1 - 3
И вот этот самый Тхэ Син Ю объявился спустя столько лет и смотрел на неё с таким довольным видом, будто пришёл поглазеть на пожар. Ну почему? Почему именно здесь и сейчас?
Бом готова была от стыда обратиться в дым и развеяться, но с невозмутимым видом сняла его руку со своей головы.
— Не надо. Лучшая помощь — сделать вид, что ничего не видел, и уйти. И из памяти это сотри.
Если он вдруг позвонит брату и всё разболтает, будут проблемы. Узнай Хан Гёуль о сегодняшнем, он тут же отправился бы в университет искать Пэк Хён Гю. После смерти мамы Хан Гёуль стал другим человеком: помешался на безопасности и превратился в брата, повёрнутого на сестре.
Син Ю улыбнулся, будто видел её насквозь.
— Как же я так могу? Это ведь касается тебя.
Глядя на свежую улыбку, расцветшую на его поразительно маленьком и красивом лице, Бом подумала, что лицо у него поистине дьявольское.
— Хан Бом, ты чего? На два фронта, что ли, играла? — заорал Пэк Хён Гю, уязвлённый тем, что эти двое перешёптываются, будто его здесь нет. — Ха, бля, а я и не знал, что меня кидают?
С Син Ю, которому он явно был не соперник, он связываться не стал и набросился на одну Бом. Бом холодно посмотрела на него.
— Хватит, иди. Если не хочешь опозориться ещё больше.
— Это тебе позориться надо! Теперь-то всё ясно. Подцепила богатенького, вот и шмотки брендовые. Даёшь ему, а он тебе на карманные? Бля, и при этом целку из себя строила?
Бом даже стало немного стыдно: всё это время рядом с ней был такой гнусный подонок, а она и не замечала.
— Передо мной-то ты, бля, строила недотрогу? Так не пойдёт. Давай по справедливости. Эй, иди сюда, кому сказал?
Пэк Хён Гю хотел было схватить Бом за руку, но Син Ю, со скучающим видом наблюдавший со стороны, отбил наглую руку.
— Руками не трогай.
Пэк Хён Гю вскрикнул и в ужасе схватился за запястье. Жгучая боль отдалась во всей руке. Он скривился и злобно уставился на Син Ю.
— Ты что, ударил меня?
— А если и так?
Невозмутимый ответ Син Ю на миг смутил Пэк Хён Гю, но он быстро взял себя в руки.
— Я вообще-то парень Хан Бом! А ты кто такой? С какой стати лезешь? Ты что, правда её спонсор?
— Старший брат.
— Что?..
— И к тому же адвокат.
— П-правда, Хан Бом?
Бом посмотрела на перепуганного Пэк Хён Гю как на жалкое ничтожество. Он принял это за «да», и его лицо скривилось так, будто он дерьма наелся.
Он слышал, что у неё есть старший брат, но никак не думал, что столкнётся с ним здесь. И уж тем более не догадывался, что это окажется такой… человек. В университете Бом никогда не рассказывала ни о доме, ни о семье.
Вечно торчала в мастерской, в замызганной рабочей одежде и грязном фартуке. Хён Гю, естественно, решил, что её семья живёт куда беднее, чем его.
И вот девчонка, которую он так себе представлял, явилась преображённой до неузнаваемости — неудивительно, что он её не узнал. От чувства, что его провели, накатила злость.
— Слушайте, я вообще-то ни в чём не виноват. Это она первая мой телефон швырнула, вот всё и началось.
Он решил для начала надавить посильнее и так выкрутиться.
— В общем, раз уж так вышло, возместите стоимость телефона, и будем считать, что ничего не было. Договорились?
Син Ю с интересом посмотрел на Бом.
— Заскучала, что ли? С кем ты связалась?
Лицо Бом заледенело, и она стиснула зубы.
— Сама разберусь, так что иди уже.
Син Ю хмыкнул и достал из заднего кармана брюк бумажник. В его пальцах появилось несколько белых бумажек. При виде банковских чеков лицо Пэк Хён Гю переменилось, и глаза Бом вспыхнули гневом.
— Не давай! С какой стати ты ему деньги даёшь?
— За вывоз мусора вообще-то принято платить, — склонив голову, шепнул Син Ю, словно вразумлял несмышлёного ребёнка.
Он помахал зажатыми между пальцами чеками, и Пэк Хён Гю, угодливо кланяясь, подошёл ближе.
— Хённим, вот это по-мужски! И размах какой.
Пэк Хён Гю потянулся, чтобы поскорее их взять, но Син Ю поднял руку повыше.
— А как зовут нашего друга?
— Пэк Хён Гю, хённим.
— С Бом в одном университете?
— Да, я учусь на факультете наук о Земле и окружающей среде. Только поступили мы в разные годы. Мы ровесники, но я на два года раньше поступил, хённим.
Он гордо показал два пальца, подчёркивая разницу между собой и Бом. Эта мелкая хитрость снова рассмешила Син Ю.
— Хорошо, Хён Гю с факультета наук о Земле и окружающей среде.
— Да, хённим.
