Контент удален!

Шамита замолчала, прищурившись, словно вспоминая погибших за последние полгода. Риэлла поняла, что никогда не рассказывала о команде двадцать вторых или поджигателе. И что те пережили внизу и с чем вернулись, ей было неизвестно. Помолчав, Шамита, потерев лицо, добавила:

— Жить как-то надо… Я сама не привыкла к таким мыслям. Иногда кажется, что мой мозг под воздействием ECT¹ или электронных препаратов. Там, внизу, ведь такое место, да?

Там, внизу.

Да, Бездна была таким местом. Где происходило немыслимое. Где реальность переворачивалась.

— Может, мы и созданы, чтобы выживать. Быть живым — это и есть такое, — сказала Риэлла.

— Ага, понимаю. Типа, даже в депрессии всё равно ешь. Иногда кажется, будто всё было долгим сном, правда?

— Сном? Скорее, прошлой жизнью. Я стала бояться наступления ночи, а когда сплю с включённым светом, понимаю, что это было взаправду.

Шамита, шутя, упомянула кошмары с щупальцами. Риэлла неловко улыбнулась на слово «прошлая жизнь».

Разговор о Бездне закончился. Они перешли к темам, которые можно обсуждать громко: приметы гениального атлета, новый бренд одежды. Словно впервые встретились, Риэлла хвасталась зонами, где путешествовала, показывая фото на камере.

— Вау, завидую. Только вдвоём в долгом пути — настоящая страстная любовь в бегах, — подмигнул Джейд, разглядывая снимки с водопадами и вершинами.

На фото они обнимались, смотрели на улицы, друг на друга. Риэлла снимала Аслана снизу, с синим небом на фоне, а он её — бегущей или оборачивающейся, с развевающимися волосами. Они почти всегда смеялись.

Его шутка была лёгкой, но Риэлле стало неловко, будто их жизнь за месяцы раскрыли. Они объездили лучшие места, чувствуя тепло друг друга, зная каждый изгиб тела. В деревне на утёсе, у моря, на высоте 429 метров, они неделю не вылезали из уютной комнаты в узких переулках.

Риэлла, скрывая румянец, отпила пиво.

Алкоголь развязал язык, смех стал громче. Аслан, видя её радость, не вмешивался, даже когда она, рассматривая фото, прилипла к Шамите, уткнувшись щекой в её плечо.

— Серьёзно, Дилан спрашивал твой номер перед отъездом? — удивилась Риэлла.

— Ага. Удивительно, но ей нравятся такие лица. Сказала, что без будущего, но остыла. Будь она на десять лет моложе, всё было бы иначе…

— Ого, пара родилась! Пара! — захихикала Риэлла.

Джейд, пьяный от скотча, выпитого с Асланом, вмешался, обняв её за шею и хохоча, что она не расслышала конец. Риэлла, зажатая между ними, простонала:

— В туалет хочу.

Пошатнувшись, она почувствовала, как Аслан поймал её за руку. С опорой стало легче.

— Зайдём и пойдём. Ты достаточно выпила, — сказал он, медленно оглядывая её плечи и шею.

Риэлла, кивнув, дошла до туалета с его помощью. Вернувшись, они застали компанию в процессе прощания.

— Было весело, спасибо. Если судьба сведёт, увидимся. Жизнь коротка, а мир тесен, — Шамита первой протянула руку.

Риэлла, пожимая её, вдруг загрустила. Они ведь так хорошо ладили.

— Позже… — вырвалось у неё. — Когда пройдёт много времени, и не будет причин бояться, можно будет связаться?

Шамита, удивлённо приоткрыв рот, отпустила руку и пожала плечами с улыбкой:

— Как хочешь.

Джейд, крепко пожав руку, впервые назвал её по имени:

— Риэлла, соболезную по поводу отца. Не могу пожелать покоя тому, кто это заслужил, но твою утрату искренне разделяю.

Её взгляд дрогнул. Шамита молчала, глядя на неё. Смерть Димитрия Андрея — мировая новость. Даже после слёз она казалась ненастоящей.

— Да, я в порядке, — тихо ответила Риэлла.

— Ну, с таким наследством и я был бы в порядке, — хмыкнул Джейд.

Шамита наступила ему на ногу, и он театрально застонал. Аслан обменялся с ними краткими рукопожатиями, и они разошлись у ресторана, смеясь, как случайные знакомые.

Риэлла, держа Аслана за руку, шла по тёмному асфальту. Даже если они ночуют в местном отеле, надо забрать вещи из машины. Свет за спиной тускнел. Пахло сыростью, хотя дождя не было.

— Аслан, ты… злишься? — спросила она, покачивая его руку.

Холодный ветер отрезвлял, а его молчание беспокоило.

— Нет.

— Тогда поцелуй, — капризно попросила она.

Он посмотрел на неё — и в следующий момент втянул между припаркованных машин, наклонился.

Движения были медленные, словно он сам был пьян. Но в них чувствовалась сила. Спина Риэллы прижалась к кузову чёрной машины, и губы поглотили её. Его ладони сжали её лицо, затем медленно опустились, когда она раскрыла губы, отвечая. Он распахнул заднюю дверь автомобиля. Было темно, но оказалось — это их собственная машина. Он опустил её на заднее сиденье, и в тишине захлопнулась дверь.

Тяжело дыша, они смотрели друг на друга. Фары проезжающих машин высвечивали его резкие скулы и тень носа.

— Я не злюсь. Я ревную, — медленно произнёс он.

Аслан всегда смотрел в упор, когда говорил. Но сейчас он настойчиво гладил её плечи, шею — те места, которых касались Джейд и Шамита. Риэлла вздрогнула от нежного прикосновения, приоткрыла губы, и Аслан наклонился ближе.

Взобравшись на неё, он сжал её запястья, подняв над головой, и одним движением стянул топ с лифчиком. Его рука спокойно мяла обнажённую грудь, и Риэлла, напрягая живот, дышала коротко. Он дразнил чувствительные кончики, иногда сжимая так сильно, что тело вздрагивало. Он наклонился приник губами к изгибу её груди.

За окнами царило праздничное настроение. Где-то вверх летел белый шарик, пахло сладкой ватой, доносились весёлые голоса. Чемпионат по лёгкой атлетике и не был таким уж важным событием, но люди ликовали — возможно, потому что это была их возвращённая жизнь.

Слушая это сквозь пелену, Риэлла вздрагивала от влажных звуков его губ на её груди. Аслан, чувствуя напряжение её рук, отпустил. Она тут же обняла его шею и плечи. Длинные волосы скользнули по его плечам. В глубине парковки, в чёрной машине, он, подняв голову, целовал её, будто поглощая.

Казалось, близость утолит жажду, но чем больше они касались, тем сильнее хотели друг друга.

От алкоголя тело горело. Целуясь, она льнула к его прохладной коже. Чувствуя, как его большая рука обхватывает талию под одеждой, Риэлла тихо задыхалась.

— Аслан, ты как леденец…

— Леденец?

— Да, снаружи холодный, а внутри сладкий.

Сказав, она покраснела — звучало двусмысленно. Он слегка улыбнулся:

— Только ты можешь сказать, что я сладкий.

Но следы, что он оставлял на её шее и плечах, трудно было описать иначе. Его ревность такая: он не скрывает её от чужих взглядов, не запрещает. Лишь оставляет свои метки.

Примечания:

¹ ECT (электроконвульсивная терапия) — метод лечения психических расстройств, включая депрессию и биполярное расстройство, путём пропускания электрического тока через мозг.