Контент удален!

Пак Со Рим, занятая своими делами, прислушивалась к звукам из спальни Со Му Хына. Тот велел не будить Ын Са, пока она сама не проснется и не выйдет.

Проснулась? — взгляд Пак Со Рим метнулся к коридору, ведущему к спальне. В доме стояла мертвая тишина, а она сидела в малой гостиной совсем рядом, поэтому даже слабые звуки были отчетливо слышны.

Обычно она не совала нос в дела хозяев, но в этот раз даже ее распирало любопытство. Не обратить внимания на Ын Са было попросту невозможно.

Пак Со Рим впервые в жизни видела подобную внешность. Вчера, когда она вошла в ванную, чтобы помочь Ын Са помыться и объяснить, что к чему, она старалась отвести взгляд, но все равно не могла не заметить кремово-белую кожу и тонкие, изящные изгибы ее тела.

Разве может человеческое тело быть таким чистым? Можно было бы подумать, что она альбинос, но нет, это было что-то другое. Внешность, которая буквально завораживала.

«Так вот почему молодой господин привел её», — думала Пак Со Рим, глядя на коридор в ожидании Ын Са.

Пока экономка размышляла об этом, Ын Са в спальне обеими руками зажимала рот, чтобы не закричать, а ее сердце готово было выпрыгнуть из груди при виде огромной суммы денег, которую она видела впервые в жизни.

Боже мой!

Увидев хрустящие купюры, Ын Са огляделась по сторонам, хотя в комнате никого не было.

Это правда мне? — она всё никак не решалась к ним прикоснуться. С чего бы кому-то давать ей такие деньжищи? Эмоции на ее лице сменяли друг друга с бешеной скоростью.

Но он же обещал заплатить. Раз оставил здесь — значит, мое.

Стоя на коленях, Ын Са то тянула руку к купюрам, то одергивала ее, и так несколько раз, пока, сглотнув, осторожно не взяла деньги.

На самом деле, Ын Са почти всю ночь не сомкнула глаз, переживая, что из нее никудышное «лекарство от бессонницы». Она боялась, что, пытаясь вылечить Со Му Хына, сама заработает бессонницу. Она видела, как мучилась от отсутствия сна та женщина — хоть это была не единственная причина ее состояния, Ын Са всё равно было страшно.

Глядя на светлеющее небо, она твердо решила сказать Со Му Хыну, что не сможет этого сделать.

— Это... правда настоящие деньги?..

Привыкшая к грязным, а порой и рваным бумажкам, она с недоверием разглядывала новенькие, жесткие купюры, о которые, казалось, можно было порезаться.

— Наверное... да?

Со Му Хын оставил ей сумму, превышающую все ее сбережения. Она знала, что деньги в 4-м секторе стоят мало и что сама она зарабатывает копейки, но такое ей и не снилось.

И такие деньги — только за то, что она поспит с ним в одной кровати!

Ын Са тут же передумала: ради такого можно и бессонницей пожертвовать.

Она знала цену деньгам. Если он столько платит просто за сон рядом с ним, то она быстро разбогатеет. И тогда... Зеленые глаза Ын Са хитро блеснули.

За этими размышлениями она даже не задалась вопросом, почему Со Му Хын выбрал в качестве «лекарства» именно ее, а не кого-то другого.

Держа деньги обеими руками, как величайшую святыню, Ын Са поползла на коленях к краю кровати, запуталась в одеяле и кубарем скатилась на пол.

— Ой!

Ударившись плечом, Ын Са даже не обратила на боль внимания. Она подняла руки с деньгами и счастливо рассмеялась. Ей казалось, что она парит на облаках. Она напрочь забыла и о мужчинах, пришедших убить ее, и о сгоревшей хижине.

Встав с пола и отряхнув ушибленные коленки, Ын Са оглядела комнату.

Куда бы их спрятать? Здесь полы не вскроешь.

Решив для начала сунуть деньги под свою подушку, она еще несколько раз оглянулась, затем приоткрыла дверь и на цыпочках вышла в коридор, где наткнулась на Пак Со Рим и от испуга тихонько вскрикнула.

— Я вас напугала? Простите, — Пак Со Рим, сидевшая с блокнотом, встала.

Растрепанная Ын Са, хлопающая огромными глазами, выглядела очень мило. Сама того не замечая, Пак Со Рим улыбнулась и жестом пригласила ее следовать за собой.

— Давайте сначала поедим.

— Поедим? — переспросила Ын Са, послушно идя следом. Опять еда?

В 4-м секторе она ела один, максимум два раза в день и была этим вполне довольна. В детстве, когда денег совсем не было, она вообще питалась ягодами да кореньями из леса.

— Вы не голодны?

— Не...

Ур-р-р.

Желудок ответил громче и быстрее нее. Услышав это громогласное урчание, Пак Со Рим прикрыла рот рукой, сдерживая смешок.

Лицо и уши Ын Са залились нежным румянцем. Будь она обычным человеком, покраснела бы как спелое яблоко, но на ее белоснежной коже румянец мог быть только нежно-розовым.

— Молодой господин велел вас не будить, а время уже к обеду, так что вы, должно быть, проголодались.

— А молодой господин...

— Он утром уехал на работу.