— Если хочешь получить деньги, сначала извинись.
— Простите?..
Пэк Хён Гю растерянно уставился на улыбающегося мужчину. Рядом с ним будто резко похолодало.
— Ты порвал одежду моей сестре.
— !..
— Или тоже хочешь расплатиться чеком?
По спине Пэк Хён Гю пробежал холодок; он заморгал и быстро прикинул, что к чему.
— К-конечно, надо извиниться. Простите, хённим, — запинаясь, проговорил он.
— Не передо мной.
— …
Пэк Хён Гю снова замямлил, и на миг на его лице отразилась борьба. Затем он нехотя повернулся к Бом и заговорил:
— Ну, кончилось всё вот так, но ты обо мне слишком плохо не думай. Если в следующий раз встретимся в универе…
— Слишком длинно.
Пэк Хён Гю вздрогнул.
— Прости, Хан Бом. Э-э… Теперь нормально?
Пэк Хён Гю уставился на чеки — мол, давайте уже, — и Син Ю усмехнулся.
— Хён Гю.
— Да, хённим.
Взгляд Син Ю похолодел.
— Кто ж так херово извиняется?
— Что?..
Син Ю легко положил ладонь на макушку опешившего Пэк Хён Гю.
— Если уж извиняешься…
Он легонько похлопал его по макушке — раз, другой — и надавил вниз.
— Делай это как следует.
— Ой!
— Вот так.
Не выдержав давления, Пэк Хён Гю согнулся так, что чуть не ткнулся носом в пол.
— От-отпустите вы или нет?
Под рукой Син Ю Пэк Хён Гю совсем обмяк и закачался.
— Да чтоб тебя, отпусти, говорю!..
Син Ю бесстрастно посмотрел на трепыхающегося Пэк Хён Гю, ещё раз как следует надавил ему на голову и только потом убрал руку. Пэк Хён Гю, чуть не упав вперёд, резко выпрямился и злобно уставился на Син Ю.
— Блин, ну правда! Вы что творите?!
— Учу тебя.
— Чему вы там ещё учите!..
— Тому, что бывает, если тронуть мою сестру.
— …
— Оскорбление: до одного года лишения свободы или штраф до двух миллионов вон.
— Погодите!
— Побои: до двух лет лишения свободы или штраф до пяти миллионов вон. А если причинён вред здоровью…
Син Ю взял Бом за руку и поднял её. На запястье отчётливо краснели следы от пальцев Пэк Хён Гю.
— До семи лет лишения свободы или штраф до десяти миллионов вон.
Глаза Пэк Хён Гю чуть не вылезли из орбит.
— Причём насилие тут не только физическое, но и психологическое. Что ты там говорил?
— Да что я такого сделал, что вы всё…
— Ты нёс что-то очень пошлое и хамское.
— …
— И как ты посмел? Моей сестре.
— Д-доказательства есть?
— Наверняка есть. Вон там.
Син Ю перевёл взгляд на камеру видеонаблюдения под потолком.
— Ну что, поедем в полицию, проверим?
Пэк Хён Гю побледнел, глаза у него забегали.
— Слушайте… Можете не возмещать телефон, будем считать, что ничего не было, — торопливо проговорил он, в считаные секунды всё прикинув. — Честно говоря, никто же не пострадал. И меня тоже ударили, между прочим. Так что давайте разойдёмся по нулям?
От мальчишеской бравады на его лице не осталось и следа — только нервное беспокойство.
Син Ю был всё так же невозмутим.
— Ты этого хочешь?
— Да. — Пэк Хён Гю торопливо закивал.
— Ну, раз уж ты настаиваешь.
Пэк Хён Гю, нервно облизывавший губы в ожидании разрешения уйти, уже повернулся было к выходу.
— Пэк Хён Гю, факультет наук о Земле и окружающей среде, набор девятнадцатого года.
— Что?..
— Смотри сюда.
Прямо перед носом Хён Гю звонко щёлкнула камера телефона.
— А… меня-то зачем снимать…
— Ну, пока что… Будем считать, что это снимок для полицейской картотеки.
— Что? В смысле…
— Police Photograph 1.
1 Police Photograph (англ.) — полицейская фотография лица преступника для опознания. (Примеч. автора.)
— …
— Значит, веди себя осторожно.
Пэк Хён Гю словно воды в рот набрал, и Син Ю мягко улыбнулся.
— Ты у меня теперь на карандаше.
Син Ю похлопал Пэк Хён Гю по плечу, и тот втянул голову в плечи.
— В университете делай вид, что с моей сестрой не знаком.
— …
— Отвечай.
Пэк Хён Гю, чувствуя, как давление пробирает его до костей, с трудом кивнул.
— Понял…
Син Ю удовлетворённо улыбнулся и сунул чеки Пэк Хён Гю за воротник.
— А это тебе на конфетки.
Жёсткая бумага смялась и больно кольнула его в шею.
— И по возможности поменьше шатайся по улицам. Об окружающей среде тоже надо думать. Понял?
Пэк Хён Гю захлёстывало унижение, но, вспомнив о белоснежных чеках, он лишь сглотнул и кивнул.
