинить ему боль. Ровно такую же, какую причинили ей сегодня. Если это было невозможно, она  хотела заставить его хотя бы  на секунду выйти из себя.

 

— Да. Разве стала бы я делать такое в здравом уме?

 

На её злобные слова Тэ Шин коротко и сухо усмехнулся.

 

— Ха...

 

От напряжения у него на руках резко вздулись вены. Он медленно запустил пальцы в собственные волосы, словно пытаясь сдержать ярость, а затем резко бросил:

 

— Это не имеет значения. Была ты в здравом уме или нет — ты мне нужна рядом.

 

— Ты хочешь, чтобы я оставалась с тобой?

 

Его глубокие серые глаза неотрывно смотрели на Соль А. Он ни капли не был потрясен, но ей казалось, что земля под её ногами рушится.

 

— Да. Пока я этого хочу, ты не можешь просто уйти, когда тебе вздумается. Ты не сбежишь от меня.

 

Его голос звучал твёрдо, словно он констатировал  неоспоримый факт. 

— Тогда почему ты так поступил? 

 

Хотя она старалась говорить спокойно, неконтролируемый жар яростно растекался вокруг её глаз.

 

Задать этот вопрос — тот самый, который она так долго хранила внутри — было всё равно что заживо содрать с себя шрамы.

 

— Почему ты бросил меня тогда?

 

Казалось, она расковыривает незаживающую рану.

 

— Ты лицемер.

На этот раз Тэ Шин, похоже, не нашёлся что ответить: он плотно сжал губы и молча смотрел на неё.

 

— Ты с самого начала говорил, что хочешь меня. Так как ты мог? Ты меня не спас. Я умоляла тебя остаться со мной, потому что мне было страшно, но ты оттолкнул меня и велел уходить одной.