Контент удален!

Выслушав чьё-то сообщение, мужчина какое-то время молча смотрел на Мир, а затем обхватил её маленькую голову своими огромными руками. Комплекцией он напоминал Чхон Тхэ О, но, в отличие от него, от незнакомца веяло ледяным холодом, словно от трупа. Мир казалось, будто она очутилась посреди груды мертвецов; от этого ощущения она готова была упасть в обморок в любую секунду. Однако прикосновения рук, обнимавших и поглаживавших её, внушали такой ужас, что она не могла позволить себе даже отключиться.

— Припереться сюда, когда штаб стоит на ушах… Всё-таки котелок у него варит просто охуенно.

— …….

— Я пришёл не за тобой. Нужно было устроить заварушку, чтобы полковник осознал твою ценность, вот я и выиграл немного времени. Иногда оказаться под сильным подозрением — это самый безопасный вариант.

Он взлохматил ей волосы, а затем приблизил лицо к её лбу, покрытому холодной испариной. Мужчина слегка приподнял рукой свою массивную маску и прижался ледяными губами ко лбу Мир.

Лицо, которое Мир успела мельком разглядеть, выглядело жутко. Половина его бледного лица была багрово-чёрной, словно обожжённой, а на шее и щеках виднелись шрамы, будто разорванную кожу грубо сшили заново.

— А до тех пор постарайся продержаться. Стисни зубы и терпи, пока военные не заберут тебя за стену.

От жуткого ощущения Мир поспешно оттолкнула его руку, и мужчина, снова натянув маску, поднялся на ноги. Помахав на прощание, он неспешно удалился.

— Ведь там тебя будут ждать твои братья.

— Братья? О ч-чём ты...

— Тсс. Полковник идёт.

Он вышел за железную решётку и даже повесил на место замок. То, как он отгородил её, словно пытаясь защитить посреди всего этого творящегося вокруг хаоса, было не просто странно — от этого становилось тошно. Оставшись совсем одна в удушливом смраде разлагающихся трупов, Мир судорожно хватала ртом воздух. Волосы спутались, а на коже всё ещё лежал мерзкий запах незнакомца. Из-за валяющихся в коридоре туш монстров к горлу подступила тошнота, и Мир вырвало.

— Угх… буэ-э…

Мир корчилась в приступах рвоты, когда в коридоре послышался топот бегущих ног. Совершенно обессилев, она сползла на пол и, запрокинув голову, уставилась на армейские ботинки за решёткой. Жёсткая кожа пестрела пятнами — носки обуви были перепачканы смесью красной крови и чёрной копоти от взрывчатки. На штанинах песочной боевой формы тоже виднелись следы боя. Мир безвольно подняла взгляд, чтобы узнать, кто перед ней.

— На шаг опоздал.

Услышав знакомый голос, Мир почувствовала, как мгновенно отступает сковавшее всё её тело напряжение. Осознав, что прямо перед ней возвышается полковник, она наконец позволила себе расслабиться и потеряла сознание.

***

— Чем, чёрт возьми, занималась охрана?! Бомбардировка, устроенная кучкой беженцев, а не вражеской армией?! Это вообще ни в какие ворота не лезет!

Бригадный генерал И Ги Сон собрал офицеров базы и устроил им разнос. Багровый от крика, он не стеснялся в грязных ругательствах и раздавал подзатыльники стоящим рядом офицерам.

— Эта база полностью в моей юрисдикции! Кто посмел запятнать моё имя?! Блядь, а ты!

Бригадный генерал И Ги Сон быстрым шагом подошёл к полковнику Чхон Тхэ О. Тот, как и остальные офицеры, стоял с опущенной головой, и в этот момент толстая рука генерала влепила ему хлёсткую пощёчину. Голова Тхэ О дёрнулась в сторону, а офицеры за спиной И Ги Сона лишь ухмыльнулись, сдерживая смех.

Чхон Тхэ О мысленно перебрал лица всех этих людей: во время недавнего нападения они трусливо прятались на кораблях, спасая собственные шкуры. После взрывов на базу, словно по команде, хлынули полчища заражённых. Вспыхнул хаос, но сражались лишь спецназ и рядовые солдаты. Зажравшиеся офицеры надёжно укрылись под предлогом «разработки стратегии». Вспомнив, как они соизволили вылезти, лишь когда всё стихло, полковник Чхон Тхэ О вновь опустил взгляд в пол.

— Подземный бункер тоже обчистили?! Сам же из-за секретности требовал жесточайшей безопасности, так как эти ублюдки умудрились пробраться на нижние этажи?!

— Виноват.

Полковник Чхон Тхэ О тоже ещё не до конца разобрался в ситуации и не мог делать поспешных выводов. Он подозревал, что неизвестная группа беженцев приходила за пленницей, которую они доставили из лаборатории. Но, несмотря на явные следы чужого присутствия, пленница оставалась на месте. К тому же существование Мир пока было строжайшей тайной, и он не мог вот так запросто доложить обо всём бригадному генералу И Ги Сону.

Неизвестные беженцы похитили продовольствие и оружие, проверили состояние пленницы и скрылись. Тхэ О предполагал, что они пришли забрать её, но, обнаружив в камере до смерти напуганную Мир, понял: этот инцидент повлечёт за собой целую цепь новых, весьма неприятных проблем.

— С сегодняшнего дня назначаю полную проверку спецназа. Проверить каждого человека, каждое помещение, каждое оружие — выверните всё наизнанку, ничего не упустите!

— Вы подозреваете моих людей?

— Двери в подвал открываются только по биометрии твоих людей. А раз их открыли, значит, среди вас, тараканов, завёлся предатель. И как только у такого зелёного сопляка котелок вообще не варит.