Слуги, поймав взгляд Пак Со Рим, без лишних слов принялись накрывать на стол для Ын Са. Та, нервно теребя пальцы, выглядела одновременно удивленной и встревоженной.

Для нее в доме было слишком много людей, и она боялась, как бы кто не украл ее деньги. Надо будет найти тайник понадежнее.

Глядя на залитый солнцем дом, Ын Са вдруг вспомнила, что сегодня по расписанию должна была идти в горы. Ингредиентов для чая не хватало, и в это время она обычно собирала травы и спускалась вниз, чтобы их обработать.

Нарушение привычного ритма жизни вызывало у нее тревогу, даже несмотря на то, что теперь у нее была куча денег.

Заметив, что Ын Са застыла, уставившись в пустоту, Пак Со Рим легонько постучала пальцем по столу. Расфокусированный взгляд Ын Са медленно прояснился.

— Тот чай, что вы дали мне вчера, — он просто волшебный.

Пак Со Рим отодвинула стул для Ын Са и обошла стол. Глаза девушки тут же заблестели. И как такое чистое, наивное создание угодило в цепкие лапы Со Му Хына? — Пак Со Рим стало ее даже немного жаль.

— Вы уже попробовали?

— Конечно. Я вообще люблю чай, но ваш — лучший из всех, что я когда-либо пила. Вы правда сами его сделали?

Это была не пустая лесть. Пак Со Рим увлекалась чаем и даже коллекционировала его, но чай Ын Са превзошел всё, что она пробовала.

Выпив его на ночь, она почувствовала небывалое умиротворение, уснула без сновидений и проснулась на рассвете бодрой и отдохнувшей, что ее немало удивило.

— Да, это я сама сделала, правда!

Обрадованная Ын Са села на стул и заболтала ногами. В 4-м секторе никто, кроме той женщины, так изысканно ее не хвалил.

Она уже собиралась с гордостью пообещать сделать еще, но вспомнила, что трав у нее нет, и тяжело вздохнула. Тут же гор нет...

— Это невероятно. У вас настоящий талант, — искренне произнесла Пак Со Рим, наблюдая за тем, как на стол подают еду.

Она заранее распорядилась приготовить разнообразные блюда, как и приказывал Со Му Хын. Взгляд Ын Са надолго замер на разномастных тарелках.

Судя по повадкам, она точно не из 1-го сектора, — подумала Пак Со Рим, все больше задаваясь вопросом, зачем Со Му Хын привел ее сюда.

— Можно... есть?

Ын Са посмотрела на нее снизу вверх, и от этого милого взгляда Пак Со Рим невольно улыбнулась. Меньше чем за сутки общения с Ын Са «бесчувственный робот» Пак Со Рим изменилась до неузнаваемости. Невероятно.

— Конечно. Ешьте не торопясь.

Стоило Пак Со Рим сказать это, как палочки в руках Ын Са проворно замелькали. Было видно, что она тщательно выбирает, с чего начать. Пак Со Рим, прихлебывая чай, поданный прислугой, не сводила с нее глаз. Ей вовсе не обязательно было здесь сидеть, но почему-то это доставляло ей удовольствие.

***

Направляясь к выходу, Со Му Хын столкнулся с Со Тхэ Джуном, который тоже собирался уезжать.

Тц, — Со Му Хын тихо цокнул языком и коротко кивнул отцу в знак приветствия. Свита привычно выстроилась позади, и они пошли рядом.

— Почему не заходишь в главный дом?

— Да мы и так вон на работе постоянно видимся. К тому же я, знаете ли, стеснительный.

Услышав этот откровенный выпад в сторону Ким Си Ён, Со Тхэ Джун лишь недовольно хмыкнул.

Со Му Хын невзлюбил Ким Си Ён с того самого дня, как отец привел ее в дом. Он даже подумывал, не выжил ли отец из ума, раз променял такую идеальную управляющую, как Пак Со Рим, на какую-то девку.

— Настолько стеснительный, что аж в 4-й сектор поперся? Что ты там притащил?

В пустом коридоре эхом отдавался мерный стук их туфель.

— Вам же уже доложили.

— Мне не чужие доклады нужны, а то, что думаешь ты, паршивец.

Со Тхэ Джун впился в сына пронзительным взглядом. Он знал, что Со Му Хын не из тех, кто делает что-то без причины, и от этого ему было еще любопытнее.

Неужели...

— Ничего особенного. Просто нашел кое-что интересное.

— И именно в 4-м секторе?

— Так вышло. Если в мусорном баке валяется бриллиант — грех его не подобрать. Тем более такой, что аж ослепляет.

Вспомнив Ын Са, Со Му Хын усмехнулся. Видимо, то, что он хоть немного поспал, прояснило его мысли, потому что в голову лезли все более грязные фантазии о том, что будет, если они зайдут дальше простого сна в одной кровати.

— Надо будет на нее взглянуть.

— Не стоит. Малышка испугается.

От этих слов Со Тхэ Джун резко остановился. Свита тоже замерла, в растерянности переглядываясь, пока Со Му Хын невозмутимо шагал дальше.

— Ты что, ребенка ей заделал?! — потрясенно рявкнул Со Тхэ Джун ему в спину.