Чхон Тхэ О крепко сжал заложенные за спину руки в кулаки. Подозрения генерала И Ги Сона, конечно, не были безосновательными, но доступ в подвал можно было получить, заранее собрав чьи-то биометрические данные или взяв в заложники кого-то из солдат. Из множества версий генерал выбрал ту, которая сильнее всего подрывала моральный дух в отряде, и это вряд ли было простой случайностью. Полковник Чхон Тхэ О спокойно продолжил:

— Я окажу полное содействие проверке. Но прошу проверить и другие подразделения.

— Полковник, ты в своём уме?! Среди твоих псов завёлся предатель!

— Если всё оставить так, поползут слухи, что командующий предвзято относится к спецназу. Узнав об этом, верховное командование придёт в ярость.

При упоминании «Его Превосходительства» — человека, обладавшего абсолютной властью в Южной Корее — командующий, только что сыпавший обвинениями, заткнулся. Спецназ подчинялся не бригадному генералу И Ги Сону, а напрямую верховному командованию, и Чхон Тхэ О не преминул ему об этом напомнить:

— Вы правы, командующий. Однако законы должны применяться ко всем одинаково. Вам ведь известны прецеденты на других сухопутных базах? Разве не смешно, когда ублюдок, который нажрался, обкололся наркотиками и даже не смог организовать охрану базы, сидит с задранным носом, корча из себя офицера? Самое время доказать всему военному руководству, что базе Намхэ скрывать нечего.

— Ах ты, ублюдок... Решил перебаламутить всю базу ради защиты одного отряда? Как полковник может быть таким тупорылым?!

— Почему вы считаете, что это перебаламутит базу? Честному солдату незачем бояться проверок. Я верю, что ни офицерам, ни солдатам базы Намхэ нечего скрывать перед лицом военного трибунала. Что касается этого нападения, достаточно будет найти виновных, и пусть они ответят по всей строгости закона.

От слов Чхон Тхэ О атмосфера в конференц-зале резко заледенела. Говоря о виновных, он явно намекал на бригадного генерала И Ги Сона, который даже во время бомбардировки находился в невменяемом состоянии от алкоголя и наркотиков. Официально было объявлено, что генерал опоздал на собрание по состоянию здоровья, но его окружение прекрасно знало истинную причину. И Ги Сон, приоткрыв рот от такого нахальства, нервно отбросил волосы со лба. Офицер, отвечавший за охрану базы, с тревогой взглянул на генерала, а затем перевёл взгляд на Тхэ О. А тот, гордо расправив плечи, посмотрел на него свысока.

— Это просто стандартная процедура. Если вам неудобно, командующий, я могу лично обратиться к Его Превосходительству с просьбой о проведении полной проверки.

— Блядь, заткнись!

Бригадный генерал И Ги Сон со всей силы швырнул стакан с водой на пол. Осколки стекла и капли воды разлетелись прямо перед ботинками Тхэ О, но тот даже не шелохнулся. И Ги Сон яростно уставился на него и ткнул в него пальцем.

— Мы с тобой поговорим с глазу на глаз. Борзый ублюдок.

— Есть, командующий.

— Всем разойтись! Живо за восстановительные работы!

После перепалки на повышенных тонах полковник Чхон Тхэ О вместе с остальными офицерами неспешно вышел из конференц-зала. Когда офицеры, спешившие за генералом И Ги Соном, бросили на Тхэ О враждебные взгляды, майор Кан Гён Мо заслонил его собой, перекрывая им обзор. Вместе с майором Тхэ О свернул в противоположную сторону и поспешил к подземному бункеру.

Хотя подземный уровень пострадал меньше остальных зданий, там тоже полным ходом шли восстановительные работы. Чхон Тхэ О стоял перед дверью, через которую проникли незваные гости, и смотрел на вышедшую из строя систему безопасности. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого нет, майор Кан Гён Мо заговорил:

— Они слишком хорошо ориентировались в подземелье. Мало того что они смогли сюда проникнуть, так ещё и добрались до пленницы по всем этим запутанным коридорам, ни разу не заблудившись. Это прямое доказательство утечки информации.

— Согласен.

— ...Полковник. Мне тоже не хочется верить в то, что среди наших есть предатель. Но именно поэтому я считаю, что мы обязаны тщательно во всём разобраться.

Осмотрев разбитую систему безопасности, Чхон Тхэ О выпрямился. Внутри бункера было суетливо — все занимались ликвидацией последствий. Никто не говорил об этом вслух, но сам факт того, что враг проник так глубоко, заставлял каждого на собственной шкуре прочувствовать наличие предателя. Уловив царящее среди бойцов напряжение, полковник Чхон Тхэ О негромко приказал майору:

— Даже если у нас завёлся предатель, ты ни в коем случае не должен подозревать своих. Когда на человека падает подозрение, даже невиновный начинает вести себя неестественно. Мы должны абсолютно доверять нашим людям.

Чхон Тхэ О шёл по коридору, по которому проникли чужаки. Их маршрут был выверенным и чистым, без лишних отклонений. Судя по всему, они запустили вперёд толпу заражённых, а затем пошли следом. Тхэ О мог примерно рассчитать затраченное ими время, а проанализировав все детали, он пришёл к выводу, что один из нападавших был с ним примерно одного роста.

Найти среди беженцев человека такого высокого роста, как Тхэ О, было бы сложно. Даже среди обычных граждан его комплекция бросалась бы в глаза, поэтому нельзя было исключать вероятность, что это иностранец. Чхон Тхэ О замер перед камерой, ставшей конечной целью незваного гостя. Внутри валялись растоптанная тетрадь и шариковая ручка без колпачка. Опустившись на одно колено, Тхэ О коснулся ручки, которую до этого держала пленница.

— Где пленница?